Явление, когда хозяин дома в знак особого расположения к визитёрам предлагает им в качестве подарка провести ночь любви с собственной женой или дочерью, в этнографии получило название гостеприимный гетеризм.

Данный обычай по сей день существует у народов сохранивших традиционно-племенной образ жизни, но на разных этапах исторического развития был присущ почти всем ныне цивилизованным нациям.

 

Истоки гостеприимного гетеризма

Историки, изучающие вопрос гостеприимного гетеризма в русских деревнях, отмечают, что данный обряд славяне могли перенять у скифов, которые в летописях XVII века, упоминаются как родоначальники русского этноса.

О наличии в их культуре сексуального подношения незнакомым посетителям свидетельствовал греческий путешественник и историк Приск Панийский, который написал в V веке рукопись «Византийская история и деяния Аттилы в восьми книгах». В этом труде он зафиксировал, что гостя в скифской деревушке получил от царствовавшей в ней женщины не только щедрые кушанья, но и нескольких красавиц для соития.

Выражая подобным образом уважение, они, по суждению французского исследователя Арнольда ван Геннепа налаживали более тесную связь с чужестранцами. В издании «Обряды перехода» он сравнил гостеприимный гетеризм с совместной трапезой, когда хозяин делит с пришлым человеком один кусок хлеба.

В свою очередь исследователи Д. Раевский и В. Петрухин в работе «Очерках истории народов России в древности и раннем Средневековье» заостряют внимание читателей, что кочевники авары, останавливаясь на зиму в селениях славян, забирали в наложницы дочерей и жён, местных мужчин.

 

Хлебосольство русских

На страницах многотомной «Истории государства Российского», принадлежащей перу Николая Карамзина нашли отражения не только военные баталии и преобразования правителей, но и культурно-бытовой уклад русской жизни с присущим ей гостеприимством.

Повествуя о нём, он писал, что любой странник представлял собой некую священную личность, которую с отрадой встречали, потчевали и оберегали. Более того славянину, по традиции было рекомендовано, покидая дом оставлять отворённой дверь и накрытым стол, чтобы пилигрим, уставший от дороги, мог найти в нём и кров, и пищу.

А уже историк В. Безгин в своей монографии «Русская деревня конца XIX – начала XX века: грани крестьянской девиантности» рассказывает о такой стороне русского хлебосольства, как гостеприимный гетеризм.

Отмечая, его локальный характер он опирается на исследования С. Шашкова, писавшего, что в северных областях России хозяин, сдавая внаймы жилище, «предлагает жильцу свою супругу или дочь, увеличивая, разумеется, при этом квартирную плату».

Аналогичный обычай практиковался в некоторых селениях Болховского уезда (Орловская область), где приезжим купцам, старостам, судьям и иным должностным лицам мужики предлагали скрасить досуг интимными встречами с собственными жёнами и даже невестками, чьи мужья были в отъезде. Зачастую за эту услугу гости расплачивались деньгами, которые главы семей тратили на семейные нужды.

Меркантильностью и свободонравием отличались представители сильного пола деревенек Мешково и Коневка, добровольно отправлявшие своих супруг на любовные утехи к богатым соседям или приказчику, чтобы те своим телом заработали немного деньжат или хотя бы принесли с собой хлеб да табак.

Но если быть точными в формулировках, эти примеры больше подходят под определение гостеприимной проституции, поскольку женщины предоставлялись посетителям за определённую плату, а не в знак почтения.

 

Гостеприимная проституция

Гостеприимная проституция часто практиковалась в России во времена существования крепостного права, когда имевшие полную власть над крестьянами помещики, приглашали в гости соседей и прилагали в комплект к угощениям дворовых девиц, готовых исполнить любое желание господина.

Дипломат из Швеции Петрей, странствуя по России XVII века в своих путевых заметках отмечал, что некоторые обнищавшие представители знати и горожане, когда у них заканчивались средства к существованию, «бродят по всем закоулкам и смотрят, не найдется ли каких-нибудь богатых молодчиков и, предлагая им для блуда своих жен, берут с них по 2—3 талера, смотря по красоте и миловидности жены. Муж все время ходит за дверью и сторожит, чтобы никто не помешал им».

В это же время с обличительным словом к служивым обращался патриарх Филарет, призывавший их отказаться от практики закладывать своих жён товарищам, которые вместо взимания процентов могли воспользоваться интимными услугами своих заложниц.

А прозаик Александр Радищев в прославленном творении «Путешествие из Петербурга в Москву» описывал случай, когда странник, договорившись о постое, вечером отправлялся в баню, где его уже поджидала хозяйка или её дочь, а иногда её соседка или свойственница, которые «... совлекши с себя одежды, возжигают в нем любострастный огонь, и он препровождает тут ночь, теряя деньги, здравие и драгоценное на путешествие время».

Минина с Пожарским принято рисовать самыми светлыми красками. Образы их едва ли не иконописны. Вот только реальность, как водится, сплошь и рядом весьма далека от благостных картин...

Я вовсе не намерен следовать дурацкому обычаю нашей достопамятной образованщины и "развенчивать" кого-то — просто хочу напомнить читателю, что действительность всегда сложнее наших представлений о ней, а в характере практически любого крупного исторического деятеля, неважно, в нашем Отечестве или за его пределами, намешано столько противоречивого и прямо-таки порой отвратительного, что изображать кого-то одной лишь краской попросту глупо. История — дочь времени, и все поголовно исторические персонажи, — дети своего времени, к которому бесполезно прилаживаться с чернобелыми очками...

Давно уже получила хождение "романтическая" версия сбора денег на нижегородское ополчение, по страницам романов кочевал умилительный и добросердечный Кузьма Минин-Сухорук, со слезами на глазах призывавший всех присутствующих заложить жен и малых детушек, чтобы раздобыть средства на снаряжение войска.

Вообще-то, так и было. Закладывали. Только — не своих...

Минин был человеком безусловно зажиточным — торговлей скотом в то время занимались люди отнюдь не бедные, а потому к описываемому времени приобрел некоторую "крутость", практичность и сильную волю, свойственные преуспевающим дельцам. Имеются совершенно достоверные сведения о том, к а к он собирал деньги на войско.

Сначала Минин "пробил" решение, по которому все его приказания выполнялись беспрекословно (за тем, чтобы это соблюдалось, следили ратники князя Пожарского). И разослал по Нижнему многочисленных оценщиков. Имущество каждого было оценено со всем возможным рвением, после чего с жителей в приказном порядке потребовали отдать пятую часть имущества (а кое от кого — и треть).

Когда собранных денег не хватило, Минин без колебаний "пустил на торг" наименее зажиточную часть горожан. Их небогатое имущество продавали целиком, кроме того, отдавали в кабалу и их самих, и их семьи. Холопы, надо отметить, шли за бесценок, потому что их было довольно много. Именно такими средствами и были собраны нужные суммы. Нравится это потомкам или нет, разрушает это иконописный образ или нет, но без подобных крутых мер нижегородское ополчение вряд ли смогло бы снарядиться в походи изгнать интервентов. Можно еще вспомнить, что Минин, хотя и говаривал, будто ему являлись "видения", побуждавшие постоять за землю Русскую и веру православную, окрестные монастыри обложил столь же суровым налогом.

Увы, бравый Кузьма тогда же, в 1612 г., был изобличен во взяточничестве и "кривосудии". Речь идет об истории с Толоконцевским монастырем. Монастырь этот, довольно древний, в свое время получил от Грозного жалованные грамоты и был полностью самостоятельным. Позже, при Федоре Иоанновиче, игумен монастыря Калпикет "проворовался и пропил всю монастырскую казну" — и, стремясь, должно быть, раздобыть деньжат на опохмелку, за бесценок спустил все документы богатому соседу, Печерскому монастырю, тут же радостно завладевшему всем оставшимся достоянием толоконцевцев. С наступлением Смутного времени толоконцевские монахи пожаловались в Москву, дьяку Ивану Болотникову (не путать с Иваном Болотниковым-атаманом! — А.Б.) Однофамилец "воровского воеводы" прислал комиссию, которая быстро во всем разобралась и вернула толоконцевцам самостоятельность. Однако стоило комиссии уехать, печерский архимандрит Феодосии отправился к "местному авторитету" Минину, сунул ему взятку, и Кузьма вновь присоединил толоконцевские владения к землям Печерского монастыря.*

* При Михаиле толоконцевцы жаловались ему уже на Минина, но чем кончилось дело, мне не удалось доискаться.

Как бы там ни было, Минин и Пожарский все же выгнали из Москвы поляков (среди которых гораздо больше было немецких наемников, кстати, нежели поляков и литвинов). Правда, это святое дело не обошлось без досадных инцидентов: когда из города выходили жены и дочери бояр, сидевших в осаде вместе с поляками, казаки собирались их ограбить и, когда Пожарский принялся их унимать, всерьез грозили пришибить князя. Как-то обошлось, но казаки в поисках морального удовлетворения перебили часть пленных, нарушив свое же честное слово сохранить всем сдавшимся жизнь.

Кстати, именно под давлением казачьей части ополчения — о чем есть недвусмысленные упоминания — и был избран царем Михаил Романов. Не исключено, что могла бы пройти и другая кандидатура: "выдвигались" многие, в том числе и Пожарский, сохранились туманные упоминания, что сначала был все-таки выбран князь Трубецкой, и лишь несколькими днями спустя под давлением казаков остановились на Михаиле...

"ТАКОВ ПЕЧАЛЬНЫЙ ИТОГ..."

Самозванцев в конце концов повывели всех до единого. Атамана Заруцкого посадили на кол. Четырехлетнего сына Марины Мнишек и Лжедмитрия II при большом стечении народа повесили в Москве. Сама Марина подозрительно быстро скончалась то ли в тюрьме, то ли в монастыре. Впрочем, нет подтверждений, что ее смерть была насильственной. Вполне возможно, направленный послом в Краков Желябужский совершенно искренне горевал о ее кончине, заявляя, что уж она-то была бы бесценным свидетельством "польских неправд". Свой резон в этом присутствует: в те времена уже прекрасно умели вышибать нужные показания, живая Марина и в самом деле могла стать ценнейшим козырем в руках русской-стороны...

Пожалуй, причудливее всех судьба швыряла "лисовчиков". После гибели в бою своего предводителя, под напором войск Михаила они ушли в Жечь, где им отнюдь не обрадовались — король Сигизмунд не так давно с превеликим трудом подавил очередной шляхетский мятеж, и многотысячная организованная вольница со столь скверной репутацией, готовая примкнуть в любой смуте, была решительно не ко двору... Кое-как, с превеликими трудами "лисовчиков" удалось выпихнуть за пределы Жечи, на службу германскому императору. Лет двадцать, постепенно уменьшаясь в количестве, они воевали в Италии и Германии, остатки некогда грозной ватаги вернулись на родину только после 1636 г. — и большая часть тут же угодила в цепкие лапы закона за всякие художества...

А что же Минин и Пожарский? Как их наградила Родина за верную службу?

Увы, их дальнейшая судьба способна дать лишь повод для грустно-философических размышлений о человеческой неблагодарности и превратностях судьбы.

Тем, кто, безусловно, более всех прочих приобрел в результате Великой смуты, стал (если, понятно, не считать царя Михаила) князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой... сподвижник сначала Тушинского вора, а потом атамана Заруцкого! Он остался при боярском титуле, пожалованном ему Лжедмитрием II, и сохранил за собой богатейшую вотчину, целую область Вагу, некогда составлявшую главное личное достояние Годунова, а потом и Шуйского. Вагу князю щедро определила "шестибоярщина". Юный царь, сидевший на престоле еще довольно непрочно, попросту не стал ссориться со столь влиятельным и богатым магнатом — благо Трубецкой вовремя успел переметнуться в нижегородский лагерь (в точности как бывшие члены ЦК КПСС, в одночасье ставшие виднейшими демократами). Кроме Трубецкого, превеликое множество народа получило от Михаила подтверждение их титулов и поместий, неведомыми и скользкими путями обретенных в Смутное время.

Минин получил не особенно и великий чин думного дворянина, небольшое поместьице и умер через три года после избрания на царство Михаила. О дальнейшей судьбе Пожарского лучше всего расскажет историк Костомаров:

"Со взятием Москвы оканчивается первостепенная роль Пожарского... Во все царствование Михаила Федоровича мы не видим Пожарского ни особенно близким к царю советником, ни главным военачальником: он исправляет более второстепенные поручения. В 1614-м году он воюет с Лисовским и скоро оставляет службу по болезни. В 1618-м мы встречаем его в Боровске против Владислава, он здесь не главное лицо, он пропускает врагов, не делает ничего выходящего из ряда, хотя и не совершает ничего такого, что бы ему следовало поставить особенно в вину. В 1621-м мы видим его управляющим Разбойным приказом. В 1628-м он назначен был воеводою в Новгород, но в 1631-м его сменил там князь Сулешев*, в 1635-м заведовал Судным приказом, в 1638-м был воеводою в ПереяславлеРязанском "и. в следующем году был сменен князем Репниным. В остальное время мы встречаем его большею частью в Москве. Он был приглашаем к царскому столу в числе других бояр, но нельзя сказать, чтобы очень часто, проходили месяцы, когда имя его не упоминается в числе приглашенных, хотя он находился в Москве... Мы видим в нем знатного человека, но не из первых, не из влиятельных между знатными. Уже в 1614-м году, по поводу местничества с Борисом Салтыковым, царь, "говоря с бояры, велел боярина князя Дмитрия Пожарского вывесть в город и велел его князь Дмитрия за бесчестье боярина Бориса Салтыкова выдать Борису головою".

* В этот период Пожарский побывал под следствием по обвинениям в присвоении казенных денег, подделке документов и притеснении находившихся под его управлением посадских и волостных людей. Два первых обвинения признаны не соответствующими действительности, но третье подтвердилось полностью...

Нужно сказать, что эта "выдача головою" была не столь уж и страшным предприятием. Впрочем, с какой стороны посмотреть... Заключалась эта "выдача" в том, что выданный являлся на двор к тому, кому был "выдан головой" и смиренно стоял там без шапки, а тот, кому беднягу выдавали, всячески поносил его во всю глотку, пока не уставал и не исчерпывал набор бранных эпитетов...

Вернемся к Костомарову.

"Как ни сильны были обычаи местничества, но все-таки из этого видно, что царь не считал за Пожарским особых великих заслуг отечеству, которые бы выводили его из ряда других. В свое время не считали его, подобно тому, как считают в наше время, главным героем, освободителем и спасителем Руси. В глазах современников это был человек "честный" в том смысле, какой это прилагательное имело в то время, но один из многих честных. Никто не заметил и не передал года его кончины; только потому, что с осени 1641-го имя Пожарского перестало являться в дворцовых разрядах, можно заключить, что около этого времени его не стало на свете. Таким образом, держась строго источников, мы должны представить себе Пожарского совсем не таким лицом, каким мы привыкли представлять его себе; мы и не замечали, что образ его создан нашим воображением по скудости источников. Это не более, как неясная тень, подобная множеству других теней, в виде которых наши источники передали потомству исторических деятелей того времени".

Возможно, кого-то эти строчки Способны и шокировать, однако Костомарова вряд ли смогут заподозрить в русофобии даже самые "национально-озабоченные" профессиональные патриоты...

Полтора миллиона кубометров бетона, 150 тысяч тонн стали, сотни километров подземных тоннелей — перед Второй мировой войной Франция стахановскими темпами соорудила линию Мажино, систему долговременных укреплений, которая должна была обезопасить ее от германской угрозы. Как показала практика, миллиарды евро (в современном эквиваленте) оказались буквально закопаны в землю: немецкая армия захватила страну за месяц. Ныне объекты линии оказались частью заброшены, частью превращены в музеи. Корреспонденты Onliner.by посетили один из них — форт Шоненбург, спустились на 30-метровую глубину в эльзасских лесах и обнаружили там удивительный подземный город с казармами, столовыми, госпиталем, электростанцией, церковью и даже собственной железной дорогой.

Главный урок, который Франция вынесла из двух последних войн с Германией (1870—1871 и 1914—1918 годов), — это то, что немцам доверять нельзя. Более того, нельзя доверять настолько, что даже от, казалось бы, демократической Веймарской республики она предпочла надежно отгородиться. К концу 1920-х после ожесточенной борьбы двух лагерей в военных кругах (одни генералы требовали строить линию пассивных укреплений, другие — инвестировать в современное вооружение и военную технику) выбор французского правительства склонился в пользу первой точки зрения. На границе с Германией было решено возвести непреодолимую для немецкой армии преграду — линию, названную в честь тогдашнего министра обороны страны Андре Мажино.

Мощная, глубоко эшелонированная система разнообразных укреплений должна была ликвидировать угрозу внезапного нападения с востока. Предполагалось, что, пока немцы увязнут в ее форсировании, у французских вооруженных сил появится время для мобилизации и перехода в Бельгию, где Германии предполагалось дать генеральное сражение. В соответствии с этим стратегическим планом линия Мажино первоначально проектировалась и строилась вдоль франко-немецкой и франко-итальянской границ.

В 1936 году Бельгия разорвала союзнические отношения с Францией, что нанесло непоправимый удар по намерениям французов воевать с немцами на ее территории. В связи с этим началось спешное возведение дополнительного участка линии, прикрывшего бы страну со стороны Бельгии и Люксембурга. Однако малое количество оставшегося до нападения Германии времени и болотистые почвы не позволили создать здесь столь же полноценный укрепрайон, как в Эльзасе и Лотарингии, чем успешно и воспользовался Гитлер в мае — июне 1940 года.

Всего за 1930—1939 годы французы успели построить 45 больших фортов, 97 малых и 352 каземата (по сути, отдельные доты). Капитальные железобетонные постройки оборудовались и дополнительной инфраструктурой: противотанковыми (вкопанные вертикально металлические рельсы) и противопехотными (заборы из колючей проволоки) заграждениями, наблюдательными пунктами, позициями тяжелой артиллерии, разветвленной системой наземных и подземных узкоколейных железных дорог, по которым осуществлялось снабжение линии. Глубина обороны на участках, которые успели достроить полностью, составляла 20—25 километров, что должно было надежно остановить немцев.

Как показала впоследствии практика, частично эти планы оправдались. Немцы смогли оперативно взять лишь слабоукрепленный бельгийско-люксембургский участок, которого им, впрочем, оказалось достаточно для стремительного захвата Франции. Полностью завершенный центральный фрагмент линии в общем и целом сопротивлялся вплоть до капитуляции страны, и одним из главных центров ее обороны как раз и оказался форт Шоненбург, расположенный в 55 километрах к северу от Страсбурга.

Шоненбург представляет собой классический образец «большого форта», основной фортификационной единицы линии Мажино. Фактически это были небольшие, но полностью автономные подземные военные городки, на поверхности представлявшие собой неприступную крепость.

Большой форт линии Мажино в разрезе

Боевая и жилая части располагались на расстоянии друг от друга и соединялись тоннелем. Шесть шоненбургских боевых блоков заняли один из местных холмов, пара жилых блоков разместились в соседнем лесу на расстоянии до километра.

Цифрами на карте обозначены: 1 — жилая часть, расположенная на глубине 30 метров под землей; 2 — входной блок для вооружения и боеприпасов; 3 — входной блок для личного состава; 4 — группа из шести боевых блоков

На схеме, составленной немцами после захвата этого укрепления, хорошо видно устройство подземной части крепости. В южной части форта находились отдельные входы для боеприпасов (отмечен как №1) и военнослужащих гарнизона (№2). Между ними уже под землей была построена жилая часть с казармами, кухней, столовой, госпиталем (все под №3), складами вооружения (№4) и зоной технического обеспечения (№5 — электростанция, насосная, мастерские и так далее). С боевой частью жилая и входная зоны соединялись километровым тоннелем, по которому была проложена узкоколейная железная дорога. В начале и конце тоннеля располагались вокзалы для подвижного состава (№6). Непосредственно перед боевыми блоками (№8) находился и командный центр (№7), из которого, собственно, и осуществлялось руководство обороной форта.

Практически все большие форты центрального (германского) участка линии Мажино были устроены примерно одинаково (с поправкой на меняющийся рельеф местности), однако попасть внутрь случайному туристу без сопровождения проблематично, а порой и опасно. В послевоенное время большинство сооружений этой системы были заброшены. Форт Шоненбург в этом смысле представляет собой счастливое исключение: его музеефикация началась еще в 1980-е годы, и в настоящее время он в полной мере доступен для свободного посещения.

Правда, для этого сюда придется приехать в весенне-осенний период. Шоненбург открыт с апреля по октябрь, причем, за исключением воскресений и отдельных праздничных дней, только во второй половине дня (с 14:00 до 18:00). Масштабы подземных сооружений, возведенных французскими инженерами и строителями, таковы, что их полноценный осмотр отнимет у вас минимум два часа. В связи с этим допуск посетителей внутрь фактически осуществляется только с 14:00 до 16:00. Все эти ограничения следует учитывать при планировании поездки сюда. Одно, впрочем, можно сказать точно: ее результат не разочарует даже человека, равнодушного к фортификации.

Так сейчас выглядит входной блок №8, предназначенный для личного состава крепостного гарнизона. В 1945-м при немецком отступлении он был взорван и восстановлен уже не в оригинальном виде. На архивном снимке его первоначальный облик.

По соседству, в 150 метрах, находится и второй входной блок (№7). Он служил для доставки под землю боеприпасов и прочих грузов, необходимых для функционирования форта. Именно здесь находится портал местной узкоколейки, а рядом экспонируются образцы вагонеток, вовсю использовавшихся французами в 1930-е годы.

Здесь же сейчас устроен и основной вход для приезжающих в Шоненбург туристов. За незамысловатым бетонным фасадом, сохранившим на себе следы боевых действий 1940 года, скрывается комплекс, способный шокировать своими масштабами и объемом вложенного труда заранее не подготовленного теоретически путешественника. Дружелюбная тетушка, прежде чем пропустить вас внутрь, изымет с каждого человека по €7 за двухчасовое посещение комплекса. При этом, если вы задержитесь внутри сверх этого нормативного времени, вам придется доплатить уже на выходе.

И, наконец, еще один немаловажный фактор, про который необходимо помнить, — внутри, на 30-метровой глубине круглый год поддерживается одна и та же температура в +11—12 градусов. Поэтому даже жарким летом необходимо запастись верхней одеждой, способной скрасить те несколько часов, которые предстоит провести в недрах Эльзаса.

Оригинальный локомотив, использовавшийся для доставки в подземный город грузов

Наземная часть блока №7. Слева и справа от входа оборудованы огневые комнаты, защищавшие подступы к ключевому с точки зрения проникновения внутрь противника объекту комплекса.

Одна из огневых комнат доступна к осмотру и полностью оборудована в соответствии с замыслом. Здесь установлена спарка из пулемета и противотанковой пушки калибром 47 миллиметров, способных заменять друг друга в амбразуре комнаты в зависимости от формата штурмующей форт потенциальной жертвы.

Эффективному погружению в атмосферу 1940 года служит звуковое сопровождение, включаемое благодаря специальной красной кнопке. Небольшое помещение сразу наполняется ревом сирены, выстрелами и криками защитников Шоненбурга.

Зарядившись такими неподражаемыми впечатлениями, посетитель отправляется к лифтам, по пути преодолевая семитонную раздвижную бронедверь, очередной элемент обороны крепости. Над дверью дата «1932», когда в Шоненбурге завершились основные строительные работы. Сооружался форт около трех лет, но только спустившись вниз понимаешь, насколько невелик этот срок в сравнении с проделанной работой.

Блок №7 был оборудован двумя лифтами различной грузоподъемности, каждый из которых был способен вместить вагонетку с грузом. Слева — меньший (на две с половиной тонны), сейчас он законсервирован. Справа — большой, пятитонный. Сейчас в его шахте установлен современный пассажирский лифт, но спускаться вниз лучше по окружающей его лестнице.

Так устройство блока №7 выглядит в поперечном разрезе.

Вниз опускались только вагонетки с грузом. Здесь их встречали мотовозы подземной железной дороги, после чего развозили в соответствии с назначением по обширной системе потерн — тоннелей, служащих для сообщения между различными частями форта. Общая длина потерн Шоненбурга достигает трех километров, и мысль, что подобные системы возводились еще в 1930-е да еще тиражировались на десятках и десятках объектах линии Мажино, поначалу немало удивляет.

Вблизи грузовых лифтов находилась зона пороховых складов. В ее многочисленных камерах складировались доставляемые с поверхности боеприпасы, которые затем по мере необходимости отправлялись в арсеналы боевой части форта.

Основной перекресток подземного города. Вперед, к боевым блокам уходит центральная потерна, до них предстоит пройти еще около километра. Направо — поворот к жилой части комплекса, зарывшейся в землю между входными блоками №7 и №8.

Развилка отмечена красным кружком

Именно здесь, в этой сети узких камер, соединенных тоннелями, 620 человек (полный гарнизон Шоненбурга) могли существовать, будучи полностью отрезанными от поверхности, как минимум три месяца — на такой срок был рассчитан запас продовольствия и топлива.

Стандартная солдатская казарма была рассчитана на 36 коек.

Офицеры жили с бо?льшим комфортом. Спальная комната для них была рассчитана всего на четырех человек.

Старший офицерский состав жил в двухместных «номерах» с собственными умывальником, столом и санитарным узлом.

Единой канализационной системы в подземных городах линии Мажино не существовало. По сути, в ее укреплениях имелось то, что сейчас мы назвали бы биотуалетами. Отходы человеческой жизнедеятельности попадали в своеобразные резервуары, где с помощью специальных химикатов разлагались.

Для офицеров была предусмотрена собственная кухня со столовой.

Кухня, обслуживавшая рядовых солдат, была куда более крупной. Оборудование, кстати, было полностью электрическим.

Своей столовой солдаты из-за недостатка свободного места не имели — они ели за откидными столиками прямо в потернах комплекса.

Продовольственные склады с консервами и холодильная комната.

Линия Мажино была все же сооружением французским, поэтому в больших фортах имелся и винный погреб. Каждый рядовой гарнизона ежедневно получал для оздоровления (прежде всего, конечно, психического) пол-литра вина.

Умывальники и душевая, предназначенная в том числе и для дезинфекции. Уроки немецких газовых атак времен Первой мировой французами забыты не были.

Госпитальная часть была оборудована не только палатами для реабилитации, но и полноценной операционной. Лазарет Шоненбурга активно использовался в те несколько дней, когда форт активно сопротивлялся немцам в июне 1940 года.

В небольшом ответвлении потерны была устроена даже часовня.

Вплотную к жилой части примыкала техническая зона. Здесь находились насосная станция (питьевая вода добывалась из собственной скважины глубиной 117 метров), электростанция с дизель-генераторами, топливные цистерны, трансформаторная, установки для вентиляции и фильтрации воздуха, специальные ремонтные мастерские.

Собственная электростанция. Любопытно, что ее дизель-генераторы выполняли резервную функцию. В обычном режиме электроснабжение подземного города осуществлялось через силовой кабель, подключенный к ближайшей деревне.

Впрочем, вся эта впечатляющая инфраструктура играла лишь вспомогательную роль. Основной ее задачей было обслуживание боевых блоков. Они расположились в километре от жилой и технической части и соединялись с ней центральной потерной с узкоколейной железнодорожной линией.

Один из «вокзалов» с тремя мотовозами, осуществлявшими подземные перевозки. Локомотивы работали на постоянном токе напряжением в 600 вольт

Железная дорога была сугубо грузовой и доставляла боеприпасы из арсенала в южной части форта к огневым точкам в части северной. Гарнизон передвигался пешком — это же предлагается сделать и туристам. В самом начале тоннеля на стене висит предупреждение, что отправляющийся на свой страх и риск в боевую часть посетитель должен располагать примерно часом времени. Впереди у него 800 метров только основной потерны. Для сравнения, именно такой длины и самый короткий перегон в минском метрополитене между станциями «Октябрьская» и «Немига».

По пути расположены и секретный запасной выход из подземной части Шоненбурга, на поверхности замаскированный, и специальная штольня для сточных вод, и морг крепости, где сейчас устроен современный туалет для туристов. В 1940 году помещение использовалось по назначению. В ходе боев за этот объект линии Мажино погибло два француза из его гарнизона.

Фотовыставка на стенах потерны с архивными снимками форта. Не без самоиронии французы подписали один из снимков с немцами так: «Первые туристы открывают для себя форт Шоненбург».

Непосредственно перед боевой частью располагается командный центр, место, откуда осуществлялось непосредственное руководство обороной форта, его «мозг».

Спальные комнаты высшего офицерского состава.

Комната телефонистов, принимавших сообщения с наблюдательных постов в окрестностях Шоненбурга и из соседних фортов, на основе которых и принимались боевые решения.

Рядом в складских помещениях устроена выставка рисунков, сделанных гарнизоном крепости во время «странной войны» 1939—1940 годов, когда боевые действия практически не велись, а солдаты скучали в подземном комплексе.

Противопожарный бассейн с одним из современных арт-объектов, которыми щедро украшены интерьеры 1930-х годов

Из шести боевых блоков форта Шоненбурга лишь третий возможно осмотреть в полной мере, поднявшись по лестнице к поверхности земли.

Командный пункт блока №3

Так выглядит третий боевой блок в разрезе. Слева видны отсек для сбора отстрелянных гильз и спиральный желоб, по которому они попадали под землю с поверхности. Справа лифтовая шахта: ящики с боеприпасами поднимались к орудию с помощью грузового лифта.

Механизация процессов внутри форта была доведена французами до максимального в межвоенные времена уровня. Например, к орудийному лифту ящики с боеприпасами доставлялись с помощью своеобразного монорельса, к которому они подвешивались на цепях.

Основание артиллерийской установки блока №3. Ее высота отсюда и до поверхности составляла 12 метров, вес — почти 190 тонн

Монументальное сооружение заканчивалось двумя 75-миллиметровыми пушками, закрытыми сверху бронекуполом толщиной 300 миллиметров. Многотонная башня могла подниматься для выхода в боевой режим с помощью электродвигателя или вручную, причем для этого было достаточно усилий всего лишь одного человека.

Выхода непосредственно на поверхность в целях безопасности здесь предусмотрено, естественно, не было. Доступа в бронебашню нет и теперь, но образец артиллерийской установки с двумя 75-миллиметровыми орудиями имеется в подземных помещениях блока №3. Дальность их стрельбы составляла до 9200 метров, а скорострельность — 13 выстрелов в минуту.

А так боевой блок выглядит снаружи. Сложно представить, какое огромное многоэтажное и многотонное сооружение спрятано под этой верхушкой холма.

Еще один боевой блок по соседству. Весь боевой сектор форта Шоненбург тесно сгруппирован (в отличие от большинства других больших фортов линии Мажино) и занимает одну из местных стратегических высот, господствующих над окрестностями.

Внешне все это отдаленно напоминает знакомую белорусам линию Сталина, однако реальное внутреннее содержание превосходит все ожидания. Конечно, здесь не постреляешь из боевого оружия и не съешь «солдатской каши», но вместо подобных непритязательных аттракционов любой желающий может увидеть грандиозный подземный комплекс, усилиями всей нации реплицированный в десятках копий. Линия Мажино, «Великая Французская стена» — очередной монумент самому жестокому веку в истории человечества.

 

Забытые герои...

Сегодня на месте крепости Бадабер, что примерно в двух десятках километров южнее пакистанского Пешавара, практически ничего нет. Фрагменты сильно обветшавшей глинобитной стены, развалины нескольких одноэтажных кирпичных строений, ворота, которые никуда не ведут…

26 апреля 1985 года двенадцать изможденных, но не сломленных пленных советских воинов начали бой против стократно превосходящих сил противника - регулярных частей пакистанской армии, сотен афганских душманов и их американских инструкторов, которыми руководил будущий президент Афганистана Бархануддин Раббани…

«…В 21.

00 час, когда весь личный состав училища был выстроен на плацу для совершения намаза, бывшие советские военнослужащие сняли часовых у складов артвооружения и на вышке, освободили всех пленных, вооружились захваченным на складах стрелковым, артиллерийским оружием и заняли позиции с целью уничтожения курсантов, преподавателей и подразделений охраны» (из донесения агента «206» разведцентра «Шир» МГБ Афганистана).

Это произошло в местечке Бадабер, в 24 километрах от Пешавара – второго по величине города Пакистана. Здесь под видом лагеря для беженцев находился учебно-террористический центр «Исламского общества Афганистана» (ИОА). Общее шефство над центром осуществлял лидер ИОА Б.Раббани, руководителем был полевой командир Гульбеддин Хекматияр.

Центр занимал площадь 500 га. Срок обучения курсантов составлял 6 месяцев. Преподавательский состав был укомплектован египтянами и пакистанцами - всего 65 инструкторов. Начальник центра - майор ВС Пакистана Кудратулла. При нём 6 советников из США. Старший – некто Варсан. Курсанты после завершения учёбы направлялись на территорию Афганистана руководителями ИОА провинциального, уездного и волостного звена провинций Нангархар, Пактия и Кандагар.

На территории центра располагалось 6 складов с боеприпасами и 3 подземных тюрьмы, где содержались советские и афганские военнопленные. Режим содержания - особо строгий, изолированный. В подземные тюрьмы попадали «неисправимые шурави» - захваченные в бою, оказывавшие сопротивление, не принявшие ислам. Их стали привозить сюда в 1983-84 гг., незадолго до описываемых событий. До этого держали в основном в специальных ямах-зинданах, используя на самых тяжелых работах - в каменоломнях, погрузке-разгрузке боеприпасов. За малейшую провинность, а зачастую и без таковой жестко избивали.

Узники подземных тюрем были безымянны. Вместо фамилий и имён - мусульманские клички. Строптивых и непокорных клеймили по примеру фашистских палачей. Морили голодом, давая в сутки глоток воды и скудную солёную пищу в которую подсыпали «чарс» и «насвай» - самые дешёвые наркотики. Держали скованными кандалами, от которых на руках и ногах гноились не только кожа, но и кости.

«Мастера того света», как называли охранников их иностранные советники, придумывали и более изощрённые пытки. Особенно заботились, чтобы человек «дышал запахом смерти» с первого часа неволи. С особо строптивых сдирали кожу, отрезали уши и языки, приковывали цепями к разлагающимся трупам, каждый день стегали железными прутьями… За время плена советские солдаты превращались в ходячие скелеты. И, несмотря ни на что, восстали.

По воспоминаниям Раббани, восстание начал высокий парень, сумевший обезоружить охранника, принесшего вечернюю похлебку. Он открыл камеры и выпустил на свободу других пленных. Душманы и их инструкторы опомнились только тогда, когда вся оружейно-тюремная зона оказалась в руках восставших. По тревоге были подняты все обитатели лагеря. Срочно началась блокировка зоны складов. На помощь были вызваны части пакистанской армии.

Жесточайшее боестолкновение продолжалось всю ночь. После ряда безуспешных атак, уже глубокой ночью, Раббани лично обратился к восставшим с предложением сдаться. Те ответили категорическим отказом и потребовали вызвать представителей ООН, Красного Креста и советского или афганского посольств из Исламабада.

Раббани обещал подумать, прекрасно сознавая: выполнить требование - значит обнародовать факт тайного содержания в объявившем себя нейтральным Пакистане военнопленных, что является грубейшим нарушением элементарных норм международного права. Моджахедам и пакистанским войскам был отдан приказ - любым способом покончить с непреклонными «шурави».

Последовали новые штурмы. И предложения сдаться. Ответ всегда был один. Штурм следовал за штурмом, силы восставших таяли, однако и враг нес чувствительные потери. Неизвестно, сколько бы длилась эта схватка горстки обречённых людей с превосходящими в десятки, сотни раз силами. Наверняка до последнего патрона, до последнего человека - они не ждали пощады от палачей...

Отчаявшись подавить восстание, командование вооруженных сил Пакистана решило: расстрелять восставших из реактивных установок залпового огня и тяжелой артиллерии, установленной на прямую наводку. В 8 часов утра 27 апреля Раббани лично принял командование операцией. Одновременно с артиллерийским был нанесен авиаудар.

«Район восстания был блокирован отрядами моджахедов, танковыми и артиллерийскими подразделениями 11-го армейского корпуса ВС Пакистана. Против восставших были применены РСЗО «Град» и звено вертолетов ВВС Пакистана. Радиоразведка 40-й армии зафиксировала радиоперехват между их экипажами и авиационной базой, а также доклад одного из экипажей о нанесении бомбового удара по лагерю. Лишь совместными усилиями моджахедов и пакистанских регулярных войск удалось подавить это восстание. Большинство из восставших пало смертью храбрых в неравном бою, а тяжело раненные были добиты на месте».

По одной из версий, восставшие, поняв безнадёжность своего положения, взорвали себя сами. Из передачи радиостанции «Свобода» от 4 мая 1985 года: «Представитель штаб-квартиры космического командования США в штате Колорадо сообщил, что на аэрофотоснимках, полученных с помощью спутника, зафиксирован взрыв большой разрушительной силы в северо-западной провинции Пакистана, произошедший 27 апреля с.г.». (Возникший пожар уничтожил канцелярию центра, в которой находились списки советских пленных).

Душманы сообщили, что охранников и прочих «братьев» погибло 97. По другим данным - порядка 200 человек, в том числе около 100 афганских душманов, 9 представителей пакистанских властей, 28 офицеров ВС Пакистана. Были уничтожены 3 реактивные установки залпового огня «Град» (БМ-13), около 2000 тысяч ракет различного типа и снарядов, 40 орудий, минометов и пулеметов. Погибли 6 военных инструкторов из США.

С начала мая 1985 года вся информация о событиях в Бадабере была наглухо заблокирована властями Пакистана. Место событий посетили губернатор Северо-Западной пограничной провинции генерал-лейтенант Фазл Хак и президент Пакистана генерал Зия Уль Хак, имевшие тяжёлый и неприятный разговор с лидерами душманов. После этого разговора полевой командир Г.Хекматияр, в ведении которого находился разгромленный учебно-террористический центр, отдал приказ своим отрядам, содержавший пункт: «Русских в плен не брать. При захвате уничтожать на месте на всей территории Афганистана»…

Однако кое-что всё равно просочилось. И в том же мае 1985 года мировые информагентства облетела сенсационная новость – в одном из «лагерей афганских беженцев» подняли восстание советские военнослужащие, захваченные в плен моджахедами. Эту информацию передало 27 мая и Агентство печати «Новости».

Советская, а позже российская сторона неоднократно обращалась к пакистанским властям с просьбой разрешить посещение лагеря, но получала отказ. Из официального письма представителя российских властей на имя председателя Комитета по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств стран СНГ:

«Информация о героическом восстании советских военнопленных в лагере Бадабер подтверждается имеющимися в нашем распоряжении документами Госдепартамента США, материалами МГБ Афганистана, показаниями непосредственных очевидцев и участников этих событий со стороны моджахедов и пакистанцев, а также заявлениями руководителей вооруженных формирований Б.Раббани (ИОА), Г.Хекматияра (ИПА) и др. Кроме того, еще в начале 1992 г. заместитель министра иностранных дел Пакистана Шахрияр Хан официально передал имена 6 участников восстания в Бадабере…»

Вот эти имена: рядовой Васьков Игорь Николаевич, 1963 г.р., Костромская область; ефрейтор Дудкин Николай Иосифович, 1961 г.р., Алтайский край; рядовой Зверкович Александр Николаевич, 1964 г.р., Витебская обл. (Беларусь); мл. сержант Коршенко Сергей Васильевич, 1964 г.р., Белая Церковь (Украина); рядовой Левчишин Сергей Николаевич, 1964 г.р., Самарская обл.; рядовой Саминь Николай Григорьевич, 1964 г.р., Целиноградская обл. (Казахстан).

По состоянию на 2010 год, известны имена некоторых участников восстания:

1. Белекчи Иван Евгеньевич рядовой

2. Варварян Михаил Арамович рядовой

3. Васильев П. П. сержант

4. Васьков Игорь Николаевич рядовой

5. Дудкин Николай Иосифович ефрейтор

6. Духовченко Виктор Васильевич моторист

7. Зверкович Александр Николаевич рядовой

8. Кашлаков Г. А. младший лейтенант

9. Кирюшкин Г. В. младший лейтенант

10. Коршенко Сергей Васильевич младший сержант

11. Левчишин Сергей Николаевич рядовой

12. Матвеев Александр Алексеевич ефрейтор

13. Павлютенков рядовой

14. Рахимкулов Р. Р. рядовой

15. Рустамов Носиржон Умматкулович Узник лагеря, свидетель восстания.

16. Рязанцев Сергей Егорович младший сержант

17. Сабуров Сергей Васильевич лейтенант

18. Сайфутдинов Равиль Мунаварович рядовой

19. Саминь Николай Григорьевич младший сержант

20. Шевченко Николай Иванович водитель грузовика (гражданский), один из предполагаемых руководителей восстания.

21. Шипеев Владимир Иванович рядовой

Кроме того, согласно расследованию В. П. Аляскина, в указанный период в лагере Бадабер могли также находиться Алманов Х., Анпакин А., Габараев К., Духовченко В., Евтухович О., Журавлев Ю., Раджабов Н., Ращупкин А., Швец В., Махмад-Назаров Х. и некоторые другие советские военнопленные.

Подвигу этих ребят в свое время были посвящены строки, позже положенные на музыку и ставшие песней:

В горах под Пешаваром, в Пакистане,

Решив позор плененья кровью смыть,

В ночь группа пленных подняла восстанье,

Чтобы хоть день свободными прожить.

И пусть нас мало, но никто не дрогнул,

Хоть жерла смерти нам в глаза глядят.

Советские солдаты – это значит,

Что даже мертвых нас не победят.

Нас не сломили рабские колодки,

И даже автоматы нас не взяли.

Враги трусливо всех прямой наводкой

Из пушек пакистанских расстреляли.

Нам Родина звездой далекой светит,

И ловит взгляд призывный этот свет.

Мы не отступим ни за что на свете,

И малодушных между нами нет.

Ведем сраженье, но уходят силы,

Живых все меньше, шансы не равны...

Знай, Родина, тебе не изменили

Твои в беду попавшие сыны!

ВИА "Голубые береты"

В 2013 году вышла книга Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер

Сняты два документальных фильма:

Восстание в лагере Бадабера

Мятеж в преисподней

А также художественный фильм "Пешаварский вальс" Тимура Бекмамбетова

 

Пешавар

Фраза из статьи: «Давным-давно академия БТВ для пулеметов нормального калибра дала характеристику подавляющего огня – 47 пуль в минуту на погонный метр» напомнила об одном парадоксе. Не, не о ружье, об автомате – пистолете-пулемете Шпагина. Старом добром ППШ-41.

Дело в том, что чаще всего, описывая ту или иную систему, внимание уделяется ее техническим характеристикам, надежности, простоте/сложности производства и т.

п. Но почему-то никто не рассматривают место оружейной системы – в данном случае ППШ – в тактике пехотных подразделений Красной Армии, в вопросах, которые ставил Пастернак – «производительность поражения каждой цели», эффективность системы, огонь на подавление и т.д.:

«Если посмотреть по справочным данным, то все системы в той или иной мере похожи друг на друга…»

Да, «табличные» плюсы у ППШ имелись: скорострельность в 1100 выстрелов в минуту, большая емкость магазина – 71 патрон, хорошая кучность (за счет большой массы, увы), простота, надежность, низкая стоимость производства… Но. Но, максимальная эффективная дальность стрельбы только 200 метров! Которые считались недостаточными для основного вооружения пехоты еще с Крымской войны – с появлением первых нарезных ружей! Не удивительно, что при определенных достоинствах – «метла для окопов», пистолеты-пулеметы считались «вспомогательным» вооружением.

Почему же ППШ стал символом Красной Армии в Великой Отечественной войне? Почему за него так «вцепилось» руководство Армии, вооружая целиком подразделения пехоты, и высшее политической руководство страны, обеспечив выпуск в потрясающем количестве – 6 млн. штук?

Тут интересно взглянуть именно на влияние ППШ на тактику действия пехотных подразделений. И начать, наверное, надо с тактики пехоты нашего основного противника – Германской армии.

Немецкое пехотное отделение в 1941 г. с пулеметом MG34

Тактика пехотного отделения немцев строилась в основном на положительном опыте штурмовых подразделений Германской армии в Первой мировой войне, порой даже с использованием тех же средств вооружения! Пехотное отделение в бою опиралось в основном на наличие в своем составе ручного пулемета. Причем в Первой мировой войне это была переделка в «ручник» старого доброго Максима с ленточным питанием.

Пулемет был достаточно тяжелым и его нельзя была «поставить» в стрелковую цепь. Фактически пулеметчик действовал позади штурмовой группы, поддерживая ее огнем, пока она, используя складки местности, перебежками сближалась с противником, а потом закидывала его гранатами – знаменитыми «толкушками». Ленточное питание пулемета обеспечивало ему высокую огневую производительность, а значит и хорошее подавление противника.

Вторая мировой война не внесла принципиальных изменений в эту тактику – только пулемет стал чуть полегче, да с появлением знаменитой «пилы Гитлера» – пулемета MG42, его огневая производительность не уступала, если не превосходила старый «Максим». Именно им и гранатами немецкая пехота «вскрывала» оборону Красной Армии в первые месяцы войны: пулемет подавлял наш «ручник» Дегтярева, имея явное огневое превосходство, а потом ружейный огонь нашей пехоты, немцы перебежками, ведя огонь из карабинов, сближались с нашими окопами на 40–30 метров, потом забрасывали их гранатами.

Нужно ли говорить, что за два предыдущих года войны в Европе они в этом деле поднаторели хорошо?

Что же изменилось с появлением ППШ в пехотном отделении? Теперь на дистанции менее 200 метров – эффективного огня ППШ – немцы встречали уже уменьшенный аналог «пилы Гитлера»: те же более 1000 выстрелов в минуту, но с большей емкостью магазина, гораздо более легкий в управлении огнем, не говоря уже про лучшую «поворотливость». Идеальное средство для «выпиливания» вражеских рядов. Сначала один автомат в пехотном отделении, потом еще и еще, и порой уже атакующая пехота фрицев могла встретить в окопах уже такой «хор мальчиков-зайчиков»:

Фактически дистанция с 200 метров до рубежа применения гранат в 30 метров стала для немецкой пехоты непреодолимой! Как только ППШ с середины 1943 года стал действительно массовым в нашей пехоте – успешность атак/контратак немецкой пехоты ушла в прошлое. Теперь она могла эффективно наступать только под прикрытием бронетехники, и это хорошо чувствовалось во второй половине войны.

А что же атакующая тактика пехоты Красной Армии? Фактически она зеркально отразилась от немецкой, но с «советской» спецификой. Наступление нашей пехоты теперь чаще всего начиналось после артподготовки под прикрытием «огневого вала»:

«Артиллеристы создают огневой вал, то есть … 2-3 минутный огневой налет на позиции противника, за огневым валом метрах в 200 наступают атакующие части [Удар минометов по рубежам, отстоящим от пехоты на 200 м, не опасен]. … Противник… совсем не может вести ответного огня … или ведет его ограниченными средствами. В это время … пехота и танки делают на 200 м скачок и с новой позиции открывают интенсивный огонь по противнику».

В.Чуйков «От Пекина до Берлина»

Обратите внимание – дистанция между пехотой и «огневым валом» совпадала с дальностью эффективного огня ППШ! То есть после прекращения артогня «на подавление», его роль с 200 метров подхватывали ППШ – те самые «47 пуль в минуту на погонный метр», когда противник не может высунуть головы из окопа!

Ну, далее, как ранее у немцев, вы уже знаете, – сближение на 30 метров и команда: «Гранатами – огонь! В штыки! УРА-А-А!!!»

Из воспоминаний немецкого солдата:

«Русское «Ура» отличалось от нашего – более протяжное, низкое, мрачное… Ветераны Восточного фронта, слышавшие его, и которым удалось после этого выжить, не могли не вспоминать его без содрогания!»

 

После официального Дня Победы до завершения Второй мировой войны РККА оставалось провести еще две масштабных общевойсковых операции – Пражскую и Манчьжурскую стратегические наступательные кампании. Последняя, в частности, известна как война с Японией.

 

Жертвы Пражской операции

Подробную статистику потерь по трем фронтам РККА в Пражской наступательной операции (6 – 11 мая 1945 года) приводит в своем документальном исследовании генерал-полковник кандидат военных наук Григорий Кривошеев. Помимо союзнических войск в освобождении Праги участвовали подразделения 1-го, 2-го и 4-го Украинских фронтов.

За 6 дней войска Красной Армии общей численностью свыше 1,7 миллиона военнослужащих продвинулись на глубину до 200 км. Общее количество потерь по всем трем фронтам – 49348 человек, в среднем в сутки – по 8225 военнослужащих. Безвозвратных потерь среди них – 11265 человек (немногим более полпроцента от общего количество воевавших солдат и офицеров РККА этих фронтов). Больше всего безвозвратных (впрочем, как и санитарных) потерь понес 1-й Украинский фронт – среди его военнослужащих погибли, попали в плен или пропали без вести 6348 человек.

 

Разгром Квантунской армии

По статистической таблице, приведенной в книге того же Григория Кривошеева, в Манчьжурской стратегической наступательной операции, продлившейся меньше месяца, с 8 августа по 2 сентября 1945 года, принимали участие войска 1-го и 2-го Дальневосточного, а также Забайкальского фронтов вместе с соединениями Тихоокеанского флота и Амурской военной флотилии (общая численность – 1669500 военнослужащих). За 25 суток они продвинулись на глубину 800 км. Безвозвратные потери в результате этой операции составили 12031 человека, больше половины из них (6324 военнослужащих) приходятся на подразделения 1-го Дальневосточного фронта.

Дата завершения Манчьжурской операции – 2 сентября – считается официальной датой окончания Второй Мировой войны.

 

После Второй мировой войны

После 9 мая 1945 года до июля продолжались боестолкновения в так называемом Курляндском котле (Латвия). На памятной плите в братском захоронении военнослужащих РККА на кладбище в латвийском городе Айзпуте есть дата 23.06.1945 г. – именно в этот день погиб один из бойцов. По официальным данным, при ликвидации Курлянского котла только за несколько месяцев 1945 года (неоднократные попытки пробить гитлеровскую оборону здесь предпринимались с октября 1944 года) погибло свыше 30 тысяч советских военнослужащих. С уничтожением данной группировки фашистских войск масштабные боевые действия в Европе в Великой Отечественной войне официально завершились.

Большие потери несли советские части, продолжавшие после окончания Второй мировой войны бороться с украинскими националистами (в просторечии бандеровцами) ОУН – УПА*. По данным, которые приводит «Российская газета» со ссылкой на документальные источники, за 10 лет (до 1955 года) в боях с националистами погибли 25 тысяч военнослужащих РККА, МГБ и милиции. Украинский историк В. В. Дзебак с группой соавторов в исследовании "Организация украинских националистов и Украинская повстанческая армия: Исторические очерки" называют другие цифры погибших – 3199 военнослужащих вооруженных сил, пограничников и внутренних войск СССР, из них 2844 якобы были убиты оуновцами до мая 1945 года.

Это только самые значимые по масштабам операции, проведенные с участием военнослужащих после формального окончания Второй мировой войны. Сотни бойцов и офицеров РККА погибли в локальных стычках с отдельными группами гитлеровцев и их пособников уже после Победы.

 

 

По странному стечению обстоятельств, в котором, правда, психологи не находят ничего необычного, большинство мировых диктаторов имеет необъяснимую тягу к крупным картам, гигантским глобусам и иным наглядным пособиям по завоеванию мира. Примечательно, что крупнейший глобус Земли своего времени находился в ставке Гитлера, но после войны таинственным образом исчез.

 

Глобус размером с автомобиль

В середине 1930-х годов гигантский глобус для ставки Гитлера в рейхсканцелярии в Берлине был специально изготовлен немецкой фирмой «Columbus». Причем по описанию очевидцев, глобус, действительно, поражал своими размерами, которые были сопоставимы с автомобилем марки Volkswagen, хотя цена была значительно выше. Для того чтобы удерживать огромный шар в нужном положении и при необходимости вращать его, была создана специальная деревянная подставка. Примечательно, что глобус был изготовлен не в единственном варианте. Его копии установили в резиденциях практически у всех нацистских лидеров, а также у крупнейших промышленных магнатов. Самое интересное, что очертания стран на глобусе были изменены под текущую политическую ситуацию. Поскольку глобус выпускался двумя партиями, то во второй серии название Абиссинии (современной Эфиопии) было заменено на Итальянскую Восточную Африку. Идея, как и сам заказ, разместить глобус в рейхсканцелярии, принадлежала архитектору Альберту Шпееру. До сегодняшнего дня сохранились кадры кинохроники 1939 года, на которых во время торжественного открытия рейхсканцелярии отлично видно этот уникальный предмет ее интерьера. При этом глобус был настолько огромен и необычен, что Чарли Чаплин в своем фильме «Великий диктатор» изобразил его как один из любимых предметов фюрера. Впрочем, сам Гитлер по воспоминаниям современников, относился к нему достаточно холодно, поскольку чертить планы покорения мира удобнее на карте, тогда, как глобус являлся всего лишь предметом имиджа и интерьера.

 

Кто украл глобус

Тем не менее, глобус, стоявший в рейхсканцелярии в независимости от личного отношения к нему фюрера, являлся исторической реликвией и предметом, за который коллекционеры и музеи всего мира отдали бы огромные деньги. Куда же он пропал после войны? Самое интересное, что сегодня, предмет под названием «глобус Гитлера» находится одновременно в нескольких музеях Германии и периодически выставляется на аукционах. Фантастика? Вовсе нет. Ведь подобных глобусов было выпущено несколько, скорее всего в музеях, экспонируются и продаются либо глобусы других руководителей Третьего Рейха либо подделки. В наши дни увидеть глобусы, претендующие на звание «глобус Гитлера» можно в Немецком историческом музее, Бранденбургском музее, Берлинском институте и Географическим институте. Причем экспонат Немецкого исторического музея в том месте, где на нем изображены очертания Германии, пробит русской пулей. Тем не менее, немецкий историк и картограф Вольфрам Побанц, всю жизнь посвятивший поиску настоящего глобуса Гитлера, в своих многочисленных интервью утверждает, что все они не имеют к главе Третьего Рейха никакого отношения и принадлежали другим нацистским бонзам. Сегодня этот факт, благодаря исследованиям историка, подтвержден документально.

 

СССР или США

После окончания любой войны победители всегда дерутся за трофеи. Это аксиома. С глобусом Гитлера произошла аналогичная история. Первым претендентом на настоящий глобус Гитлера считается глобус, найденный спустя несколько дней после окончания войны в резиденции Гитлера «Орлиное гнездо» в Альпах. Его обнаружил, американец Джон Барсамян и, разумеется, тут же решил вывезти в США. Ему это удалось. Историки приводят официальный документ на вывоз, в котором говорится: «Один глобус, язык - немецкий, происхождение - резиденция «Орлиное гнездо». В руки общественности данный пакет документов попал от самого Багдасаряна, который, как предприимчивый делец, продал его с аукциона. В то же время, совершенно очевидно, что глобус, присвоенный американцем, не является глобусом Гитлера, стоявшим в рейхсканцелярии. Дело в том, что существует историческая фотография, сделанная в мае 1945 года на которой советские солдаты позируют на фоне глобуса Гитлера, непосредственно в здании рейхсканцелярии. Совершенно очевидно, что глобус не мог одновременно находиться в Берлине и в Альпах. При этом Вольфрам Побанц считает, что данный предмет приглянулся кому-то из руководства советских войск и был вывезен в СССР, где его следы теряются…

Когда речь идет об ужасах и зверствах Второй мировой войны, как правило, имеются в виду деяния нацистов. Пытки пленных, концлагеря, геноцид, уничтожение мирного населения – список злодеяний фашистов неисчерпаем.

Однако одна из самых страшных страниц в истории Второй мировой вписана в нее подразделениями войск союзников, освобождавших Европу от гитлеровцев. Французский, а фактически марокканский экспедиционный корпус получил звание главных отморозков этой войны.

 

Марокканцы в строю союзников

В составе Французского экспедиционного корпуса воевали несколько полков марокканских гумьеров. В эти подразделения набирались берберы – представители туземных племен Марокко. Французская армия во время Второй мировой войны использовала гумьеров в Ливии, где те сражались с итальянскими войсками в 1940 году. Марокканские гумьеры также принимали участие в битвах в Тунисе, проходивших в 1942-1943 годах.

В 1943 году союзные войска высадились на Сицилии. Марокканские гумьеры распоряжением союзного командования были отданы в распоряжение 1-й американской пехотной дивизии. Некоторые из них участвовали в битвах за освобождение от фашистов острова Корсика. К ноябрю 1943 года марокканские воины были передислоцированы на материковую часть Италии, где в мае 1944-го осуществили переход через Аврункские горы. Впоследствии полки марокканских гумьеров участвовали в освобождении Франции, а в конце марта 1945 года первыми ворвались в Германию со стороны «линии Зигфрида».

 

Зачем марокканцы отправлялись воевать в Европу

Гумьеры редко шли в бой из соображений патриотизма – Марокко находилось под протекторатом Франции, но они не считали ее своей родиной. Главной причиной была перспектива приличной по меркам страны заработной платы, повышение воинского престижа, проявление верности главам своих кланов, направлявших солдат воевать.

В полки гумьеров зачастую набирались самые бедные жители Магриба, горцы. Большинство из них были неграмотны. Французские офицеры должны были играть при них роль мудрых советников, заменив авторитет вождей племени.

 

Как воевали марокканские гумьеры

В сражениях Второй мировой войны участвовали, как минимум, 22 000 подданных Марокко. Постоянная численность марокканских полков достигала 12 000 человек, при этом 1625 солдат погибли в боях, а 7500 были ранены.

По мнению одних историков, марокканские воины отлично зарекомендовали себя в горных сражениях, оказавшись в знакомой обстановке. Родина племен берберов – марокканские горы Атлас, поэтому гумьеры прекрасно переносили переходы в высокогорье.

Другие исследователи категоричны: марокканцы были средними воинами, однако они сумели превзойти даже фашистов в деле зверских убийств пленных. Гумьеры не могли и не хотели бросить древнюю практику отрезания у трупов врагов ушей и носов. Но главным ужасом

населенных пунктов, в которые входили марокканские солдаты, были массовые изнасилования мирных жителей.

Освободители стали насильниками

Первая новость об изнасиловании марокканскими солдатами итальянок зафиксирована 11 декабря 1943 года, в день высадки гумьеров в Италии. Речь шла о четырех солдатах. Французские офицеры оказались не в состоянии контролировать действия гумьеров. Историки отмечают, что «это были первые отголоски поведения, которое впоследствии долго ассоциировалось с марокканцами».

Уже в марте 1944 года во время первого визита де Голля на итальянский фронт местные жители обратились к нему с горячей просьбой вернуть гумьеров в Марокко. Де Голль пообещал привлекать их только в качестве карабинеров для охраны общественного порядка.

17 мая 1944 года американские солдаты в одной из деревень услышали отчаянные крики изнасилованных женщин. Согласно их свидетельствам, гумьеры повторяли то, что итальянцы делали в Африке. Однако союзники действительно были шокированы: отчет англичан говорит об изнасилованиях гумьерами прямо на улицах женщин, маленьких девочек, подростков обоего пола, а также заключенных в тюрьмах.

 

Марокканский ужас под Монте-Кассино

Одно из самых жутких деяний марокканских гумьеров в Европе – история освобождения от гитлеровцев Монте-Кассино. Союзникам удалось захватить это древнее аббатство центральной Италии 14 мая 1944 года. После их окончательной победы под Кассино командование объявило «пятьдесят часов свободы» - юг Италии был на три дня отдан на растерзание марокканцам.

Историки свидетельствуют, что после сражения марокканские гумьеры совершали зверские погромы в окрестных деревнях. Были изнасилованы все девочки и женщины, не спаслись и мальчики-подростки. Отчеты 71-й немецкой дивизии фиксируют 600 изнасилований женщин в небольшом городе Спиньо всего за три дня.

При попытках спасти своих родственниц, подруг или соседок были убиты свыше 800 мужчин. Пастор городка Эспериа тщетно пытался уберечь трех женщин от насилия марокканских солдат – гумьеры связали священника и насиловали всю ночь, после чего он вскоре скончался. Марокканцы также разграбили и унесли все, что имело хоть какую-то ценность.

Марокканцы выбирали для групповых изнасилований наиболее красивых девушек. К каждой из них выстраивались очереди гумьеров, желающих поразвлечься, в то время как другие солдаты удерживали несчастных. Так, двух юных сестер 18 и 15 лет изнасиловали более 200 гумьеров каждую. Младшая сестра умерла от полученных травм и разрывов, старшая сошла с ума и 53 года до самой смерти содержалась в психиатрической больнице.

 

Война с женщинами

В исторической литературе про Апеннинский полуостров время с конца 1943-го по май 1945 года носит имя guerra al femminile - «война с женщинами». Французскими военными судами в этот период было возбуждено 160 уголовных разбирательств по обвинению 360 лиц. Выносились смертные приговоры и тяжелые наказания. Кроме того, немало застигнутых врасплох насильников было расстреляно на месте преступления.

На Сицилии гумьеры изнасиловали всех, кого смогли схватить. Партизаны некоторых областей Италии прекратили воевать с немцами и начали спасать окружающие села и деревни от марокканцев. Огромное количество вынужденных абортов и заражений венерическими болезнями повлекло ужасные последствия для многих небольших сел и деревень в областях Лацио и Тоскана.

Итальянский писатель Альберто Моравиа написал в 1957 году свой самый известный роман «Чочара» по мотивам увиденного в 1943 году, когда он с женой скрывался в Чочарии (местность в области Лацио). На основе романа в 1960 году снят фильм «Чочара» (в английском прокате – «Две женщины») с Софи Лорен в главной роли. Героиня с юной дочерью по пути в освобожденный Рим останавливаются отдохнуть в церкви маленького городка. Там на них нападают несколько марокканских гумьеров, которые насилуют обеих.

 

Свидетельства жертв

7 апреля 1952 года в нижней палате парламента Италии были заслушаны свидетельства многочисленных жертв. Так, мать 17-летней Малинари Велья рассказала о событиях от 27 мая 1944 года в Валекорсе: «Мы шли по улице Монте-Лупино и увидели марокканцев. Солдат явно привлекла юная Малинари. Мы умоляли не трогать нас, но те ничего не слушали. Двое держали меня, остальные насиловали Малинари по очереди. Когда последний закончил, один из солдат вынул пистолет и застрелил мою дочь».

55-летняя Элизабетта Росси из района Фарнета вспоминала: «Я пыталась защитить своих дочерей 18 и 17 лет, но меня ранили ножом в живот. Истекая кровью, я наблюдала, как их насиловали. Пятилетний мальчик, не понимающий происходящего, бросился к нам. Ему выпустили несколько пуль в живот и скинули в овраг. На другой день ребенок умер».

 

Marocchinate

Зверства, которые несколько месяцев творили в Италии марокканские гумьеры, получили у итальянских историков название marocchinate – производное от названия родной страны насильников.

15 октября 2011 года президент Национальной ассоциации жертв marocchinate Эмилиано Сиотти выступил с оценкой масштабов случившегося: «Из многочисленных документов, собранных сегодня, известно, что совершено, как минимум, 20 000 зарегистрированных случаев насилия. Это число до сих пор не отражает истину – медицинские отчеты тех лет сообщают, что две трети изнасилованных женщин из стыда или скромности предпочли не сообщать ничего властям. С учетом комплексной оценки мы можем с уверенностью сказать, что были изнасилованы, как минимум, 60 000 женщин. В среднем североафриканские солдаты насиловали их группами по два или три человека, но у нас также собраны показания женщин, изнасилованных 100, 200 и даже 300 солдатами», - отметил Сиотти.

 

Последствия

После окончания Второй мировой войны марокканские гумьеры были срочно возвращены французскими властями в Марокко. 1 августа 1947 года власти Италии направили французскому правительству официальный протест. Ответом были формальные отписки. Проблема повторно поднималась итальянским руководством в 1951-м и в 1993 годах. Вопрос и доныне остается открытым.

 

Public domain

 

Последние несколько лет представители стран НАТО постоянно жалуются, что российские истребители проходят от их воздушных судов на опасном расстоянии. Очевидно, они забыли воздушных асов советских лет, которые доводили до нервных срывов пилотов западных стран, чуть ли не садясь им на голову. Больше других в этом отношении прославился Василий Цимбал, которого летчики НАТО боялись как огня.

 

Граница на замке

 

Воздушные приключения Василия Цимбала начались осенью 1987 года, когда его за дисциплинарный проступок перевели служить с Дальнего Востока на военный аэродром под Мурманском. Воздушная часть, в которую попал летчик, охраняла северные границы СССР, около которых с разведывательными целями курсировали самолеты НАТО. Их интерес к побережью Баренцева моря с базами советских атомных подводных лодок, был настолько велик, что летчики вылетали на перехват вражеских самолетов по нескольку раз в день. Данное обстоятельство сильно не понравилось Василию Цимбалу, который решил проучить пилотов НАТО. Однажды он снизился над авианосцем противника на рекордно низкую высоту и слил на его палубу отработанное топливо. Команда судна была в шоке, граничащего с ужасом. Нельзя забывать, заканчивалась холодная война, и советский самолет мог нести ядерную боеголовку. На время интенсивность западной авиации у северной границы СССР существенно снизилась.

 

Проучить норвежца

 

Из всех стран, входящих в НАТО лишь ВВС Норвегии продолжали докучать советским летчикам. В очередной раз Су-27 был поднят по тревоге 13 сентября 1987 года. Его целью стал засеченный советской РЛС патрульный самолет «Орион» ВВС Норвегии. К несчастью, для нарушителя покоя советских ВВС за штурвалом истребителя находился Василий Цимбал. Едва летчик увидел норвежский самолет, барражировавший над нейтральными водами около советской границы с явно разведывательными целями, как у него в голове тут же созрел коварный план. Самое неприятное, что норвежский самолет-разведчик мог находиться в воздухе без посадки и дозаправки топливом до 12 часов, контролируя перемещение советских кораблей и подводных лодок. Необходимо было отделаться от него любой ценой. В этой ситуации Цимбал начал настоящую охоту на норвежца. Его Су-27 проносился вокруг вражеского самолета не то, что на опасном расстоянии, он чуть ли, не задевал днищем своего истребителя кабину пилота «Ориона». Крутил вокруг него фигуры высшего пилотажа, несколько раз заходил на атаку. Сложно себе представить, что испытывал в это время пилот разведывательного самолета. Особенно тяжело ему пришлось в тот момент, когда Василий Цимбал килем все-таки зацепил винт «Ориона», который сломавшись, пробил обшивку норвежского самолета. В итоге самолету-разведчику все же покинуть территориальные воды около советской границы и уйти на базу. Тем не менее, напоследок Цимбал снова догнал норвежца и сбросил немного топлива на кабину пилота. Большего унижения для пилота «Ориона» и придумать было нельзя.

 

Скандал международного масштаба

 

Вернувшись на свой аэродром, Василий Цимбал скромно промолчал о своих приключениях в нейтральных водах. Тем временем пилот «Ориона» глубоко оскорбленный тем, как с ним обошелся советский летчик, доложил об инциденте своему руководству. Вечером того же дня советскому послу в Норвегии была вручена нота протеста. О скандале доложили Министру обороны СССР в Москву. Разбор полетов пошел по инстанциям. Первым нагоняй получил Главком ПВО, кому подчинялась авиагруппа, в которой служил Василий Цимбал, следом досталось командиру Корпуса, который тут же направился в полк для установления всех деталей происшествия. Но Василий Цимбал стоял на своем: «норвежцы все врут». В этот момент из Норвегии пришло видео художеств советского летчика, которые, оказывается, фиксировал пилот «Ориона». Однако, талантливого летчика действенно защитившего родную границу наказывать не стали, лишь переведя от греха подальше для продолжения службы в Крымск.

Когда речь заходит об учителях Александра Пушкина, чаще всего на ум приходит имя Василия Жуковского – автора знаменитых строк, обращенных к молодому поэту: «Победителю ученику от побежденного учителя». Однако в жизни Пушкина и его товарищей-лицеистов была целая плеяда выдающихся преподавателей-наставников. «Фома» рассказывает об учителях первого, «золотого» выпуска Императорского Царскосельского лицея.

Директор

Василий Федорович Малиновский (1765–1814) – первый директор лицея, статский советник, выпускник Московского университета. Вся подготовительная работа по устройству лицея, отбор преподавателей, составление правил и инструкций легли на плечи Малиновского. Современники вспоминали его как человека доброго, робкого и простодушного.

Интересные факты

• Малиновский происходил из семьи священника.
• Служил в Коллегии иностранных дел и одно время жил в Англии в качестве чиновника русского посольства.
• Занимался благотворительностью – был директором Дома трудолюбия, учрежденного Филантропическим комитетом, существовавшим в те годы.
• Малиновский – автор труда «Рассуждение о мире и войне». Основная идея сочинения – проповедь вечного мира, в которой говорится о вреде войны и отсутствии всякой необходимости в ней.

В марте 1814 года Василий Фёдорович неожиданно скончался, и Лицей остался без директора. После его смерти, в течение двух лет, до марта 1816 года, когда новым директором стал Егор Энгельгардт, в лицее было настоящее «безначалие»: сменилось несколько ничем не отличившихся “директоров”.

Егор Антонович Энгельгардт (1775–1862) Второй директор лицея. Энгельгардт ратовал за дружеское общение между преподавателем и воспитанником. Директор смог завоевать полное доверие и любовь лицеистов. Один из его питомцев вспоминает: «Энгельгардт действовал на воспитанников своим ежедневным с ними обращением в свободные от уроков часы. Он приходил почти ежедневно после вечернего чая в зал, где мы толпою окружали его, и тут занимал он нас чтением, беседою, иногда шутливою». Энгельгардт также приглашал лицеистов на семейные вечера к себе домой и устраивал совместные прогулки. О привязанности к наставнику свидетельствует тот факт, что многие выпускников Лицея, в том числе Пущин и Вольховский, поддерживали переписку с Энгельгардтом в течение всей жизни.

Интересные факты

• При императоре Павле Энгельгардт был секретарем магистра «державного ордена св. Иоанна Иерусалимского», во главе которого стоял правитель.
• Был директором Педагогического института в Санкт-Петербурге.
• Был наставником наследника Александра по нравственным и политическим вопросам, что обеспечило последующее доверие государя к Энгельгардту после того, как последний стал директором Лицея, благоволение Александра не раз помогало уладить различные лицейские неурядицы.

«Законоучитель православного вероисповедания»

Пресвитер Николай Васильевич Музовский (1772 — 1848) был первым законоучителем Лицея. Закон Божий был обязательным предметом для лицеистов. Кроме плановых занятий они самостоятельно читали Библию, а в воскресные и праздничные дни воспитанники Лицея присутствовали на богослужении. Также лицеисты посещали занятия по духовному пению.

Интересные факты

• Отец Николай впоследствии стал духовником императорской семьи.
• До служения в Лицее отец Николай проповедовал при различных посольствах, например, в Венгрии.
• Музовский сопровождал принцессу Шарлоту (будущую императрицу Александру Федоровну) в ее путешествии из Берлина в Петербург в 1817 году. Он же давал принцессе первые уроки русского языка, рассказывал ей об основах православия и помогал учить Символ веры.
• В сане протопресвитера Николай Музовский стоял во главе военного духовенства на должности обер-священника армии и флота (1827-48 гг.), на этом поприще он известен тем, что установил правила ведения церковного хозяйства в армии.
• Отец Николай был преподавателем Санкт-Петербургской духовной семинарии, а с 1814 года – членом Российского Библейского общества.
• Музовский был духовником младших великих князей – Николая и Михаила.

Учителя словесности

Несмотря на то, что «русский язык» как предмет отсутствовал в расписании лицейских дисциплин, русскому языку и словесности (как отечественной, так и зарубежной) отводилась главенствующая роль.

Профессор латинской и российской словесности Николай Федорович Кошанский (1784-1831) был «страстным любителем древней классической поэзии и талантливым переводчиком многих классических произведений», старался увлечь своих юных слушателей античными текстами. Кошанский также обучал лицеистов стихосложению и критически разбирал их стихотворения. Однако некоторым лицеистам Кошанский казался несколько чопорным и скучным преподавателем. Пушкин называл его «угрюмым цензором», преподающим «уроки учености сухой», но тем не менее все лицеисты уважали словесника. Многим нравились его занимательные лекции и советы.

Интересные факты

• Закончил два факультета Московского университета в 1802 году – философский (с золотой медалью) и юридический.
• Занимался педагогической деятельностью в различных учебных заведениях Москвы, частных домах и пансионах. Например, преподавал риторику в Московском университетском пансионе
• В 1807 г. Кошанский защитил диссертацию «Изображение мифа о Пандоре в античных произведениях искусства» (на латинском языке), получив степень доктора философии.
• Составил учебники по риторике, ставшими главными книгами по этой дисциплине для нескольких последующих поколений учащихся: «Общая риторика» (1829) и «Частная риторика» (1832).

Александр Иванович Галич (1783-1848) временно заменял Кошанского, когда тот заболел. Однако за недолгий период преподавания (с мая 1814 года по июнь 1815 года) этот молодой двадцатилетний учитель русской и латинской словесности снискал подлинную любовь лицеистов. Галича лицеисты считали своим другом. Словесник вел себя с молодыми воспитанниками по-товарищески, как добрый приятель, поэтому лицеисты любили его занятия и особенно ценили чувство юмора преподавателя. Когда Галич открывал книгу какого-нибудь античного автора, например, Корнелия Непота, то всегда говорил: «А теперь, господа, потреплем старика». Это выражение стало у лицеистов поговоркой.?? Молодой учитель участвовал в лицейских собраниях и застольях, устраивал для лицеистов философские диспуты и соревнования по ораторскому искусству.

Интересные факты

• Галич родом из религиозной семьи. Он был сыном дьячка и внуком приходского священника.
• Как одного из лучших выпускников Петербургского педагогического института Галича отправили за границу для усовершенствования знаний.
• Галич стал одним из первых представителей философской кафедры в Петербургском университете.
• В конце 1810-х годов издал в двух томах «Историю философских систем», за что в 1822 году был обвинен в революционных настроениях и отстранён от преподавания в университете.
• Пушкин нередко упоминает Галича в своих стихотворениях («Пирующие студенты», «К Галичу», «Послание к Галичу» и др.). Поэт также называл учителя «мудрецом» и «другом мудрости».

Преподаватель истории и географии

Иван Кузьмич Кайданов (1780 – 1843) — преподаватель исторических наук. Это был доброжелательный и ироничный человек, который никогда не обижался на всевозможные шалости лицеистов на занятиях, хотя те, как правило, слушали лекции историка с большим вниманием и интересом. К примеру, Пушкин и Пущин однажды сочинили шуточные вольные стишки и прочли их Кайданову. Учитель же ответил: «Не советую вам, Пушкин, заниматься такой поэзией, особенно кому-нибудь сообщать ее. И вы, Пущин, не давайте волю язычку».

Интересные факты

• Происходил из духовного сословия, окончил Киевскую духовную академию и был учителем в Переяславской семинарии.
• Кайданов закончил Петербургский педагогический институт.
• Будучи в Германии в 1808-1811 гг., слушал лекции по истории.
• Кайданов – автор многих научных трудов по истории (например, «История средних веков») и учебников («Учебная книга всеобщей истории для юношества»), которые были переведены на многие европейские языки, включая польский, немецкий и румынский. Долгое время его учебники по истории были единственными принятыми во всех школах.
• Трое сыновей Кайданова впоследствии были воспитанниками Царскосельского Лицея.

Преподаватель нравственных и политических наук

Александр Петрович Куницын (1783–1841) – преподаватель нравственных наук, юрист. Куницын был одним из любимых учителей большинства лицеистов и, в частности, оказал на Пушкина значительное влияние. Поэт позднее посвятил ему строки, в которых говорил о влиянии Куницына на воспитание и нравственное становление товарищей и него самого:

Куницыну дань сердца и вина!
Он создал нас, он воспитал наш пламень,
Поставлен им краеугольный камень,
Им чистая лампада возжена…

Один из воспитанников лицея также вспоминал, что «Пушкин охотнее всех других классов занимался в классе Куницына».

С лицейской карикатуры Алексея Илличевского. 1816

Интересные факты

• Происходил из семьи священника и получил первоначальное образование в духовном училище, а после продолжил учение в Тверской семинарии.
• В 1808 году окончил Петербургский педагогический институт (факультет нравственно-политических наук) и был отправлен за границу для усовершенствования знаний по своей специальности: слушал лекции в Германии и Франции.
• При открытии Лицея в 1811 г. Куницын произнес торжественную речь, о которой вспоминал Пушкин в 1836 году:

Вы помните: когда возник Лицей,
Как царь для нас открыл чертог царицын,
И мы пришли, и встретил нас Куницын
Приветствием меж царственных гостей…

Преподаватель физики и математики

В Лицее уделялось пристальное внимание преподаванию точных наук. Кабинет физики с необходимыми аппаратами и приборами был образован самым первым. Преподавателем физико-математических наук был профессор Я. И. Карцов (1784–1836). Строгого и во многом раздражительного преподавателя математики лицеисты недолюбливали и прозвали Червяком в своей иронической эпиграмме. Чаще всего на его уроках лицеисты готовились к другим предметам или писали стихи. Один только Владимир Вольховский любил занятия Карцова и был чуть ли не единственным, кого учитель вызывал к доске. Хорошо известен случай с Пушкиным на одном из уроков математики, о котором вспоминал впоследствии Иван Пущин: Пушкина вызвали к доске решать алгебраическую задачу. Он долго переминался с ноги на ногу и все писал молча какие-то формулы. Преподаватель спросил его наконец: «Что же вышло? Чему равняется “икс”?» Пушкин ответил: «Нулю!» Карцов ответил: «У вас, Пушкин, в моем классе все кончается нулем. Садитесь на свое место и пишите стихи». Несмотря на противоречивое отношение лицеистов к себе и математическим вычислениям, у Карцова иногда получалось и рассмешить воспитанников, и привлечь их внимание к своему предмету.

Начальные основания физики

Интересные факты

• Учился в Смоленской духовной семинарии.
• Как лучший ученик был отправлен за границу и слушал курс наук в Йенском, Галльском и Геттингенском университетах, занимался в College de France и Парижском музее натуральной истории.
• Карцов, Куницын и Кайданов вместе окончили Петербургский Педагогический институт, вместе были отправлены за границу для приготовления к профессорской деятельности и вместе стали преподавателями Царскосельского Лицея.
• Карцов перевел с немецкого книгу «Начальные основания физики», которая была рекомендована в качестве учебника.

Учитель фехтования

Алекс Вальвиль (? — 1850), или Александр Васильевич, как стали называть его в России, приехал из Франции на рубеже XVIII-XIX веков, став французским фехтмейстером на русской службе. Позже французский прозаик Александр Дюма (сын) написал свой роман «Учитель фехтования», используя факты биографии Вальвиля. Получив должность преподавателя Лицея, где большое значение придавали гимнастическим упражнениями и фехтованию, Вальвиль снискал любовь и уважение юных воспитанников. Особо выдающимися учениками по предмету фехтования были Александр Пушкин, Сергей Комовский и Аркадий Мартынов.

Интересные факты

• В 1805 году Вальвиль осуществил постановку батальных сцен в трагедии Владислава Озерова «Фингал».
• Вальвиль – автор учебника по фехтованию «Рассуждение о искусстве владеть шпагою», изданного на русском и французском языках.
• С 1816 года Вальвиль руководил подготовкой учителей фехтования в гвардейских кавалерийских полках. Эту деятельность он успешно сочетал с преподаванием в Лицее.
• Проводил ежегодные смотры-соревнования фехтовальщиков гвардии в Михайловском манеже.

Учитель чистописания

Главной целью учителя чистописания Фотия Петровича Калинича (1788–1851) была выработка у лицеистов красивого аккуратного каллиграфического почерка. Особенно хорошо искусство каллиграфии удавалось Кюхельбекеру, Горчакову и Данзасу. Лицеисты считали Калинича заносчивым и довольно насмешливым человеком, однако уважали его, хоть и нередко подшучивали над ним.

Интересные факты

• Фотий Петрович также был хорошим певцом и даже участвовал в хоре лицеистов.
• Калинич прослужил в Лицее до самой смерти.
• Помимо преподавательских обязанностей Калинич нередко исполнял роль гувернера.
• Все лицейские грамоты и похвальные листы подписывались рукой Калинича.

Учитель рисования

Воспитанники относились к учителю рисования Сергею Гавриловичу Чирикову(1776–1853) дружелюбно и часто собирались у него в квартире на верхнем этаже Лицея для чтения стихов (был образован литературный кружок). Спокойный добродушный и тактичный человек, Чириков стал чуть ли не единственным преподавателем, на уроках которого лицеисты вели себя смирно и не шалили.

Интересные факты

• Чириков преподавал не только изящные искусства, но и исполнял обязанности гувернера.
• Одним из любимых занятий Чирикова было сочинение стихов.
• У преподавателя рисования было прозвище Герой Севера в честь сочиненной им поэмы с таким названием.

Учитель музыки и пения

Теппер де Фергюсон (1768–1838) – польский музыкант и композитор,

назначенный на должность преподавателя хорового пения в Лицее. По воспоминаниям лицеиста Модеста Корфа, преподаватель пения «не только учил нас, но и сочинял для нас разные духовные концерты…». Теппер был образованный и приятный человек, воспитанники с удовольствием посещали его занятия. Преподаватель организовал лицейский хор, о котором у многих воспитанников остались добрые воспоминания. Также Теппер был автором музыки к известной прощальной песни Дельвига «Шесть лет промчалось, как мечтанье», ставшей одним из «гимнов» лицея.

Интересные факты

• Был членом Петербургского Филармонического Общества.
• До того, как попал в Лицей, был учителем музыки великой княжны Анны Павловны, а также занимался музыкой с императрицей Елизаветой Алексеевной, супругой Александра I.
• Принимал участие в первом исполнении симфонии Гайдна «Сотворение мира» в зале Филармонического общества в марте 1805 года.
• У Теппера был свой дом в Царском Селе. Воспитанники нередко бывали у него в гостях, где музицировали, беседовали и пили чай.
• Теппер писал музыку к лицейским спектаклям.

Учитель французской словесности

Давид Иванович де Будри (1756–1821) был преподавателем французского языка и французской литературы. Будри преподавал в Лицее уже в преклонном возрасте и был хоть и строгим, но справедливым учителем. По словам Корфа, из всех лицейских наставников Будри особенно чутко понимал свое призвание и к каждому ученику находил индивидуальный деятельный подход.

Интересные факты

• Настоящая его фамилия де Будри – Марат. Он был родным братом знаменитого якобинца Ж. П. Марата – одного из лидеров Великой французской революции.
• Будри родился в Швейцарии в семье доктора медицины и философии. Образование получил в женевской академии со степенью кандидата богословия
• Оказавшись в России, Будри преподавал в пансионах и частных домах, а также был учителем французской словесности в институте благородных девиц ордена св. Екатерины и в Петербургской губернской гимназии.
• Издал французскую грамматику с русским переводом.
• Вместе с воспитанниками ставил на лицейской сцене французские пьесы.

Преподаватель полевой фортификации

Специалистом по военным наукам был профессор Алексей Михайлович Пушкин (1793-1821), однофамилец и дальний родственник будущего великого поэта. Он читал лекции по полевой фортификации (военно-инженерной науке об укреплении местности для ведения боя и военных сооружениях). Лицеисты, которые решили избрать военную карьеру, дополнительно изучали «оружие, тактику, стратегию и историю войн, военную топографию и черчение планов, обзор военного искусства».

20 декабря 1942 года немецкие танки вышли к маленькой замерзшей речушке Мышкова. Оттуда до Сталинграда и окруженной в нем 6-й армии генерала Паулюса оставалось каких-нибудь 35-40 километров. Шедшие там жестокие бои один из их участников, Юрий Бондарев, описал в романе «Горячий снег», по которому режиссер Гавриил Егиазаров снял одноименный фильм – один из лучших советских фильмов о той Войне…

Пехотный курсант с душой артиллериста

Главные герои Бондарева — артиллеристы, а повествование ведется от лица командира огневого взвода батареи лейтенанта Николая Кузнецова.

Между тем, сам автор начинал свой боевой путь вовсе не офицером и не артиллеристом. Летом 1942 года 18-летний Бондарев был направлен во 2-е Бердичевское пехотное училище, но звание получить не успел — в октябре курсантов срочно отправили на фронт, под Сталинград.

Там вчерашний курсант стал командиром минометного расчета, в декабре под Котельниковым был контужен, ранен, получил обморожение и в «боги войны» попал уже после госпиталя, а офицером стал только к концу войны.

В 1967 году, когда Бондарев, собирая материал для будущего романа, попытался в Мюнхене встретиться с фон Манштейном, 80-летний нацистский фельдмаршал отказался от встречи, сославшись на плохое самочувствие.

По словам Бондарева, он и сам не особо пожалел, что попытка не удалась. Он признавал, что «испытывал к нему то, что двадцать пять лет назад, когда стрелял по его танкам в незабытые дни 1942 года. Я понимал, почему этот «непобежденный на поле боя» не захотел встречаться с русским солдатом».

Почему именно Манштейн

6-я армия считалась одной из самых боеспособных в вермахте. Именно ей было поручено стереть с лица город на Волге. Не получилось. Более 330 тысяч немецких солдат и офицеров попали в окружение, и вызволить их было поручено фельдмаршалу Эриху фон Манштейну.

Почему именно ему? За его плечами было авторство победоносной кампании 1940 года против Франции, оккупация Крыма в 1941-м и взятие Севастополя в 1942-м. Гитлер считал его лучшим военным стратегом: не получится у Манштейна — не получится ни у кого.

Фельдмаршал спешно сформировал группу армий «Дон». В нее вошли несколько крупных соединений, самым мощным из которых была танковая группа генерала Германа Гота. Операция была названа по-немецки высокопарно — Wintergewitter («Зимняя гроза»).

Фирменный стиль: удар там, где не ждали

Наступление началось 12 декабря 1942 года. Немцы практически сразу прорвали внешнее кольцо окружения на Котельническом направлении, буквально сметя 302-ю стрелковую дивизию 51-й армии генерала Николая Труфанова и вырвавшись на оперативный простор.

Советское командование ожидало удара, но западнее, из Нижне-Чирской. Там, на среднем Дону, расстояние до 6-й армии составляло всего 40 километров.

В итоге Манштейн сумел переиграть советских генералов Андрея Еременко (Сталинградский фронт) и Николая Ватутина (Юго-Западный фронт). Он выбрал более длинный маршрут и ударил с юга. 13 декабря танкисты Гота вышли к реке Аксай, пройдя четверть пути до Сталинграда. Оставалось совсем немного, и кольцо окружения было бы прорвано.

Как генерал Вольский сумел удивить сначала Сталина, а затем Гота

Атака советских танков КВ-1 Сталинградского фронта при поддержке пехоты.

На ликвидацию прорыва Ставка спешно перебросила 2-ю гвардейскую армию генерала Родиона Малиновского. Но ей предстояло форсированным маршем пройти зимой почти 300 километров, а до ее подхода врага нужно было как-то задержать.

Задачу эту командование возложило на 4-й механизированный корпус генерала Василия Вольского, отдельные танковые полки и 20-ю истребительно-противотанковую артиллерийскую бригаду.

Прежде чем рассказать, чем сумел удивить немцев генерал Вольский, никак невозможно умолчать об инциденте, в котором тот умудрился удивить самого… Сталина.

Дело в том, что накануне контрнаступления под Сталинградом, в ноябре 1942 года Вольский направил письмо Сталину, которое могло иметь огромные последствия. Как минимум, для самого Василия Тимофеевича.

Вот что в беседе с Константином Симоновым об этом письме рассказывал маршал Александр Василевский: «Вольский писал Сталину примерно следующее. Дорогой товарищ Сталин. Считаю своим долгом сообщить вам, что я не верю в успех предстоящего наступления (операции по окружению и разгрому армии Паулюса – прим. Ред.). У нас недостаточно сил и средств для него. Я убежден, что мы не сумеем прорвать немецкую оборону и выполнить поставленную перед нами задачу. Что вся эта операция может закончиться катастрофой, что такая катастрофа вызовет неисчислимые последствия, принесет нам потери, вредно отразится на всем положении страны, и немцы после этого смогут оказаться не только на Волге, но и за Волгой…

Как честный член партии, Вольский просил проверить реальность принятых решений, и, может быть, вовсе отказаться от операции.

Письмо дошло до адресата, но к счастью, не пострадал ни сам автор, ни разработчики победного для нас плана операции «Уран». Генерал Вольский поучаствовал в нашем контрнаступлении, и впоследствии его неоднократно награждали и повышали в звании. Именно он заставил Гота «повертеться».

Нацистам навязали активную оборону: танкисты Вольского со всех сторон, в том числе и с тыла, контратаковали дивизии Гота. Эта «вращающаяся битва», как окрестили ее немцы (противники несколько раз менялись местами, штурмуя высоты южнее Верхне-Кумского), длилась целых пять дней.

Тогда 19 декабря Гот ввел в сражение 17-ю танковую дивизию. Она прорвала правый фланг советской обороны, угрожая 4-му мехкорпусу окружением. С тяжелым сердцем Вольский был вынужден отвести свои части на следующий рубеж обороны — речушку Мышкова.

Оттуда до группировки Паулюса танкистам Манштейна оставалось каких-то 35 километров. Но время было выиграно – за спиной 4-го корпуса уже заняли оборону 8-я и 3-я гвардейская стрелковые дивизии армии Малиновского и разворачивались пехотные части 5-й ударной армии, усиленные двумя танковыми бригадами.

«Гроза» была, а «гром» не грянул

Генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс (слева), командующий окруженной в Сталинграде 6-й армии Вермахта, начальник его штаба генерал-лейтенант Артур Шмидт (Arthur Schmidt) и его адъютант Вильгельм Адам (Wilhelm Adam) после сдачи в плен. Сталинград, Бекетовка, штаб советской 64-й армии.

Одной из важных частей «Зимней грозы» был план Donnerschlag («Удар грома»), согласно которому 6-я армия должна была пойти из «котла» на прорыв, пробиться к реке Донская Царица и соединиться с войсками Манштейна. Но парадокс был в том, что сам командующий окружёнными на такой шаг не решился.

Ознакомившись с планом, начальник штаба 6-й армии генерал Артур Шмидт ответил фельдмаршалу, что это приведет к полной катастрофе. И Паулюс с ним согласился, сославшись на то, что фюрер категорически запретил ему оставлять Сталинград. Командующий группой армий «Дон» не стал настаивать.

Могла ли 6-я армия пробиться к войскам Манштейна? Об этом до сих пор спорят на исторических форумах. Известно лишь, что горючего у окруженной группировки оставалось всего на 30 километров пути. Кроме того, как только Паулюс начал бы прорыв, его тут же со всех сторон атаковали советские части, следившие за малейшими изменениями на переднем крае. Риск был слишком велик, а ресурсов слишком мало.

Сутки, вместившие четыре дня, и нафталин вместо снега

Танки Гота обрушились на советские позиции на северном берегу реки Мышкова. В романе Бондарева и снятом по нему фильме наши артиллеристы, пехотинцы и танкисты отбивают их ровно сутки, после чего выждав, когда немцы выдохлись, генерал Бессонов (в фильме его замечательно сыграл Георгий Жжёнов) вводит в бой свежий танковый корпус и отбрасывает врага.

На самом деле, бои длились не одни сутки, а четверо, с 20 по 24 декабря. Страшных и драматичных. С танковыми атаками и многократными бомбежками наших позиций.

Снег здесь действительно был горячим – от пламени подбитых танков, взрывов авиационных бомб и выстрелов артиллерийских орудий. Немцы, заняв плацдарм на северном берегу реки, несколько раз пытались его расширить и каждый раз откатывались назад.

К концу фильма зритель тоже верил, что снег горячий — на фоне подбитых танков, разрушенных окопов и ходов сообщений. Дело в том, что во время съёмок знаменитого фильма со снегом возникла проблема.

Снимали бои на танковом полигоне под Новосибирском, понадеявшись на местные морозы и обильные снега. И поначалу Сибирь себя оправдывала даже с лишком: от холода съёмочная аппаратура выходила из строя.

Но в марте зима внезапно закончилась, и снег начал быстро таять. Пришлось привести целую машину нафталина и посыпать им «окопы». Запах стоял жуткий, но знали об этом только участники съёмок.

Финал картины снимали в подмосковном Алабино в конце апреля — начале мая. Погода стояла уже и вовсе летняя. И по воспоминаниям актеров, они буквально плавились в своих шинелях и ватниках. Зато не было нафталина. Здесь снег изображали мел и известка…

Конец «Зимней грозы»

Подбитый и севший на вынужденную (у самолета выпущены шасси) немецкий истребитель Мессершмитт Bf.109 в центре Сталинграда. Лето 1943 года.

А тогда, в 1942-м, судьба «Зимней грозы» решалась не на Мышковой, а на 250 километров северо-западнее. По плану Манштейна должно было быть два деблокирующих удара: главный наносил Гот, а вспомогательный, из Нижне-Чирской — генерал Карл-Адольф Холлидт.

Но там войска Юго-Западного фронта вместе с 6-й армией Воронежского фронта 16 декабря перешли в наступление и в ходе операции «Малый Сатурн», прорвали оборону противника, которую держали союзники Германии – итальянцы и румыны.

Генералу Холлидту, чей фланг опасно обнажился, было уже не до Сталинграда. Советские части подошли к городу Каменск-Шахтинский, нацелившись на Ростов-на-Дону.

Манштейн понял, что назревает стратегическая катастрофа: группа армий «А», в которую входил «Дон», могла быть отрезана от Северного Кавказа и окружена. Нужно было срочно укрепить разваливающийся Чирский фронт.

Резервов не было, и 24 декабря фельдмаршал был вынужден изъять 6-ю танковую дивизию из группировки Гота. Тем самым фактически поставив крест на судьбе армии Паулюса. В тот же день 2-я гвардейская армия освободила Верхне-Кумский.

А затем Сталинградский фронт перешел в наступление на Котельническом направлении и отбросил главную «клешню» Манштейна на исходные рубежи. Операция Wintergewitter окончательно провалилась. В войне начинался перелом.

Повесть Юрия Бондарева «Батальоны просят огня» по праву считается одним из лучших произведений о Великой Отечественной, а ее сюжет лег в основу двух экранизаций — киноэпопеи «Освобождение» (фильм второй — «Прорыв», 1969) и одноименного фильма 1985 года. Автор сумел в призме небольшого эпизода сражения показать всю драматичность боев этого важнейшего этапа войны — форсирования советскими войсками Днепра в ходе осенней кампании 1943 года.

Но пусть читателям и зрителям не кажется, что «Батальоны просят огня» — та самая, «окончательная», окопная правда. Ни одна книга, ни один кинофильм не в силах передать и сотой доли того, чем является война на самом деле, — она всегда намного страшнее. Да и возможно ли во всей полноте описать грандиозную четырехмесячную битву за Левобережную Украину, в которой с обеих сторон приняло участие до 4 миллионов (!) солдат и офицеров, а фронт растянулся на 750 километров!..

Но сначала о книге и фильмах.

Капитан Ермаков обвиняет…

В повести два стрелковых батальона под общим командованием капитана Бориса Ермакова вынуждены сражаться на отбитом у немцев плацдарме в одиночку, практически без артиллерийской поддержки, и обречены на окружение и уничтожение. Они периодически дают сигнал дивизии «просим огня!», но их могут поддержать с другого, «нашего», берега только два орудия старшего лейтенанта Сергея Кондратьева.

Почему? Потому что поступил приказ: дивизии вместе со всей артиллерией переместиться правее и форсировать Днепр севернее, там, где немцы не ждут. А вступившим в бой батальонам приказа отступать не было. И они, отвлекая на себя главные силы противника, должны погибнуть, но дать возможность главным силам ударить в неожиданном для врага месте.

Жертва вроде бы принесена не напрасно — дивизия успешно громит неприятеля. Но от двух батальонов (а это сотни людей!) в живых осталось всего пять человек. В том числе тот самый капитан Ермаков. У него своя правда, и когда командир дивизии полковник Иверзев с металлом в голосе приказывает изложить историю бойни в рапорте, капитан взрывается. Он не может простить Иверзеву равнодушия и отказывает ему в праве называться человеком и офицером.

В роли капитана Ермакова — Александр Збруев, к/ф «Батальоны просят огня», 1985

Для советской литературы (и фильмографии) сцена — сильнейшая. Тем более речь об артиллеристе. В артиллерии, как правило, потери были не такие ужасающие, как в пехоте. Но если артбатареи и дивизионы оказывались в составе стрелковых подразделений, стреляя по противнику прямой наводкой, они разделяли участь «царицы полей» — пехоты. Не случайно в финале фильма «Горячий снег» генерал, словно извиняясь, раздает горстке оставшихся в живых артиллеристов награды со словами: «Спасибо. Всё, что могу. Надо было выбить у них танки…» Полковник Иверзев извиняться не спешит и никакой вины за собой не видит.

А был ли Ермаков на самом деле?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо обратиться к воспоминаниям автора, писателя Юрия Бондарева. После войны он был демобилизован по ранению и окончил Литературный институт имени Горького. Главной его темой стала война. Точнее, люди на войне.

Замысел повести «Батальоны просят огня» возник у бывшего артиллерийского офицера темной июльской ночью, когда, плывя на лодке по реке Белой (приток Камы), он наслаждался тишиной и заревом заката.

Юрий Бондарев

Бондарев вспоминал, как вдруг эту безмятежную тишину прорезало «пулеметное» тарахтение трактора, а на берегу взвыла буксующая автомашина. И перед глазами встала другая картина: высокий берег Днепра, занятый врагом, сейчас взлетят сигнальные ракеты и начнется переправа туда, где натужно рычат нацистские танки… Так возник замысел повести. И конечно, ее герои не были плодом фантазии.

Прототипами капитана Ермакова стали сразу два человека. И первый из них — рядовой Василий Свинин, служивший в артполку НКВД. Единственный (!) оставшийся в живых после тяжелого боя, в котором получил серьезное ранение. Из его биографии Бондарев взял драматическую историю, в которой почти никто из командиров и бойцов не выжил.

Старший лейтенант Николай Епихамов

Но в еще большей мере протитипом Ермакова можно считать старшего лейтенанта Николая Епимахова, который 29 сентября 1943 года вместе со своим дивизионом переправился через Днепр. Ему приказали поддержать стрелковые части, захватившие плацдарм на правом берегу. В числе артиллеристов Епимахова был и орудийный расчёт, которым командовал 19-летний сержант Юрий Бондарев.

За мужество и героизм, проявленные при форсировании Днепра и удержании плацдарма, 24-летний Епимахов 13 ноября 1943 года был удостоен звания Героя Советского Союза. А Бондарев, который со своим орудием прошел через ад днепровской переправы, страшные бои на плацдарме, а затем и на украинской земле к западу от Днепра, получил две медали «За отвагу».

Но только вряд ли между героями повести — капитаном и его начальником, комдивом — в реальной жизни мог состояться тот разговор, который стал украшением книги: и психология на войне иная, и обстановка вряд ли позволила бы.

Переправа без отдыха и подготовки

«Батальоны просят огня» — книга, можно сказать, автобиографическая. Это свидетельство прямого участника событий. Войска сражались в чрезвычайно тяжелых условиях. Целый месяц с момента окончания Курской битвы части Красной армии преследовали отступающего неприятеля. Гнали с тяжелыми боями, теряя людей и выбиваясь из сил. Батальоны редели, тылы отставали — иногда на 200 километров. Из-за нехватки горючего пехотные части зачастую наступали без техники.

Отступая за Днепр, немцы проводили тактику «выжженной земли», уничтожая или вывозя с восточного берега реки всё, что могло бы помочь наступающим советским войскам: продовольствие, домашний скот, лошадей, фураж, рыбацкие лодки. Сжигали хлеб на полях, деревни, угоняли в рабство население, портили рельсы и шпалы, срубали телеграфные столбы.

Наша армия делала всё, чтобы не допустить этого, преследовала немцев, казалось, из последних сил. И вот наконец после изнурительного марша-наступления — Днепр… Сам рывок до него — уже успех, уже подвиг! Казалось бы, наступает момент сделать паузу, подтянуть тылы, подогнать понтоны и прочие плавсредства, пополнить ряды бойцов… Да в конце концов, дать им хоть немного отдыха перед решающим сражением…

Но нет, следует приказ форсировать Днепр с ходу, чтобы не дать немцам времени укрепить оборону и подтянуть свежие резервы. Как вспоминал впоследствии маршал Жуков, «для тщательной подготовки наступления к Днепру у нас не было возможностей».

А впереди необозримая водная гладь…

Ширина реки в отдельных местах достигает 3,5 километров, скорость течения в среднем два метра в секунду, а глубина — до 12 метров! Прибавим к этому высокий обрывистый правый берег, который на большом протяжении господствует над низким левым — нашим — берегом. Немцы отлично видели и могли простреливать все подходы к Днепру.

Помножим это на нехватку понтонов и других переправочных средств у советских передовых полков и батальонов и отсутствие у них опыта форсирования такой мощной водной преграды. Добавим немецкую авиацию, которая буквально висела над головами красноармейцев, сея смерть на воде и на берегу.

Днем в таких условиях форсировать Днепр — верная гибель. Поэтому переправлялись ночью, на подручных средствах вроде самодельных лодок или плотов, на которых перевозили легкие пушки. Осеннюю ночь периодически озаряли немецкие ракеты, и если их свет заставал красноармейцев на середине реки, по ним с правого берега открывали ожесточенный огонь.

Если солдат с оружием, гранатами, саперной лопаткой, в шинели и кирзовых сапогах падал в воду, температура которой в это время не превышала +5…+6 °С, он, как правило, уже не выплывал: ноги сводила судорога, а тяжесть амуниции тянула на дно.

Участник тех боев Иван Новохацкий переправлялся через Днепр на импровизированном плоту, состоявшем из нескольких железных бочек, полусгнивших кладбищенских ворот, надгробных крестов и венков. На этом мрачном сооружении уместились две лошади с 45-мм пушкой, три человека расчета и молодой лейтенант со своими тремя разведчиками.

«То там, то здесь рвутся в воде снаряды и мины, поднимая фонтаны воды. Уже есть прямые попадания или разрывы вблизи плотов, таких же, как и наш. Слышны крики раненых, тонущих, ржание перепуганных, упавших в воду лошадей. Мертвые уходят под воду тихо», — вспоминал Новохатский ад переправы.

Тех же, кто благополучно переправлялся на вражеский берег, ожидали ожесточенные атаки противника.

Кому и зачем это нужно?

Советское командование понимало, что любое промедление с форсированием позволит гитлеровцам превратить высокий западный берег Днепра в неприступную крепость. И потому придавало важнейшее значение захвату на нем как можно большего количества плацдармов. С них должно было развернуться наступление на столицу Украины. Кроме того, они должны были вводить противника в заблуждение по поводу того, откуда последует главный удар РККА.

К концу сентября 1943 года в полосе Воронежского и Степного фронтов было захвачено 14 плацдармов, в полосе Центрального фронта — 7, Юго-Западного — 2. Одним из самых больших стал Букринский плацдарм (южнее Киева), его длина составляла 11 километров по фронту и до 6 километров в глубину.

Для помощи войскам Воронежского фронта на нем по решению Ставки с 24 сентября началась Днепровская воздушно-десантная операция, в ходе которой в тыл врага были сброшены 4575 парашютистов.

Кстати, этот десант — еще одна страшная и по-своему нелепая страница сражения на Днепре. Из-за того что операция готовилась в спешке, без разведки районов приземления, действия воздушно-десантных бригад оказались разобщены, взаимодействия с наземными войсками не было.

Немецкая противотанковая пушка на берегу Днепра, 1943

Первый эшелон десантировался под сильным зенитным огнем немцев; часть бойцов попала в расположение противника, а экипаж одного самолета сбросил десантников прямо над огромной рекой, и они не смогли доплыть до берега.

Только небольшая часть десанта присоединилась к нашим войскам. А часть выживших бойцов и командиров, не имея связи со штабом фронта, вынуждена была действовать в немецком тылу самостоятельно, ведя активную диверсионную войну. В результате советское командование отменило так неудачно начавшуюся операцию и не стало десантировать второй эшелон.

В октябре 1943-го войска Воронежского (позднее 1-го Украинского) фронта дважды пытались с Букринского плацдарма наступать на Киев — и каждый раз безуспешно. По современным данным, в тех боях погибло не менее 20 тысяч бойцов и командиров РККА.

В результате Ставка приказала перенести основные усилия на вспомогательный Лютежский плацдарм (севернее Киева). Оттуда немцы удара не ждали, сосредоточившись на южном направлении, а потому Красной армии с куда меньшими потерями удалось развить успешное наступление на столицу Украины. Немцы не смогли удержаться за Днепр.

Время — кровь

Но для тех, кто участвовали в том наступлении, практически любое действие — даже доставка донесения — было сопряжено со смертельным риском. Именно за доставку донесения на островок посреди Днепра получил медаль «За отвагу» будущий народный артист СССР Иннокентий Смоктуновский. Правда, награды пришлось ждать 49 лет. Её вручили прямо во МХАТе, сразу после спектакля «Мольер». А напарник Смоктуновского по той переправе погиб — утонул, не добравшись до берега под обстрелом.

Иннокентии? Смоктуновскии? в годы вои?ны

«За нашим купанием в Днепре наблюдали многие, и все, кто видел, как колошматили нас на протоке, были немало удивлены, узнав, что меня даже не царапнуло. “Ну, везет тебе, длинный, ты просто счастливчик, несмотря что доходяга”», — вспоминал Смоктуновский. Сам артист считал, что тогда его спас рост — 184 см.

Война — это всегда сумма ошибок противоборствующих сторон, и побеждает тот, кто делает их чуть меньше. А без них на войне обойтись невозможно, ведь это не учения, не компьютерная игра и не литературная повесть или роман. На войне ход событий меряется особой, страшной меркой. Как точно выразился один из самых жестких и жестоких советских полководцев Василий Чуйков, отстоявший Сталинград: «Время — кровь».

Спрос за приказ, а не за смерти

Но за кровь с командиров полков, дивизий, корпусов, армий или фронтов спрашивали только в том случае, если они к назначенному сроку не брали высоту, населенный пункт или плацдарм.

Так, 3 октября 1943 года Сталин направил командующему Воронежским фронтом генералу Николаю Ватутину гневную депешу, в которой сообщал, что Днепровская воздушно-десантная операция провалилась, и возложил вину за «массовые ненужные жертвы» не только на него, но и на представителя Ставки маршала Жукова.

Между тем мало кто из советских комдивов, комкоров или командармов мог позволить себе оспорить тот или иной приказ, даже считая его, мягко говоря, неправильным.

У Бондарева и командир полка Гуляев, и комдив Иверзев — типичные представители хорошо отлаженной боевой машины РККА, которые, может быть, и хотели бы поступить более продуманно, но распоряжение свыше обсуждать не могут — только исполнять.

Анонс фильма «Батальоны просят огня»: «Любыми средствами передайте батальонам: держаться, до последнего держаться!»

«— Но батальоны вступили в бой, товарищ полковник… просят огня… А как я понял — артполк снялся? Кто будет поддерживать Бульбанюка и Максимова?

Иверзев обернулся к Гуляеву, нетерпеливо подняв брови, взглянул с жалостью, и полковник понял никчемность своего вопроса.

— О чем вы, полковник? Ей-богу! Вы не первый день в армии! — холодно проговорил Иверзев, в синих глазах его возник твердый блеск, который сказал Гуляеву, что для Иверзева все уже решено и взвешено. — Мне не нужно вам объяснять, что дивизию перебрасывают по приказу командующего армией. Я повторяю: действия двух батальонов по-прежнему носят серьезный отвлекающий характер… Любыми средствами передайте батальонам: держаться, до последнего держаться!»

К счастью, были в Красной армии и другие отцы-командиры. Например, генерал Александр Горбатов, об упрямом характере которого Сталин как-то заметил, что «Горбатова могила исправит».

Нетипичный генерал

Будучи полным тезкой Суворова, Горбатов стремился и врага бить по-суворовски: не числом, а умением — не в лоб, на пулеметы и пушки, а фланговым обходом. «Уменье воевать не в том, чтоб как можно больше убить противника, а насколько возможно больше взять в плен. Тогда и свои будут целы», — выразил он свое боевое кредо в беседе с писателем Александром Твардовским после войны.

Но мало быть храбрым на виду у противника. Куда большее мужество требуется подчас полководцу в общении со своим начальством. Перед войной Горбатов прошел жестокие пытки в НКВД и никого не оговорил, не сломался. Не скрутила его и Колыма. И на войне он не боялся брать на себя ответственность за самостоятельные решения и оспаривать приказы, которые считал вредными.

Будущего маршала Советского Союза, а тогда генерала Кирилла Москаленко, который довел его до бешенства обвинениями в «службе Гитлеру» и бессмысленными приказами наступать в лоб, Горбатов — в присутствии командующего Юго-Западным фронтом Семена Тимошенко — назвал «бесплатным приложением к армии, бесструнной балалайкой». В итоге самоубийственные атаки были прекращены, а Москаленко язык больше не распускал.

Генерал А. В. Горбатов

В другой раз Горбатов отказался выполнить приказ генерала Константина Рокоссовского о наступлении на Бобруйск, мотивируя это тем, что противник вот-вот ударит по его армии. Между ними состоялся крайне резкий разговор, который был прекрасно слышен из-за перегородки в избе жене генерала:

— В любом наступлении важно вовремя остановиться. Противник явно подтянул свежие силы. — Блеф! — Судя по насыщенности огня, это не блеф. — Встать! Смирно! Приказываю: 3-й армии продолжить наступление согласно существующей директиве фронта. В общем направлении на Бобруйск. Повторите приказ! — Стоять смирно буду, армию на тот свет не поведу!

В итоге оказалось, что прав именно Горбатов: немцы вскоре перешли в столь мощное наступление, что 3-я армия едва удержалась на занимаемых рубежах. К чести Рокоссовского, он в своих мемуарах писал: «Поступок Александра Васильевича только возвысил его в моих глазах».

Не пасовал Горбатов и перед всесильным Жуковым, наводившим ужас на иных генералов. В частности, он настоял на своем варианте наступления летом 1943 года на Курской дуге. В итоге его план на 100 % оправдался и 5 августа Орел был освобожден. Удачно действовал командарм и в ходе битвы за Днепр: продуманным маневром ввел в заблуждение противника и внезапным ударом разгромил его.

К сожалению, таких командующих, для которых сбережение солдат и офицеров было не менее важно, чем исполнение приказа, в Красной армии было не так много. И книг и фильмов о них почти нет. В том числе и о Горбатове. Не считая киноленты «Генерал» (1992), где Горбатова сыграл Владимир Гостюхин.

***

За подвиги, совершенные в годы Великой Отечественной, звания Героя Советского Союза были удостоены 11739 человек. Причем массовое награждение было именно за форсирование Днепра — за стойкость и мужество в боях по захвату и удержанию плацдармов: осенью 1943 года это высокое звание было присвоено 47 генералам, 1123 офицерам, 1268 солдатам, ефрейторам, сержантам и старшинам. Многим — посмертно.

Принято считать, что великая княгиня и великий князь состояли в «белом браке» (т. е. жили как брат с сестрой). Это неправда: они мечтали о детях, особенно Сергей Александрович. Принято считать, что Елизавета Федоровна была кротким и тихим ангелом. И это неправда. Ее волевой характер и деловые качества давали о себе знать с детства. Говорили, что великий князь порочен и имеет нетрадиционные наклонности, — снова неправда. Даже всесильная английская разведка не нашла в его поведении ничего более «предосудительного», чем чрезмерная религиозность.

Сегодня личность великого князя Сергея Александровича Романова или остается в тени его великой жены — преподобномученицы Елизаветы Федоровны, или опошляется — как, например, в фильме «Статский советник», где генерал-губернатор Москвы предстает очень неприятным типом. А между тем во многом именно благодаря великому князю Елизавета Федоровна стала той, какой мы ее знаем: «великой Матушкой», «ангелом-хранителем Москвы».

Оклеветанный при жизни, почти позабытый после смерти, Сергей Александрович заслуживает того, чтобы быть открытым заново. Человек, усилиями которого появилась Русская Палестина, а Москва стала образцовым городом; человек, всю жизнь несший крест неизлечимой болезни и крест бесконечной клеветы; и христианин, который причащался до трех раз в неделю — при всеобщей практике делать это раз в год на Пасху, для которого вера во Христа была стержнем жизни. «Дай мне Бог быть достойной водительства такого супруга, как Сергий», — писала Елизавета Федоровна после его убийства…

Об истории великой любви Елизаветы Федоровны и Сергея Александровича, а также об истории лжи о них — наш рассказ.

Имя великого князя Сергея Александровича Романова произносится сегодня, как правило, только в связи с именем его жены, преподобномученицы Елизаветы Федоровны. Она действительно была выдающейся женщиной с необыкновенной судьбой, но князь Сергей, оставшийся в ее тени, оказывается, как раз играл в этой семье первую скрипку. Их брак не раз пытались очернить, назвать безжизненным или фиктивным, в конце концов, несчастным, или, наоборот, идеализировали. Но эти попытки неубедительны. После гибели мужа Елизавета Федоровна сожгла свои дневники, но сохранились дневники и письма Сергея Александровича, они и позволяют нам заглянуть в жизнь этой исключительной семьи, тщательно оберегаемую от посторонних взглядов.

Не такая простая невеста

Решение о женитьбе было принято в нелегкое для великого князя Сергея Александровича время: летом 1880 года скончалась его мать, Мария Александровна, которую он обожал, а меньше чем через год, бомба народовольца Игнатия Гриневицкого оборвала жизнь его отца, императора Александра II. Пришло время ему вспомнить слова воспитательницы, фрейлины Анны Тютчевой, которая писала молодому князю: «По вашей натуре Вам надо быть женатым, Вы страдаете в одиночестве». У Сергея Александровича действительно было несчастное свойство углубляться в себя, заниматься самоедством. Ему нужен был близкий человек… И он такого человека нашел.

Великий князь Сергей Александрович. 1861

1884 год. Элла — одна из красивейших невест Европы. Сергей — один из самых завидных женихов, пятый сын императора Александра II Освободителя. Судя по дневникам, впервые они встретились, когда великая герцогиня Гессенская и Рейнская Алиса-Мод-Мэри, супруга Людвига IV, была на последних месяцах беременности будущей супругой великого князя. Сохранилась фотография, где она сидит вместе с заехавшей в Дармштадт российской императрицей Марией Александровной и ее семилетним сыном Сергеем. Когда российское венценосное семейство возвращалось в Россию из своего путешествия по Европе, они снова заехали к родственникам в Дармштадт, и маленькому великому князю позволили присутствовать при купании новорожденной Эллы — его будущей жены.

Почему Сергей сделал выбор именно в пользу Елизаветы, ускользнуло от внимания его родных и воспитателей. Но выбор был сделан! И хотя Элла и Сергей оба испытывали сомнения, в конце концов, в 1883 году миру было объявлено об их помолвке. «Я дал своё согласие не колеблясь, — сказал тогда отец Эллы, великий герцог Людвиг IV. — Я знаю Сергея с детского возраста; вижу его милые, приятные манеры и уверен, что он сделает мою дочь счастливой».

Принцесса Гессенская и Великобританская Элла. Начало
1870-х гг.

Сын российского императора взял в жены провинциальную немецкую герцогиню! Вот привычный взгляд на эту блестящую пару — и  тоже миф. Не так просты были Дармштадтские герцогини. Елизавета и Александра (ставшая последней российской императрицей) — родные внучки по матери королевы Виктории, с 18 лет и до кончины в старости — бессменной правительницы Великобритании (императрицы Индии с 1876 года!), человека строгой морали и железной хватки, при которой Британия достигла своего расцвета. Официальный титул Елизаветы Федоровны, перешедший всем гессенским принцессам, — герцогиня Великобританская и Рейнская: они принадлежали, ни больше ни меньше, к роду, правившему на тот момент третьей частью суши. И этот титул — по всем правилам этикета — унаследовали от матери, императрицы Александры Федоровны дочери последнего российского императора Николая II.

Таким образом, с британской короной Романовы породнились благодаря Алисе Гессенской — как и ее мать Виктория, необыкновенно сильной женщине: выйдя замуж за немецкого герцога, Алиса вынуждена была столкнуться с привередливостью немцев, не очень охотно принимавших английскую принцессу. Тем не менее однажды она на протяжении девяти месяцев возглавляла парламент; развернула широкую благотворительную деятельность — основанные ею богадельни действуют в Германии по сей день. Ее хватку унаследовала и Элла, и впоследствии ее характер даст о себе знать.
А пока Елизавета Дармштадтская, хоть и чрезвычайно благородная и образованная, но несколько ветреная и впечатлительная молодая особа, обсуждает магазины и красивые безделушки. Подготовка к их с Сергеем Александровичем свадьбе держалась в строжайшей тайне, и вот летом 1884 года девятнадцатилетняя гессенская принцесса прибыла в украшенном цветами поезде в столицу Российской империи.

«Он часто относился к ней, как школьный учитель…»

На публике Елизавета Федоровна и Сергей Александрович были, в первую очередь, высокопоставленными особами, возглавляли общества и комитеты, а их человеческие отношения, их взаимная любовь и привязанность держались в тайне. Сергей Александрович прилагал все усилия к тому, чтобы внутренняя жизнь семьи не становилась достоянием общественности: у него было множество недоброжелателей. Из писем мы знаем больше, чем могли знать современники Романовых.

«Он рассказывал мне о своей жене, восхищался ей, хвалил ее. Он ежечасно благодарит Бога за свое счастье», — вспоминает князь Константин Константинович, его родственник и близкий друг. Великий князь действительно обожал свою жену — он любил дарить ей необыкновенные драгоценности, делать ей маленькие подарки по поводу и без. Обходясь с ней временами строго, в ее отсутствие он не мог нахвалиться Елизаветой. Как вспоминает одна из его племянниц (в будущем — королева Румынии Мария), «дядя часто был резок с ней, как и со всеми другими, но поклонялся ее красоте. Он часто относился к ней, как школьный учитель. Я видела восхитительную краску стыда, которая заливала ее лицо, когда он бранил ее. „Но, Серж…“ — восклицала она тогда, и выражение ее лица было подобно лицу ученицы, уличенной в какой-нибудь ошибке».

«Я чувствовала, как Сергей желал этого момента; и я знала много раз, что он страдал от этого. Он был настоящим ангелом доброты. Как часто он мог бы, коснувшись моего сердца привести меня к перемене религии, чтобы сделать себя счастливым; и никогда, никогда он не жаловался… Пусть люди кричат обо мне, но только никогда не говори и слова против моего Сергея. Стань на его сторону перед ними и скажи им, что я обожаю его, а также  и мою новую страну и что таким образом научилась любить и их религию…»

Из письма Елизаветы Федоровны брату Эрнесту о перемене религии

Вопреки распускаемым тогда слухам, это был по-настоящему счастливый брак. В день десятилетия супружеской жизни, которое пришлось на разгар Русско-японской войны, князь записал в дневнике: «С утра я в церкви, жена — на складе*.  Господи, за что мне такое счастье?» (Склад пожертвований в пользу воинов, организованный при содействии Елизаветы Федоровны: там шили одежду, заготавливали бинты, собирали посылки, формировали походные церкви. — Ред.)

Их жизнь действительно была служением с максимальной отдачей всех сил и способностей, но об этом мы еще успеем сказать.
Что же она? В письме к брату Эрнесту Элла называет мужа «настоящим ангелом доброты».

Великокняжеская чета в гостях у дармштадтских родственников. Великая княгиня Елизавета Федоровна — вторая справа; вторая слева — принцесса Алиса, будущая императрица Александра Федоровна

Великий князь стал во многом учителем своей супруги, очень мягким и ненавязчивым. Будучи на 7 лет старше, он действительно в большой степени занимается ее образованием, учит русскому языку и культуре, знакомит с Парижем, показывает ей Италию и берет ее в поездку на Святую землю. И, судя по дневникам, великий князь не переставал молиться, надеясь, что когда-нибудь жена разделит с ним главное в его жизни — его веру и Таинства Православной Церкви, к которой он принадлежал всей душой.

«После 7 долгих лет счастливой нашей супружеской жизни <…> мы должны начать совершенно новую жизнь и оставить нашу уютную семейную жизнь в городе. Мы должны будем так много сделать для людей там, и в действительности мы будем там играть роль правящего князя, что будет очень трудным для нас, так как вместо того, чтобы играть такую роль, мы горим желанием вести тихую личную жизнь».

Из письма Елизаветы Федоровны отцу, великому герцогу Гессенскому, о назначении супруга на пост генерал-губернатора Москвы

Необыкновенная религиозность — черта, отличавшая великого князя с детства. Когда семилетнего Сергея привезли в Москву и спросили: чего бы тебе хотелось? — он ответил, что самое его заветное желание — попасть на архиерейскую службу в Успенский собор Кремля.

Сергей Александрович и Елизавета Федоровна на Святой земле. Гефсимания, храм святой Марии Магдалины, 1888

Впоследствии, когда взрослым молодым человеком он встречался во время поездки по Италии с Папой Римским Львом XIII, тот поражался знанию великим князем церковной истории — и даже велел поднять архивы, чтобы проверить озвученные Сергеем Александровичем факты. Записи в его дневниках всегда начинались и заканчивались словами: «Господи, помилуй», «Господи, благослови». Он сам решал, чтo из церковной утвари следует привезти на освящение храма святой Марии Магдалины в Гефсимании (тоже его детище) — блестяще зная как богослужение, так и всю его атрибутику! И, кстати, Сергей Александрович был первым и единственным из великих князей дома Романовых, кто за свою жизнь трижды совершил паломничество на Святую землю. Причем первое отважился проделать через Бейрут, что было крайне трудно и далеко не безопасно. А во второе взял с собой жену, в то время еще протестантку…

«Быть одной веры с супругом — правильно»

В их родовом имении Ильинском, где Сергей Александрович и Елизавета Федоровна провели счастливейшие дни своей жизни, начиная с медового месяца, сохранился храм, теперь он снова действует. По преданию, именно здесь присутствовала на своем первом православном богослужении тогда еще протестантка Элла.

Елизавете Федоровне по статусу было необязательно менять вероисповедание. Пройдет 7 лет после замужества, прежде чем она напишет: «Мое сердце принадлежит Православию». Злые языки говорили, что к принятию новой веры Елизавету Федоровну активно подталкивал ее супруг, под чьим безусловным влиянием она находилась всегда. Но, как писала отцу сама великая княгиня, муж «никогда не старался принудить меня никакими средствами, предоставляя все это совершенно одной моей совести». Все, что он делал, — мягко и деликатно знакомил ее со своей верой. И сама княгиня очень серьезно подошла к этому вопросу, изучая Православие, присматриваясь к нему очень внимательно.

Великая княгиня Елизавета Федоровна за занятиями живописью.
Конец 1880-х гг

Лазарет Елизаветы Федоровны в Ильинском. 1906

Дворец в Ильинском. 1900-е гг.

Приняв, наконец, решение, Элла первым делом пишет своей влиятельной бабушке королеве Виктории — они всегда были в добрых отношениях. Мудрая бабушка отвечает: «Быть со своим супругом одной веры — это правильно». Совсем не столь благосклонно принял решение Елизаветы Федоровны ее отец, хотя трудно придумать более ласковый и тактичный тон и более искренние слова, какими Элла умоляла «дорогого Папу» о благословении на решение перейти в Православие:

« … Я все время думала и читала и молилась Богу — указать мне правильный путь, и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Это было бы грехом оставаться так, как я теперь — принадлежать к одной Церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж ‹…› Я так сильно желаю на Пасху причаститься Св. Тайн вместе с моим мужем…»

Герцог Людвиг IV не ответил дочери, но против своей совести она пойти не смогла, хотя признавалась: «Я знаю, что будет много неприятных моментов, так как никто не поймет этого шага». Так, к неописуемому счастью супруга, пришел день, когда они смогли вместе причаститься. И третье, последнее в его жизни, путешествие на Святую землю уже совершили вместе — во всех смыслах.

90 обществ великого князя

Великий князь был одним из инициаторов создания и до самой гибели — председателем Императорского Православного Палестинского общества, без которого сегодня невозможно представить себе историю русского паломничества на Святую землю! Став во главе Общества в 1880-х годах, он умудрился открыть в Палестине 8 подворий Русской Православной Церкви, 100 школ, где арабских детей обучали русскому языку и знакомили с Православием, построить в честь матери храм Марии Магдалины — вот неполный перечень его дел, причем осуществлялось все это довольно тонко и хитро. Так, иногда князь выделял деньги на строительство, не дожидаясь оформления разрешительной документации, так или иначе обходил множество препятствий. Существует даже предположение, что его назначение в 1891 году генерал-губернатором Москвы — хитроумная политическая интрига, придуманная разведками недовольных Англии и Франции, — кому понравится «хозяйничание» России на территории их колоний? — и имевшая своей целью отстранение князя от дел на Святой земле. Как бы то ни было, расчеты эти не оправдались: князь, кажется, только удвоил свои усилия!

Трудно представить, насколько деятельными людьми были супруги, сколько они успели сделать за свою, в общем, недолгую жизнь! Он возглавлял или был попечителем около 90 обществ, комитетов и других организаций, причем находил время принимать участие в жизни каждого из них. Вот лишь некоторые: Московское архитектурное общество, Дамское попечительство о бедных в Москве, Московское филармоническое общество, Комитет по устройству при Московском университете Музея изящных искусств имени императора Александра III, Московское археологическое общество. Он состоял почетным членом Академии наук, Академии художеств, Общества художников исторической живописи, Московского и Петербургского университетов, Общества сельского хозяйства, Общества любителей естествознания, Русского музыкального общества, Археологического музея в Константинополе и Исторического музея в Москве, Московской духовной академии, Православного миссионерского общества, Отдела распространения духовно-нравственных книг.

С 1896 года Сергей Александрович — командующий Московским военным округом. Он же — председатель Императорского Российского Исторического музея. По его инициативе был создан Музей изобразительных искусств на Волхонке — в основу его экспозиции великий князь заложил шесть собственных коллекций.

«Отчего я всегда чувствую глубоко? Отчего я не таков, как все другие, не весел, как все? Я до глупости углубляюсь во все и вижу иначе — мне самому совестно, что я до того старообразен и не могу быть, как вся „золотая молодежь“, весел и беспечен».

Из дневника великого князя Сергея Александровича

Став в 1891 году генерал-губернатором Москвы — а это означало попечение не только о Москве, но и о десяти прилегающих к ней губерниях — он развернул невероятную деятельность, задавшись целью сделать город равным европейским столицам. Москва при нем стала образцовой: чистая, аккуратная брусчатка, городовые, выставленные в зоне видимости друг друга, все коммунальные службы работают идеально, порядок везде и во всем. При нем налажено электрическое освещение улиц — построена центральная городская электростанция, возведен ГУМ, отреставрированы башни Кремля, построено новое здание Консерватории; при нем по первопрестольной стал ходить первый трамвай, открылся первый общедоступный театр, а центр города был приведен в идеальный порядок.

Благотворительность, которой занимались Сергей Александрович и Елизавета Федоровна, не была ни показной, ни поверхностной. «Правитель должен быть благословением своего народа», — часто повторял отец Эллы, и он сам, и его жена, Алиса Гессенская, этому принципу старались следовать. Их дети с малолетства были приучены помогать людям, невзирая на ранги — к примеру, каждую неделю ходили в больницу, где дарили цветы тяжелобольным, ободряли их. Это вошло в их кровь и плоть, точно так же воспитывали своих детей Романовы.

Даже отдыхая в своем подмосковном имении Ильинском, Сергей Александрович и Елизавета Федоровна продолжали принимать просьбы о помощи, об устройстве на работу, о пожертвовании на воспитание сирот — все это сохранилось в переписке управляющего двором великого князя с разными людьми. Однажды пришло письмо от девушек-наборщиц частной типографии, осмелившихся просить позволить им спеть на Литургии в Ильинском в присутствии великого князя и княгини. И эта просьба была исполнена.

В 1893 году, когда в Центральной России бушевала холера, в Ильинском открылся временный медпункт, где осматривали и при необходимости срочно оперировали всех нуждающихся в помощи, где крестьяне могли остаться в специальной «избе для изоляции» — как в стационаре. Медпункт просуществовал с июля по октябрь. Это — классический пример того служения, которым всю жизнь занимались супруги.

«Белый брак», которого не было

Принято считать, что Сергей и Елизавета намеренно вступили в так называемый «белый брак»: решились не иметь детей, а посвятить себя служению Богу и людям. Воспоминания близких и дневники свидетельствуют о другом.

«Как бы я хотел иметь детей! Для меня не было бы большего рая на земле, будь у меня собственные дети», — пишет в письмах Сергей Александрович. Сохранилось письмо императора Александра III жене, императрице Марии Федоровне, где он пишет: «Как жаль, что Элла и Сергей не могут иметь детей». «Из всех дядьев мы более всего боялись дядю Сергея, но, несмотря на это, он был нашим фаворитом, — вспоминает в дневниках племянница князя Мария. — Он был строг, держал нас в благоговейном страхе, но он любил детей… Если имел возможность, приходил, чтобы проследить за купанием детей, укрыть одеялом и поцеловать на ночь…»

Супруги великий князь Сергей Александрович и великая княгиня Елизавета Федоровна. 1884

Великому князю было дано воспитать детей — но не своих, а брата Павла, после трагической гибели при преждевременных родах его жены, греческой принцессы Александры Георгиевны*. Непосредственными свидетелями шестидневной агонии несчастной женщины были хозяева имения Сергей и Елизавета. Убитый горем Павел Александрович несколько месяцев после трагедии был не в состоянии ухаживать за своими детьми — малолетней Марией и новорожденным Дмитрием, и эту заботу целиком и полностью взял на себя великий князь Сергей Александрович. Он отменил все планы и поездки и остался в Ильинском, участвовал в купании новорожденного — который, кстати, и выжить-то не должен был по единогласному мнению врачей, — сам обкладывал его ватой, не спал ночами, заботясь о маленьком князе. Интересно, что в дневник Сергей Александрович записывал все важные события из жизни своего подопечного: первый прорезавшийся зуб, первое слово, первый шаг. А после того как брат Павел вопреки воле императора вступил в брак с женщиной, не принадлежавшей к аристократическому роду, и был изгнан из России, его детей, Дмитрия и Марию, окончательно взяли на попечение Сергей и Елизавета.

Почему Господь не дал супругам собственных детей — Его тайна. Исследователи предполагают, что бездетность великокняжеской пары могла быть следствием тяжелой болезни Сергея, которую он тщательно скрывал от окружающих. Это еще одна малоизвестная страница жизни князя, которая совершенно меняет привычные для многих представления о нем.

Зачем ему корсет?

Холодность характера, замкнутость, закрытость — обычный список обвинений против великого князя.

К этому еще добавляют: гордец! — из-за его чересчур прямой осанки, придававшей ему надменный вид. Если бы знали обвинители князя, что «виновник» гордой осанки — корсет, которым он вынужден был поддерживать свой позвоночник всю свою жизнь. Князь был тяжело и неизлечимо болен, как и его мать, как и его брат Николай Александрович, который должен был стать российским императором, но скончался от страшного недуга. Свой диагноз — костный туберкулез, приводящий к дисфункции всех суставов, — великий князь Сергей Александрович умел от всех скрывать. Только жена знала, чего это ему стоит.

«Сергей очень страдает. Ему снова нездоровится. Очень нужны соли, горячие ванны, без них он не может обходиться», — пишет Елизавета близким родственникам. «Вместо того чтобы отправиться на прием, великий князь принимал ванну», — ёрничала газета «Московские ведомости» уже в предреволюционное время. Горячая ванна — чуть ли единственное средство, снимающее боли (суставные, зубные), которые мучили Сергея Александровича. Он не мог ездить верхом, не мог обходиться без корсета. В Ильинском еще при жизни его матери была устроена кумысная ферма для лечебных целей, но болезнь с годами прогрессировала. И если бы не бомба студента Ивана Каляева, очень возможно, генерал-губернатор Москвы все равно не прожил бы долго…

Закрыт, немногословен и замкнут великий князь был с детства. А можно ли было ожидать другого от ребенка, чьи родители фактически находились в разводе, который тем не менее не мог состояться? Мария Александровна жила на втором этаже Зимнего дворца, не имея уже супружеского общения с мужем и терпя присутствие фаворитки государя — княжны Долгоруковой (она стала его женой после смерти Марии Александровны, но пробыла в этом статусе меньше года, до гибели Александра II). Крах родительской семьи, глубокая привязанность к матери, кротко терпевшей это унижение, — факторы, которые во многом определили формирование характера маленького князя.

Они же — поводы для клеветы, слухов и злословия в его адрес. «Не в меру религиозен, замкнут, очень часто бывает в храме, причащается до трех раз в неделю», — это самое «подозрительное» из того, что сумела выяснить о князе английская разведка перед его вступлением в брак с Елизаветой, как-никак —внучкой английской королевы. Репутация почти безупречная, и тем не менее еще при жизни на великого князя выливались потоки клеветы и нелицеприятных обвинений…

«Терпи — ты на поле брани»

Поговаривали о распутном образе жизни генерал-губернатора Москвы, по первопрестольной распускались слухи о его нетрадиционной сексуальной ориентации, о том, что Елизавета Федоровна очень несчастлива в браке с ним — все это еще при жизни князя звучало даже в английских газетах. Сергей Александрович поначалу терялся и недоумевал, это видно из его дневниковых записей и писем, где он ставит один вопрос: «Почему? Откуда все это?!»
«Терпи всю эту прижизненную клевету, терпи — ты на поле брани», — писал ему великий князь Константин Константинович.

Нападок, обвинений в надменности и равнодушии не удалось избежать и Елизавете Федоровне. Безусловно, основания для того были: несмотря на широчайшую благотворительную деятельность, она всегда держала дистанцию, зная цену своему статусу великой княгини — принадлежность к императорскому дому едва ли предполагает панибратство. И характер ее, проявившийся с детства, давал повод для таких обвинений.

В наших глазах образ великой княгини, надо признать, несколько елейный: нежная, кроткая женщина со смиренным взглядом. Этот образ сложился, конечно, не без оснований. «Ее чистота была абсолютна, от нее невозможно было оторвать взгляд, проведя с ней вечер, каждый ожидал часа, когда сможет увидеть ее на следующий день», — восхищается тетей Эллой ее племянница Мария. И в то же время нельзя не заметить, что великая княгиня Елизавета обладала волевым характером. Мать признавала, что Элла — прямая противоположность старшей послушной сестре Виктории: очень сильная и отнюдь не тихая. Известно, что Елизавета очень жестко отзывалась о Григории Распутине, считая, что его смерть была бы лучшим выходом из сложившейся при дворе катастрофической и нелепой ситуации.

«…Когда он увидел ее <…>, он спросил: «Кто вы?» «Я его вдова, — ответила она, — почему вы его убили?» «Я не хотел убивать вас, — сказал он, — я видел его несколько раз в то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть». «И вы не сообразили того, что вы меня убили вместе с ним?» — ответила она…»

Описание беседы Елизаветы Федоровны с убийцей мужа из книги о. М. Польского «Новые мученики Российские»

Как сказали бы сегодня, великая княгиня была первоклассным управленцем, филигранно умеющим организовать дело, распределить обязанности и следить за их исполнением. Да, она держалась несколько отстраненно, но вместе с тем не игнорировала малейших просьб и нужд тех, кто к ней обращался. Известен случай во время Первой мировой войны, когда раненый офицер, которому грозила ампутация ноги, подал просьбу пересмотреть это решение. Ходатайство попало великой княгине и было удовлетворено. Офицер поправился и впоследствии, во время Второй мировой войны, занимал должность министра легкой промышленности.

Безусловно, жизнь Елизаветы Федоровны кардинально изменилась после страшного события — убийства любимого мужа… Фотография развороченной взрывом кареты тогда была напечатана во всех московских газетах. Взрыв был такой силы, что сердце убитого нашли только на третий день на крыше дома. А ведь останки Сергея великая княгиня собирала собственными руками. Ее жизнь, ее судьба, ее характер — все изменилось, но, конечно, вся предыдущая, полная самоотдачи и деятельности жизнь была подготовкой к этому.

«Казалось, — вспоминала графиня Алек­сан­дра Андреевна Олсуфьева, — что с этого времени она пристально всматривается в образ иного мира <…>, <она> посвятила себя поиску совершенства».

«Мы с тобой знаем,  что он святой»

«Господи, сподобиться бы такой кончины!» — писал в своем дневнике Сергей Александрович после гибели от бомбы кого-то из государственных деятелей — за месяц до собственной смерти. Он получал письма с угрозами, но игнорировал их. Единственное, что князь предпринял: перестал брать с собой в поездки детей — Дмитрия Павловича и Марию Павловну — и своего адьютанта Джунковского.
Великий князь предчувствовал не только свою смерть, но и трагедию, которая захлестнет Россию через десятилетие. Он писал Николаю II, умоляя его быть более решительным и жестким, действовать, принимать меры. И сам такие меры предпринимал: в 1905 году, когда восстание разгорелось в студенческой среде, он отправил студентов на бессрочные каникулы, по домам, не дав разгореться пожару. «Услышь меня!» — пишет и пишет он в последние годы государю императору. Но государь не услышал…

Остатки кареты великого князя Сергея Александровича после взрыва

4 февраля 1905 года Сергей Александрович выезжает из Кремля через Никольские ворота. За 65 метров до Никольской башни раздается взрыв страшной силы. Кучер смертельно ранен, а Сергей Александрович разорван на части: от него осталась голова, рука и ноги — так князя и похоронили, соорудив специальную «куклу», в Чудовом монастыре, в усыпальнице. На месте взрыва нашли его личные вещи, которые Сергей всегда носил с собой: образки, крест, подаренный матерью, маленькое Евангелие.

Великий князь Сергей Александрович незадолго до гибели

После трагедии все, что не успел сделать Сергей, все, во что он вложил свой ум и неуемную энергию, Елизавета Федоровна считала своим долгом продолжить. «Я хочу быть достойна водительства такого супруга, как Сергий», — писала она вскоре после его смерти Зинаиде Юсуповой. И, вероятно, движимая этими мыслями, отправилась в тюрьму к убийце супруга со словами прощения и призывом к покаянию. Она работала до изнеможения и, как пишет графиня Олсуфьева, «всегда спокойная и смиренная, находила силы и время, получая удовлетворение от этой бесконечной работы».
О том, чем стала для столицы основанная великой княгиней Марфо-Мариинская обитель милосердия, существующая и поныне, трудно сказать в нескольких словах. «Господь отмерил мне так мало времени, — пишет она З. Юсуповой. — Надо еще очень многое успеть сделать»…

Великая княгиня Елизавета Федоровна — настоятельница Марфо-Мариинской обители милосердия. 1910-е гг.

***
5 июля 1918 года Елизавета Федоровна, ее келейница Варвара (Яковлева), племянник Владимир Павлович Палей, сыновья князя Константина Константиновича — Игорь, Иоанн и Константин, и управляющий делами князя Сергея Михайловича Федор Михайлович Ремез были живыми сброшены в шахту под Алапаевском.

Мощи великой княгини покоятся в храме, который построил ее муж, — храме святой Марии Магдалины в Гефсимании, а останки великого князя перенесены в 1998 году в Новоспасский монастырь Москвы. Она канонизирована в 1990-е годы, а он… Похоже, святость бывает очень разная, и великий — действительно великий — князь Сергей Александрович вновь остался в тени своей великой жены. Сегодня комиссия по его канонизации возобновила работу. «Мы ведь с тобой знаем, что он святой», — говорила в переписке Елизавета Федоровна после смерти мужа. Она знала его лучше всех.

500 лет назад монах-августинец Мартин Лютер прибил к дверям храма в Виттенберге свои знаменитые 95 тезисов. Что доказывал в них родоначальник Реформации? Кем был он сам? И какие последствия это все имело?

1. Мартин Лютер (10 ноября 1483 – 18 февраля 1546 г.) – родоначальник Реформации, в ходе которой возникает протестантизм как одно из трёх (наряду с православием и католицизмом) главных направлений христианства. Название «протестантизм» возникает из так называемой Шпайерской протестации. Это был протест, поданный в 1529 году шестью князьями и четырнадцатью свободными немецкими городами на рейхстаге в Шпайере, против преследования лютеран. По названию данного документа сторонники Реформации получили впоследствии название протестантов, а совокупность возникших в результате Реформации некатолических конфессий – протестантизм.

2.  Началом Реформации считается 31 октября 1517 года, когда монах-августинец Мартин Лютер прибил к дверям храма в Виттенберге, где обычно проводились торжественные университетские церемонии, свои знаменитые 95 тезисов. В них пока не было ни отрицания верховной власти римского папы и тем более объявления его Антихристом, ни вообще отрицания церковной организации и церковных таинств как необходимых посредников между Богом и человеком. Тезисы оспаривали практику индульгенций, которая в то время особенно широко распространилась в целях покрытия расходов на строительство собора святого Петра в Риме.

95 тезисов Мартина Лютера

3. Доминиканский монах Иоганн Тецель, который был агентом по продаже папских индульгенций и который беззастенчиво ими торговал и тем самым спровоцировал Мартина Лютера, прочитав 95 тезисов, заявил: «Я добьюсь, чтобы через три недели этот еретик взошел на костер и в урне проследовал к небу».

Тецель утверждал, что индульгенции имеют большую силу, чем само Крещение. Про него рассказывают следующую историю: один аристократ в Лейпциге обратился к Тецелю и попросил простить ему грех, который он совершит в будущем. Тот согласился при условии немедленной оплаты индульгенции. Когда Тецель покинул город, аристократ нагнал его и побил, сказав, что именно этот грех он подразумевал.

4. Мартин Лютер родился в семье бывшего крестьянина, ставшего преуспевающим горным мастером и зажиточным бюргером. Его отец принимал участие в прибылях, получаемых с восьми шахт и трех плавилен («огней»). В 1525 году Ганс Людер завещает своим наследникам 1250 гульденов, на которые можно было приобрести поместье с пахотными землями, лугами и лесом. Вместе с тем, семья жила очень умеренно. Питание было не слишком изобильным, экономили на одежде и топливе: например, мать Лютера наравне с другими горожанками собирала зимою хворост в лесу. Родители и дети спали в одном алькове.

5. Настоящая фамилия родоначальника Реформации – Людер (Luder или Luider). Уже став монахом он много общался и переписывался с гуманистами, среди которых было принято брать себе звучные псевдонимы. Так, например, Герард Герардс из Роттердама стал Эразмом Роттердамским. Мартин в 1517 году скрепляет свои письма именем Eleutherius (в переводе с древнегреческого – «Свободный»), Elutherius и, наконец, не желая далеко отходить от имени отца и деда, Luther. Первые последователи Лютера называли себя еще не лютеранами, а «мартинианами».

6. Отец мечтал видеть своего способного сына преуспевающим адвокатом и смог обеспечить сыну хорошее образование. Но неожиданно Мартин решает стать монахом и вопреки воле отца, пережив сильный конфликт с ним, поступает в Августинский монастырь. Согласно одному из объяснений, однажды он попал в очень сильную грозу, когда молния ударила совсем рядом с ним. Мартин почувствовал, как он потом сказал, «чудовищный страх перед внезапной смертью» и взмолился: «Помоги, святая Анна, я хочу стать монахом».

7. Отец, узнав о намерении Лютера принять монашеский постриг, пришел в бешенство и отказал ему в благословении. Другие родственники заявили, что вообще не хотят его больше знать. Мартин был в затруднении, хотя и не был обязан спрашивать разрешения отца. Однако летом 1505 года в Тюрингии свирепствовала чума. Два младших брата Мартина заболели и умерли. Затем из Эрфурта родителям Лютера сообщили, что и Мартин стал добычей чумы. Когда выяснилось, что, к счастью, это не так, друзья и родственники стали убеждать Ганса, что он должен позволить своему сыну стать монахом, и отец в итоге дал согласие.

8. Когда была подготовлена папская булла с отлучением Лютера «Exsurge Domine» («Восстань, Господь…»), она была доставлена на подпись папе Льву X, охотившемуся в своем поместье на дикого кабана. Охота была неудачной: кабан ушел виноградниками. Когда расстроенный папа взял в руки грозный документ, то прочел его первые слова, которые звучали так: Восстань, Господь, и Петр, и Павел… на дикого кабана, который опустошает виноградник Господень». Папа тем не менее подписал буллу.

9. На Вормсском рейхстаге 1521 года, где в присутствии германского императора слушалось дело Лютера и от него требовали отречения, он произносит свою знаменитую фразу «Я здесь стою и не могу иначе». Вот его более полные слова: «Если я не буду убежден свидетельствами Писания и ясными доводами разума — ибо я не верю ни папе, ни соборам, поскольку очевидно, что зачастую они ошибались и противоречили самим себе, — то, говоря словами Писания, я восхищен в моей совести и уловлен в слово божье… Поэтому я не могу и не хочу ни от чего отрекаться, ибо неправомерно и неправедно делать что-либо против совести. На том стою и не могу иначе. Помоги мне бог!».

Лютер в семейном кругу

10. Реформация расколола западный мир на католиков и протестантов и породила эпоху религиозных войн – как гражданских, так и международных. Они длились более 100 лет до Вестфальского мира 1648 года. Эти войны принесли много горя и несчастий, в них погибли сотни тысяч людей.

11. Во время немецкой Крестьянской войны 1524–1526 годов Лютер выступил с резкой критикой восставших, написав «Против убийственных и грабящих орд крестьян», где назвал расправу с зачинщиками беспорядков богоугодным делом. Впрочем, во многом восстания были вызваны реформационным брожением умов, порожденным Лютером. На пике восстания весной-летом 1525 года в событиях участвовало до 300 000 человек. По современным оценкам, количество погибших составило около 100 000 человек.

12. Лютер решительно отверг принудительное безбрачие духовенства, в том числе и на собственном примере. В 1525 году он, бывший монах, в возрасте 42 лет женится 26-летней и тоже бывшей монахине Катарине фон Бора. В браке у них родилось шесть детей. Вслед за Лютером женится и другой лидер Реформации из Швейцарии У. Цвингли. Кальвин не одобрил эти поступки, а Эразм Роттердамский сказал: «Лютеранская трагедия переходит в комедию, и всякие смуты кончаются свадьбой».

13. Лютер в 1522 году переводит на немецкий язык и издает Новый Завет, а в последующие 12 лет и Ветхий Завет. Этой лютеровской Библией немцы пользуются до сих пор.

Библия Лютера

14. Согласно великому немецкому социологу Максу Веберу в его знаменитой работе «Протестантская этика и дух капитализма», Лютер не только положил начало Реформации, но и дал решительное начало зарождению капитализма.Протестантская этика определила по Веберу дух Нового времени.

15.  В отличие от Православия лютеранство признает лишь два полноценных таинства – Крещение и Причастие. Лютер как таинство отверг даже покаяние, хотя его «95 тезисов» начинались с требования, «чтобы вся жизнь верующих была покаянием». Также в протестантизме практически с самого начала начались сильные споры о природе евхаристии и способе присутствия в ней Господа.

Лютер по этому важнейшему вопросу сильно разошелся с Цвингли и Кальвином. Последние понимали присутствие Тела и Крови Христа лишь как символические, «возгревающие веру» действия. Лютер же, отвергнув учение о пресуществлении, не смог в полемике с реформатами-швейцарцами отказаться от реального, но невидимого присутствия Христа в хлебе и вине. Таким образом, таинство причащения Лютер допускал, считая, что в нем присутствует Христос, но полагал его как некое специфическое или «сакраментальное единение» материальным хлебом и вином, не конкретизируя природы этого сопребывания. Позже в одном из вероучительных документов лютеранства, «Формуле согласия» (1577), будет выработана такая формула соприсутствия Тела и Крови Христа: «Тело Христово присутствует и преподается под хлебом, с хлебом, в хлебе (sub pane, cum pane, in pane)… этим способом выражения мы желаем научить таинственному единению неизменяемой субстанции хлеба с Телом Христовым».

Сильно разнится и отношение к священству. Хотя Лютер признавал необходимость священства, в вероучительных лютеранских книгах нет ни слова о преемственности пастырского служения, ни об особом посланничестве свыше. Право рукоположения признается за любым членом Церкви (посланничество снизу).

Лютеране также отрицают призывание и помощь святых, почитание икон и мощей, значение молитв за умерших.

Как пишет протоиерей Максим Козлов в книге «Западное христианство: взгляд с Востока»,«Лютер имел намерение освободить верующих от духовного деспотизма и произвола. Но, отвергнув авторитет папы, он в силу логической необходимости, отверг и авторитет римско-католической иерархии, а затем святых отцов и Вселенских соборов, то есть отверг все вселенское Священное Предание. Отвергнув же во имя личной свободы весь авторитет Церкви, Лютер тем самым дал полный произвол в делах веры, что привело к разделению и отпадению от Римской Церкви. Дав народу Библию на немецком языке, немецкий реформатор считал, что Священное Писание ясно само по себе и что всякий человек, не закоснелый во зле, будет правильно понимать его без руководства Преданием Церкви. Однако он ошибся: даже ближайшие сподвижники его различно толковали одно и то же библейское место.

Итак, полное отрицание всех авторитетов и возведение в степень авторитета личного мнения, субъективного принципа, то есть рационализм в области веры, – вот к чему пришел Лютер в борьбе со злоупотреблениями католичества».

На заставке картина Антона фон Вернера. Лютер в Вормсе: «На сём я стою…».

Загадочное завещание советского разведчика Якова Файвуша

Осенью 1928 года, когда в Европе был открыт феномен радиоэха, в секретной лаборатории Разведуправления РККА СССР был принят первый неопознанный сигнал из космоса.
Расшифровкой полученного сигнала занимался лично бригадный инженер и штатный сотрудник советской военной разведки – Яков Файвуш.
Поиск братьев по коммунистическому разуму был задачей государственной важности для первого в мире государства рабочих и крестьян, так как победа коммунизма не только на Земле, но и на других планетах казалась перспективой отдаленной, но вполне реальной…
Доподлинно известно, что Файвушу удалось расшифровать полученное им послание из космоса, однако расшифровку он держал в тайне до самой своей смерти.
Судьба Якова Файвуша сложилась достаточно стандартно — 16 декабря 1937 года Якова Файвуша внезапно арестовали и приговорили к расстрелу. 27 апреля 1938 года приговор был приведен в исполнение…
В одиночной камере инженер все-таки успел записать в дневник расшифровку сообщения. Эти бумаги сегодня известны как «Завещание Якова Файвуша».
Продолжительное время текст завещания имел один из самых высоких грифов секретности, но сегодня уже процитированы некоторые выдержки из этого дневника.
Файвуш утверждал, что полученное им послание было отправлено с космического корабля планеты Марс.
В своих бумагах инженер писал:
«Вселенная населена множеством цивилизаций. Инопланетяне не раз посещали Землю и даже пытались основать здесь колонии.
И по сей день нас контролируют две культуры. Первая – творческие и добрые существа, пославшие предупреждение об опасности. Вторая культура – надменные и агрессивные существа».
Судя по тексту дневника, инопланетяне сообщали Файвушу, что:
«…самая страшная угроза для землян наступит в начале ХХI века. Скорее всего, удар из космоса ожидает Землю в период с 2008-го по 2012 год…»
При этом «инопланетяне» Якова Файвуша имели в виду не нападение, а, скорее всего, катастрофу планетарного масштаба. Вот последняя фраза, которую он вывел в своем дневнике:
«Народы Земли должны объединиться перед страшной угрозой, которая исходит из космоса».
Что касается текста его расшифровки, то проверить его сегодня не представляется возможным, поскольку исходные материалы утрачены…
Яков Аронович Файвуш был реабилитирован 8 сентября 1956 года.

35-летний польский художник-портретист Кристоф Лукашевич (Krzysztof Lukasiewicz)с помощью карандаша рисует невероятно реалистичные портреты.

Несмотря на то, что некоторым известным советским актёрам повезло, и они были востребованы плоть до самой смерти, многих из них ждала другая, более печальная учесть. Они умерли в забвении и нищете.

Алексей Смирнов

Смирнов получил широкую известность благодаря комедийным ролям в кино, наиболее известной из которых стал тунеядец Федя из фильма «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика». Позже он был открыт зрителю как талантливый драматический актёр, прежде всего, благодаря роли механика Макарыча в фильме Леонида Быкова «В бой идут одни „старики“.

Тяжёлая контузия, полученная в бою, привела к тому, что Смирнов потерял возможность иметь детей. Вернувшись с фронта, он отказал своей возлюбленной в продолжении отношений, и об истинной причине она узнала лишь много лет спустя. Наиболее близким человеком для артиста осталась его мать — Анна Ивановна. Он до конца жизни прожил с матерью в старой коммуналке, не сумев получить отдельную квартиру, несмотря на свою известность и боевые награды.

В последние годы жизни здоровье Смирнова значительно ухудшилось. Причиной тому были фронтовые раны, самоотверженная работа в кино, — во время съёмок он никогда не пользовался услугами дублёров, невзирая на риск для здоровья. Это значительно осложнило его профессиональную деятельность, Смирнов даже не смог в 1977 году сняться в кинокартине Леонида Быкова „Аты-баты, шли солдаты“, куда тот его настойчиво приглашал.

12 апреля 1979 года Смирнов узнал о смерти Леонида Быкова, который накануне погиб в автокатастрофе. Шокированный известием, актёр, по данным некоторых источников, ушёл в запой. В 20-х числах апреля того же года он был госпитализирован в Мариинскую больницу. Доктора диагностировали у Смирнова ишемическую болезнь сердца, атеросклероз, недостаток кровообращения, жидкость в лёгких и выраженную одышку. За две недели пребывания Смирнова в больнице его никто не навестил, но зато актёр пользовался большой популярностью у персонала, и ему всячески пытались угодить, в том числе бегая по его просьбе за алкоголем. 7 мая, в день выписки, Алексей Смирнов скончался.

Александр Белявский

Снялся более чем в ста кинофильмах и телесериалах, наиболее известными из которых стали «Четыре танкиста и собака», «Иду на грозу», «Кабачок „13 стульев“», «Ирония судьбы, или С лёгким паром!», «Место встречи изменить нельзя» и телесериал «Бригада».

В конце октября 2003-го года Александр Белявский пережил инсульт. После инсульта он почти потерял речь. После этого, Белявский, востребованный актёр, снимавшийся до того в нескольких проектах за год, фактически остался без работы. Прожив после инсульта ещё десять лет Александр Белявский принял участие лишь в трёх проектах, где ему достались короткие, эпизодические роли без слов. Незадолго до инсульта актёр в интервью сказал: » Вот только иногда здоровье подводит. Очень переживаю за свою семью. Она же на мне держится. Потому не могу позволить себе болеть. Работаю. Без работы не могу. Пока здоров — ты всем нужен". Поэтому потерю работоспособности Александр Белявский переживал остро и тяжело. Владимир Конкин вспоминал, что после инсульта семья Белявского очень нуждалась, и Гильдия актёров собирала деньги для его семьи, хотя сам актёр не жаловался и не хотел, чтобы ему помогали посторонние.

Погиб 8 сентября 2012 года в Москве в возрасте 80 лет. Тело актёра было найдено возле его дома. По версии следствия, Белявский покончил с собой, по другой версии, актёр мог выпасть из окна из-за проблем с сердцем. Трость актёра была найдена на пятом этаже, хотя сам он жил на третьем.

Татьяна Самойлова

Звезду 60-х годов, актрису Татьяну Самойлову считали одной из самых красивых женщин не только в советском, но и европейском кино. А в 1957 году фильм с ее участием – «Летят журавли» – получил свой «Оскар». Актрису узнали на Западе, она начала получать приглашения на съемки в Голливуде и у европейских режиссеров.

После картины «Летят журавли» Татьяна сыграла лишь в нескольких фильмах и пропала с экранов. Второй раз о Татьяне заговорили после выхода на экран фильма Александра Зархи «Анна Каренина», где ею была сыграна главная роль.

Жила в Москве. 16 июня 2009 года 75-летняя Самойлова ушла из дома и через день нашлась в больнице № 83, в отделении пульмонологии. В начале августа 2011 года актриса уже во второй раз потерялась в Москве. Сотрудники организации «Служба милосердия» начали бить тревогу после того, как Самойлова на протяжении недели не выходила на связь и дома её также не было. К поискам актрисы подключилась московская полиция. Ближе к вечеру 18 августа актрису нашли в одной из московских больниц.

В день своего 80-летнего юбилея, 4 мая 2014 года, актриса была госпитализирована в отделение реанимации Боткинской больницы в тяжёлом состоянии с ишемической болезнью сердца и гипертонией. Скончалась в тот же день в 23:30 по московскому времени.

Борислав Брондуков

Этого актера знают по небольшим, но хорошо запомнившимся ролям Федула из «Афони», инспектора Лестрейда из «Приключений Шерлока Холмса», фальшивого капитана Колбасьева из «Мы из джаза» и множеству других.

В 1984 году актёр пережил первый инсульт. Позднее он перенёс ещё два инсульта и операцию по удалению гематомы головного мозга. В последний раз на экране Брондуков появился в 1997 году в картине «Хиппиниада, или Материк любви».

После четвёртого инсульта (1997) он не разговаривал и не вставал с кровати, за ним присматривала жена Екатерина. В последние годы семье Брондукова было сложно. Екатерина Петровна вспоминает:

«Мы были совсем одни. Врачи к нам не приходили — в Быковню далеко ехать, только названивали и спрашивали, как дела. Пару раз приезжал тогдашний директор Киностудии им. Довженко Николай Мащенко. Появлялись какие-то бандиты, но не грабили нас, а оставляли деньги.»

После растянувшейся на десять лет болезни, Борислав Брондуков умер 10 марта 2004 года, на 67-м году жизни.

Владимир Ивашов

В годы учёбы во ВГИКе сыграл роль юного солдата в фильме Григория Чухрая «Баллада о солдате», получив всемирную популярность. Один из американских журналов писал: «Голливудским звёздам, готовившим юных актёров, следовало бы сесть со своими питомцами на первый самолёт в Москву и устроить их в институт, раз там делают таких актёров из девятнадцатилетних юнцов».

После «Баллады о солдате» Ивашов сыграл роль Печорина. Будучи студентом ВГИКа, Ивашов снялся сразу в нескольких фильмах: «Тучи над Борском» (1961), «Семь нянек» (1962) и других. В приключенческом фильме «Новые приключения неуловимых» (1968) Ивашов играл роль адъютанта полковника Кудасова. Песня «Русское поле» в его исполнении стала «визитной карточкой» актёра.

Режиссёры безжалостно эксплуатировали его внешность, не предлагая ничего серьёзного. Даже в Театре-студии киноактёра, где Ивашов проработал 30 лет, он сыграл лишь две стоящие роли: Ставрогина в «Бесах» Ф. Достоевского и Автора в пьесе А. Блока «Здесь на синей земле».

В начале 1990-х годов в Театре киноактёра не было работы, соответственно, не было и денег. Ивашов, как многие артисты, страдал от своей невостребованности. Народный артист работал прорабом на стройке, грузчиком, разнорабочим. Последней большой работой Ивашова в кино стал фильм Александра Муратова «Рукопись», который вышел на экраны в 1992 году.

Скончался в ночь на 23 марта 1995 года в 1-й Градской больнице на 56-м году жизни после обострения язвы желудка. Врач, который делал ему операцию, оказался пьян, через несколько часов — повторная операция, после которой сердце не выдержало.

Тамара Носова

Тамара Носова была одной из самых известных комических актрис отечественного кино 50-60-х годов XX века.

Среди ее известных ролей — тетушка Аксал в сказке «Королевство кривых зеркал», Донна Роза в «Здравствуйте, я ваша тётя» с Александром Калягиным, Комариха в «Свадьбе в Малиновке» с Михаилом Пуговкиным, секретарь Тося Бурыгина в «Карнавальной ночи» с Игорем Ильинским.

Тамара Носова долго работала в Театре киноактера, трижды была замужем. Но все три брака окончились разводами, а после смерти матери в 1982 году замкнулась в себе и стала вести практически отшельнический образ жизни. В 1991 году ее «ушли» из театра. Кроме того, актриса болела: диагноз — «хроническая ишемия сердца», которая обычно сопровождается тяжелыми депрессиями, ослаблением памяти и внимания.

В последние годы Тамара Носова питалась в социальной столовой для бездомных, ее пенсии не хватало даже на квартплату. Туалет в квартире артистки не работал несколько лет, по дому шмыгали крысы. У Носовой развилась тяга к патологическому накопительству — она стаскивала в квартиру хлам и мусор с окрестных свалок. Умерла актриса в 2007 году, после того как несколько дней пролежала на полу в квартире после инсульта.

Сергей Филиппов

Сергей Филиппов был поистине народным — многие фразы, которые его персонажи произносили с экрана, ушли в народ. Из-за специфической внешности, длинной нескладной фигуры Филиппова в основном снимали в комических небольших ролях, особенно в зрелые годы.

Среди его ролей — нетрезвый лектор из фильма Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь» («Есть ли жизнь на Марсе — это науке неизвестно!»), эпизод в комедии «Девушка без адреса» («Чего хочет масик? Масик хочет водочки»), роль шведского посла в «Иване Васильевиче» и, разумеется, эталонно сыгранный Киса Воробьянинов в экранизации «12 стульев» Леонида Гайдая.

В 1965 году у него была обнаружена опухоль головного мозга. В 1971 году перед съёмками «12 стульев» у актёра начались сильные головные боли от обнаруженного рака мозга, и поэтому Гайдай пригласил Ростислава Плятта, утвердив его на роль Кисы. Однако Филиппов заявил, что будет сниматься в любом случае. Ситуация разрешилась, когда слухи о настойчивом желании Филиппова дошли до Плятта, и он сам уступил роль Кисы Филиппову.

Последние годы своей жизни Филиппов провёл в одиночестве. Умер от рака 19 апреля 1990 года.

Евгений Моргунов так сказал об этих событиях: «Самое страшное — остаться одному. Знаете, горе какое случилось у прекрасного комика, удивительного человека Сергея Николаевича Филиппова? Как бессердечно отнеслась ленинградская общественность к артисту, который смешил всех, которого боготворили, которому предлагали выпить все. Он умер один в своей квартире и лежал две недели. Соседи обратились на «Ленфильм» (за год до того у Филиппова умерла жена, он остался один). «Ленфильм» принял ужасающее решение (не дали на похороны ни копейки денег). И только Сашенька Демьяненко, замечательный наш Шурик, собрал по копейкам деньги у актёров, которые были на пенсии, у актёров, которые знали Филиппова, сделали гробик и закопали. И слова совершенно гениальные написали на могиле: «И не будет в день погребения ни свечей, ни церковного пения». Это его любимые были стихи.»

Изольда Извицкая

Слава к Изольде Извицкой пришла после съёмок в фильме «Сорок первый» в 1956 году.

После были роли в таких фильмах как «Коммунист», «Вызываем огонь на себя», «По тонкому льду».

После того, как перестали приглашать для участия в съёмках, работала в театре киноактёра.

Более трёх лет жила в незарегистрированном браке с актёром Раднэром Муратовым, с которым познакомилась во время учёбы во ВГИКе. Была женой актёра Эдуарда Бредуна, который ушёл от неё.

Скончалась в полной нищете 1 марта 1971 года в возрасте 38 лет. Тело было обнаружено спустя неделю после смерти. Брошенная мужем, после неурядиц умерла от длительного голодания, сопровождаемого многолетним хроническим алкоголизмом. Есть такое подозрение, что ее собутыльники обобрали актрису и бросили труп на пороге.

Нонна Мордюкова

По-настоящему народная артистка Нонна Викторовна Мордюкова много снималась и в советское, и в новое, «капиталистическое» время. На ее счету были роли в фильмах Никиты Михалкова («Родня»), Владимира Меньшова (яркий эпизод в фарсовой комедии «Ширли-Мырли» с Валерием Гаркалиным), Георгия Данелии («33»), Эльдара Рязанова (дядя Миша «Вокзал для двоих»).

Однако всенародная слава и востребованность даже в поздние годы мало сказывались на качестве жизни. В 1999 году она сыграла свою последнюю кинороль – в картине «Мама» с целым созвездием молодых актеров.

В интервью Нонна Мордюкова сдержанно жаловалась на безденежье и унизительное существование на копеечную пенсию. В конце жизни она делила с сестрой крохотную захламленную квартиру в Крылатском в Москве. Она много болела, поэтому не могла заработать на съемках и концертах. Говорила, что пенсии едва хватает на самое необходимое, и иногда в магазине она берет в руки ананас – просто чтобы понюхать. Нонна Мордюкова умерла в 2008 году в возрасте 82 лет.

Михаил Кононов

Кононов начал сниматься в кино в начале шестидесятых годов, однако наибольшую популярность получил в 70-х после главной роли в мини-сериале «Большая перемена». Там Михаил Кононов снялся в роли школьного учителя Нестора Северова, а вместе с ним играли Александр Збруев, Светлана Крючкова, Савелий Крамаров и другие.

В 80-х Кононов появился в роли пирата Крыса в культовом телефильме «Гостья из будущего». В фильме он в паре с Вячеславом Невинным гонялся за Алисой Селезневой и мальчиком Колей, которые пытались спасти миелофон. С Михаилом Кононовым сыграла злую шутку его несколько комичная внешность. В поздние годы его мало снимали — этот типаж не был востребован в кино 90-х.

Кононов не сдавался: он написал книгу воспоминаний и пытался ее продать, однако издательства не проявили заинтересованности. Из-за бедности ему пришлось продать московскую квартиру и поселиться в ближнем Подмосковье. За две недели до смерти он лег в больницу с воспалением легких, однако денег на нужные лекарства не хватало. Кононов умер летом 2007 года от тромбоэмболии.

Георгий Вицин

Очаровательный Бальзаминов, Трус из легендарного трио, пан Цыпа, Хмырь и еще много-много любимых персонажей – все это народный артист СССР Георгий Вицин. Расцвет его славы пришелся на времена Советского Союза, а в 90-х он, вместе с великой троицей, много гастролировал.

Вицин до последнего играл в театре, а свою богатую квартиру отдал любимой дочери. Перебрался в хрущовку, где стал избегать публичной жизни и даже общения с соседями.

В немногочисленном кругу его знакомых вспоминают, что Георгий Михайлович отличался особой добротой. Кормил птиц, подбирал и выхаживал дворовых собак, хотя сам жил на скромную пенсию и гонорары за редкие выступления. Помощь от поклонников не принимал, ссылаясь на то, что люди отдают ему последнее. Демонстративно не взял даже деньги, присланные в больницу.

Умер после продолжительной болезни на девятом десятке лет. За скромным пенсионерским гробом шли лишь вдова с дочерью и несколько соседок.

Денег на памятник и оградку не нашлось, и семье удалось установить их лишь спустя несколько лет.

 

Фильм «Белое солнце пустыни» — давно стал классикой советского кинематографа, хотя его съемки сопровождались большими сложностями, режиссера обвиняли в профнепригодности, а зрители могли бы и вовсе не увидеть на экранах любимых героев.

Немногие знают о том, что у «Белого солнца пустыни» изначально было не только другое название, но и другая концовка, а вырезанных эпизодов хватило бы на две серии.В 1960-х годах на волне популярности «Неуловимых мстителей» возрос интерес к приключенческому кино, и на уровне руководства было принято решение о съемках «истернов» с историко-революционным содержанием в противовес зарубежным «вестернам». К работе над сценарием нового фильма с рабочим названием «Басмачи» (или «Пустыня») привлекли Андрея Кончаловского и Фридриха Горенштейна. В основу сюжета легла история, рассказанная участником Гражданской войны, о том, как в Средней Азии басмачи, спасаясь бегством от красноармейцев, бросали в пустыне свои гаремы. Так родилось еще одно название фильма — «Спасите гарем».Пропустить рекламу через 18 сек

Кончаловский вскоре покинул проект ради съемок другого фильма. От работы также отказались Юрий Чулюкин и Андрей Тарковский. Владимир Мотыль планировал снять картину о декабристах, но, получив гарантии полной свободы действий на съемочной площадке, он согласился взяться за работу над предложенным проектом о «басмачах». Советскому кинематографическому руководству название «Спасите гарем» показалось двусмысленным, поэтому был утвержден другой вариант — «Белое солнце пустыни».

На роль красноармейца Сухова пригласили Георгия Юматова, но на тот момент у него уже были серьезные проблемы с алкоголем, и опасения режиссера по поводу того, что он может сорвать съемки, были небезосновательными. Через неделю после начала съемок он попал в пьяную драку и явился на съемочную площадку весь в синяках. Тогда режиссер принял решение снимать актера, чью кандидатуру отклонили на пробах, — Анатолия Кузнецова.

К съемкам привлекали и непрофессиональных актеров. Только три из девяти жен Абдуллы актрисы, остальные были далеки от мира кино. Женщины тяжело переносили жару, и в тех сценах, где им не нужно было открывать лица, их дублировали молодые солдаты, облаченные в паранджу.

Съемки проходили в Дагестане и Туркмении. Дисциплина в творческой группе хромала — актеры часто пропадали в местных ресторанах и участвовали в пьяных потасовках. Эпизод, где у Верещагина во время схватки на баркасе кровоточит лицо, совершенно натурален. Накануне в драке с местными хулиганами Луспекаеву рассекли бровь.

В течение командировки не успели отснять весь запланированный материал. В результате комиссия забраковала работу режиссера и обвинила его в профессиональной непригодности, а фильм положили «на полку» на 4 месяца. Но поскольку в Министерстве финансов отказались списывать потраченные на съемки деньги, было решено все же дать возможность Мотылю завершить работу над фильмом.

Заключение комиссии о внесении изменений в отснятый материал

Для того чтобы фильм вышел на экраны, режиссеру пришлось переснять несколько сцен, а некоторые готовые эпизоды — вырезать. Так, изначально финал был совсем другим: жена Верещагина от горя сходит с ума, а жены Абдуллы в отчаянии бросаются к мертвому мужу и рыдают над телом. Сухов ожидал увидеть на их лицах радость спасения, но они пробегали мимо него и принимались причитать над мужем, как и положено восточным женщинам. Но такой финал возмутил руководство «Мосфильма».

Катерину Матвеевну сыграла непрофессиональная актриса — редактор студии «Останкино» Галина Лучай

Многие кадры не вошли в картину. Так, был вырезан эпизод, когда Абдулла поджигал бак, где прятались его жены. Женщины, спасаясь от огня, должны были, скинув одежду, выбраться наружу. Но все они наотрез отказались сниматься обнаженными. После долгих уговоров они согласились, поставив условие: на съемочной площадке не должно быть мужчин. Но избавиться от операторов и осветителей не было возможности, поэтому прогнать пришлось только плотника. Правдами и неправдами эпизод сняли, но комиссия потребовала его убрать. Пришлось также «вырезать ляжки» Катерины Матвеевны, когда она с задранной юбкой переходила через ручей, так как это расценивалось как порнография. Удалили и те сцены, в которых Верещагин пьянствовал — герой не мог быть алкоголиком.

Из фильма вырезали многие сцены с женами Абдуллы. Искусствовед и переводчица Светлана Сливинская, сыгравшая роль Саиды, рассказывает: «Сначала планировалась приключенческая картина под названием «Спасите гарем», где главными были Абдулла и его жены. Но материал порезали, картину переименовали, главным стал не гарем, а рассказ о том, как происходила революция в азиатских странах. Помню, забраковали сцену, как в одном из снов Сухов под песню «Из-за острова на стрежень» кидает меня с баркаса. Я должна была покорно уходить под воду. Хорошо, что аквалангисты меня вовремя вытащили! А потом сцену велели вырезать как жестокую».

Светлана Сливинская в роли Саиды

Кадр, не вошедший в фильм: сон Сухова о том, как он, вспомнив жену, бросает в воду женщин из гарема

Но и после этих изменений материал не удовлетворял комиссию, и Мотылю пришлось внести еще около 30 правок. Финальный вариант существенно отличался от первоначального, но директор «Мосфильма» не был доволен результатом и не подписал акт о приемке. Зрители наверняка так бы никогда и не увидели один из лучших советских фильмов, если бы однажды на закрытом просмотре «Белое солнце пустыни» не показали Леониду Брежневу. Он пришел в такой восторг от увиденного, что картину выпустили в прокат. В первый же год фильм посмотрели 35 миллионов зрителей, и до сих пор он не теряет своей популярности.

 

МОСКВА, 20 окт — РИА Новости. Минобороны РФ рассказало о ценах на танки Т-34, бомбардировщики Ил-4, а также пистолеты-пулеметы Шпагина во время Великой Отечественной войны.

Источник: РИА Новости

«Недавно для себя обнаружили такой факт и сейчас его анализируем. Он касается финансового обеспечения поставок техники в годы Великой Отечественной войны. В этот период определенными директивами были заморожены цены на вооружения и военную технику, и политика оптовых цен на закупку вооружений и военного имущества заключалась в их постоянном снижении», — сказал в эфире радиостанции «Эхо Москвы» директор департамента финансового обеспечения министерства обороны России Евгений Пронский.

По его словам, танк Т-34 в 1941 году стоил 269 тысяч рублей. «В 1942 — уже 193 тысячи, а в 1945-м — 135 тысяч. Самолет Ил-4 стоил 800 тысяч рублей в 1941 году, потом цена его была снижена в два раза — 468 тысяч рублей, а в 1945-м — 380 тысяч. Пистолет-пулемет Шпагина — 500 рублей в 41-й год, 400 рублей — 42-й год и 148 рублей до конца войны», — сказал он, добавив, что общая экономия за время войны на закупки военной техники составила порядка 50 миллиардов рублей.

Кроме того, отметил Пронский, была система материального стимулирования военнослужащих, тогда она называлась «за боевую работу».

«Эта система была установлена приказами. Они были с грифом “секретно”. Например, 8 августа 1941 года Сталин подписал приказ о поощрении летчиков Балтийского флота, которые бомбили по Берлину — выдать каждому члену экипажа, участвующему в полете, по 2 тысячи рублей, а потом был приказ от 19 августа 1941 года секретный, который определил порядок награждения летчиков всех видов авиации», — сказал он.

Так, например, в истребительной авиации была установлена денежная награда летчикам-истребителям за каждый сбитый самолет противника в воздушном бою в размере 1 тысячи рублей, за три сбитых самолета летчик представлялся к правительственной награде, за следующие три — ко второй правительственной награде, за десять сбитых самолетов — к званию Героя СССР. За каждый подбитый танк командиру и наводчику орудия полагалось по 500 рублей, остальным членам расчета — по 200 рублей.