В 1899 году в Ростове родилась Беллочка Ливикова. Ее родителей звали Даниил Григорьевич и Софья Исааковна. В дальнейшем Изабелла Даниловна собственную биографию слегка изменила. Она обозначила год своего рождения как 1902, умыкнув у себя самой три года жизни. Сделать это оказалось несложно. В начале 1930-х годов в Советском Союзе вводилась паспортная система.



Многие данные вписывались в документ со слов граждан. Ну что поделаешь, женщина есть женщина! Хотелось казаться моложе. Но ближе к своему грандиозному юбилею Юрьева в содеянном призналась. Видимо, очень хотела, чтобы эту дату отметили в ее присутствии. И, как оказалось, поступила прозорливо. К выдуманному юбилею она бы уже не успела.


Эстрадный дебют Изабеллы состоялся в 16 лет. Ее пригласил выступить в ростовском городском саду знакомый скрипач симфонического оркестра. Девушку поразило то, что после исполнения оговоренных заранее песен публика аплодисментами заставила ее снова выйти на сцену. Прием так воодушевил Беллу, что она поняла: городской сад — это для нее мелковато. В семнадцатилетнем возрасте девушка приехала со своей матерью в Петербург, где предстала перед Алексеем Таскиным, концертмейстером легендарных Анастасии Вяльцевой и Федора Шаляпина.

Таскин прослушал две песни в исполнении Изабеллы, схватил ее за руку и умоляюще произнес: «Милая девушка, вы родились актрисой, ваш голос уникален от природы, вас ждет блестящее будущее! Но только не совершите одной непоправимой ошибки!» – «О чем вы?» – «Не вздумайте учиться!»

Девушка растерялась: «Но я приехала поступать в консерваторию». – «Ни в коем случае! Вы потеряете тогда свою индивидуальность! Отрепетируйте и тут же начинайте свой путь к славе».

Изабелле этот совет понравился. Значит не надо тратить годы на кропотливую учебу, а можно сразу делать карьеру. У Ливиковой оказались феноменальная музыкальная память и абсолютный слух. А читать ноты Изабелла так никогда и не научилась. Артистическая карьера тогда еще Изабеллы Ливиковой началась в ее 18 лет. При первом же профессиональном выступлении в московском кинотеатре «Колизей» певицу представили публике как Изабеллу Юрьеву. Основой ее репертуара стали романсы. И публика их с восторгом приняла. Зрителей поражали ее сильный голос с индивидуальным тембром, искренность и умение мгновенно зажечь публику.

В 1924 году был взят курс на подбор молодых и перспективных артистов, которых собирались сделать звездами советской эстрады. Исполнителей для этого приглашали действительно талантливых. В одну из таких артистических групп попала и Юрьева. Отбор проводил импресарио с запоминающейся фамилией Рафаэль. В группу, которая начала свою эстрадную деятельность в Ленинграде, входили такие популярные позже артисты, как, например, Смирнов-Сокольский и Хенкин.

Нельзя сказать, что коллеги из города на Неве были очень рады юному пополнению. Ведь по условиям договора молодые артисты получали по 15 рублей за каждое выступление. Далеко не всем даже известным исполнителям платили такие гонорары. Особенно ополчились ленинградские артисты на Юрьеву.

– Неужели вы так высоко оцениваете ее за внешность? — интересовались они у Рафаэля.
– Не только, — отвечал импресарио, — еще и за мастерство.
– Не верится, что эта девочка смогла уже наработать мастерство на такую сумму, — глумились местные мастера эстрады.
Но самым неприятным было то, что руководители ленинградских эстрадных подмостков не соглашались устраивать выступления Изабеллы. Никому не известная, но уже почему-то чрезвычайно высокооплачиваемая девушка, скорее всего ей благоволит Рафаэль. Вот пусть он ей из своего кармана и платит.

Импресарио все же удалось убедить Юдовского, владельца частного кинотеатра на Невском проспекте, испытать Юрьеву в деле. Вместе с ней принимал участие в этом концерте и Леонид Утесов. Когда Изабелла запела, то трудно было поверить, что этот необычный низкий тембр принадлежит трогательно стройной и маленькой (155 сантиметров) девушке. Успех был феноменальный!

Администраторы концертных площадок просто атаковали Изабеллу. Она дала согласие на свои выступления директору ресторана «Яр». Спела в этом заведении больше ста раз. Подошел к ней и Иосиф Аркадьевич Аркадьев (вообще-то Эпштейн) — директор театрального треста. Юрьева и не подозревала, что скоро этот человек станет ее мужем. А Аркадьеву и в голову тогда не могло прийти, что ради этой женщины он изменит свою жизнь — уйдет с престижной работы и станет личным администратором певицы, будет писать для нее песни и мотаться со своей любимой женой по гастролям. Не знали они тогда еще и того, что проживут вместе 46 лет.

В 1925 году Изабелла и Аркадий сыграли свадьбу. Сама Юрьева всю жизнь любила только одного человека — своего мужа. Но ее любили многие. Рассыльные постоянно приносили в квартиру певицы огромные корзины с цветами от самых разных мужчин. Еще до ее замужества за Изабеллой пытался ухаживать будущий американский миллиардер Арнольд Хаммер. Но он ей не понравился.

Михаил Зощенко как-то признался Изабелле, что «влюбился в нее почти сразу, со второго взгляда, и если бы не Аркадьев, влюбил бы и ее в себя». Но наличие мужа все же, видимо, не могло остудить чувства Михаила Михайловича, который почти каждый день посещал эту семью и проводил там много времени. В конце концов, обычно весьма уравновешенный Иосиф Аркадьевич попросил жену передать своему воздыхателю, что если он еще раз здесь появится, то возвращаться по лестнице будет уже кубарем.

Безответно влюбился в нее и Самуил Маршак. И это далеко не полный перечень знаменитых людей, потерявших из-за Юрьевой покой. Ну а уж «рядовых» советских граждан – поклонников творчества певицы было не счесть. Они нередко дежурили у ее парадной, почтовый ящик был забит их письмами. Аркадьев старался своего раздражения не демонстрировать. Что поделаешь, не на ткачихе женился.

С 1925 года Изабелла Даниловна — непременный участник правительственных концертов, ее гонорары растут, успехи популярной певицы восторженно описывают центральные издания. Казалось бы, Юрьеву ждет безоблачное будущее. Талантлива, обаятельна, любима публикой, против власти не выступает. Но, увы, власть сама начала на нее наступать. Коммунисты считали, если в искусстве не отображена их идеология, то это вовсе и не искусство, а так себе, профанация. Романсы, исполняемые Изабеллой Даниловной, действительно не призывали людей к строительству коммунизма.

А призывать к нему народ Юрьевой совершенно не хотелось. Ей трудно было представить себя поющей об уборке урожая, о трудовом энтузиазме рабочих-станочников или о дорогом товарище Сталине. Теперь газеты уже называли артистку жалкой ресторанной певицей и апологетом цыганщины. В 1930 году Изабелле Даниловне пришлось покинуть сцену. Лишь в 1937 году, когда гонения на романсы уменьшились, Юрьева снова появилась перед публикой. Как и раньше, купить билеты на ее выступления было непросто.

Очень скоро, как только ее начали приглашать на закрытые концерты для высшей номенклатуры в Кремль, ­Изабелла Даниловна поняла, что все эти пламенные партийные призывы не для власть имущих. При первом же таком посещении им с Иваном Козловским было цинично заявлено, что «не надо агитировать за советскую власть», а исполнять перед руководством страны лучше всего как раз то, что за пределами Кремля очень даже не рекомендовано. Юрьева заметила тогда, что с особым удовольствием слушал ее «цыганщину» именно Сталин.
Во время войны Изабелла Даниловна постоянно выезжала со своими концертами на фронт. Только в Ленинграде выступила 106 раз, добираясь туда с риском для жизни. Солдатам не был нужен никакой героический репертуар. Они требовали ее давно уже полюбившиеся песни: «Падают листья», «Белая ночь», «В старом саду», «Если можешь, прости», «Саша».

В 1947 году снова начались гонения на «цыганщину». Сольных концертов у Юрьевой становилось все меньше, а критики в ее адрес все больше. В 1965 году Изабелла Даниловна вновь вынуждена была покинуть сцену. Правда, в 1968 году Юрьева дала сольный концерт в Париже. Ей было тогда 69 лет.

В 1979 году в жизни Юрьевой случилась трагедия — умер Иосиф Аркадьевич. Изабелла Даниловна оказалась в весьма незавидном положении. До этого всем бытом их семьи руководил ее муж. Юрьева понятия не имела, где и как нужно платить за квартиру, никогда не ходила в магазин за продуктами, не умела ни стирать, ни готовить.
Столетний юбилей Изабеллы Даниловны отмечали в Московском театре эстрады. Министр культуры преподнес ей орден «За заслуги перед Отечеством IV степени». Юрьева возмутилась: «Никогда не считала себя человеком четвертой степени!» К микрофону певице помог выйти Иосиф Кобзон. И она запела. Это было последнее выступление знаменитой актрисы.
/www.alefmagazine.com/" target="_blank">http://www.alefmagazine.com/