Фото автора / с интернета

Раки (из сборника "Мир вокруг")
О раках следует писать – да и вообще обращаться с ними – чрезвычайно осторожно. С виду неторопливые, похожие на закованных в черные доспехи рыцарей, они могут пребольно цапнуть. Внушительные их клешни чуть ли не превалируют над всем остальным телом.

Будучи животными древними, раки весьма консервативны. Их мысли и взоры настолько устремлены в славное прошлое, что движению вперед они предпочитают пячение назад. Всякое развитие пугает их и кажется легкомыслием и либерализмом. Ползая задом наперед по дну, они с негодованием глядят на проплывающих над ними рыб и ворчат: – Взяли тоже моду – по воде хвостом вилять. Никакой опоры, никакой почвы под ногами. Да у них и ног-то нет, какая-то дрянь бесстыдная болтается. Долиберальничаемся мы с ними. Они ведь как – вжик, и нету их. Нынче здесь, завтра Бог знает где. Это еще выяснить надо, куда они там плавают.

Раки очень патриотичны, хоть и питаются тухлятиной, которую называют славным мясом прошлого. На тухлятину их, кстати, и ловят. Когда их, ухватив сзади пальцами, вытаскивают из воды, они особо не сопротивляются, лишь кряхтят: – Полегче, полегче... Без этого либерализма. Цапнуть бы вас, неумехи. Вот в старину ловили так ловили. А в ведерко тебе и соли, и перцу, и листу дадут лаврового. А нынешние? Ни словить, ни сварить – ничего толком не умеют.

Поскольку история движется по спирали (видимо, чтобы не забеременеть), на каком-то ее витке ко мнению раков снова начинают прислушиваться, оно даже делается главенствующим. Раки в эти времена торжествуют: – Вот оно! Долегкомысличались, долиберальничались по самое нехочу, так, небось, назад, к истокам потянуло. Нет, что ни говори – жизнь мудра, как край ведра. Через нее не перескочишь.

Рачья философия охватывает целый водоем, расползаясь по нему раковой опухолью. Повсюду стоит запах поедаемой ими тухлятины, от которой мрут целые косяки рыб, а те, что выжили, стремятся уплыть куда подальше: – И пусть плывут, – шипят раки. – Скатертью дорожка. Без них только воздух чище да вода прозрачней. Пусть либералят где подальше. Никто их к нам не звал, никто по ним слезы лить не станет.

И рыбы уплывают – косяками, стаями, и лишенный разнообразия видов водоем, поедаемый рачьим засильем, подергивается сплошною ряской и превращается в отстойник. Но тут история, подустав от навязшей трясины, совершает новый виток, и раки, поджав хвосты, отползают вглубь, сделавшись почти незаметными на дне. Там они опять предаются воспоминаниям о славной старине и, мечтательно шевеля посконными усами, бормочут: – Ничего. Налиберальничаются и снова возьмутся за ум. А крепки мы все умом задним. Так что куда ни ползи, всё одно приползешь назад. Вспомните еще о нас, на коленях прикорячите. И тогда мы вам всем покажем, где раки зимуют.