В гору поднималась извилистая брусчатая улица: то плавные изгибы, то короткие лестницы, выложенные узорными плитами.

Они шли мимо бревенчатых домов, глухих изгородей, запертых дверей, возле переливчатого полноводного ручья, весело журчавшего в просторном каменном желобе.

Выйдя к вершине горы, они увидели, что над зеленой террасой возвышается каменный настил, из него торчала искусного ваяния лошадиная голова, извергавшая прозрачный водопад в огромную чашу; оттуда и струился ручей.

Длинная и широкая мраморная лестница вела ко входу в золотой чертог; по обе стороны дверей были каменные скамьи для телохранителей конунга: они сидели с обнаженными мечами на коленях.

Золотистые волосы, перехваченные тесьмой, ниспадали им на плечи; зеленые щиты украшал солнцевидный герб; их длинные панцири сверкали зеркальным блеском.

Они поднялись во весь рост и казались на голову выше простых смертных.

- Вам туда, - сказал вожатый. - А мне - обратно, к воротам. Прощайте! Да будет милостив к вам повелитель Мустангрима!

Он повернулся и, точно сбросив бремя, легко зашагал вниз.

Путники взошли по длинной лестнице под взглядами молчаливых великанов-часовых и остановились у верхней площадки.

Гэндальф первым ступил на мозаичный пол, и сразу же звонко прозвучало учтивое приветствие по-ристанийски.

- Мир вам, пришельцы издалека! - промолвили стражи и обратили мечи рукоятью вперед. Блеснули зеленые самоцветы. Потом один из часовых выступил вперед и заговорил на всеобщем языке:

- Я Гайма, главный телохранитель Теодена.

Прошу вас сложить все оружие здесь у стены.

Леголас вручил ему свой кинжал с серебряным черенком, колчан и лук.

- Побереги мое снаряжение, - сказал он. - Оно из Золотого Леса, подарок Владычицы Кветлориэна.

Гайма изумленно вскинул глаза и поспешно, с видимой опаской сложил снаряжение возле стены.

- Можешь быть спокоен, никто его пальцем не коснется, - пообещал он.

Арагорн медлил и колебался.

- Нет на то моей воли, - сказал он, - чтобы расставаться с мечом и отдавать Андрил в чужие руки.

- На то есть воля Теодена, - сказал Гайма.

- Вряд ли воля Теодена, сына Тенгела, хоть он и повелитель Мустангрима, указ для Арагорна, сына Араторна, потомка Элендила и законного государя Гондора.

- В этом дворце хозяин Теоден, а не Арагорн, даже если б он и сменил Денэтора на гондорском троне, - возразил Гайма, преградив путь к дверям.

Меч в его руке был теперь обращен острием к чужеземцам.

- Пустые перекоры, - сказал Гэндальф. - Веленье Теодена неразумно, однако же спорить тут не о чем. Конунг у себя во дворце волен в своем неразумии.

- Поистине так, - согласился Арагорн.

- И я покорился бы воле хозяина дома, будь то даже хижина дровосека, если бы меч мой был не Андрил.