Ирина Ищенко

“Что со мной? Неужели все вокруг сговорились? Такое впечатление, что люди, которые меня окружают, решили окончательно испортить мне жизнь?” – так говорила средних лет женщина на клиентской сессии. Она не спрашивала, а утверждала. Её муж уже много лет пил и распускал руки, ребёнок беспрестанно болел, а работа учителя не приносила ни морального, ни материального удовлетворения. Скорее, наоборот – ученики окончательно изматывали её.

“Я так хочу, чтобы меня все оставили в покое…” – глубоко выдохнув и заплакав, сказала она.

“За что мне всё это? Я хочу понять, что происходит с моей жизнью?” – так звучал её запрос на расстановку.

Я предложила ей выбрать из группы заместителей для себя, мужа и дочери, потом расставить их в пространстве так, как она чувствует.

Своего заместителя она оставила в полушаге, как если бы он куда-то шёл, мужа – с правой стороны, дочь – впереди себя. Заместитель клиентки смотрел сквозь дочь, куда-то дальше, не отводя взгляда. Было видно, что этим движением она была охвачена целиком.

После того как в расстановку добавили фигуру, на которую был устремлён взгляд заместителя клиентки, её лицо засияло от радости. Но как только она захотела приблизиться к этой фигуре, муж схватил её за плечи и с яростью стал трясти, а заместительница дочери легла на пол, окончательно преграждая матери путь.

После опроса выяснилось, что в 12 лет эта женщина потеряла свою мать, отец запил, а бабушка так и не смогла оправиться от горя. Будучи совсем ребёнком, она вынуждена была научиться выживать самостоятельно.

Воспоминания о матери были светлыми и тёплыми. “После её смерти в моей жизни так ничего хорошего и не случилось”, – констатировала она.

Я предложила ввести в расстановку заместительницу мамы. Она поставила её рядом с фигурой, на которую был устремлён взгляд её заместителя. Стало очевидно, что душа женщины стремится к ней. Другими словами, её тянет в мир мёртвых, а семья и студенты делают всё, чтобы отвлечь от этого движения. Помните? “Я так хочу, чтобы меня все оставили в покое”…

Дальнейшая работа была сложной и душевно тяжёлой, я предложила клиентке самой войти в расстановку и стать на своё место. То движение души, которое ранее для неё было скрыто, теперь стало доступно в полной мере. Она испытывала много боли и невысказанной обиды, которая наконец смогла вырваться наружу. “Как ты могла уйти и оставить меня совсем одну?” – из женщины средних лет она превратилась в маленькую беспомощную девочку. Когда обида ушла, её тело обмякло, она села на пол и практически поползла к стопам матери. Она крепко схватила её за ноги и рыдала вслух, забыв обо всём, не обращая внимания на то, что дочь пыталась оттащить её обратно. Муж, опустив руки, с грустью и болью смотрел на эту картину…

Когда она затихла, в группе стояла гробовая тишина. Заместительница матери легла на пол, как если бы её душа только теперь смогла упокоиться. Эта женщина так и оставалась не оплакана своими близкими. Клиентка больше не плакала, всхлипывая, она вначале попыталась лечь рядом с матерью, а когда увидела, что её собственная дочь хочет сделать то же самое, окончательно вышла из транса. Она посмотрела на дочь и сказала, что испытывает такое чувство, как будто впервые видит её ясно. После этих слёз уже громко плакала заместительница дочери клиентки, но они были уже от радости. И только через некоторое время женщина смогла взглянуть на мужа. Он с любовью смотрел на неё… “Неужели он меня любит?” – практически прошептала она. Лёгкий кивок его головы – пространство вновь разорвалось рыданием…

Эта история закончилась хорошо.

Тема смерти для многих из нас неприятная. Чаще всего мы суеверно избегаем не только разговоров, но и мыслей о ней.

Все знают, что смертны, но мало кто принимает это как часть жизни. Многие из потерявших близкого человека задают одни и те же вопросы: “Почему он? Какова причина? Что теперь с ним? Есть ли там что-то дальше?”

Мы привыкли считать жизнь наивысшим даром, а смерть – тем, что отнимает у нас его.

Я, системный расстановщик, так или иначе сталкиваюсь с темой смерти в большей части клиентских работ.После ухода близкого мы предаём его тело огню или земле, кладём на место захоронения могильный камень в знак того, что он больше не встанет.

Но опыт расстановок показывает обратное. Мы видим, что после смерти люди уходят медленно, находясь какое-то время возле нас. Некоторые остаются рядом особенно долго. Это те, о ком мы не скорбели, возможно, не уважали или забыли ещё при жизни. Задерживаются и те, за кем мы плачем особенно долго, кого не отпускаем, с чьей смертью не соглашаемся.

В душе человека живёт стремление к смерти и умершим. Это очень кроткое и глубокое движение.

Если мы отпускаем умерших от себя, они благотворно влияют на нас из царства мёртвых, не тяготят и не требуют от нас никаких усилий. Когда кто-то долго скорбит о человеке, удерживает его около себя, несмотря на то, что тот хочет уйти, – это плохо как для умерших, так и для живых. Скорбь бывает долгой, если мы в чем-то виноваты перед умершим или не признаем этого.

C системной точки зрения нам принадлежат как живые, так и мёртвые, но каждый должен быть в своём мире. И тогда ушедшие родные и предки могут служить нам ресурсом и поддержкой.