Люди пришли за правдой, а получили кровавое воскресенье 3 октября 1993 года.
(http://www.compromat.ru/main/eltsyn/anafema2.htm)

Рейтинг Путина по данным ВЦИОМ 54 - 60%(разные опросы) (http://wciom.ru/)
Рейтинг Единой России 48% (там же)

Анонимный источник предоставил в наше распоряжение запись, сделанную в резиденции президента РФ, в сауне. Сперва мы подумали – провокация. Но, прослушав текст, решили, что он весьма правдоподобен, а голоса узнаваемы. Кроме того, учитывая ситуацию в окружении президента, мы сочли, что взаимная слежка – вещь вполне реальная, а потому решили опубликовать запись, убрав из нее все, что может явно унизить чью-то честь и достоинство. Вот этот текст.

«ПРЕЗИДЕНТ: Плесни-ка еще.
САНОВНИК: Покруче?
ПРЕЗИДЕНТ: В меру.
(Шипение, пауза.)
САНОВНИК: Владимир Владимирович, Вы какой-то задумчивый сегодня.
ПРЕЗИДЕНТ: Что?
САНОВНИК: Я говорю, Вы какой-то задумчивый сегодня, самоуглубленный, сосредоточенный. Что-то случилось? Я могу помочь?
ПРЕЗИДЕНТ: Помочь? … Точно! Я вспомнил, почему тебя позвал! Есть тема.
САНОВНИК: Слушаю, Владимир Владимирович.
ПРЕЗИДЕНТ: Вот какая штука. У меня последнее время такое чувство, будто я виагры нажрался, а баб вокруг нету.
САНОВНИК: Владимир Владимирович, это метафора?
ПРЕЗИДЕНТ: Что?
САНОВНИК: Это метафора? Ну типа сравнение?
ПРЕЗИДЕНТ: Не выпендривайся. Знаю я, что такое метафора. Конечно, блин! Что я без виагры не могу, что ли?
САНОВНИК: Расшифруйте, пожалуйста. Я не врубаюсь.
ПРЕЗИДЕНТ: Слушай сюда, умник. Скажи, на фига мне этот твой рейтинг?
САНОВНИК: Владимир Владимирович, это не мой рейтинг, а Ваш. Это Вас народ любит, а не меня.
ПРЕЗИДЕНТ: Любит, любит… Ты ведь рейтинг делал, надувал без разбору, меня тиранил: «То надо, се надо…». Я ведь не президент, а кинозвезда какая-то. Вон, раздеваться даже заставил.
САНОВНИК: Зато результат!
ПРЕЗИДЕНТ: А на хрена мне этот результат!? Мне избираться, что ли?! Что я с твоим рейтингом буду делать после марта? Куда мне его совать-то?! Все ведь! Уйду я от вас! Это понятно!?
САНОВНИК: Да, Владимир Владимирович. Я понимаю. Но ведь это рейтинг. Это надежность, стабильность, будущее наше.
ПРЕЗИДЕНТ: Слушай, умник. Если у меня семьдесят процентов, сколько рейтинга остается моему преемнику?
САНОВНИК: Не более тридцати.
ПРЕЗИДЕНТ: И это ты называешь стабильностью!? На хрена нам президент с таким рейтингом!? Помнишь, что ты мне говорил про рейтинг тогда, в двухтысячном?
САНОВНИК: А что, Владимир Владимирович?
ПРЕЗИДЕНТ: Напоминаю: рейтинг нам нужен, говорил ты, чтобы обеспечивать стабильность и поддержку любых решений, даже непопулярных, даже идиотских. И в этом моя главная задача, президента, стало быть. Вспомнил?
САНОВНИК: Конечно, Владимир Владимирович?
ПРЕЗИДЕНТ: А что же будущий сможет обеспечить при таком рейтинге? И потом мне отдохнуть хочется. Все. Надоело на этот рейтинг пахать. Солить я его буду, что ли? У меня другие заботы будут.
САНОВНИК: Можно я подумаю?
ПРЕЗИДЕНТ: Думай, умник. На это я тебя и держу.
(Пауза.)
ПРЕЗИДЕНТ: И что завтра делать непонятно. Какую-то невнятицу мне написали. И с этим выступать?!
САНОВНИК: Вы про съезд, Владимир Владимирович?
ПРЕЗИДЕНТ: Про что же еще?
САНОВНИК: Владимир Владимирович, трудно писать что-то яркое, когда Ваши личные планы не ясны. Они тоже ничего не понимают, даже тройку сформировать не могут. Это же понятно: им бы знать про преемника, они бы его и включили.
ПРЕЗИДЕНТ: Знаю я, зачем им преемник: поскорее новую задницу лизать. Не приставайте. Когда нужно, тогда и скажу. А эти «едроссы»… Отвязались, свои игры начали. И Миронов подкачал.
САНОВНИК: А я ведь Вам говорил, Владимир Владимирович. Помните? Не сможет Миронов. Он слишком Вас любит. А тут критиковать надо, отвязываться по полной. А это трудно. Да и рефлексы: как они начнут критиковать, так и краники будут перекрываться, автоматически. Да что там, не прошло.
ПРЕЗИДЕНТ: Да, пустышка. Плесни-ка еще.
(Пауза, шипение пара.)
САНОВНИК: Идейка появилась!
ПРЕЗИДЕНТ: Ну?
САНОВНИК: Вы помните, Владимир Владимирович, я Вам осенью 2003-го предлагал возглавить список «едроссов»?
ПРЕЗИДЕНТ: А куда я тебя послал, помнишь? Что бы я в эту помойку сунулся?!
САНОВНИК: Помню, даже слова выучил. Только сейчас ситуация другая.
ПРЕЗИДЕНТ: Что, помойка чище стала?
САНОВНИК: Да нет. Просто тогда Вы мне подсказали, и мы правильно решили, что надо рейтинг беречь, не пачкать. А теперь-то Вам рейтинг не нужен. Правильно? Вы же сами спросили: что с ним делать? Вот можно и использовать.
ПРЕЗИДЕНТ: И на фига?
САНОВНИК: А давайте подумаем вместе, Владимир Владимирович. Смотрите. На что они сейчас претендуют?
ПРЕЗИДЕНТ: Ну по твоим словам – процентов на сорок с пупочкой.
САНОВНИК: Да. А с учетом мультипликатора, да еще перетащим кого-нибудь, будет чуть больше половины. Неинтересно. А если Вы их поведете, лично?
ПРЕЗИДЕНТ: То что?
САНОВНИК: Больше половины возьмут, как два пальца об асфальт. А, может, и за шестьдесят перетащим. Да накинем еще чуток. Так что с учетом мультипликатора больше двух третей мест будут наши. А тогда можно что угодно делать. Конституцию будем подлаживать, например.
ПРЕЗИДЕНТ: А на фига мне это? Они под себя и будут подлаживать.
САНОВНИК: А кому они будут обязаны своим счастьем? И у Вас будет хороший противовес наследнику. Вы ведь можете стать лидером партии. Сильно не обременит, но крутить ими можно. Вся региональная челядь Ваша будет, в рот Вам смотреть будут.
Смотрите, какая конструкция получается. Вы табуретку на трех ногах строите: Вы, в Вашем стеклянном замке, наследник и премьер. А теперь еще у Вас появится контроль над Думой, надежный, полный. Две трети – не хрен собачий. Ваша нога станет самой крепкой. Ну как?
ПРЕЗИДЕНТ: Дай подумать… Пойдем-ка. По пивку.
(Пауза. Дальше за столом.)
САНОВНИК: Еще?
ПРЕЗИДЕНТ: Угу. А ты умник! Тут что-то есть. А с кем я в тройке буду?
САНОВНИК: А ни с кем, Владимир Владимирович! Представляете!? У всех партий тройки. Типа Маркс, Энгельс и Ленин. А Вы один, един в трех лицах. Как Бог!
ПРЕЗИДЕНТ: Ну ты не очень-то! А в этом что-то есть. Реально. Мне начинает нравиться. Один и впереди. Это хорошо.
САНОВНИК: Предупредить их?
ПРЕЗИДЕНТ: Не надо. За полчасика Грызлову намекнешь. И все. Продержишься?
САНОВНИК: Владимир Владимирович!
ПРЕЗИДЕНТ: Ладно, забыл. И текст новый подготовьте.
САНОВНИК: Конечно. Владимир Владимирович, а Вы представляете, что с этими партийцами будет!? Все их планы насмарку! Они ведь планировали покрасоваться, потрепаться, друг дружку попинать. А тут Вы, на белом коне! Каково?
ПРЕЗИДЕНТ: Любо! Ой, любо!
САНОВНИК: И либералам каюк!
ПРЕЗИДЕНТ: Это ясно. Да они и так без шансов. Мы бы их не пустили, никак.
САНОВНИК: Да, но пока-то они надеются, дергаются. А тут все – каюк. Представьте, как они будут теперь, понимая, что все – конец.
ПРЕЗИДЕНТ: Блеск!
САНОВНИК: А какой вой-то начнется! Журналисты, политологи эти!
ПРЕЗИДЕНТ: Стой, умник! А что им говорить? Они ведь спросят. Они ведь сразу подумают, что я это делаю, чтобы остаться.
САНОВНИК: А Вы с ними не спорьте, Владимир Владимирович. Намекните, мол, на переход к парламентской республике, на пост премьера. Не в точности, а как возможность. Вы ведь и сами понимаете.
ПРЕЗИДЕНТ: Правильно! Нет, мне это просто нравится. И челядь вся эта не будет на сторону смотреть. Как-то веселее стало. Спасибо, умник! А что, привезли…?»
(Обрыв записи.)

Поскольку источник информации анонимен, мы не можем гарантировать полной достоверности. Экспертиза голосов и записи пока не проводилась. Но в любом случае предложенный Вашему вниманию текст открывает дополнительный простор для размышлений по поводу планов В.В. Путина.

Вот здесь (http://asterrot.livejournal.com/138647.html) можно ознакомится с заметкой о "правом" и "левом" в политике. Там же ссылка на диалог. Вкратце речь идет о том, что "право" являет собой незыблемый и естественный принцип иерархии - признание природного человеческого неравенства, тогда как "лево" представляет собой идеологию отрицания незыблемой иерархии - т.е. идеологию чандал (люди "вне каст" в индо-арийском обществе - попросту изгои, бомжи и говно).

Во многом я согласен с автором, но во многом никак не нет. Как, например, в экстраполяции символизма левой и правой руки на свои политические выводы. Автор вовсю пользуется словечками вроде "брахманы", "кшатрии" и т.д. Мы, по возможности, ими пользоваться не будем. Во-первых, потому что они давно экспроприированы пид***сами вроде Дугина и Генона. Во-вторых, потому что они уводят тему из области социальной психологии (где ей самое место) в область лженауки метафизики, которая с реальность никак не соотносится.

То, что автор описывает как "лево" имеет примерно следующее биологическое происхождение. Древнейшие участки человеческого мозга отвечают за биовыживание - ими человек по сути мало чем отличается от рыбы или рептилии, ими программируются самые первые человеческие рефлексы - программируются в момент рождения и кормления грудью. "Хорошо" - тепло и сытость, "плохо" - голод, холод. "Хорошо" ассоциируется с матерью и кормлением грудью. Отсюда ведет свое происхождение негативные женские божества - архетипЪ Великой Богини-Матери, изображаемый обычно жирной бабищей с огромными сиськами. Люди у которых главенствуют эти участки всю свою жизнь стремяться вернуться в лоно этой самой Великой Матери - зарыться поглубже в мясистые сиськи - это тяга к комфорту, биологическому благополучию и равенству - то есть, социализм в российской его интерпретации. Равенство, отрицание иерархии происходит от того, что на этом уровне еще нет никаких социальных (этологических) иерархий - они программируются позже. Такие люди не отрицают иерархии - скорее просто не понимают, что это такое - у них есть два состояния бытие - "хорошо" (наличие Матери) и "плохо" (отсутствие Матери).

Россия очевидно и выраженно является страной Великой Матери. В России даже такая по сути своей мужская область как армия испытывает постоянные атаки Великой Матери в виде многочисленных "комитетов солдатских матерей" - которые настоящей армии сугубо противны. Российским архетипЪом является "Родина-Мать", которая, как известно, "зовет" - если вы посмотрите военные плакаты европейских стран - мало где есть такая мерзость как "Родина-мать" - везде "отечество, патриотизм" и прочая мужская эстетика. Живущий под крылом "Родины-матери" россиянин подсознательно всегда желает зарыться в комфортные мясистые сиськи, превратиться в грудничка. Отсюда растет российское упование на заботливое государство. Отсюда же пресловутое российское оборонительное миролюбие, которым у нас почему-то любят гордиться - "лишь бы не было войны" и "чужой земли нам не нужно - своей ни пяди не отдадим" - у взрослого грудничка нет рефлексов "захватывать" и "доминировать" - есть лишь стремление к комфорту, сытости и теплу - максимум, что он может - этот комфорт оборонять. Отсюда же растет и знаменитая российская лень. Лень - это стремление к комфорту, и попав в него (лежа на диване) стремление это состояние сохранять (не слезать с дивана).

Началась эта пакость судя по всему достаточно давно - вспомним допетровский русский идеал женщины - толстого свинообразного бочонка. Затем идеал искусственно ломался при Петре - сломать его удалось только в среде элиты - остальное население так и осталось взрослыми грудничками. Впрочем, в силу того, что для элиты оно было разновидностью скота - никто его очеловечивать и не стремился.

Бороться с этим нужно жестко, но просто - превратить, наконец, российскую женщину-мать и кухонного тирана в женщину-вамп и феминистку. Доломать то, что не сломал Петр.

Теперь о "правом". Точнее, о так называемом "естественном и незыблемом принципе иерархии". Принцип иерархии - это что иное как принцип дифференциации стаи доставшийся нам от царства млекопитающих - альфа-самец, бета-самец, гамма-самец и т.д. - то чем занимается этология. Ребенок обнаруживает, что в мире, кроме материнского комфорта есть живущая под суровым иерархическим законам стая, учится социальным ритуалам доминирования и подчинения, впитывает одну из моделей поведения в стае. Собственно, любое "воинское братство" как правило состоит из людей живущих из людей с доминирующими стайными рефлексами. Человек данного типа совсем необязательно является альфа-самцом - это просто человек для которого данная тема является главной - он уважает начальство, скурпулезно исполняет приказы, любит порядок - в общем, чтит иерархию.

Одним из ритуалов доминирования и подчинения, кстати говоря, является гомосексуализм - во всех воинских обществах оное дело было - от Спарты и до самураев. Только в христианской культуре на гомосексуализм было наложено табу - но, разумеется, оно было и в христианских военных обществах - только тихо. Происходит это скорее всего примерно так - альфа-самец кушает бананы, самки принимают соблазнительные позы, чтобы получить понятно за что. Самцы почесав репу начинают делать то же самое - если альфа-самцу понравится - вот вам готовый ПатриархатЪ с "мужским братством".

Как правило обезьяньи иерархии усугубляются сексуальными табу - из сексуальных табу берутся понятия о Добре и Зле, Долге и Чести и прочем. Данный тип людей имеет красиво, но слишком эффективно воевать. С личным героизмом у него дела обстоят отлично, а вот с разумным осмыслением реальности - куда хуже. Они любят красиво умирать за идею или же красиво убивать себя - падать на мечь в Риме, вскрывать себе живот - в Японии.

Общество построенное на воинской иерархии имеет свойство вырождаться - дело в том, что единственное устройство общества, где альфа-самцы могут сосуществовать друг с другом - это военная демократия, но никак не иерархический социум - с тех пор как один альфа-самец "укрепил вертикаль" (tm) и создал строгую иерархию из бета и гамма-самцов, эта самая махина иерархии начинает уничтожать других альфа-самцов. Ведь природа альфа-самца заключается в том, что он командует, но сам никому не подчиняется - лучше будет главой в собственной маленькой стае, чем заместителем в большой. Как говорил Цезарь - "я предпочитаю быть первым в любой захудалой галльской деревушке, чем вторым в Риме". Или как говорил другой замечательный персонаж - "лучше царствовать в аду, чем служить на небесах". В условиях "вертикали" и "иерархии" новые альфа-самцы оказываются в роли бунтовщиков, стихийного анархического элемента. Хорошо если у иерархии есть механизмы использования таковых - например, высылка в экспедиционный корпус на завоевание новых территорий. Если же нет - их просто уничтожают, как в Японии периода Эдо. В итоге, иерархия лишается главного альфа-самца, уничтожает или изгоняет всех новых - и во главе иерархии оказывается абстракция, виртуальность - Государство, Бог-Император и т.п. Ликург был альфа-самцом, а вот "законы Ликурга" - это абстракция его заменившая.

Бета-самцы смысл жизни которых в "служении" принимаются служить этой самой "альфа-абстракции", вместо живого альфа-самца. Но абстракция в отличие от альфа-самца не может управлять обществом и вести к победе своих подчиненных. В итоге, деятельность обезглавленной иерархии бета-самцов сводится к тому, чтобы следовать заветам умершего альфа-самца - Чтить Традиции Предков, Обычаи Древних и прочие самурайские кодексы и законы Ликурга. Что приводит к застою, вырождению и краху.

Период вырождения - это эпоха Эдо или поздняя Спарта. Обратите внимание, как часто преподносят это в качестве "расцвета" - мол, застойный Эдо - это расцвет Японии, а Цунэтомо скуливший что ему не дали отправиться на тот свет вслед за "хозяином" - идеал самурая. На самом деле, расцвет - это Сэнгоку Дзидай и раньше - междуусобные войны вольных феодалов (альфа-самцов), а Эдо - вырождение иерархии.

Разумеется, "принцип иерархии" полезен и, человеку никуда от него не скрыться. Статусные сражения будут всегда - и их природный смысл совершенно правилен - обеспечивать выживание лучшему генному материалу. В естественных условиях, в природе этот механизм работает как часы, но у человека, который благодаря разуму создает сам себе искусственные условия, дает сбои. Надо следить чтобы "иерархия" не разрослалась до гипер-масштабов, когда она выдаст очередную Спарту, которая неизменно проиграет Афинам.

Собственно, на этом заканчивается противоречие обезьяньего и грудничкового принципов (иерархии и антииерархии). Далее, начинается "право" и "лево". Правая рука соотвествует левому полушарию мозга, где, как известно, и находится человеческий разум - то, что отличает человека от животного. Способность к абстрактному мышлению, мышлению концепциями.

Разум, на самом деле, самая большая шлюха - разум, как правило, верно служит делу оправдания и объяснения заранее заданных взглядов. Так человек иерархического типа, обладая развитым интеллектом, напишет трудЪ о десяти томах о том как важна иерархия и дисциплина. Причем напишет скурпулезно, по заранее составленному четкому плану. Но в основе всего лежит тот факт, что в далеком детстве этот человек впитал поведенческую модель бета-самца, а его разум получил задачу рационально обьяснить почему "идеал служения" - это правильно.

Человек первого типа напишет о том, что главное - это мир во всем мире и счастье всех людей, а иерархии придумали нехорошие корпоранты. Правда, будет это не многотомный труд, а брошюра - больше писать лень.

Чистые рационалисты, конечно, встречаются, но разум - штука крайне неустойчивая. Вставил рационалисту ствол пистолета в рот и, разум уже не работает, уступив место участкам отвечающим за выживание. Рационалист, не будучи альфа-самцом, не может претендовать на главенство над людьми - его попытки будут смешны и неуклюжи - эдакий комичный Доктор Зло. Любая самка предпочтет самого глупого альфа-самца самому умному рационалисту-ботанику. Распространенный в кино типаж падшего рационалиста - сошедший с ума ботаник, школьная любовь которого предпочла ему капитана футбольной команды.

Россия, как я уже говорил, страна Великой Матери - это самое почвенное, русское крестьянство. Но, разумеется, никакой России давно бы не было на карте, если бы она была таковой вся. А существовала Россия за счет иерархических обществ, которые вели постоянные завоевания - казаки (военная демократия с большим количеством альфа-самцов), затем иерархическое дворянство, которое выродилось в полном соответствии с описанной схемой. Рационалисты же в России всегда были в ущемленном положении. Отношение самцов к рационалистам-интеллектуалам всегда насмешливо-презрительное - "вот ты языком красиво чешешь - а я на тебя на коне да перед строем бы посмотрел", "пиздеть - не мешки ворочать" и далее в том же духе.

В такой ситуации обиженные рационалисты начинают боготворить силу и иерархию. Сила вообще внушает рационалисту священный трепет - удар по роже которым так хорошо владеют самцы напрочь разрушает все рациональные построения - аргумент без контраргумента! И так как рационалисты чаще всего сами не отличаются умением применять силу - они начинают ее раболепно прославлять. Отсюда я тяга русской интеллигенции к прославлению "иерархии", "вертикали", "порядка", "сильной руки" и прочего садомазохизма. Рационалист-ботаник раболепствующий перед капитаном школьной футбольной команды - смешной выверт природы, веселая шутка эволюции над человечком, одной своей частью живущем в иллюзорном мире разума, другой - в неиллюзорной обезьяньей стае. Думаю, многие замечали, что чаще всего пейсатели славящие "доктрину силы и порядка" сами по себе - тщедушные очкарики - это правило, закон природы.

Теперь вспомним, что кроме "правого" (рационального) есть еще и "левое" - левая рука и правое полушарие отвечающее за мышление гештальтами, за так называемую интуицию и за так называемое творчество. Включение этого отдела мозга называется "путь левой руки" - оно же снятие зависимости от рационального и от иерархического пластов психики, которые именуются "сансарой". В пантеоне "левой руки" мы не встретим ни Великой Матери, ни воинственных мужских божеств. Обычно - это либо женские божества символизирующие секс, смерть, войну или все это одновременно (Кали, Бхайрави, Афина и т.д.), либо всяческий хтонизм и могильная эстетика (Шива на кладбище, змея кундалини, всяческие драконы и монстры). Богиня Ашторет (Астарта) олицетворяющая секс, войну и экстаз и Крокодил-Ящер (змея кундалини, тантрический дракон) - оно самое. В христианском символизме они, конечно, превратились в отрицательных персонажей - суккубов, змея-искусителя, драконоподобных демонов.

А конфликт между Спартой и Афинами или же "цивилизация суши против цивилизации моря" и прочая метафизическая брехня - просто попытка человечков объяснить конфликт тех, кто использует менее продвинутые участки мозга с теми, кто использует более продвинутые - побеждают всегда последние.

Практики "левой руки" - это максимум свободы и полное наплевательство на общественные устои и традиции. А полное наплевательство на общественные устои - это эволюция.

Резюме такое: Родина-мать идет нах*й. Порядок и иерархия идут туда же. Раболепно подвывающая им русская интеллигенция отправляется по тому же адресу.

Слава Астарте и Крокодилу - исконно русско-арийским божествам!

Господин председатель, я благодарен за возможность выступить перед Хельсинкской комиссией с целью обсуждения сегодняшней ситуации в России и испытываемой всеми нами озабоченности в связи с деятельностью путинского правительства и с будущим России.
Во-первых, я хочу подчеркнуть ценность мандата Комиссии и заявленных критериев, предназначенных для содействия соблюдению фундаментальных норм гражданского общества в России и в других бывших советских республиках.

Во-вторых, те из нас, кто лично наблюдал за этим издевательством над правосудием в России, глубоко признательны за озабоченность, выраженную сопредседателями Хельсинкской комиссии в связи с ненадлежащим ведением российскими властями процесса по делу ЮКОСа и с вынесением приговора Михаилу Ходорковскому и его коллегам. Ваше официальное заявление для мировой прессы, что данное «дело представляется миру правосудием, направляемым политикой» и что «избирательное судебное преследование, такое, каким, судя по всему, является данный процесс, посеет хаос в правовой системе России», отражает, что у сопредседателей этой Комиссии сложилось верное представление о судебном процессе над Ходорковским и об ослабленном состоянии правовой системы в России.

В-третьих, принципиально важно, чтобы Хельсинкская комиссия продолжала наблюдать за выполнением положений Хельсинкских договоренностей 1975 года применительно к России и сообщать о результатах широкой общественности. В то время как администрация Белого дома США и лидеры Конгресса США вынуждены искать равновесие между многочисленными переменными в рамках двусторонних отношений с Россией, у Хельсинкской комиссии имеется четкий мандат – обеспечить соблюдение находящимися в ее юрисдикции странами прав человека и основных свобод.

Господин председатель, с моей точки зрения, принцип господства права является краеугольным камнем гражданского общества, поскольку служит защите прав и свобод всех граждан. То, что мы наблюдали в последний год в России, представляет собой правовую систему, мало чем отличающуюся от существовавшей в советское время. Государственный прокурор служит орудием в руках Кремля, а судебная власть не имеет настоящей независимости. Если самый богатый человек страны, имеющий возможность воспользоваться услугами лучших адвокатов, не может добиться справедливого суда, что это говорит о юридической системе и правах всех граждан, будь то бедных или богатых?

Сотни и даже тысячи людей пострадали в результате злоупотреблений российского правительства, последовательно нарушающего основные права человека и даже законодательство Российской Федерации. Многим из этих дел не уделяют широкого внимания, но на некоторые из них обращают внимание, и правозащитные организации начали документировать их. Эти дела заслуживают вашего внимания и того, чтобы в будущем вы потратили на них энергию. Однако более всего я лично информирован о делах против г-на Ходорковского и тех, кто с ним работал.

Помимо г-на Ходорковского и меня лично пострадали также следующие лица. Бывший руководитель службы экономической и финансовой безопасности ЮКОСа Алексей Пичугин приговорен к 20 годам тюрьмы. Процесс проходил за закрытыми дверями. Господина Пичугина подвергали обработке наркотиками, несколько раз отказывали в праве воспользоваться услугами адвоката, отказывали в возможности общаться с женой и от независимой медицинской экспертизы. В подборе присяжных участвовали сотрудники ФСБ. Моему коллеге Платону Лебедеву, одному из крупных акционеров ЮКОСа, страдающему печеночными заболеваниями, неоднократно отказывали в возможности пройти независимую медицинскую экспертизу. Вместе с г-ном Ходорковским он приговорен к девятилетнему сроку заключения.
В результате тактики злоупотреблений со стороны Кремля пострадали и многие другие люди, не входящие в число основных акционеров ЮКОСа. Адвокат ЮКОСа Светлана Бахмина, мать двоих детей, 3 и 7 лет, содержится под стражей с декабря прошлого года. Ей неоднократно отказывали в возможности общаться с детьми.
Другие сотрудники ЮКОСа тоже были принуждены уехать из Росии и найти убежище в других, демократических странах. Явный пример, как мировое сообщество оценивает российскую «справедливость», Суд Магистрата на Боу-стрит в Лондоне опроверг запрос России по экстрадиции двух сотрудников ЮКОСа. Несмотря на то что судья услышал все доказательства, и здесь надо упомянуть личный интерес президента Путина, он заключил, что никакой суд в России не может противостоять политическому давлению со стороны Кремля и вынести справедливое решение. Британское Министерство внутренних дел дало политическое убежище около шести сотрудников ЮКОСа.

Только что, как сообщают, российская прокуратура открыла уголовное дело против бывшего премьер-министра Михаила Касьянова, потенциального кандидата на пост президента, в связи с мошенничеством и злоупотреблением служебными полномочиями. Думаю, нельзя считать простым совпадением, что Касьянов, бывший премьер-министр России и советник Путина, уволенный в прошлом году и с тех пор публично критиковавший Путина, теперь обвиняется в связи с ненадлежащими коммерческими сделками.

Заявляю, что именно по этой причине Западу, а Америке в особенности, следует обеспокоиться. Михаил Ходорковский приветствовал и принимал западные ценности как лично, так и в качестве главы компании ЮКОС, ставшей образцом корпоративного управления и прозрачности. Он обратился к американским компаниям и институтам с целью развития сотрудничества и укрепления наших двусторонних отношений. Тем самым он создал угрозу для тех в Кремле, кто с подозрением относится к Западу.

Не стоит ни на минуту подвергать сомнению мотивы президента Путина в расчленении НК ЮКОС и в захвате государством основного добывающего подразделения компании. Энергетика – дело крайне прибыльное и, учитывая, что крупнейшие промышленные компании зависят от импорта энергии, по сути своей политическое. Цель Кремля заключается в том, чтобы контролировать российский энергетический сектор и доминировать на мировом рынке энергии. Это, безусловно, укрепит позиции президента Путина на фоне растущей зависимости Европы и других регионов от России как крупного поставщика энергии. Уважаемый граф Ламбсдорф из Германии на прошлой неделе предупреждал, что его страна идет опасным курсом в связи с ростом зависимости от импорта природного газа из России.

Что касается гражданского общества, то практически все, чего удалось добиться в плане развития демократических институтов в России при Ельцине, исчезло при нынешнем режиме. Основные принципы демократии, как они нам известны, сегодня в России практически отсутствуют. Да, возможно, некоторые свободы существуют, однако институты, защищающие эти права, узурпированы силами, находящимися в Кремле. Сегодня государство владеет или контролирует все СМИ (я лично недавно продал собственную газету, поскольку объективная журналистика стала в таких условиях просто невозможной), суды не являются по-настоящему независимыми, нет жизнеспособной политической оппозиции. Список этот можно продолжать и продолжать. Все более очевидно, что климат в Кремле определяют бывшие сотрудники КГБ и ФСБ, и если несколько лет назад была какая-то прозрачность, сегодня признаки таковой отсутствуют. Результатом стало появление новой формы коррупции на высших уровнях государственного аппарата России. Эта коррупция грозит размыть основы российского государства до такой степени, что это создаст риск для российской безопасности, стабильности, а также долгосрочного экономического благосостояния российского народа. Боюсь, что именно это станет наследием Владимира Путина.

Такое мнение о российских властях сегодня разделяю не только я или противники Кремля. Валентин Гефтер, директор московского Института по правам человека, буквально несколько недель назад заявил в вашем комитете, что «очень часто политические, корпоративные и даже личные причины оказываются выше принципа господства права [в России]». Полностью согласен с такой оценкой. Майкл Макфол, старший научный сотрудник в Совете по внешним сношениям и исполнительный директор Целевой группы по российско-американским отношениям в Совете по внешним сношениям, возглавляемой Джэком Кемпом и Джоном Эдвардсом, сказал, что «четыре-пять лет назад шел разговор о том, демократ ли Путин. Сегодня этот разговор закончен. Остался лишь вопрос о природе и степени авторитаризма Путина». Наконец, госсекретарь Кондолиза Райс сказала, что то, как российское правительство обращалось с делом ЮКОСа, «поколебало доверие людей» и что российским должностным лицам необходимо продемонстрировать, что законы и подзаконные акты справедливы и применяются «единообразно с течением времени в отношении разных дел».

Преследованию со стороны российских властей подвергается не только ЮКОС. Как сообщает Ирина Ясина, руководитель фонда «Открытая Россия», некоммерческой организации, созданной г-ном Ходорковским, мной и нашими коллегами с целью содействия укрепления демократии в России, некоммерческие организации испытывают «непосредственное давление и угрозы со стороны МВД, Генеральной прокуратуры, ФСБ». В этом году Минюст приостановил деятельность Нижегородского правозащитного общества и заморозил счета Общества российско-чеченской дружбы.

Господин председатель, я сожалею, что Россия движется в направлении, противоположном западным ценностям и традициям, и это должно тревожить Америку. Вопрос: что могут предпринять Америка и другие западные демократии? Очевидно, что нерегулярные заявления и дипломатические увертюры не работают. С учетом того, что закаленные и циничные силы в Кремле понимают и реагируют только на санкции, угрожающие их собственным интересам, предлагаю две возможности:

– Приветствую поддержку Резолюции о «Группе восьми» сенаторами Маккейном и Либерманом и конгрессменами Коксом и Лантосом. Анализ критериев членства убедительно показывает, что Россия не отвечает ни экономическим, ни демократическим требованиям для того, чтобы находиться за столом «Группы восьми». Если четко заявить, что членство России в «Восьмерке» зависит от ее приверженности демократическим процедурам и принципу господства права, это обязательно привлечет внимание лидера, который, что очевидно, дорожит членством в этом «клубе». По крайней мере Америке и остальным членам «Восьмерки» не следует разрешать Владимиру Путину возглавлять группу, учитывая сегодняшние обстоятельства в России.
– Россия по понятным причинам стремится вступить во Всемирную торговую организацию, однако возможно ли, чтобы крупная страна, прибегающая к внеправовым средствам установления контроля над частными активами, избирательно преследующая бизнесменов, ренационализирующая частные предприятия, преследующая компании с помощью надуманных налоговых обвинений, не создающая правовую систему защиты инвестиций, акционеров, коммерческих контрактов, заслуживала быть принятой во Всемирную торговую организацию? Отток капитала и спад инвестиций, что очевидно, объясняются именно представлениями внутри и за пределами России о том, что она не является безопасным местом для вложения средств. Если ответственные страны будут игнорировать эти тенденции и не предпримут шагов для борьбы с ними, это только будет подстегивать российские власти и дальше идти по пути авторитаризма.

Наконец, г-н председатель, я хотел бы четко заявить, что хотел бы видеть открытую, некоррумпированную, процветающую и свободную Россию. На момент моего последнего приезда в Вашингтон в июне 2002 года я занимал должность заместителя председателя комитета Совета Федерации по международным делам, был советником правительства по ближневосточной политике, президентом Российского еврейского конгресса, крупным акционером Группы «МЕНАТЕП», холдинговой компании ЮКОСа, а также активно занимался образованием и благотворительной деятельностью.

Сегодня я горжусь, что я гражданин Израиля, страны, где демократия защищает меня от ложных обвиний в не подтвержденных документально преступлениях. Мой грех, с точки зрения Кремля, заключался в содействии развитию свободы, открытого гражданского общества, прозрачности бизнеса и демократических ценностей в России, чтобы помочь нашей стране, российскому народу, и в том, что занимался я этим вместе с моим коллегой Михаилом Ходорковским и с компанией ЮКОС. Сегодня наступили темные времена для тех из нас, кто дорожит свободой и поддерживает демократию. Если бы российский народ больше ценил демократию и лучше осознавал свою власть требовать демократии, в стране произошло бы восстание. Однако опыт российского народа слишком ограничен. Наша единственная надежда – на то, что Америка, создатель и вдохновитель демократии, воспользуется собственным авторитетом, чтобы убедить г-на Путина изменить свою практику.

Я еще раз хотел бы поблагодарить Хельсинкскую комиссию за сохранение приверженности демократическим ценностям и готовность предъявлять претензии России и другим странам всегда, когда эти ценности оказываются под угрозой.

Медленно и мучительно в статьях русских публицистов и схватках с нефтегазовым ОМОНом рождается новая система взглядов. Мы видим, как стихийный народный национализм соединяется с пафосом личной свободы и превращается в стройное прогрессивное мировоззрение. В результате с перспективных правых идей слетает шелуха религиозного мракобесия, великодержавного шовинизма, опереточного нацизма и реакционных антидемократических устремлений.

Нынешний режим с культом "непогрешимого" президента, авторитаризмом, презрением к сопредельным государствам и ненавистью к быстро растущему меньшинству – молодым русским европейцам - цепляется за предрассудки населения. Дремучая неприязнь к Западу, имперские бредни и разглагольствования о якобы традиционной любви народа к "сильной руке" - любимые инструменты власти.

Взамен национал-демократическая часть оппозиции предлагает формирование русской политической нации на естественной этнической основе, отделение дотационных инородческих областей, регионализм, ценности свободы и демократии и пр.

Пока становлению национал-демократической политической традиции мешают предрассудки и националистов, и либералов. Но приходит время, и свободные выборы начинают идти рука об руку с евгеникой, рыночная экономика - с протекционизмом в отношении к национального бизнеса, а патриотизм - с профессиональной армией.

Сближение происходит и на уровне конфронтации с властями. Митинги "несогласных" разгоняют с не меньшим усердием, чем "Русские марши". Оппозиционеров-демократов с жаром советских пропагандистов клеймят как "наймитов Госдепа США" и "лакеев" беглых олигархов; националистов "ящик" рисует злобными неонацистами, стремящимися на деньги американской разведки развалить "многонациональную евразийскую державу". И т.д.

Как прорвать информационную блокаду и ознакомить народные массы с национал-демократической доктриной? Поставим вопрос шире: бывал ли в истории прецедент, когда идея побеждает при тотальном противодействии властей и молчаливом отчуждении большинства населения? И не во время тяжелейшего кризиса или войны, а в период стабильности и экономического роста, пусть даже (как в случае России) основанного на призрачном нефтяном изобилии?

На ум приходит интереснейшая работа Патрика Бьюкенена "Смерть Запада". Книга американского консерватора изобилует заблуждениями и местечковыми мифами, но очень точно вскрывает суть культурной революции.

Ситуация выглядела следующим образом. Послевоенную Америку "сбил с ног" молодой марксист Антонио Грамши. Этот итальянский еврей, бежавший от фашистов в СССР, определил на какой именно камень нашла коса мировой революции: надежным щитом против красной экспансии послужила европейская культура. Именно традиционная мораль Запада стала для Грамши главной мишенью.

Для анализа американской культурной революции вряд ли хватит и десятка статей, поэтому сосредоточимся на практической стороне дела. Грамши писал: "Грядет революция! Она будет отличаться от всех революций прошлого. Она обратится к человеку, а не к классам, и затронет культуру, а изменение политической структуры произойдет лишь на последней стадии. Она не нуждается в насилии для своего успеха, и подавить ее насилием также не удастся. Она распространяется с удивительной скоростью, и уже наши законы, наши институты и социальная структура меняются под ее влиянием... Такова революция нового поколения!"

Не нудными трактатами или большевистскими штыками, а литературой и музыкой левые сумели сломить белую христианскую Америку. Но вернемся в Россию. Чтобы победить, следует взять на вооружение методику заокеанских марксистов.

В последнее время появилось несколько неуклюжих, сыроватых, но интересных образчиков национал-демократической прозы (серия "Сварогов квадрат" Петра Хомякова, повесть Романа Волкова "Клеймо Чернобога" и др.). Эти первые ласточки отличаются излишним радикализмом. Но со временем их обязательно заменит целый поток качественной национал-демократической литературы.

Существует ли шанс с помощью культурной экспансии "прошить" информационное поле так, чтобы национал-демократическая доктрина стала достоянием масс? Сейчас трудно загадывать. Но другого выхода, похоже, нет.

В условиях полного отсутствии площадок для свободной политической дискуссии в центральных СМИ и беспрецедентного давления на оппозицию, искусство остается единственным инструментом для просвещения народа.

Конечно, Путин устроил нам событие года, а, может, и вовсе принял главное решение за весь период своего правления, грозящего стать бесконечным. Впрочем, хотя пока вырисовывается самый вероятный из всех прежде предполагавшихся сценариев (с формальным президентом – свадебным генералом, «царствует, но не правит» под руководством премьер-министра ВВП), любое решение Путина по поводу своей/нашей судьбы было бы сенсацией.
Как теперь оформится это решение, я рассуждать не хочу, просто потому, что не раз в последнее время говорил на тему бесполезности всяких прогнозов и полной зависимости развития событий от настроения одного конкретного человека, которому наш президент «безусловно доверяет» — то есть от него же самого. Но я подозреваю, что, строя свои хитроумные планы, Путин и его верные друзья допускают большую ошибку. Они плохо помнят историю и скверно разбираются в человеческой психологии.
Ну вот вам идеальный сценарий. Допустим, Путин становится премьером, а президентом, «с которым можно работать в паре», становится Зубков. Кто же еще? Когда же выдвигать другого Преемника? Не менять же правительство снова. И вот Зубков. Человек, кажущийся вполне приличным гражданином, искренний в своей заботе о полости рта механизаторов и о зарплате воспитателей детских садов, крепкий хозяйственник, не выпендрежник в плохом смысле этого слова. В то же время человек уже немолодой, без амбиций. Какие тут амбиции? Скакнуть с 88-го места в рейтинге сразу в премьеры! Такой был бы идеальной «парой». И отличной ширмой для реального правителя. К тому же он всем теперь Путину обязан. Какие Медведевы? Какие тем более Ивановы? Эти ширмами не станут, Сергей Борисыч так уж точно. А Виктор (не помню как по батюшке) станет. Ну замечательный же сценарий!
И вот если дело действительно пойдет по такому сценарию, я Путину сочувствую. Его ждет сюрприз. Потому что человек, получивший верховную власть, ни за что не согласится быть формальной фигурой. Зубков или не Зубков – это не имеет абсолютно никакого значения! Власть способна изменить личность до неузнаваемости. Мы сами сталкивались с этим в нашей жизни множество раз! Стоит какому-нибудь серенькому, неприметному человечку выбиться в начальники, как он немедля преображается, становится гордым, раздутым от важности, говорит рублеными фразами, делает вид, что тебя, старого кореша, впервые в жизни видит, требует обращаться к себе по имени-отчеству. Было такое? Да, конечно, было. А здесь не просто начальник, а верховный начальник.
Я в свое время голосовал против ельцинской Конституции, потому что считал ее позорным, губительным для страны документом. В ней нет защиты от дурака. А не оставить защиты от дурака в стране, где дураки — вторая национальная беда… Президент России – это царь, только называется по-другому. И вот эти гигантские полномочия попадают в руки к конкретному человеку. И ему говорят: ну ты тут временно поуправляй четыре годика, только ничего не трогай и ни на какие кнопки не нажимай. А через четыре года вернется Владимир Владимирович, и ты ему всё в целости вернешь. Ага! Щас! Ни за что и никогда!
Может быть, условный Зубков и не пошлет их сразу на три буквы, а осторожно осмотрится, подберет ключики, набросает планчик. Но в конце концов непременно сам станет полноправным хозяином страны. И никакого Путина и близко не будет! И народ примет это с легкостью. Стоит ему начать с утра до ночи твердить, какой хороший этот «Зубков», и народ поверит! Как поверил когда-то в замечательность Путина, про которого граждане сначала знать ничего не знали, а через полгода уже на него молились. И на «Зубкова» будут молиться. И на собаку Кони. И на чучело Гудвина, покуда кто-то за ширмой будет вещать завораживающим голосом.
А надо будет, так Путина и вовсе выставят шаромыжником. С какой легкостью наши люди верили в то, что легендарные красные командиры – на самом деле немецкие или «латинские шпионы». А как в Сталина верили! Но пришел неказистый смешной Хрущев и развенчал Вождя, пускай тот до сих пор и популярен в массах. Но популярен — это одно, а живой Бог, каковым Сталин был при жизни – это совсем другое. Так что надо будет – и Путина «разоблачат».
И еще один важный человеческий момент. Ни в коем случае нельзя делать ставку на личную благодарность. Что вот, мол, ты человека возвысил, сделал для него что-то, а он тебе по гроб жизни обязан и благодарен будет. И политическая история и наш личный опыт учат нас тому, что люди страшно не любят быть кому-то обязанными, а тем более обязанными властью. Они ненавидят тех, кто помнит их рядовыми, «не великими». Вот тот же Сталин истребил старых большевиков не в последнюю очередь потому, что старые большевики точно знали, кто такой Сталин, откуда он взялся и какова его роль в революции, в истории партии и страны. Всех перебил, чтоб глаза не мозолили и чтоб лишнего не болтали. Так что Преемник не будет считать Путина вторым отцом, он постарается сделать все, чтобы и самого Путина удалить куда подальше и команду его разогнать.
А дальше не повезет уже всем нам. Потому что вряд ли эта компания уйдет покорно, без боя. Хорошо, если обойдется без боя в прямом смысле слова. Но и мирный сценарий вполне допускает всеобщую анархию и саботаж на верхнем этаже власти. Вертикаль рухнет, превратившись в Горизонталь! И тут уж выбирать не придется. Лучше хоть какой-нибудь порядок, чем никакого. А каким будет этот «какой-нибудь» порядок, честно говоря, даже думать не хочется.

А Пинноккио Датский Принц,
Пинноккио Черный Мавр,
Пинноккио Мистер Х,
Пинноккио - великий артист...

Вчера Владимир Путин сделал одну из самых больших ошибок в своей карьере. То ли отказало чутье разведчика, то ли историю России этот невысокий господин с лысиной и пустыми холодными глазами учил плохо.
Решение возглавить партию "Единая Россия" на грядущих выборах в Госдуму, конечно же, означает реформу всей структуры органов власти с делегированием основных полномочий от президента к главе правительства, избираемому партийным большинством в парламенте. То есть речь идет, фактически о мягкой форме парламентской республики, при которой Путин не уходит, а остается главой государства.

Загвоздка в том, что в период проведения реформы образуются два центра власти. Система государственной власти в России во все времена авторитарного или диктаторского правления замыкалась на одного человека на вершине вертикали – верховного правителя. Можно было называть его царем, императором, генеральным секретарем и даже президентом, суть от этого не менялась. А каждая такая реформа власти в России оборачивалась катастрофой для режима и страны, и вот почему.

Дело в том, что при недемократическом режиме осуществления власти полной легитимностью в подобной системе может обладать только один человек: тот, кто сидит на самом верху. Он безгрешен, защищает народ от зарвавшихся бояр, компетентен во всех вопросах, силен, решителен и так далее по списку. Это старая, давно списанная в утиль в развитых странах, архаическая модель взаимоотношений общества и правителя, как неразумных детей и отца. О ее неэффективности в XXI веке даже упоминать не стоит, и так все ясно. В России, к сожалению, власть очень часто прибегала к искусственной архаизации общества (как с крепостными крестьянами, чья зависимость и общинные институты крепли на протяжении XVIII-XIX веков), чтоб зафиксировать патерналистскую модель. Не брезгует она этим и сегодня, достаточно посмотреть на эфир федеральных каналов, особенно в праздники.

Так вот у отца не может быть иных авторитетов на высшей ступени управления страной-семьей, его авторитет должен быть непререкаем. Когда появляется еще одна легитимная фигура (самозванцы не в счет), хотя бы отдаленно претендующая на его верховный статус, мгновенно начинается кризис. Борьба "отцов" всегда идет не на жизнь, а на смерть. Как когда-то метко сформулировал аксиому российской авторитарной политики генерал Лебедь: "Два медведя в одной берлоге ужиться не могут". У любого, самого преданного старому правителю "преемника", не говоря уже о соперниках (хотя сегодня речь об этом не идет), неизбежно появляются доброжелатели, нашептывающие "ты настоящий царь, только ты". Да и сам "преемник" или соперник быстро адаптируется к этому качественно новому статусу.

Так было в конце XVII века, когда не самый дальновидный патриарх Никон вдруг решил возвысить свой сан до царского, а получил сначала кровавый религиозный раскол русского общества, и тут же, как только стал реально претендовать на свою часть власти, был низложен и изгнан.

Так случилось и в 1905 году, когда насквозь прогнившая самодержавная монархия во главе с ничтожным Николаем II попыталась отдать часть власти парламенту, оставшись при этом по содержанию абсолютистской. Очень скоро последовал конфликт с Думой (коллективным альтернативным центром власти), ситуация вышла из-под контроля, и на фоне военных поражений чуть более чем через десять лет к власти пришли большевики.

Нечто подобное случилось на закате советской истории, когда Ельцин подмял под себя российские республиканские органы власти и управления, а на фоне парада суверенитетов образовалось два центра власти: советский с Горбачевым во главе и, собственно, российский. С распадом Союза с бывшего всесильного генсека буквально сползла должность, а вместе с ней и харизма "отца". Горбачев потерял всякую легитимность и в одночасье превратился в политического пенсионера.

Президентские советники, да и сам человек с пустыми глазами, видно, не учли российско-советский опыт сползания должности с человека. И Горбачев, и Хрущев, которого тоже свергли, казались населению и, что важнее, самим себе, всесильными. А вот, поди ты, потеряли высшую государственную должность и тут же стали никем.

Думается, очень скоро Владимир Владимирович на собственной шкуре ощутит эти перемены. Поначалу незначительные, а потом все больше и больше и, как снежный ком, по нарастающей, к нему начнут прилипать все дрязги и скандалы неповоротливого чиновничьего монстра – "Едра". Он столкнется с неэффективностью аппарата партии, с коррумпированностью членов "Единой России" на местах, да еще с массой земных и мелких проблем. А преемник меж тем может начать зарабатывать политические очки и голодным взором смотреть вослед "стареющему отцу". А главное, сидеть он теперь будет в президентском кресле, на месте всесильного правителя. В то время как Владимир Владимирович в качестве премьер-министра начнет разбираться с вопросами ЖКХ, социальными проблемами и прочими "вкусными" вещами.

Есть вероятность, что делегитимизация Путина произойдет и раньше, еще до выборов. Уж больно реноме у "партии власти" нехорошее, если покопаться. К господину Путину появится множество вопросов у оппозиционных (даже в рамках самой системы) политиков и журналистов. Например, в 2003 году один член партии, которую теперь возглавит сам Владимир Владимирович, обвинялся и был осужден, ни много, ни мало, за педофилию. Напомним, депутат Законодательного собрания Пермской области в 2005 году Игорь Пастухов подверг сексуальному насилию 16-летнего паренька из села Суда. Его приговорили к 14 годам заключения, но вскоре почему-то изменили меру наказания на поселение в колонии. Может "Единая Россия" с ее недюжинным административным ресурсом заступилась за своего, так сказать, члена? А сколько взяточников из единороссов попало на скамью подсудимых, а в скольких коррупционных скандалах за эти годы они поучаствовали? Как там командуют регионами, городами и районами единороссовские начальники, эффективно или нет?

Это сейчас кажется, что такие темы не всплывут, потому что партию возглавит действующий президент. В конце 80-х тоже так думали, и рейтинг у Горбачева был высокий, а уж царя как легитимного правителя в начале XX века принимало абсолютное большинство подданных.

Что в итоге?

Все восемь лет путинского правления власть наступала на наши права и свободы, шаг за шагом убивая все живое и неконтролируемое на политическом поле страны. Теперь этот самый Путин, о котором армия лизоблюдов у власти только что легенды не слагала, сам сделал неверный шаг и, очевидно, начал терять легитимность абсолютистского правителя. В его авторитарной системе такой поступок сродни публичной политической смерти.

Ну, а живым несистемным оппозиционным силам, остается только способствовать скорейшему уходу в политическое небытие нынешнего главы государства, случится ли это вместе с думскими выборами или после президентских – не важно. Мы должны будем менять саму систему власти и строить свою, Другую Россию.

А утка, она на то и хромая, чтобы оступаться.

Александр Трифонов

В каком отношении находятся террористы с обществом?
Они ведут с ним войну.
Да, террор не просто преступность. Это - война.
Почему?
По классическому определению Карла фон Клаузевица война есть продолжение политики другими, насильственными, средствами.
Насильственными.
Убийство детей, изнасилование старшеклассниц, превращение небоскребов в сжигающие живую плоть печи Молоха - куда уж насильственнее.
А террор, о котором мы ведем речь, по определению ставит политические цели.
Так что, террористы - это просто военные? Ну, из специфического рода войск? С которыми в случае их поимки следует обращаться как с военнопленными?
Да нет, если террористы и военные, то военные преступники, повсеместно нарушающие общепризнанные законы и обычаи войны.
Даже нападая на колонну войск в Багдаде или Шатое, террористы, как правило, незаконно маскируются под мирное население, не носят форму и ясно видимые знаки различия, не имеют при себе выданных признанным правительством документов.
А это само по себе преступление.
Но - чаще всего - их целями становятся те, кто не является законными целями военных действий.
Мирные граждане. В больнице, зрительном зале, школе. А это уже преступление против человечества.
Не имеющее срока давности и оправданий.
Не все это понимают. Летом 2004 года я прочитал в издании WARC, женевского Всемирного Альянса Реформированных Церквей, что "террор есть война бедных".
Милые коллеги, террор - военное преступление бедных. (Бедных? Х-м-м…) То, за что в Нюрнберге, Токио и Хабаровске вешали. (Правда, в гомеопатических количествах…)
Но чтобы кого-то осудить, его сначала надо победить.
Итак, определив, что терроризм есть одна из форм вооруженной борьбы, взглянем вкратце на тактику борьбы с ним.
Животное инстинктивно пускает в ход клыки и когти. Оно жестко запрограммировано на это. Так же, как комплекс ПВО в автоматическом режиме выпускает ракету по вошедшему в зону поражения одиночному аэроплану, не давшему правильного опознания.
А вот при совместной работе нескольких комплексов и при отражении ряда целей уже вылезают вопросы тактики. Кого и кому бить и в каком порядке?
Перед человечеством эти проблемы возникли уже в древности.
История Давида, сразившего Голиафа, показала, что выбор тактики важнее физической силы и качества доспехов. Мозги важнее мускулов.
Первые примеры классической тактики дала античность. "Косой удар" Эпаминода, "канны" Ганнибала. Апогей - книга генерала российской и прусской служб Карла фон Клаузевица "О войне". Ее стоит прочесть не только кадровым офицерам. То, что было актуально для сходившихся на местности пеших и конных армий, сохраняет свою актуальность и для ведущихся в информационных пространствах и дебрях техносферы боев с террористами.
Названия главок книги фон Клаузевица как нельзя лучше отражают проблемы терроризма.
"Затруднения, встреченные теорией при рассмотрении величин духовного порядка". Адекватной теории нет и к началу XXI века.
"Моральные величины не могут быть исключены из теории войны". Из теории войны с террором тем более!
"Первая особенность - моральные силы и воздействия". А для терроризма - это первейшая особенность! "Впечатления, производимые опасностью (мужество)", "Объем влияния опасности"…
И далее - "Вторая особенность - живое противодействие". Да, те, кто имеет дело с террористами, должны учитывать, что борются с мыслящими субъектами, пытающимися предугадать ходы противника и обмануть его.
Для описания такого поведения с 40-х годов прошлого века существует специальная дисциплина - теория игр. Создан понятийный и математический аппарат, многочисленные алгоритмы, пакеты программ.
Типичный раздел информационных технологий.
А еще "Третья особенность - недостоверность данных". Ну, это относится не только к ИТ, но и ко всем позитивным наукам вообще.
И бумерангом возвращается в информационную отрасль, как только дело доходит до моделирования сколь-либо сложной системы.
То есть даже с позиций классической военной школы проблема борьбы с терроризмом - это в большей степени задача не физическая, а информационная.
Наглядный пример. После Беслана - призывы обеспечить школы вооруженной охраной. Родители собирают деньги на охранника. Вооруженного гражданским пистолетом.
А по элементарным канонам остановить группу убийц, подобную Бесланской, гарантированно могут два отделения со всем табельным оружием. АК-74 там, ПК… Значит, сутки дежурим. Трое отдыхаем. Отпуска. Рота на школу. Сколько там школ в России?
А захватят вокзал. Или почту.
Шмонаем кавказцев? А бомбу заложит за порцию героина местный наркоман.
Ограничения
An’, after, I met ‘im all over the world, a-doin’ all kinds of things,
Like landin’ ‘isself with a Gatlin’ gun to talk to the them ‘eathen kings.
Rudyard Kipling, "Soldier an’ Sailor Too"
Потом я в работе его повидал
По разным глухим углам,
Как он митральезой настраивал слух
Языческим королям.
Редьярд Киплинг, "Солдат и матрос заодно",
пер. А. Щербакова
Постулируем, что современные государства, достаточно близко находящиеся к Глобальному центру перераспределения, имеют наиболее плотную информационную сеть. Без этого они не справятся со своей работой в системе планетарного разделения труда.
В позапрошлом веке индустриальным империям было просто: берешь суданских повстанцев Махди, собираешь их на равнине поплотнее и причесываешь даже не гатлингом с вращающимися стволами, - шестиствольные картечницы Барановского эффективнее всего применялись в Туркестанских походах Кауфмана-Скобелева, - а из первых пулеметов Максима, еще неуклюжих, на пушечных лафетах. И в цивилизованных странах на убитых туземцев всем было глубоко плевать. Даже на некомбатантов - правила войны Гуго Гроция были выработаны для государств Европы.
Причина этого отношения имела глубокие экономические корни - промышленное производство Европы, имперских метрополий, было настолько эффективно, что противостоять ему не могло ничто в мире. Нужны лишь были новые, территориально новые, рынки. Пусть и приобретаемые насилием.
Ну и конечно, позиция науки века XIX. Об отсталых расах писали не только протофашисты Гобино и Чемберлен, но и добрейший Жюль Верн.
А теперь все иное. Производство в Первом мире - в глубоком прошлом. Вещи делаются в ЮВА. А Старая и Новая Европа, за исключением небольшой части населения, занимающейся исследованиями и разработками, живет глобальной торговлей, глобальной организацией хозяйства, иллюзорным миром медиа.
Но вот иллюзорный мир медиа приносит вполне ощутимые деньги - недаром так рьяно торговые представители защищают интеллектуальную собственность Голливуда и граммофонных империй. И эти деньги жизненно важны для современной Британии - смотрите, кто получает рыцарские звания: шуты и атлеты, вместо воинов и навигаторов былого.
И вот тут-то начинается интересное.
"Максим" говорит сам за себя. Если у тебя его нет, ты никак не можешь говорить о равенстве цивилизаций и прочей политкорректности. Никому не могло в позапрошлом столетии прийти в голову говорить о равноценности творчества Шекспира с Теннисоном и детей Берега Слоновой Кости.
Говорят о себе дешевые фабричные ткани, швейные машинки Зингера, телеграфы Морзе…
А вот с интеллектуальной собственностью - сложнее. Чтобы продать песню или кино, нужно уговорить покупателя, что это - здорово.
А для этого нужно покупателя знать. А для этого - создавать в себе его модель.
Думать, как он. Чувствовать, как он.
Смотрите, как продвигают цифровой контент: "Помимо безусловного качества сервиса, легальный рынок предлагает очень существенный момент: самоуважение и достоинство пользователя"! Самоуважение и достоинство - даже у европейцев в XIX веке эти чувства были присущи лишь верхним слоям. Поступок пленного британского унтер-офицера, отказавшегося поклониться в ноги мандарину ("У нас в полку это не принято") и казненного, стал темой баллады. А здесь - эти качества предполагаются у массового пользователя.
А дальше - рождается сочувствие. Богословие ХХ века большое внимание уделило сочувствию Творца своим слабым созданиям. (Карл Барт, "Послание к Римлянам", "Церковная догматика"; Пауль Тиллих, "Мужество быть", "Систематическое богословие".) Барта и Тиллиха внимательно читали артисты 60-х, те, кто получил подлинно массовую аудиторию, из рабочих подростков став миллионерами. Сегодня важен потребитель, даже если это маленький человек. Его желания, его беды. Не почему-то, но из экономического императива. Маленький человек даже Третьего мира ценен. Как потребитель.
И вот технологически передовое государство Израиль, ближневосточный форпост иудеохристианской технологической цивилизации, с неплохими вооруженными силами оказалось в тупике.
Отвечая своей большей мощью на падающие на города полукустарные НУРы, ЦАХАЛ неизбежно убивает и калечит больше жертв на территориях оппонентов. А сочувствие ко всем одинаково. Не так, как во времена восстания сипаев, когда европейцы сочувствовали британцам, сидевшим в Черной Яме, и радовались уничтожению индусов из пушек.
И каждая жертва - известна. Сетевые социальные и информационные структуры. Падающая до ноля стоимость и взлетающая до световой скорость транзакции.
Поэтому в информационном пространстве и сформировался образ маленького Израиля как кровожадного империалиста. А образ такой в наше время, когда надо не захватывать силой потребителя вместе с колониями, но убалтывать его, улещая, - крайне невыгоден. Что мы и видим.
Наивность террористских бомб?
Итак - лобовые решения (упреждающим ударом добить террористскую гадину и всех ее сторонников в логове) не сработают. Моральные ограничения, накладываемые постиндустриальной цивилизацией (именно ей, ее способами извлечения денег, а не смутным "моральным прогрессом") на своих представителей.
Надо играть сложную игру. Необходимо определять цели террористов (в этом "бизнесе" - немалые деньги!), формировать целевые функции. Строить матрицы игры. Синтезировать и оптимизировать алгоритмы, при которых цена игры для террористов, их спонсоров, пособников и укрывателей станет невыносимо высокой. Реализовывать это на практике.
Должны ли эти алгоритмы, порожденные ими стратегия и тактика обсуждаться публично?
Да! - говорят либералы. Ну, вспомните, как обещали народу процветание в результате рыночных реформ, наплевав на законы дисциплины "структурная макроэкрономика". Вряд ли по незнанию. Бедней-то никто не стал. (Из реформаторов!) Только вот идею свободы скомпрометировали…
Нет! - режут государственники. Это дело профессионалов! Но хорошо помнится, как гаишник за мешок сахара пропустил грузовик взрывчатки к Москве. И безопасней за последние годы в России не стало…
Ответ на этот вопрос - делать так, как будет предусмотрено алгоритмом. Он же теоретико-игровой. То бишь учитывающий влияние противной стороны, влияние реакции общества. Могут быть алгоритмы, предусматривающие точное информирование противника. Ну, если после захвата лайнера с российскими туристами в гостеприимной средиземноморской стране арестовывают родню террористов и прозрачненько так намекают на ликвидацию всех старейшин в кланах. Или MAD, гарантированное уничтожение времен атомного противостояния. Боялись РЯН - внезапного ракетно-ядерного нападения.
А уничтожила СССР скрытая доктрина экономического истощения. "Пока толстый сохнет, тощий сдохнет". Реализованная в демократических Соединенных Штатах, с их весьма высокой степенью гласности в оборонных вопросах. Сверхзакрытый СССР ничего противопоставить не мог!
Так что это - вопрос разработчиков доктрин, стратегий и тактик борьбы с террором. Их компетентности.
Три дюжины лет назад Евгений Евтушенко в поэме "Казанский университет" противопоставлял наивную террористскую бомбу циничным водородным бомбам.
Да нет, террор требует куда более высокой степени цинизма (вспомним - это философское учение), чем миновавшее ядерное противостояние. А борьба с ним - дело отнюдь не для наивных, но для хорошо знающих человеческую природу.
К тому же соблюдающих законы - как следует из ранее упомянутого интервью с Р. Рогозинским, массированное применение кибероружия странами Первого мира сдерживается отсутствием правовой базы. И может оказаться, что для победы над террором важнее не готовность пытать мятежников, но заветы доброго рабби Гиллель, изложившего суть Ветхозаветного закона словами: "Что тебе неприятно, того не делай твоему ближнему".

По ночам, мертвые стоят вдоль стен, и плачут: "Мы должны знать о Боге. Где же Бог? Или Бог умер?" Бог не умер. Воистину, Бог живет. Есть один Бог, которого вы не знаете... Назовем Бога именем его: Абраксас. Абраксас говорит о правде и о лжи, о добре и о зле, о свете и о тьме -- в одном и том же слове, в одном и том же движении. Так почему же ужасен Абраксас? Абраксас прекрасен, как лев, безжалостно опрокинувший свою добычу. Это восторг земли и это жестокость неба. Где нет вопрошающего, там нет и ответа -- лишь пустыми глазницами смотрит небо, и чавкает тьма.