Pozd11                           Дина Верни

Дина Верни - урождённая Дина Яковлевна Айбиндер,

1919 год рождения. В разгар гражданской войны была вывезена из России во Францию родителями. После чего произошло следующее: имея 15 лет от роду друг ее отца знакомит ее со знаменитым скульптором, тогда уже непререкаемым и престарелым классиком 73-х лет Аристидом Майолем, и становится его моделью. Он её изобразил в виде самых разных ню в бронзе, мраморе, и прочих материалах.

Что заставило спеть блатные песни баронессе и хозяйке художественнойю. галереи, жене французского скульптора Майоля, женщине, дружившая с Пикассо и Матиссом? (продолжение ниже - Ю.К.)

русские блатные песни

с французским акцентом...

============================================================

я слушал эти песни давно

когда еще и не было пластинки

а были лишь записи на катушках

что меня поразило – великолепные традиции

народно-тюремного жанра (видимо дореволюционного)

в интонации голоса и в манере вести мелодию

балансируя между артистизмом и простотой

незаметно и ненавязчиво – а так по-простецки

и отсюда же такое глубокое понимание

мира заключенного арестанта

это поражало – казалось

что исполнительница много лет провела

на нарах в виде заключенной

- на самом деле это народные традиции

и так пел кто-то из родителей вероятно

(я-то лично услышал это пение от отца

дворянина по происхождению и потерявшего отца в 37 году

но знание интонаций пения шло от улицы

а не опыта сидения за проволокой)

или же так пела прислуга…

- но она (исполнительница) откуда-то это все - взяла…

и при этом знании интонаций тюремного пения

она концы слов произносит - … с французским акцентом!?

обозначая твердую согласную…!?

она пела так слово «инвалид»

с очень твердым окончанием на французский манер

плохо помню… ну например что-то вроде такого:

«а там сидел в отдельном кабинете

герой Одессы Костя-инвалиДД…»

вот теперь благодаря этой публикации

мне ясно как это все соединилось

глубокое знание русских интонаций

и французский акцент

значит вот какая рисуется картина:

она эмигрантка играющая на улице с детьми французов

вероятно прекрасно говорящая потому на их языке

и почти ставшим ее родным языком

но дома говорящая и по-русски (с бабушкой например)

и кто-то – бабушка или служанка – пела со старинными

традициями русского тюремного фольклора…

          ================

 

  -=-продолжение-=-  

Слушать песню Дины Верни:

Я впервые услышал эти песни в конце 70-х, в какой-то жуткой перезаписи "из десятых рук". К тому же, как впоследствии оказалось, еще и далеко не полной... В то время я уже увлекался блатным фольклором, и друзья, зная о моей "слабости", тащили ко мне бобины с любыми записями, имеющими маломальское отношение к этому жанру. Кто-то из них и принес пленку с Диной Верни. Причем, песни Дины были записаны "поверх" концерта Аркадия Северного. Северный в те годы находился в пике своей популярности и то, что первоначальный владелец бобины не пожалел его "затереть", говорило о многом. Испортить - и ради чего? - нескольких блатных песен, в исполнении какой-то "подруги" явно эмигрантского толка. Мне и в голову не могло прийти, что поет эти песни баронесса и хозяйка художественной галереи, жена французского скульптора Майоля, женщина, дружившая с Пикассо и Матиссом. И к тому же исключительно богатая, даже по их "западным" меркам. Но тогда ни я, ни мои друзья не знали даже ее имени, не то что - биографии. А вот те песни, что она пела, благодаря ее очень необычной и в то же время простой манере исполнения, сразу же запали в душу. Многие из них были мне знакомы, правда, в несколько других вариантах, а некоторые были услышаны впервые:

С тех пор слова этой, да и нескольких других песен, для меня неотделимы от голоса Дины Верни. И, думаю, не только для меня одного.

Естественно задаться вопросом: почему вдруг такая блистательная женщина решила спеть и записать на пластинку эти песни? Может быть, дело в ее русских корнях? "Я - француженка, но во мне течет русская кровь", - любит повторять она. В 1926 году, когда Дина приехала вместе со своими родителями в Париж, ей было всего 7 лет. В Россию она попала только в 1959, в сорокалетнем возрасте... К этому времени ее имя уже хорошо известно на Западе. У нее уже есть своя художественная галерея, прекрасное собрание живописи и скульптуры. В 1951 году Дина Верни организует первую персональную выставку художника Сержа Полякова, который, кстати говоря, прекрасно играл на гитаре и аккомпанировал Дине, когда она пела цыганские романсы.

И вот Москва конца 50-х. После смерти Сталина прошло всего несколько лет. Первые ростки свободы. Из лагерей возвращаются политзаключенные, среди которых много творческой интеллигенции. Новое время - новые песни: Юз Алешковский пишет "Товарища Сталина" и "Окурочек", скоро появятся первые записи Высоцкого, Галича, Окуджавы, других авторов. Художники-нонкомформисты уже создают свои первые шедевры. Снимаются фильмы и печатаются книги, совершенно немыслимые еще каких-то пару лет назад. Тем не менее, первые впечатления о Москве у Дины Верни были отнюдь не восторженные. Человеку, привыкшему к шикарным европейским салонам, трудно понять прелесть общения и выставок в коммунальных кухнях... Она уезжает с тяжелым настроением в душе, пораженная отсутствием настоящей творческой свободы. Уезжает без всякого желания вернуться. Но через несколько лет всё-таки снова едет в Москву. Не только и не столько за картинами, а чтобы понять саму природу творчества, развивающегося в условиях противопоставления диктату официального искусства.

Дина знакомится с лучшими художниками-авангардистами: Кабаковым, Булатовым, Янкелевским, Рабиным. Встречается с диссидентами. И при каждой встрече поются песни. "Очарование языка, юмор, тоска и жестокая сила в этих песнях, создают неповторимую поэзию, где грубость граничит с нежностью. Обычно их исполняют от лица заключенного сидящего далеко-далеко... Но его песня летит подобно ласточке, преодолевая огромные пространства", - так она сама позже прокомментирует их в аннотации к своей пластинке. И вот неутомимая коллекционерка, владелица множества коллекций, в числе которых две совершенно неординарных - куклы всех времен и народов и экипажи (в этом собрании есть даже карета Шатобриана), решает создать еще одну - блатных песен. Ведь эти песни тоже неотъемлемая часть советской культурной жизни. Но возникает проблема: как вывезти их из страны? На бумаге или на магнитной ленте не подходит - Дину уже несколько раз вызывали в КГБ по делам диссидентов, вполне возможен обыск на границе. Тексты песен, конечно, не сочинения Солженицына или Синявского, но все равно - явная, по тем временам, антисоветчина. И Дина Верни учит песни наизусть... За короткий срок было разучено 24 песни, 13 из них впоследствии и составили пластинку.


 

Не знаю, насколько этот альбом пользовался успехом во Франции, а на просторах бывшего Советского Союза пластинка давно уже стала раритетом. Не так уж много экземпляров попало к нам контрабандой. Но, тем не менее, ее до сих пор слушают и переписывают друг у друга знатоки и любители настоящего фольклора. И не только слушают. Время от времени, некоторые, причем даже известные, исполнители пробуют "перепеть" песни с этого альбома. И пусть делают это в современной аранжировке и пусть голоса у многих довольно приличные, но никому пока еще не удалось не то что превзойти, но и хотя бы повторить Дину Верни, которая просто спела эти песни так, как они были когда-то услышаны ею в тесных и прокуренных московских кухнях.

.