Мироздание, а Мироздание. А сделай, пожалуйста, так, чтобы в середине февраля, когда Сильвер будет презентовать второй сборник, у меня выпало ну хоть несколько совсем-совсем свободных дней. Чтобы можно было бросить всё и рвануть в Москву.
Я хочу ещё.

Поздравлять с днём рождения через днявочку - не принято, конечно. Ну, потому что именинник-то один, а читать-то всем.
А мне сегодня плевать. Я хочу, чтобы все знали, что я люблю Асеньку, и что у Асеньки день рождения.
И что я ей желаю много взаимной любви, и чтобы никакие рас - стояния никогда не мешали, а ещё солнышка, шоколада с пенкой, ласковых рук и много-много слов о том, какая Асенька хорошая.
Потому что Асенька чудесная же.

Крупные планы в кино - нечто совершенно запредельное.
Потому что в жизни мы никогда не видим лицо человека так близко. То есть видим, конечно, но как же редко.

Эти две недели заставили меня осознать, как же всё-таки сильно человек зависит от своего тела. И как меня это злит.
Мы не можем не есть, поэтому нам надо обязательно зарабатываать деньги.
Мы не можем не спать, под это подгоняются все возможные планы.
Когда плохо тушке - плохо нам.
На наши эмоции влияет не только то, что с нами происходит в жизни, но и банальные гормоны и состояние здоровья. Есть и обратная закономерность, но насколько же она слабее.
Это зависимость. И она - ужасна. Она страшно меня злит. Человек - животное биосоциальное, но боже, как хочется быть именно тем, чем являешься социально.
Но нет, тушка предъявляет свои права. И я не знаю, что с этим делать.

 В колонках играет -  Notre Dame de Paris - Dieu que le monde est injuste

Так, я заранее извиняюсь перед всеми, кого увидеть не смогу. На данный момент планы имеются такие:
7 числа вечером я выезжаю из Вологды.
8 числа в 12.30 я имеюсь на Воробьёвых горах. Оттуда отправляюсь вот сюда: http://cs4279.vkontakte.ru/u14043512/111349316/y_7e959bd7.jpg.
9 числа нахожусь во Фрязино, балуюсь кальяном и общением с отдельными личностями.
10 числа утром нахожусь в Питере и там бегаю аки бешеная.

 В колонках играет - Notre Dame de Paris - Florence

Тут произошло одно малозначительное по сути обстоятельство, заставившее меня проникнуться зелёной завистью к некоторым людям.
Если точнее - к тем, кому регулярно и в подробностях рассказывают, какие они хорошие.
Мне такого не говорят, даже когда я начинаю жаловаться на то, что я бездарность.
На самом деле я замечательная, конечно, и местами даже офигенная. И я-то знаю это, конечно. И все знают, что я знаю и мне не нужно это постоянно напоминать.
Однако, любимые, "не нужно" не означает, что я не буду рада комплиментам в свой адрес и лишним подтверждениям того, что я лучше всех.
Навыками телепатии в этом мире не обладает никто, ну вот: говорю прямым текстом.)

А чтой-то меня так пробило с предыдущего сообщения, и мне вот теперь про собственное место обитания рассказать хочется.
Если у кого-то - вокзал, то моё место обитания характеризуется понятием "проходной двор". Это комната двадцать четыре метра, в коммуналке, в бывшем доходном доме. Там стол посредине, стеллаж, шкафы, кровать в углу и горы хлама. Нет, господа, вы гор хлама ещё не видели. Ну, с энной вероятностью. Хлам - везде, он постоянно мигрирует, и если в нём что-то теряется - искать можно долго. Стол разваливается, на люстре над столом оптимистично висит лифчик. Его туда закидывали специально, понту для. Чей лифчик, мне, кстати, неизвестно.
Посуда моется перед едой.
Обитаю там постоянно я одна. Регулярно сие заведение посещает Май, чуть реже - Лил. Сия последняя часто бывает с мужем, и они вместе, как правило, являются стихийным бедствием, поелику производят чрезмерное количество шума. Особенно когда ругаются. Ещё там бывают гости, но они на ночь обычно не остаются и вообще, как правило, приходят только чаю попить. Ещё иногда там устраиваются примерки, но сейчас реже, чем было когда-то.
Соседи милы и приятны, их можно практически не замечать.
Душевая кабина стоит в ванной, когда она работает, нельзя включать воду в раковине, иначе человека в душе ошпарит кипятком. Раньше, впрочем, вообще ничего не было, её совсем недавно поставили.
Смешнее всего - что Маргонике нравится место её обитания.

В колонках играет - Михаил Щербаков - Вьюга замолчит

Нынче уже 3 число, а вечер 7 числа у Маргоники объявлен датой отбытия в сторону Москвы.
10 числа утром Маргоника хочет быть уже в Питере, так что дней всего два. Я наверстаю, любимые. После экзаменов, да.
В связи с чем вопрос: кто может Маргонику вписать? На одну ночь, между 8 и 9. Если никто - хрен с ним, поеду в Питер сразу, но всё-таки хотелось бы.
Элли, любимая, ты же всё знаешь.
Нира, мы с тобой ещё не всё договорили.
Граф, вы должны мне поцелуй, и я намерена долг получить.
И нет, я не знаю, как я вас упихаю в два дня. А ещё Сильверу обещала отзвониться, хампф.

А танцы - это такой островок гетеросексуальности в моей жизни. У меня же синдром филфака, ну, вы знаете.
А тут - кавалеры приглашают дамов, и все! все кавалеры - мужского пола. Исключение иногда составляет разве что Марэн, но она танцует уже лет десять и уж вести-то умеет.
И... это так замечательно - когда тебя ведут. Когда самой не нужно даже смотреть, кда ты движешься, потому что тебя направляют чужие сильные руки. И ты дверяешь им полностью: я люблю в танце - в любом - вот именно это ощущение полного доверия, даже на уровне тела, а не только головы.
А ещё там есть Монах, и я на него любуюсь, потому что он прекрасен. Монах выше меня сантиметров на пять или десять, у него волосы длиной где-то до талии - абсолютно чёрные, с нитками седины. Ну, все же помнят, как я отношусь к седине. И тёмные глаза, и брови вразлёт.
Единственное, что Монаха портит - он совершенно не умеет вести. Фактор серьёзный, но издалека Монах всё равно прекрасен.

Я обнаружила, что в свои графомани я скидываю то, что вот-прям-щас если и не болит, то - напоминает о себе. То есть это-то я знала давно: отдать персонажу то, что не хочется носить самой. Но я тут недавно попыталась записать свою графомань двухлетней давности. Существует она только в бумаге (в Москве, если не потеряна ещё, а может, в Краснодаре) и в моей голове. Пробовала перебить в компьютер - не получается. Помню всё, но нужные слова не приходят. Того напряга, того ужаса перед собой - уже не получается никак. Ну, потому что нету же. Отболело и зажило.
Ленка была вспышкой длиной в несколько часов. Даже не болело - просто небольшая навязчивая идея. И пришла Ленка; собственно, если б не она - оно бы забылось ещё быстрее.
Но записать я успела.
Ленка

Я вернулась.
Была некоторая степень вероятности, что первым постом после нового года будет истерика, но обошлось.
Будут благодарности.
Потому что мне очень не хватало людей в этот период. Чем мне хуже, тем больше мне нужны люди, а мне было очень плохо. И - спасибо всем, кто был. Кто отвечал в скайпе, кто не плевался на флуд в твиттере, кто всё-таки писал сюда в сообщество, кто приглашал на вальсы, кто поил меня парацетамолом, когда я билась в истерике, кто отвечал на звонки, кто читал Чехова по телефону и водил слушать флейту в лютеранский храм... всем, кто помогал мне поверить в то, что я по-прежнему существую.
Я люблю вас. Я очень вас люблю.

За это время я успела получить все зачёты и не получить допуск к экзаменам, потому что физра. Слегка переименоваться: я давно Мелитэле, но это был просто ник под один конкретный форум, а тут вдруг понравилось так называться. Только не надо ассоциировать с богиней из Ведьмака: оно действительно оттуда, но сама богиня ну очень диссонантна. Узнать, что есть виуэла и чем профессиональные цимбалы отличаются от народных. Кажется, подпортить здоровье: состояние "брожу как сомнамбула, сердце бухает" в сессию было практически перманентным. Время от времени к нему добавлялись "голова болит", "голова кружится" и "дрожат руки, ай нет, всё тело дрожит" в разных комбинациях. Сейчас вот сердце бухает опять, так что я за тушку несколько опасаюсь. Встретить новый год, наконец, и ощутить сильнее, чем когда-либо, значение формулы "рано или поздно, так или иначе".

Всё хорошо. Новый год настал, я дожила до него. Значит - всё хорошо.
Я люблю вас.

Рибике все записи автора Я очень хочу написать Марго что-нибудь хорошее, но сказок я не пишу от слова "совсем", поэтому вот что:
Дорогая Марго! Я уже не помню, как мы познакомились на лирушечке, но мне очень повезло, что это случилось. Потому что ты чудесная. И сказки пишешь чудесные. Если соберешься в Москову - свисти, я очень хочу наконец тебя увидеть :)
Желаю тебе все успешно сдать, и еще - чтобы рядом всегда был кто-нибудь близкий и хороший.
С Наступающим!
Рибике

Ассель все записи автора Поскольку сообщество всё-таки называется Grasshipper - слово, которое у меня, к примеру, вызывает стойкие ассоциации с именем Марго, да и дизайн у сообщества тоже характеризуется как "если здесь нет Марго, значит, здесь была Марго и скоро будет снова" да и что уж там, признаюсь наконец, что это её личный дневник, а я здесь случайным ветром, будем говорить о Марго.
Марго звонила мне вчера ночью. То есть вечером; то есть у неё был вечер, а у меня ночь, хотя часовой пояс один и тот же, просто у меня вчера весь день была ночь - словом, не суть. Главное, Марго звонила, и звонила не по скайпу, поскольку у вашей покорной слуги с некоторых пор нет микрофона, а очень даже по телефону. Марго, мерзавка, я из-за тебя в минус вылетела. Мало того, Марго всячески извинялась за свой звонок. Ну вы поняли: Марго - и извинялась. Долго. Виноватым голосом.
Марго сообщила, что ей очень хочется послушать, как разговаривают живые человеки.
Я, разумеется, пару раз повторила ей единственную известную мне панграмму (Широкая электрификация южных губерний даст мощный толчок подъёму сельского хозяйства.), после чего ещё немного пораспространялась о мягких французских булках. Потом я ничего не помню, потому что заснула. Ну, у меня-то ночь была.
Но это я к чему. Господа, вы там не бросайте Маргонику. У неё, видите ли, проблема, она реферат пишет про настоящих живых человеков. Ей нужно изучать особенности их речи, манеру поведения, голос и внешность. И ещё крайне желательно, э-э, тактильные ощущения, возникающие при непосредственном контакте.
Здесь стоило бы написать что-то в духе "я такой хороший, я помог Маргонике а чего добилсо ты?!11", но так и быть, завершу как-нибудь по-новогоднему.
Всех с новым годом, вот. Это вам Марго передаёт, а
Ассель
откланивается.

Вильхен_Хаоса все записи автора Жила-была принцесса Лиа. Была она красивая, как и все принцессы, и очень радостная, чего нельзя сказать обо всех принцессах, поскольку мы знали и грустных, и злых принцесс. Наша принцесса дарила тепло, разговаривала с птицами, деревьями и цветами и вообще, радовалась жизни, как могла. Солнышко, глядя на принцессу, тоже радовалось и от того старалось светить еще ярче и теплее. И был у принцессы Лии шут. На самом деле, шут был королевский, но принцессе так нравились его шутки, что король отправил его к Лии, лишь изредка призывая к себе.

Но однажды мимо королевского замка пролетала колдунья. Она была не злая, но вот настроение у нее в тот момент было плохое. Принцесса Лиа помахала ей из окна платочком, но колдунья только буркнула:

- Чего смеешься? Кабы плакать не пришлось!

Тогда-то все и началось. Плохое настроение колдуньи передалось принцессе, и Лиа погрустнела. Ей не хотелось ни играть на арфе, ни петь песни, ни рисовать. Шут перепробовал все свои лучшие шутки, и насочинял новых, но это не помогало. Следующим днем выглянуло Солнце, но не увидело улыбки на губах принцессы, и тогда оно спряталось за тучи и начало плакать. На землю полился теплый дождь. Лиа, не увидев на небе Солнца, нахмурилась еще сильнее. Глядя на принцессу, мрачнел король. Шут был вызван пред его светлы очи и был бит.

Позже шут сидел на подоконнике огромного коридора и недоумевал, чем еще он может рассмешить Лию, ведь он использовал буквально все известные ему средства.

- Солнышко! Выгляни! Тогда личико принцессы Лии снова озарится улыбкой!

- Нет, шут, не выгляну. Мне слишком тяжело смотреть в ее грустные глаза.

День-другой прошел, третий на исходе. Принцесса все так же грустна, король мрачен и сердит. Шут старался больше не попадаться ему на глаза, чтобы не получить в очередной раз царственной дланью по роже.

Ситуация осложнялась еще и тем, что шут не видел ничего грустного в дожде, а значит не мог полностью понять принцессу Лию.

И вот однажды шут снова сидел на любимом подоконнике огромного коридора, свесив ноги наружу и наигрывая какую-то веселенькую мелодию.

- Что ты играешь, шут? - спросила принцесса, тихо подошедшая сзади, привлеченная звуками лютни. Уголки ее губ слегка загибались вверх, и воодушевленный шут начал петь ей свою песню про дождь, ту самую, веселенькую. И по мере того, как он пел, на лицо Лии возвращалась улыбка, а в глазах снова поселились озорные искорки.

- А знаешь, шут, дождь не так уж и плох, правда? Смотри, какие лужи появились во дворе? Пойдем попрыгаем по ним?

Шут спрыгнул с подоконника на пол и раскланялся.

- Конечно, моя принцесса!

Он подал Лии руку, и они вприпрыжку помчались к лестнице, ведущей во двор. Принцесса засмеялась, и ее смех услышало Солнышко. Оно выглянуло из-за тучи, посмотреть, не ослышалось ли оно. Солнечный луч, самый непоседливый из всех, прыгнул на землю и отразился в сонме капель - на небе вспыхнула яркая радуга. Шут и принцесса как раз вывалились из двери во двор и теперь кружились, держась за руки и смеясь.

Король оторвался от своих важных государственных дел и подошел к окну. Картина, открывшаяся его глазам, пролилась целебным бальзамом на его родительское сердце, ведь он был не только король, но и любящий отец.

AetherDragon

Вильхен_Хаоса все записи автора Я подошел к артефакту. Хрустальный ключ переливался даже в призрачном свечении Врат. Игра искр на гранях хрусталя притягивала. Огоньки будто завораживали, манили, уговаривали коснуться поверхности, почувствовать под пальцами ее прохладу, убедиться, что Ключ реален. Казалось, они проникают в мою голову и крутятся там маленьким цветным ураганом.

В голове вспыхнули строчки из книги о том, что уже много веков никто не прикасался к Ключу, даже на Церемонии артефакт всегда лежал на зеленой бархатной подушке. Строчки вспыхнули и осыпались пеплом на дно памяти, а хрусталь, казалось, заиграл еще ярче, словно отражая несуществующие сполохи.

В голове зашумело, и в ней зазвучали голоса, тихие и едва различимые.

"Дотронься! Только раз! Дотронься, это так приятно на ощупь! Ничего не случится! Возьми! Ты же хочешь этого? Хочешь? Так сделай это! Сделай! Коснись!"

Но ведь этого нельзя делать? Это запрещено! Прочь из моей головы! Я не хочу ничего трогать! Не хочу и не буду!

"Хочешь, я лучше знаю! Я вижу тебя насквоозь! Мы видим! Мы все видим! Мы намного старше тебя! Дотронься! Коснись! Возьми!""

Голоса становились отчетливее, но я продолжал гнать их из головы. Вернее, пытался это делать. Сейчас я уже не был уверен, что не хочу ничего трогать. Сомнения, проклятые сомнения! Чем больше я сомневался, тем увереннее становился хор искр в моей голове, и от этого становилось еще невыносимее.

"Дотронься! Дотронься! Возьми! Возьми!"

- Прочь! Прочь! Не хочу вас слушать! Не буду!

"Возьми, и мы уйдем! Да, мы уйдем! Покинем твою глупую голову!"

Грани артефакта дразнились, мерцая таинственными искрами.

Уже мечтая только о том, чтобы они покинули мое сознание, я осторожно взял Ключ с подушки.

И тогда их уговоры показались мне тишиной - голова взорвалась от какофонии звуков. Голоса теперь кричали, оглушая, требовали открыть Врата и хохотали. Я смутно жалел, что взял артефакт в руки, но для подобных мыслей в голове не хватало места - их вытеснили хохочущие твари. Искры на хрустале теперь хаотично метались, ослепляли своим сиянием и уже не очаровывали, а морочили, пытались отвести глаза, переливались не радугой, а какими-то жуткими цветами.

- Неужели моя сестра должна будет всю жизнь хранить вот это? - с ужасом подумал я, когда голоса немного затихли, и я смог услышать собственные мысли. Все еще сжимая артефакт, я приблизился к створкам Врат. Голоса затихли, только изредка напоминали, чтобы я открыл... выпустил... надо только вставить Ключ в скважину... Ключ... Он так подходит... Только вложить его... и повернуть... Дальше они сами... справятся...

- Идите все в Свет! - крикнул я им и, поддавшись какому-то непонятному порыву, швырнул Ключ об Врата. - Получите свой Ключ!

Артефакт ударился о массивные, хоть и изящные створки, и хрусталь разбился на тысячи сверкающих осколков. Тут же повисла пронзительная тишина, и было слышно, как звенит об пол каждая из этих сумасшедших искр. Я как завороженный следил, как они летят, ударяются об пол, отпрыгивают от него и пытаются скакать дальше, как безногие зайцы.

Последнее, что я услышал, прежде чем провалился во тьму, был оглушительный вопль голосов, взорвавший, казалось, голову изнутри.

AetherDragon