Казни Египетские прошли стороной

Первой угрозой был кризис. Нет, не так — Кризис. Он был связан с падающей нефтью и непрекращающимися санкциями, пессимизмом правительства и общей какой-то беспросветностью. Ещё в начале осени казалось: за нас взялись всерьёз, нас сомнут, мы начнём пятиться, сдавать рубежи, драться из последних сил. Многие тогда напряглись, помню. Шока не было, не наблюдалось и особой паники. Скорее, люди готовились к “долгой зиме”, к суровым будням и мобилизации сил, к затяжным боям и сжатым кулакам. Но вот прошло полгода, и знаете — фигня какая-то, а не Кризис. Ничего пока что не рухнуло, рубежи охраняются чётко, судорожного отступления не предвидится, часовые на посту. Это вовсе не значит, что проблемы миновали: всё пока что действительно серьёзно, и многим из нас приходится туго. Но ощущение катастрофичности куда-то ушло. Истаяло вместе со снегом.

Второй угрозой была Сирия. Мы же встряли в войну, чёрт возьми, и она могла бог знает чем обернуться! Кто-то ожидал серьёзных неудач в сирийском небе, другие караулили атаки террористов-смертников в самой России. Отрезанная голова несчастной девочки мнилась началом окаянного вала ужасов и смертей. Однако серьёзных терактов, тьфу-тьфу, удалось избежать. Предотвратить, если точнее: вот и вчера была обезврежена ещё одна террористическая группа — “люди работают”. А в Сирии — в Сирии случилась Пальмира. Освобождение чудесного города было воспринято в России чуть ли не как точка в войне, из которой мы выбрались на удивление удачно. Предательски сбитый турками Су-24 и подвиг Александра Прохоренко возле древних развалин не нанесли обществу опасных душевных травм — напротив, эти жертвы были восприняты как свидетельства справедливости наших действий, укрепили воинский дух народа. Российский триколор, трепещущий на ветру на фоне тысячелетних пальмирских развалин, придавал войне новое измерение: русские входили в Историю, вольготно располагаясь в ней среди римлян и ассирийцев, македонян и персов.

Третья же угроза была плоть от плоти нашей традиционной катастрофичности, когда кажется, что всё вот-вот рухнет посреди видимого порядка вещей, что мы вновь не сдюжим в самый ответственный момент, допустим сразу несколько фатальных ошибок и слишком дорого заплатим за них. Но ни энергоблокада Крыма, ни киевские телодвижения в Донбассе, ни судебные интриги вокруг ЮКОСа, ни “замайданные” марши подлецов, ни “разоблачения” по поводу сбитого “Боинга”, ни Карабахский междусобойчик, ни даже панамская музыка офшорных сфер не увенчались “крушением русской государственности”. Синие мальчики были накормлены, дальнобойщики отправились в свой далёкий путь, из оренбургских снегов откопали всех кто не самоубийца, Тимирязевку спасли. Зима кончилась, все целы.

...

Пару лет назад, во время амурского наводнения, Олимпиады в Сочи и, конечно, “Крымнаша”, я часто думал: мы можем всё. Мне казалось тогда, что нация готова к рывку, способна на великие свершения, в силах справиться с любым вызовом. Рывка не произошло, мы не стали рвать жилы, наша Армия не вошла во Львов, наш Центробанк не поверг ниц “империю доллара” — вместо этого мы, похоже, просто выздоровели, перестав шугаться каждой тени.

 

Словом, зреет во мне понимание: мы не скачем, мы выдержим всё, мой народ вечен, и ничегошеньки с Россией не случится. Такое вот у меня ощущение.

Полностью тут http://www.nalin.ru/civilizaciya-vnutri-nas-poxozhe-pobedila-my-ne-skachem-1710

У меня точно такое же ощущение