Страничка № 161

 

    В «Ускорителе» № 18 (161) за 20 ноября 1992 г. в качестве первоочередного использован материал, подготовленный ещё в рамках отмечавшегося в октябре 25- летия со дня запуска протонного синхротрона У-70. Именно этим интервью, записанным Лидией Разумовой по результатам беседы с бывшим руководителем геодезической службы Института А. Е. Ханамиряном, и завершались «юбилейные чтения». Интервью под заголовком «Мы состоялись как профессионалы» выдалось большое, ровно газетная полоса  -  четверть всего выпуска. Вот его сокращенное изложение:

     «Аветис Егишевич,  какие задачи приш­лось решать геодезистам, ког­да строился ускоритель?

     Первые геодезисты здесь появились в 1958 году, а с 1959 года начались исследования стабильнос­ти грунтов. Ведь для того, что­бы ускоритель работал, надо, чтобы все его части были соб­раны с очень большой точ­ностью и сохранялись в задан­ном положении в течение мно­гих лет. Выполнял эти работы тогда ГСПИ, здесь находилась большая экспедиция, велись на­блюдения в течение нескольких лет. В 1961 году уже началось рытье котлована, а геодезисты все продолжали свою работу. Еще не весь тоннель был со­оружен, а на некоторых его участках уже возводились здания, и везде требовались заклю­чения геодезистов.

Я впервые посетил чту стройку в [969 году,  потом стал здесь бывать часто. Дело в том, что в Ереванском физи­ческом институте я решал сход­ные проблемы. Там тоже создавался ускоритель, толь­ко электронный, но  гораздо мень­шего размера, диаметр всего 70 м.  Сами знаете, как в молодости манит интересная работа. Вот и у меня появи­лось огромное желание пора­ботать здесь. Я с семьей перее­хал в Россию.

      Судя по вашей столь чис­той русской речи можно поду­мать, что Вы из России никогда и не уезжали…»

     Аветис Егишевич рассказал о своей необычной судьбе. Его родители в годы первой ми­ровой войны эмигрировали из турецкой (в то время) Армении. Останови­лись в Китае, там он и родился. Жили в Хар­бине, а в 35-м году, из-за про­дажи построенной Россией железной дороги (КВЖД)  Китаю, пришлось уезжать.  В 37-м году отец разде­лил судьбу почти всех КВЖД-инцев - был репрессирован и пропал в сталинских лагерях… Тем не менее юноше удалось поступить в 39-м в Московский геодезический, который и закончил уже после войны, где он был серьёзно ранен, но выжил. После учёбы по распределению  попал в Якутию, и лишь потом вернулся на «историческую родину».  В ЕрФИ проработал 13 лет, и вот в 1965 пригласили жить и работать в ИФВЭ. Здесь уже начиналась установка магнитов. А успешный запуск У-70 дал высокую оценку и вкладу геодезической службы…

      /К сожалению, качество печати в исполнении Серпуховской типографии было ниже всякой критики,

но другого фото этого хорошего человека найти не удалось. Пришлось сканить.../

    «Аветис Егишевич,  Вы ус­пели поработать и для УНК?

     О, как говорится, нет повести печальнее на свете…  В 1972 году Наумов поручил мне подготовить первоначальные данные для аванпроекта УНК.  В беседе с ним я спросил, за сколько лет можно построить его. Алексей Александрович уверенно ответил – за три года. Я засмеялся, а он обиделся. Я объяснил, что для того, чтобы построить ТАКОЙ ускоритель, надо совершить техническую революция в стране. «Вот мы и совершим» - сказал он. Грустно сегодня вспоминать – но что было, то было…

    Есть ли у Вас награды за труд?

    Нет, только боевая – за форсирование Днепра…»

Осталось заметить, что в 1984 году Аветис  Егишевич  начал болеть, и вскоре тихо ушел на пенсию. До самой кончины он жил с женой Анастасией Пав­ловной в однокомнатной квартире, хотя имел льготы участника войны. В общем - жил, как все тогда...

 

   А жизнь в Институте  городе продолжалась своим чередом. Во весь рост встала касающаяся всех и каждого проблема: как оформить своё личное участие в затеянном по решению Верховного Совета Российской Федерации процессе разгосударствления собственности с целью создания рыночной экономики. Проще говоря – что делать с именными ваучерами, которые уже начали выдаваться в региональном (Серпуховском) депозитарии. Вновь редакция попросила дать разъяснения самого грамотного и вызывающего доверие местного специалиста – начальника Научно-технической лаборатории ИФВЭ, депутата горсовета Франца Адольфовича Ёча. И Ёч не подкачал, представив в выпуск свои подробнейшие (на полосу) разъяснения. Во многом они повторяют уже ранее опубликованные анонс - тезисы того же автора, так что выделим лишь основные моменты:

«Ваучеры в Протвино: что делать?»

…Главный вопрос, который всех волнует – какова цена ваучера. Не удержусь, чтобы не дать собственный прогноз. Еще раз преду­преждаю – абсолютно надежных прогнозов не может быть. И мой прогноз тоже не претендует на полноту истины.

На мой взгляд, цена ваучеров будет расти, особенно в преддверии декабря. Она должна достигнуть 30 - 40 тысяч рублей за ваучер с учетом индекса ин­фляции. Где-то с середины следующего года цена ваучера начнет падать. И к концу срока их действия (т. е. к концу 1993 года) должна приблизиться к первоначальной, 10 тыс.р..

Даже при удачном ходе прива­тизации цена ваучеров должна упасть в 2- 3 раза вследствие организованных действий определенных групп. Делается это очень просто. Стоимость ценных бумаг определяется обычно по их ко­тировке на центральной фондовой бир­же. Наиболее активные брокерские конторы, а их на ММФБ около 15, сговорившись, начинают прода­вать друг другу в массовом порядке ценные бумаги, постоянно снижая их цену. При этом они не имеют иных по­терь, кроме биржевых издержек (я про­даю тебе 1000 ваучеров, ты продаешь мне 1000 ваучеров по одной и той же цене). В итоге возникает паника, цены снижаются, и большинство в результа­те пытается продать дешевеющие вауче­ры. Фирмы, устроившие панику, начи­нают массовую скупку ваучеров за бесценок. А потом их используют или для приватизации, или перепродают, ког­да цена ваучеров повысится. Кстати, та­кие действия не являются наказуемы­ми. Так, что если начнется резкое па­дение цен на ваучеры, не надо панико­вать. Лучше обратиться к объективной информации о ходе процесса приватиза­ции...

   А станем ли мы богаче, допустим, на 100 тыс. руб. в результате реализации ваучера через приватизационные или инвестиционные фонды? Отнюдь нет. Ведь на ваучер мы приобретем акции предприятия,  то есть станем собственниками какой-то доли предприятия. Пусть эта доля составляет 100 тыс. руб. Но изъять свою долю собственности мы права не будем иметь. Мы сможем получать только до­лю прибыли или продать свою акцию. При полном отсутствии рынка ценных бумаг вряд ли в ближайшем времени можно ожидать значительного увели­чения курсовой стоимости акций. Ну, а большую прибыль многие предприятия вряд ли смогут получать, большинство попросту окажется банкротами… Так что богаче все в массовом порядке не станут...

    Стоит ли просто продавать? Если ваучер будет стоить столько, сколько сейчас, то есть 6-8 тысяч рублей, то особого смысла продавать нет. Вы­рученные деньги будут проедены за 2- 3 недели. И на этом кусочек общена­родного достояния кончится. И мы вряд ли его ещё когда-нибудь получим. Поэтому такая продажа неразумна да­же в том случае, если другие пути будут также неэффективными. Там есть хотя бы малая вероятность получить что-нибудь существенное. Другое дело, ес­ли цена ваучера поднимется хотя бы до 30 тысяч (в существующих ценах). Тогда, продав 3-4 ваучера, семье мож­но было бы приобрести что-нибудь су­щественное и на длительный срок…

     А что делать?

   Выходом, на мой взгляд, является объединение граждан с тем, чтобы приобрести сообща заметную долю ак­ций одного или нескольких предприятий. Тогда можно участвовать через своих доверенных лиц в управлении предприя­тием, контролировать его. Ну, а доходы должен получать каждый. На мой взгляд, это единственный способ, кроме участия в приватизации своего предприятия, ког­да можно надеяться на выгодное вло­жение ваучеров - хотя и в этих случаях никакой гарантии, разумеется, нет. Ясно, что нельзя доверять гром­ким высказываниям отдельных мало известных в деле людей – часто это будет просто демагогия. Мы уже имели случай убедиться в этом, когда в Советы всех уровней вы­бирали тех, кто красивее скажет и больше наобещает. В итоге было избра­но множество депутатов, которые забыли о своих обещаниях, развели такую бюрократию, которая и не снилась ад­министративно-бюрократической сис­теме.

Что делается для создания условий реализации чеков в Институте?

Группа лиц, отчетливо представляю­щих эту проблему, выступила с инициа­тивой организации в Институте акцио­нерного общества закрытого типа, ос­новными целями которого были бы социальная защита трудового коллек­тива и совместные действия по исполь­зованию приватизационных чеков. Подроб­ная информация о создаваемом акцио­нерном обществе будет опубликована в ближайшее время…»

 

Видимо, с учётом этого последнего тезиса к этой теме газета ещё вернётся. А пока посмотрим, чем же занимается эта раскритикованная выше "новоявленная бюрократия":

«Восьмая сессия горсовета

На заседании 4 ноября де­путаты заслушали информацию  вице-мэра Г.Рыба­кова о подготовке города к зиме, и мэра Ю. Ильина  о ходе испол­нения бюджета 1992 года.

Видимо, хорошо подготовленное начало настроило депутатов на рабочий лад и, забегая впе­ред, можно сказать, что сес­сия в целом прошла на ред­кость в деловой обстановке.

Вопросы бюджета, как всегда, были не во всём непонятны мно­гим депутатам, диалог с до­кладчиком и президиумом вёл, по существу, один только Ф. Ёч, иногда его поддерживал Г. Фила­тов.

На мой взгляд, председателю М. Горлово­му удалось объяснить некото­рое различие в цифрах, ут­вержденных  преды­дущей сессией и представлен­ных на этом заседании: инфляция, повышение бюджет­ных ассигнований на зарплату, новые льготы и т. п. Тем не менее, кто-то из депутатов не удержался от ехидного вопро­са: «А управляем ли у нас  бюджет?»

Гораздо более активное участие приняли депутаты в обсужде­нии просьбы о выделении земельного участка общине «ад­вентистов седьмого дня». Пред­ставитель адвентистов сообщил, что численность общины 23 человека, земля в чер­те города им нужна для строительства молитвенного дома с залом на 250 - 300 мест, гос­тиницей, классами для суббот­ней школы и т. д.  -  всего око­ло 5 тысяч кв. метров.

Возражения оппонентов сво­дились к тому, что запросы об­щины неадекватны её численности и влиянию среди жите­лей города (С. Сычков).  Аргументы В. Базеевой, провозгласившей  равенство всех религий и конфессий, а также  выступ­ление основного докладчика - главного архитектора города С. Каграманова, и сочувствие, которое заявивший о своем пра­вославии мэр выразил этой весьма отдаленной от православия конфессии, убедили депутатов удовлетворить просьбу адвен­тистов. Скептикам удалось лишь добиться поименного го­лосования и отобрать у администрации право выбора места и площади застройки в пользу Малого Совета. Осталось без внимания чьё-то робкое предложение послушать мне­ние жителей города....

В. Усачев напомнил депу­татам об их обязанности не реже двух раз в год отчиты­ваться перед своими избира­телями. На эту тему есть даже решение Малого Сове­та. Редакция газеты «Уско­ритель», со своей стороны, при­глашает депутатов разместить свои отчеты на страницах га­зеты, обещая полную добро­желательность и помощь при подготовке публикации...»

     Автором этого объективного, весьма связного и лаконичного репортажа был сам редактор «Ускорителя» Олег Ломакин, так что последний из тезисов не был голословным. Пойдут ли навстречу депутаты – станет ясно из последующих выпусков этой замечательной для своего времени газеты.

 

Что касается остальных материалов номера, то нельзя хотя бы кратко не остановиться на беседе Марины Косминой с художником и скульптором Николаем Станиславским:

"Справка:  Николай Матвеевич Станиславкий -  автор скульптурных компо­зиций на фасадах теоретического корпуса ИФВЭ, музыкальной школы,  Дома культуры, в банкетном зале ресторана «Протва», флюгера на Лесном. Его монументальные композиции украсили Новоси­бирск, Ульяновск, Серпухов, Рыбинск, Рязань, Глазов.

Николай Матвеевич приехал в Протвино по распреде­лению из Строгановского художественного училища в 1971. Здесь и остался, обустроив творческую мастерскую в Дракино...

    Николай Матвеевич, как появился «Флюгер» на Лесном бульваре? И о чём он?

Он весь построен на игровых мотивах: виндсерфинг,волны, ветер. Делался, вообще говоря, он для детской площадки на Лесном – там где круглый мостик, лестницы, качели. Но когда он уже был готов, жители соседних домов воспротивились – почему, уж не помню, может опасались – скрипеть будет на ветру. Пришлось срочно переносить на другое место. Для новой площадки, у спортзала, где его поставили, он, на мой взгляд, недостаточно целен – слишком много мелких деталей…»

   Тем не менее – стоит и по сей день, став одним из узнаваемых символов города.

 

В выпуске наличествовали также: сводка ГАИ об автопроисшествиях за 3 месяца, сообщение о начале работ по обустройству городской сети кабельного телевидения, объявления. Одно из них гласит: «Меняю ваучер на мебельный набор «жилая комната». Прямо по публикации Франца Ёча…

 

   Вот так  жилось в нашем городе ровно 20 лет тому назад. Какие ещё обсуждались проблемы и происходили события – посмотрим по следующим выпускам «Ускорителя». Уже скоро... 

 

Архивариус

 

Серия сообщений "Вспоминаем: 1992 год":
Часть 1 - 14 января 1992 - а вот и "шоковая терапия"...
Часть 2 - По материалам газеты «Ускоритель» за 7 февраля 1992 г.
...
Часть 14 - По материалам «Ускорителя» за 22 октября 1992 г.
Часть 15 - По материалам "Ускорителя" за 5 ноября 1992
Часть 16 - По газете "Ускоритель" за 20 ноября 1992
Часть 17 - По материалам "Ускорителя" за 27 ноября 1992
Часть 18 - По газете "Ускоритель" за 16 декабря 1992
Часть 19 - Предновогодний "Ускоритель" за 30 декабря 1992