«Наша передача подошла к концу, до свидания», - лаконично прощается со зрителями Центрального телевидения СССР ведущий «Международной панорамы» Геннадий Герасимов. На календаре 16 октября 1988 года, московское время - 18:45. По другим каналам идут столичное футбольное дерби «Торпедо» - «Локомотив», просветительская программа «Что может кооператор?», таджикский фильм «Заложник» и концерт чувашского ансамбля песни и пляски.

В эфире ЦТ наступает исторический момент: начинают показывать бразильский сериал «Рабыня Изаура», который сдвинет тектонические плиты советской, а потом и российской культуры не менее внушительно и быстро, чем куда более громкие сюжеты перестройки.

Американка Луиза Брайант - журналистка и убежденная феминистка - оказалась в России накануне Октября, в те недели, когда прежняя власть уже рассыпалась, а новая еще не успела окрепнуть. Ей удается невозможное: получить пропуска от всех враждующих сторон и оказаться по обе стороны баррикад. Брайант не наблюдала за катастрофой со стороны: стояла в очередях за хлебом, ходила по залам Зимнего дворца в дни осады, была среди уличных стычек и сама оказывалась под огнем.

Она видит, как вчерашние заключенные в одночасье становятся министрами, разговаривает с солдатами, рабочими и лидерами революции, фиксируя язык, страхи и надежды людей на кромке исторического разлома. Книга «Полгода в красной России» - это не отстраненная хроника, а страстный и непосредственный репортаж из эпицентра событий. С разрешения издательства Individuum публикуем отрывок про уникальный женский батальон смерти.

Типографские или так называемые бумажные книги сейчас мало кого интересуют. Многие уже давно освободили свои квартиры от библиотек, кое-что отвезли на дачу, сдали в макулатуру или просто выкинули. А ведь в Советском Союзе - самой читающей стране мира - хорошие книги были большим дефицитом. Не забыли ещё это слово - "дефицит"?

Решил вспомнить, как ныне живущие поколения «крутились» в эпоху дефицита, «на полках пусто, а в холодильнике полно», как покупали машины, как отстаивали в очередях и что значили полезные знакомства… Зачем вспоминать? Да хотя бы затем, чтобы ощутить и сравнить ароматы времен. О закрученных махинациях ради дефицитного издания шедевров мировой литературы расскажу ниже.

Как только ее не зовут? Осенняя царица, тыквина, тыковка, горлянка, гарбуз (на Украине), кукурбита (Cucurbita) - по лытыни.

"В жару растенья никнут, бегут от солнца в тень. Одна лишь чушка-тыква на солнце целый день.
Лежит рядочком с брюквой, и кажется, вот-вот от счастья громко хрюкнет и хвостиком махнёт." Эти строчки поэта Сергея Орлова мне всегда приходят на ум, когда я собираюсь что-нибудь приготовить из этого замечательного овоща. Сегодня собрала для вас четыре замечательных блюда из тыквы.

Обман - тоже искусство, если речь идет о живописи. Несуществующий рельеф в росписях стен и плафонов; картины, притворяющиеся шкафчиками с редкими вещицами; муха, которую никак не согнать с рамы… Все это «тромплёй» (от фр. trompe l’œil, «обман глаз»), создание иллюзии объема на плоскости.

В Хакасии спецназ задержал 72-летнего криминального авторитета Владимира Татаренкова по кличке Татарин: его обвиняют в расправе над конкурентом, совершенной десятилетия назад. Татарин, которого бойцам спецназа пришлось доставать через окно, считается одной из наиболее одиозных фигур преступного мира Сибири времен лихих 1990-х.

Его cвязывали с попыткой захвата алюминиевого завода, принадлежавшего миллиардеру Олегу Дерипаске, многочисленными расправами над коммерсантами и бандитами и даже с обстрелом из гранатомета посольства США в Москве, который стал предметом отдельного расследования российских спецслужб. История Владимира Татаренкова и ее крутые повороты - далее.