!!! Обязательно нужно прочитать ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ !!!
(ю. Ф.)



Владимир Грызун рассказывает о том, «Как Виктор Суворов сочинял историю»: наша библиотека пополнилась самой яркой и остроумной критикой суворовских писаний и одновременно — полноценным исследованием ряда проблем истории Второй мировой войны


«Чтобы продемонстрировать порочность суворовских методов, мы показали их в гипертрофированном виде. Мы решили сделать, казалось бы, невозможное — переплюнуть “Ледокол” по лубочной раскрашенности, карикатурной образности и предельной упрощенности повествования. Однако мы не ставили себе цели превзойти пенталогию Суворова по лживости и неправдоподобию вымыслов. Учтите, что, в отличие от Суворова с его намеренной ложью, мы руководствовались желанием писать намеренную правду, не гоняясь за бредовыми сенсациями. Уверяем вас, это не менее интересно. И, кроме того, по наглости и объему лжи Суворова невозможно переплюнуть».

Добавлены первые три части книги [Читать]

http://scepsis.ru/library/id_2398.html

Ко Дню Победы.

Я хочу рассказать историю, которая лично для меня является символом победы. Я писала об этом здесь в самом начале, когда только ещё пришла в дневники. Но сейчас пришли многие новые читатели, и я хочу поделиться с ними своими мыслями.

Раньше мы жили в коммуналке. Десять комнат - десять семей. Моя мама всегда с теплотой рассказывает о том периоде жизни, о тех удивительных, человеческих отношениях, царивших в нашем доме. Никогда я не слышала ни одной жалобы, плохой истории о том времени, но только всё самое доброе и хорошее. А дом наш можно увидеть, как только выходите из метро Чернышевская. Как выходите - так сразу его и видите.

И вот жил там один человек. Звали этого человека Борис Березюк. Пришла война и он как все пошёл на фронт. И случилось так, что во время войны этот человек попал в плен, оказался в концлагере Дaхау. Долго он ждать не стал. Он бежал. Один. Его поймали, рвали собаками, били прикладами, полосовали и сажали в карцер, морили голодом и холодом. Он выжил. Его отправили на работы. Но он бежал. Один. Успел добежать до леса, уже была надежда... Поймали. Рвали собаками, били прикладами, полосовали, посадили в карцер... Выжил! К нему туда подсадили бухарца, который говорил только на персидском языке. Надеялись, что они не смогут общаться, так как не знают языка друг друга и друг друга не поймут. Но они договорились! Они научились понимать друг друга, и когда их выпустили... они бежали! Сначала они добрались до французских маки - (французские партизаны). Соединившись с ними, они воевали в партизанском отряде вместе с французскими, а затем и вместе югославскими партизанами, блуждая по территории Франции и Югославии. После окончания войны он вернулся в Ленинград, нашёл свою любимую девушку, которая до войны ему отказала, но теперь, когда он вернулся - они поженились. Он говорил, что именно желание вернуться к любимой женщине давало ему силы тогда... У них родился сын, а у сына - дочь, а дочка родила двух дочек :) И так, жизнь продолжается.

И у каждой семьи своя история.

С Днём Победы!

Мы за ценой не постоим. Автор Булат Окуджава, исп. Нина Ургант

Гори гори моя звезда. Анна Герман.

Ещё я хочу сказать, что все мы можем жить вместе и понимать друг друга. В коммуналке, в карцере... Русские, бухарцы, французы, югославы - все. Нужно только точно знать кто мы такие и чего хотим.

Дмитрий Быков



* * *
Мы в новом мире очутились. В нем полноправно правит цвет. Раскрашенный Исаев-Штирлиц спасает крашеную Кэт. Страна, от старца до плейбоя, глядит, махнув на все рукой: какое небо голубое! А Мюллер розовый какой! А краски — словно от Диснея! Герой предстал во всей красе и врет, нимало не краснея: в разведке так умеют все. Эффект покуда не изучен. Какие планы, Боже мой! Давайте Чаплина озвучим, а то ведь бегает немой… Зачем смотреть благоговейно на купола-колокола из кинофрески Эйзенштейна? Покрасить их, и все дела! Желаем зрителю добра ведь: чего он пялится во мрак? И, кстати, Грозного поправить, а то одет незнамо как. Пускай его причешет Зверев, российской моды ветеран, и зритель купится, поверив, что Грозный стильный был тиран. Увы, краситель сериала забыл (его ли в том вина?), что фильм Лиознова снимала уже в цветные времена. Мы упустили между делом, маркетингом увлечены, что он задуман черно-белым, каким был мир в конце войны: там многоцветие не в моде, лубочных красок не видать… И коммунисты даже вроде хотят на это в суд подать — но не получат перевеса. Родная партия, прости: навряд ли на пути прогресса барьер возможно возвести. Тут поле мощное такое, что дела хватит на века: к примеру, есть «Каприччос» Гойи — их не покрасили пока; расцветим в будущем для пробы, не опасаючись суда, офорты Рембрандта? Еще бы! Гравюры Дюрера? О да! Кто пожелает нос расквасить, трудясь на новом рубеже? Гораздо проще перекрасить то, что имеется уже. И что мы скромничаем, братья, свой имидж втаптывая в грязь? Детей любимое занятье — игра полезная «Раскрась». Раз в десять лет, по зову сердца, мы перекрашиваем всласть былые доблести и зверства из черной — в розовую масть, давно устав дивить планету, устав искать благую весть… Раз ничего другого нету — давайте красить то, что есть. С одной догадкой нету сладу — пусть я за это огребу: мы все давно — лет тридцать кряду — живем в повапленном гробу. На нем, как прежде, надпись «Russian», внутри отделка из Европ, он лакирован, он подкрашен, в нем нефть и газ, но это гроб. Соседи пялят без опаски глаза бесстыжие свои. На нем лежат различной краски несовместимые слои: он черным был и краснокожим, он примерял защитный цвет… Его мы только красить можем, но переделать — нет и нет. Страна моя! Я твой поклонник. Но почему передо мной лежит накрашенный покойник, моей зовущийся страной?! Отсюда, верно, наша злоба, скопившаяся в тайниках, — что из повапленного гроба нам всем не вылезти никак. Раскрашен фильм, озвучен Чаплин, родная нефть идет в трубу, престол незыблем, гроб поваплен, и в нем стабильно, как в гробу... А впрочем, есть у этой меры резон, придуманный давно: коль все вокруг настолько серы — пусть краски будут хоть в кино. Я был ребенком оробелым, но суть вещей открылась мне: был телевизор черно-белым, а мир вокруг — цветным вполне. Отчизна, выцветшая снова, в который раз за тыщу лет! Лови хоть Штирлица цветного, раз ничего цветного нет."

===
... так и хочется сказать - ППКС, ППКС, ППКС!!!

колоризация 17 мгновений весны - другой коленкор

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B5%D0%BC%D0%BD%D0%B0%D0%B4%D1%86%D0%B0%D1%82%D1%8C_%D0%BC%D0%B3%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B9_%D0%B2%D0%B5%D1%81%D0%BD%D1%8B_(%D1%82%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D1%81%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%B0%D0%BB)#.D0.9A.D0.BE.D0.

выцепил ссылку у Бентена.

...В процессе колоризации и последующего перемонтажа фильм был существенно урезан за счет сокращения начальных и финальных титров, а также отдельных сцен и диалогов (20% хронометража: серии, длящиеся в оригинале 70 минут, в новой версии длятся по 51 минуте каждая)[7]. Были отреставрированы кадры кинохроники и сама художественная лента фильма, которая за 35 лет проката существенно «состарилась». Кроме того, были заменены вставки «Информация к размышлению», начальные и финальные титры, «личные дела» на сотрудников РСХА были пересняты заново.

Исходный текст черно-белой версии подвергнут купюрам в колоризованной версии. Так, во 2-й серии колоризованной версии 2009 года убрали антиклерикальные пассажи, затрагивающие церковь. Например (начиная с времени от начала серии 32:48), из диалога пастора Шлага с Клаусом исчезли отмеченные выделенные полужирным фрагменты:
« — Хмм, прекрасно… Вы знаете, пастор, вам бы в Рим, трибуном. Но и здесь я вас ловлю за руку. Да! Значит, по-вашему, обличать в человеке низменное, ужасное, возможно?

— Безусловно. Но не врожденное, а привнесенное.
— Прекрасно. Так вот, до ареста я был журналистом, я вам об это рассказывал. И вот мои корреспонденции запрещали нацисты и церковь одновременно.
— Что касается церкви, она, очевидно, была против вас, потому что вы неверно трактовали человека. Слишком жестоко, что ли…
— Нет, я не трактовал человека! Я показывал миру воров и проституток! Так вот, гитлеровцы считали это клеветой на высшую расы, а церковь — клеветой на человека.
— Я не боюсь правды….
— Боитесь. Ну хорошо, не вы. Так ваши коллеги. Я показывал несчастных, падших, которые стремились попасть в церковь. Но церковь их отталкивала. Потому что паства не хотела принимать в храмах падших. А пастырь никогда не шел против паствы.
— О, пастырю трудно идти против паствы. Но и идти за паствой тоже ему не следует. Я ведь не осуждаю вас за правду, я расхожусь с вами в прогнозе на будущее человека.
— Вы в своих рассуждениях больше не пастор, а политик.
— А вы видите во мне политика, потому что вы в каждом человеке видите только политика. (Клаус смеется) Серьезно. Это так же, как скажем, в логарифмической линейке вы видите только предмет для забивания гвоздей. (Клаус смеется) И потом вы очень, вы очень волнуетесь, когда вы спорите. А вот не надо, вы же у друга.
— Да нет. Я волнуюсь не из-за спора. Видите ли, я хотел бы наладить связь с товарищами, но вот только я не знаю, вы…? вы…
— Ну, договаривайте, договаривайте. Раз уж я спас вас от погони, я же помогу вам найти ваших товарищей. Но вы еще слишком слабы, вы еще не готовы к вашей борьбе. Такого я вас не могу отпустить. Наберитесь сил…
»

Наиболее серьезным недостатом колоризованного сериала, не считая купюр фрагментов текста из ключевых диалогов, является примерно 20—25% обрезка исходной полезной площади кадра по высоте для получения современного формата 16:9. При этом заявленное создателями колоризованной версии одновременное 20-% увеличение ширины кадра в действительности не превышает 0—2% в сравнении с эталонным изданием реставрированной черно-белой версии на шести дисках DVD9 «Крупного Плана». Таким образом, сериал сокращен на 20% по длительности (причём подвергнут купюрам текст оригинала), и одновременно урезан на 18—20% по размеру оригинального кадра.