Наш собеседник сегодня  - профессор Юрий Михайлович Адо. Но на сей раз разговор пошел о вещах, казалось бы, далеких от проблем физики ускорителей...  (Внимание!  это восстановленная архивная статья. См. ниже)

-  Юрий Михайлович, почему Вы начали уделять столь большое внимание вопросам повышения безопасности атомных электростанций, ведь эта тема далека от профиля ИФВЭ?

- В науке есть вопросы, которые волей-не­волей затрагивают интересы всех и каждого. Такова и проблема АЭС. С одной стороны, работа АЭС действительно связана с риском экологически опасных ситуаций различных степеней тяжести. Известны крупные аварии на АЭС с выбросом радиоактивности в атмос­феру в Англии в 1957 году, в США в 1961 и в 1979 годах, катастрофическая авария на Чер­нобыльской АЭС под Киевом в апреле 1986 года. Вполне понятно, что всё чаще высказы­ваются мнения о том, что надо отказаться от строительства и эксплуатации АЭС. С другой стороны, такой подход к проблеме нельзя считать конструктивным. В условиях, когда до сих пор не найдены обоснованные предложения для адекватной замены атомных станций на какие-либо другие  виды источников энергии, надо говорить не о за­крытии АЭС, а об их существенном усовершенствовании - с исключением причин слу­чайного разгона ядерных реакторов. Рецепт для этого есть.

-  В чем состоит суть Вашего предло­жения, с которым Вы выступили на научно - техническом совете ИФВЭ?

-  Первопричина известных крупных аварий на АЭС состоит в том, что во всех действующих АЭС используется работа ядерных реакторов в режиме критичности.

Сбой систем управления и защиты или ошибки операторов могут привести (и, увы, приводят, как показал Чернобыль) к выходу из-под контроля цепной реакции деления ядерного топлива и быстрому её развитию с мгновенным выделением большого количества тепловой энергии, достаточного для взрыва котла реактора.

Между тем есть способ (его называют "электроядерным"), связанный с переводом ядер­ного реактора в подкритическое состояние, при котором цепная реакция самопроизволь­но идти не может. А номинальная мощность реактора при этом может быть восстановлена за счет дополнительного облучения активной зоны реактора мощным потоком нейтронов от внешнего источника.

-  И что может быть источником до­полнительных нейтронов? Есть ли подхо­дящее технические решения?

Нужные интенсивные нейтронные потоки вполне могут быть получены при использовании сильноточных ускорителей протонов, дейтонов или других, более тяжелых, заря­женных частиц. Расчеты показывают, что, например, протонный пучок из ускорителя с энергией около 400 МэВ и со средним током около 100 миллиам­пер, "бомбардируя" мишень из урана или свинца, вполне может обеспечить требуемый нейтронный поток. Создание же таких ус­корителей в настоящее время не представляет собой неразрешимой задачи. Можно исполь­зовать, например, опыт ИФВЭ в создании достаточно компактных ускорителей ионов с применением высокочастотной квадрупольной фокусировки, получивший мировое признание и распространение.

Важно отметить, что в данном случае решение за­дачи ищется как бы на стыке двух проблем, двух технологий - ускорительной и реактор­ной, а такие решения, как известно из истории науки, весьма плодотворны.

- А какова может быть стоимость осуще­ствления такого проекта и, самое главное, где взять деньги для него?

- Оценки показывают, что после оснащения ускорительной установкой удорожание

электроэнергии, вырабатываемой АЭС, сос­тавит 10-15 процентов. Это не такая уж большая плата за практическое исключение аварий катастрофического масштаба. Для некоторых возможных вариантов ус­корительной установки её стоимость можно оценить минимально в 150 миллионов долла­ров США. Хотя предлагаемая реконструкция АЭС - дело непростое, представляется, что в это дело стоит вкладывать и силы, и средства.

 Где взять деньги? Трудный вопрос, но, например, есть сведения, что США могут вложить около полумиллиарда долларов в программу трансмутации плутония и в другие конверсионные программы в России. Предлагаемая проблема вполне может быть вписана в одну из этих программ целевым финансированием - была бы проявлена заинтересованность теми лицами и организациями, которые ответственны за безопасность АЭС. А это дело не частное, а общегосударственное.

-  Некоторые специалисты предлагают для повышения экономичности и безопасности АЭС использовать в реакторах не уран, а торий. Даст ли это ожидаемый эф­фект?

- Тория в земной коре больше, чем урана, и это тоже привлекает внимание. Использо­вание ториевого цикла в реакторах, возмож­но, будет обладать рядом преимуществ, прежде всего из-за исключения образования плутония. Но это не означает, что ториевый цикл свободен от образования других вред­ных и опасных изотопов. Нужны исследо­вания. Практика же такова, что действу­ющих ториевых реакторов в мире пока нет, в отличие от урановых. В то же время оценки показывают, что в системе "подкритический реактор - ускоритель" возможно будет использовать необогащенный уран-238, что снимет проблему дороговизны ядерного топлива. А о решении проблемы опасности уже сказано выше.

 

Беседу провел Геннадий ДЕРНОВОЙ

Опубликовано: газета "Ускоритель" - 15 января 1994 г. 

 

Реплика автора 

Прошло 20 лет. К сожалению, Ю.М. Адо  не дожил но наших дней... А что касается темы "электроядра", то эта красивая идея по-прежнему привлекает разные группы исследователей (вплоть до нобелевского лауреата из ЦЕРНа К.Руббиа), и по-прежнему до реального проекта ни у кого дело не доходит.   Есть сведения, что сейчас делаются некоторые попытки реализации подкритического реактора, управляемого пучком ускорителя, в украинском ХФТИ.

Успехов им!

 

Серия сообщений "Атомная энергия":
Часть 1 - Как сделать безопасный реактор
Часть 2 - Атомная бомба на Лубянке
...
Часть 44 - ГНЦ ИФВЭ: перестановка слагаемых?
Часть 45 - Экология и атом - в одном "Форуме"
Часть 46 - АЭС можно сделать безопасными
Часть 47 - Два чернобыльских крыла
Часть 48 - "Атомэкспо-2014" - отрасль на марше
Часть 49 - Реабилитация территорий остаётся актуальной