Катерлезский Свято-Георгиевский монастырь — православный женский монастырь на Kpымcком полуострове. Монастырь основан на горе «Катерлез», на месте явления, в конце XVIII века, Святого Великомученика Георгия Победоносца. Само слово «Катерлез» в переводе с татарского языка означает «всадник на коне». На эту гору, местный житель — греческий благочестивый пастух, ежедневно, утром и вечером поднимался для молитвы.

Дорогие мои братья и сёстры! Сегодня — день Казанской иконы Божией Матери. А по телевизору скажут: День народного единства. Выходной. И получится вот что. Кто-то проснётся рано и пойдёт в храм — к Казанской. Кто-то помолится дома у иконы. Кто-то поедет на дачу, накроет стол — и про икону не вспомнит, потому что о ней не знает. Для кого-то это просто очередной выходной с непонятным названием. И те, кто в храме, тихо проведут черту. Не вслух. Внутри. Вот мы — встали, пришли, стоим на службе. А они — непонятно что празднуют. Единство какое-то. Выходит, что праздник называется День народного единства, а единства в нём на вид нет. Но я верю, что единство всё-таки есть. Я вижу его каждое утро. Каждый день здесь, на горе Катерлез, у престола читаются имена. Тысячи имён. Вы присылаете их нам в записках. И вот что я знаю по вашим письмам. В этих записках сын, который «вроде верит, но некогда». Муж, который в церкви был один раз — на венчании. Внук, который сегодня спит до обеда. Сестра, которая говорит: «Бог у меня в душе». Их имена принесли вы. Матери. Жёны. Отцы. Бабушки и дедушки. Те, кто сегодня с утра молится в храме. В записках, которые вы написали, — никакой черты нет. Там сын стоит рядом с матерью. Неверующий муж — рядом с верующей женой. На одной строке. Казанской на Руси благословляли на брак. Поэтому она есть почти в каждой семье — и в тех, где сегодня не знают, чей это день. Стоит в серванте, за стеклом, осталась от бабушки.

Она пришла в наши дома раньше, чем мы узнали, что у неё есть праздник. И никуда не ушла. Так было и четыреста лет назад. Осенью 1611 года в Нижнем Новгороде Кузьма Минин вышел к людям и сказал: захотим помочь Московскому государству — не пожалеем ничего, дворы продадим, жён и детей заложим. И нижегородцы постановили: каждый отдаёт на ополчение пятую часть своего имущества. Кто мог — отдавал треть. Перед ополчением несли Казанскую икону. Она шла впереди всех. Через год Москва была освобождена. Ту осень государство и вспоминает четвёртого ноября. В тропаре праздника о Ней так и поётся: «за всех молиши Сына Твоего, Христа Бога нашего…» За всех. Многие из вас сегодня в храме одни. Сын не пошёл. Муж отмахнулся. Дочь сказала: «мам, ну какой праздник». И вы стоите и думаете: почему так? Почему рядом нет самых близких? Вы здесь — за них. Пока вы молитесь в храме с их именами — нет никакой черты. Есть невидимая нить — семья, которую вы держите с одного конца, а с другого конца её держит Богородица. Сегодня мы прочитаем у престола все имена, которые вы нам прислали, — и тех, кто знает, что за праздник сегодня, и тех, кто не знает. Может быть, это и будет единство? Когда одни молятся о других — а те об этом даже не догадываются. Напишите нам эти имена.

 С праздником, дорогие мои.

 С неизменной любовью о Господе и молитвенной памятью о Вас, Игумения Феодосия с сестрами

4 ноября / 22 октября – «Осенняя Казанская»

В октябре 1612 года русское ополчение во главе с Кузьмой Мининым и князем Дмитрием Пожарским освободило Москву от польско-литовских захватчиков. Перед решающей битвой русские молились перед Казанским образом Божией Матери. Победа была одержана благодаря заступничеству Богородицы, поэтому в честь ее иконы установили праздник. Сначала он был только московским и казанским, а в 1649 году стал отмечаться во всей Руси.