Население погружается в депрессию, предупреждает ВЦИОМ
В январе — феврале социологические опросы зарегистрировали тенденции, которые говорят о формировании в обществе продефляционных настроений.
Впервые за все время наблюдений произошел значимый рост следующих установок домохозяйств, рассказал ведущий эксперт ВЦИОМа Олег Чернозуб: как можно меньше тратить, не брать взаймы, забирать деньги из банков.
Когда экономические агенты перестают расставаться с деньгами, это может привести к дефляционной спирали, говорит он.
Население опасается потери работы и старается не тратить деньги, оборот денег в экономике снижается — а на долю домохозяйств приходится каждый второй рубль расходов; предприятия не могут реализовать продукцию и сокращают производство, увольняют рабочих; население убеждается, что его опасения верны, описывает Чернозуб механизм спирали.
Население не сразу осознало, что экономика в кризисе. После паники конца 2014 года люди решили, что худшее позади.
Отмечая ухудшение собственного материального положения, они считали, что ситуация в экономике все лучше и лучше — подобный разрыв восприятия сохранялся до середины 2015 г. Доля материально неблагополучных домохозяйств возросла с 16% в конце 2014 г. до 55% в феврале 2016 года.
С января 2016 г., напротив, ситуация представляется россиянам хуже, чем она есть. В целом общество весьма точно оценивает происходящее, но с запозданием, заключает Чернозуб. Формирование продефляционных настроений происходит на крайне неблагоприятном эмоциональном фоне: с весны 2015 г. доля людей, испытывающих негативные эмоции, превышает долю оптимистов.
Долгосрочная депрессия чревата снижением поведенческой активности: люди стараются не заработать побольше, а побольше сэкономить, говорит Чернозуб.
Такие настроения существуют, признает председатель ЦБ Эльвира Набиуллина, но ЦБ не видит сложившейся дефляционной тенденции: «Наш анализ показывает, что на трехлетнюю перспективу нет рисков дефляции».
Усиление дефляционного давления хорошо заметно по поведению компаний: рост отпускных цен намного ниже инфляции и ослабления рубля, отмечает Владимир Тихомиров из БКС.
При сочетании ряда факторов — роста цен на нефть вкупе с сохранением неопределенности с внешним спросом, отсутствии индексации тарифов, хорошем урожае — инфляция может уйти «в минус» на краткий период, считает он.
По данным Росстата, стоимость почти пятой части потребительской корзины регулируется государством (тарифы ЖКХ, бензин, транспорт занимают в ней 17%). Но в силу большой зависимости от внешнего мира войти в продолжительную дефляцию Россия может только при усилении аналогичных процессов в глобальной экономике, считает Тихомиров, а они там есть.
https://news.mail.ru/society/25194679/
Социологи назвали срок начала протестов из-за кризиса
Терпения россиян в кризис хватит еще на год-полтора, после этого есть риск начала массовых протестов, свидетельствуют данные доклада профессора ВШЭ Натальи Тихоновой, представленного на конференции «Левада-центра».
https://news.mail.ru/politics/24741449/
Профессор-исследователь НИУ ВШЭ Наталья Тихонова представила свое исследование на ежегодной конференции аналитического центра Юрия Левады «События и тенденции 2015 года в общественном мнении» в четверг. Доклад был посвящен влиянию кризиса на социально-экономическое положение населения России.
Пострадавшие от спада
В наибольшей степени экономический кризис затронул две категории россиян, подчеркнула Тихонова: это наиболее образованное и благополучное население Москвы и Петербурга, а также жители малых сел и поселков.
Влияние его на две эти категории было разным, считает автор исследования. В первой и второй столицах 28% населения подрабатывают на дополнительной работе ради прибавки к заработку. Многие пострадали именно от исчезновения дополнительных источников дохода и вынужденного отказа от привычного образа жизни — заграничных поездок, хорошего питания. Средний класс по-прежнему считает, что может себе что-то позволить, но уже не демонстрирует ни карьерных достижений, ни приобретения недвижимости, отмечается в докладе.
В селах ситуация другая, констатирует Тихонова. Там люди страдают от массовых увольнений, невыплат зарплат, эксплуатации труда со стороны работодателей, доля безработных за 2015 год в селах выросла вдвое. В среднем продолжительность рабочей недели за год в сельской местности увеличилась на четыре часа, но это не принесло дополнительного дохода. Люди увеличивают рабочую нагрузку под страхом увольнения, и в отличие от жителей крупных городов им некуда деваться, отмечает Тихонова.
Благополучное население, доходы которого составляют не менее двух прожиточных минимумов, составляет лишь 25% по стране. Среди бедных россиян 12% очень резко скатились в крайнюю бедность, то есть лишились работы и социального статуса.
Угроза протестов
Ощутимое падение уровня жизни пока не вызывает резкого протеста по отношению к власти, что объясняется несколькими факторами, считает Тихонова. Во-первых, россияне считают, что нынешняя экономическая ситуация зависит от внешних факторов, а власть «всегда плохая».
Во-вторых, высокий уровень жизни и активное участие в общественных процессах не входят в основные ценностные ориентиры большинства россиян, отметила автор исследования.
Примерно для 40% россиян главным в жизни являются хорошие друзья, счастливая семья, наличие отдельной квартиры и возможность «честно прожить свою жизнь». Такие жизненные цели, как возможность «стать богатым человеком» и «влиять на то, что происходит в обществе», ставят перед собой соответственно только 2% и 5% опрошенных.
Россияне считают, что «еще можно потерпеть», пока кризис заставляет их «ужаться» в потреблении, но не меняет их жизненного уклада. Этим объясняется и такой парадокс, что больше всего кризис ударил по жителям малой России, а недовольство выше всего в Москве: у жителей крупных городов и населения деревень и сел, у этих категорий населения разные ценностные ориентиры.
Но через год-полтора может значительно упасть рейтинг доверия к власти, а латентное недовольство россиян своим положением вырастет, что может привести к волне протестных действий, считает Тихонова.
Когда у населения укрепляется ощущение, что так жить нельзя, даже самый незначительный на первый взгляд повод может привести к бурной реакции. Так было в 2011 году, когда пошли массовые протесты против фальсификации на выборах, привела пример автор доклада: «Казалось бы, кого до этого волновали выборы?» Общее психологическое состояние населения было такое, что можно было ожидать протестов, вопрос был, что послужит поводом, пояснила она. Если сейчас протесты носят эпизодический характер, то через год они могут пойти волной.
Ситуация осложняется тем, что с 2011 года российское общество находится в фазе бифуркации, когда невозможно прогнозировать, как будут развиваться события, говорит Тихонова. «Кто мог ожидать Крыма, Украины, Сирии, отказа от индексации пенсий пенсионерам?» — напоминает она. По мнению автора доклада, в такой ситуации трудно предсказать, какие власть будет принимать решения дальше в кризисной ситуации. Непопулярные шаги могут наложиться на тяжелое психологическое состояние.
Так как сейчас идет подготовка выборов Госдумы, затем — выборов президента в 2018 году, власть будет всячески пытаться гасить протестные настроения, прогнозирует автор исследования.
