Меня мой сын иногда ставил в неловкие положения. Один эпизод так был вообще запредельным. Был октябрь. Даже конец октября. Ему было около трех лет. Тот возраст, когда дети не перестают куда-то вляпываться, влезать, падать. Я не любила его одергивать. Все таки мальчик растет. Поэтому для прогулок, особенно в это слякотное время года, у нас с ним была особая одежда. У него комбинезон, а у меня пальто, такого цвета, какой бывает у шинелей военных. Стоит ли рассказывать, что пятна на этих вещах не выводились ничем и не отстирывались. Потому что ребенок, падал, вставал, или я его поднимала, бегал и я с ним вместе. Приходилось поднимать его на руки и тогда его замечательно грязные ботинки оставляли полосы на мне. Во дворе у нас была своя компания. Дом был новый и все въехали с малышами. Эта ватага носилась по двору дома-новостройки, где не было пока никакой площадки, но зато часто люди, приехавшие в новый район привозили туда старые вещи по привычке, а потом их выбрасывали. Детям безумно нравилось находить такие вещи. Это были очень нужные в хозяйстве: колесо от старого игрушечного трактора, разрезанный мяч, раздетая кукла без одной ноги и еще миллион подобных вещей такого рода. Уберечься от таких находок было просто невозможно, потому что они валялись на каждом шагу. Люди выбрасывали их из окон! Но однажды моему парню круто подфартило. Мы вышли во двор раньше всех на прогулку и... Его наметанный глаз сразу засек машину. Машина была большая. На нее нужно было садиться сверху и отталкиваться ногами. Это была пластмассовая Волга. Когда-то она имела красный цвет, но от времени стала розовой. Розовой мечтой моего сына. Он вцепился в нее изо всех сил. Оторвать не представлялось никаких возможностей. Мне было жаль мои нервы и его. Я взяла эту злосчастную Волгу домой. Отмыла ее с порошком и продезинфицировала кислотой. А что я еще могла поделать? Но ребенок был счастлив! Два огромных ящика с замечательными новыми игрушками его никогда не интересовали. А эта розовая мечта стала любимой. На следующий день мы, как всегда в нашей спецодежде пошли гулять. И на прогулке я вспомнила, что хлеба дома нет хлеба. Муж скоро должен был прийти с работы. Надо было спешить. В кармане звенела какая-то мелочь и я, подхватив парня, метнулась в наш супермаркет. Он был тогда единственным на всю округу в новом районе. Мне пришлось взять тележку, что посадить туда ребенка, т.к. очереди тогда там были огромные. И вот мы с ним стоим в очереди. Он весь перепачканный и я такая же. Огромная тележка, в которой сидит грязный ребенок и в углу сиротливо лежит батон хлеба. Всегда, чтобы он терпеливо ждал очередь, я отламывала ему корку хлеба, чтобы не голосил. И на этот раз я так же поступила. Надо заметить, дитя это было редским красавцем. И везде обращал на себя внимание. Вот и стоим.
- Мама, я голодный, дай еще корочку!
Даю и замечаю, что люди в очереди начинают смотреть на меня не просто, а с каким-то участием и с сожалением.
Бабшушка, стоящая впереди поворачивается и с улыбкой обращается к нему
- Ах деточка! Какой же ты миленький, голодный! Разве же хлебом ребенка накормишь. Хочешь булочку?
- Хочу! Я никогда булочек не ел.
Можете себе представить мою реакцию? Этот нахаленыш, которому только три утверждает, что никогда булочек не ел???
Бабушка протягивает ему булочку, он вежливо благодарит и начинает вгрызаться в нее.
- А что же ты кушал, деточка?
- А у нас мало еды в доме.
Я чувствую, что начинаю заливаться краской. Кто его учил, кто ему это говорил? У нас всегда с едой было в порядке. Я всегда готовила. И он кушал четырежды в день по расписанию! Но к разговору стало прилушиваться все больше людей. Я была настолько ошарашена, что и рта не могла раскрыть. А что я могла сказать? Что он маленький сочиняла? В то время, как мы в таких нарядах и у меня нет даже кошелька, а только немеоного мелочи в кармане.
- А папа у тебя есть?
С участием спросил пожилой мужчина, стоящий сзади.
- Да, он редко к нам приходит.
Боже правый! Я уже готова была покатиться со смеху. Муж в то время действительно работал сутками. Но я понимала, что люди начинают верить в эту бедную женщину и лучше оставить этот спектакль на самотек.
Мужчина ушел из очереди и вернулся с конфетами.
- На, это тебе, - сказал он протягивая их сыну. Он, конечно, вцепился в нее двумя руками так, как будто в жизни не видел конфет. Я подумла, что у меня мелочи не хватит на конфеты, но мужчина, видимо прочитал эту мысль на моем лице и сказал, что он оплатит. И тут началось. Кто-то протянул яблоко, кто-то грушу. Дали пакет молока, пакет сосисок. Я не знала что делать. Отнекиваться было бесполезно, потому что русские люди любят помогать и начав это дело уже не слушают доводов. А сын не унимался!
- А мы с мамой вчера гуляли и нашли на помойке такую классную машину! Я теперь играю в нее.
Народ прослезился от умиления! И он получил пачку с пряниками. А я нахлобучила шапку пониже на глаза. Потому что район маленький и не исключено, что назавтра я в другом виде и в другой одежде встречу кого-то из этих добрых людей. И как я буду им смотреть в глаза?
Наконец, подошла наша очередь. Все наши покупки, включая хлеб оплатили люди и кто-то сунул сыну, пока я не видела пятерку в руки. Думаю, что если бы с постояла там еще, то мы бы хорошо заработали. Домой я летела сгорая от стыда, но и в то же время умирая от хохота.
Мы долго смеялись с мужем. На вопросы к сыну отчего он так себя вел он ответил: «Про машину ведь правда? А про еду, Так дома только супы, да мясо. А конфет и пряников ты мало даешь. Значит и нет еды.»
Возразить мне было нечего.