День я начал с мыслей о мажордоме. Батлере, дворецком, Джеймсе, как угодно. Так дальше продолжаться не может. Мне положительно нужна прислуга. Только бы она жила где-то отдельно, а то у меня с жилплощадью — средне.

 

С самого утра, пришлось вычищать фильтр стиральной машинки. Там — какая-то кошачья блевотина. Хотя кошек тут даже близко не ходило. И я бы это стерпел, если б не наблюдаемая закономерность. Ведь вчера тоже пришлось заниматься сантехническими работами.

 

Как куда надо, так сразу раковина течёт. Мне уж выходить на важное дело через полтора часа, а там всё капает и не унимается. В таких случаях, мужчина должен разобрать сифон. И надо сказать, что я в своей жизни разобрал множество сифонов. Начиная с поздних школьных лет, когда товарищей регулярно тошнило в раковину.

 

Собрал ли я хоть один сифон? Нет. Потому что это немыслимо. Как только его разбираешь, там сразу все детали будто уходят в другое измерение и моментально перестают друг к другу подходить. Останавливался ли я хоть раз, чтобы подумать, перед тем, как разобрать сифон? Нет.

 

Итак, я разобрал сифон. И сразу понял (в стиле того самого, классического сантехника): ну, что же вы, голубчики, это кто же вам тут так сделал-то, кто же тут вам так нахеровертил-то? Потом вспомнил, что это я сам, и вообще это моя квартира, а я не сантехник. Там прямо очевидно, что одна большая прокладка пробита.

 

Поехал в хозяйственный, а там вот буквально: хоть алмазные стержни для заточки бензопилы, хоть полимерные ёршики для унитаза. Одних пассатижей — семьсот разновидностей. Нужной прокладки нет.

 

Поехал на рынок. И там нет. В трёх ларьках спрашивал. Пришёл в четвёртый, а там грузная мучнистая женщина с тяжело накрашенными глазами и безупречно испорченной причёской оформляет покупки двум сантехникам, которые, видимо, где-то делают ремонт. Набрали муфт каких-то, гофр.

 

Сантехники — будто из классической драматургии: один — длинный, тощий, молчаливый и в грязных очках, второй — низенький, толстый, деловитый и разговорчивый.

 

Он тётку спрашивает:

 

— Сколько?

 

Она ему:

 

— Тыща.

 

Он:

 

— Выписывай нам чек для хозяина.

 

Она:

 

— Сколько в чеке писать?

 

Он:

 

— Пиши: две пятьсот!

 

У меня аж пробитая прокладка из пальцев выскользнула. Вот, думаю, падлы! Где-то там теперь сидит обманутый человек, платящий им деньги. Захлебнулся гневом и говорю женщине:

 

— А вот такая прокладка у вас есть?

 

А что ей прокладка: она десять рублей стоит, на этом не заработаешь. Она говорит:

 

— Нет.

 

А толстый сантехник посмотрел на меня и говорит:

 

— Пойдём, у меня в машине должна быть.

 

Достал связку этого добра, нашел нужную.

 

— На, — говорит.

 

Я ему сую пятьдесят рублей. А он так великодушно:

 

— Ой, да перестань!

 

Понятно: он только что «полтораху» ни за что «срубил», чего ему «полтинник» за прокладку.

 

Но, всё-таки, произвёл впечатление доброго человека. Вот так бывает. Ворюга, но не злой. Уже большое дело.

 

Стоит ли говорить, что прокладка не подошла и раковина течёт по-прежнему?

 

Нет, мне положительно нужен дворецкий. Или, хотя бы, тазик.

 

https://seoded.blogspot.com/2022/11/majordom.html