Карл Маркс в одной из своих работ говорил о том, что ход истории частенько складывается таким образом, чтобы человечество весело расставалось со своим прошлым. Чехов тоже как-то обмолвился о том, что человечество прощается с прошлым, смеясь. При этом его комедию «Вишневый сад» о преддверии перемен и грядущей гибели дворянства практически все театры почему-то играют как трагедию. И то, что мы наблюдаем в своей жизни последние двадцать лет, свидетельствует о том, что в эпоху перемен большинству населения все-таки не до смеха.

Наверное, больше всех о масштабе перемен могла бы поведать… почта России. Ибо за последнее десятилетие именно почта стала свидетелем того, как почти исчезли из обращения бумажные письма. Сегодня 90 % всей переписки приходится на эсэмэски и переписку в Интернете. И разве что старомодные чудаки да древние бабушки из глухих деревень все еще отправляют друг другу открытки к праздникам по почте...

История развития Интернета отражает ту же тенденцию: месседжи становятся все короче, а обмен сообщениями — все быстрее. Неторопливые пользователи сетей не успевают устанавливать себе все новые и новые программы мгновенного обмена сообщениями: привычные IСQ и скайп давно потеснили MailAgent, Windows Live Messenger, IRC, AIM, MSN, Yahoo!, Jitsi, MessageMe, Viber и десятки других программ… Загляните в «Фейсбук», «Вконтакте», «Твиттер», «Инстаграм» — от сети к сети сообщения становятся все короче и емче. Даже у интернет-зависимых все чаще не хватает времени и внимания на что-то более длинное, чем статус в одноклассниках...

Скорости зашкаливают, плотность подачи информации растет, расстояния сжимаются, сообщения сокращаются, а в целом время летит быстрее, и люди живут уже совсем в другом ритме. А начиналось все с невинных, казалось бы, вещей. С компьютеров, с Интернета, с мобильников. Со спутниковой связи, наконец, идею которой предложил еще в 1945 году английский фантаст Артур Кларк… Однако все эти технические новинки — лишь внешние проявления перемен, уже несколько десятилетий происходящих с человеческим сообществом и добравшихся наконец и до нашей страны. Но сначала небольшая присказка.

 

Жила-была цивилизация Икс. Приземистые, склонные к полноте, обожающие пиво и домашнюю выпечку «люди икс» жили не торопясь, так же, как жили их предки и предки предков. Домоседы и любители домашнего уюта, они годами носили одни и те же тапочки. Бабушки у подъездов перемывали косточки «нахальной молодежи», лысеющие небритые мужички в майках-алкоголичках и растянутых трениках «забивали козла» за доминошными столиками, а на типовых кухнях типовых домов их жены жарили-парили сытные ужины. Под запахи борща, котлет, тушеной капусты и жареной картошки дети учили уроки, опасаясь, как бы «папка не дал ремня»… Знакомая картина?

Вот вам еще несколько штрихов-зарисовок к портрету цивилизации Икс. Если человек ронял на улице крупную купюру, случайный прохожий, увидев бесхозную банкноту, гнался за обронившим два квартала, чтобы отдать потерю. Покупательница, получившая на сдачу денег больше, чем ей причиталось, тут же возвращала лишнее продавцу. Взятки считались большим преступлением, взяточники высмеивались в фельетонах и сатирических киножурналах. Было стыдно и опасно жить «не по средствам», богаче других, и те, у кого вдруг заводилась дома «роскошь», скрывали ее как нечто позорное.

Честность — один из базовых принципов цивилизации Икс. Целые семьи изо дня в день ходят на работу, где им платят крошечные зарплаты, однако это ничуть не мешает им качественно выполнять свои обязанности. Долг, порядочность, стабильность, профессионализм — вот еще несколько основных принципов цивилизации Икс… Об этой цивилизации можно рассказывать много, долго и занудно — так же занудно, как сами представители цивилизации рассказывают о своих традициях и своем «счастливом» прошлом. «Люди икс» могли бы долго и беззаботно существовать в бескрайних просторах вселенной, чтя своих предков и в неизменном виде передавая свои принципы и знания из поколения в поколение, если бы их не стала вытеснять на обочину Галактики цивилизация Игрек.

Люди цивилизации Игрек отличались от «иксов» даже внешне. Мало того, что в большинстве своем они были стройные, спортивные и длинноногие любители фитнеса и здорового образа жизни, так еще и их взгляды на жизнь были совершенно другими. Во-первых, плевать они хотели на авторитеты и опыт предков, чем сильно раздражали консервативных «иксов». Во-вторых, готовы были идти по головам, чтобы добиться своих целей, среди которых были только деньги, карьера, богатство, власть. Мизерные зарплаты «людей икс» вызывали у них насмешку и презрение. «Полюбить — так королеву, а украсть — так миллион», — было написано на знаменах, с которыми они завоевывали владения цивилизации Икс…

И все-то они любили делать «на скорую руку», на ходу, на бегу. Там, где «иксы» обдумывали, размышляли и, приняв обдуманное со всех сторон решение, шли напролом, размахивая своими принципами, там «игреки» действовали молниеносно. Они хитрили, лавировали, интриговали, договаривались, подкупали и даже шантажировали! И в итоге неизменно оказывались на несколько шагов вперед и обставляли «иксов», которые презрительно называли завоевателей «купи-продай» и «поколением потребителей», жаловались на жизнь и страшно тосковали по своим семейным гнездам и былым спокойным временам. «Игреки», в свою очередь, называли эти времена не иначе, как «застоем», и торопились жить и потреблять, отвоевывая у предшественников все больше жизненного пространства.

Новая цивилизация все сильнее поглощала старую, навязывая свои ценности и оставляя в прошлом привычный распорядок жизни. Теперь уже все отмечали, что неспешное течение дней кануло в Лету; время несется, ритм жизни стал бешеный, и больше всего ценится умение зарабатывать, «делать деньги» и договариваться. На первый план вышел лозунг «Хочешь жить — умей вертеться», а хозяином жизни вместо человека порядочного стал человек успешный.

Некоторые историки утверждали, что это крах цивилизации Икс, но на самом деле это был лишь закономерный виток развития человечества, и цивилизация Игрек была не чем иным, как новой, исторически обусловленной психически-ментальной формацией населения великой страны под названием Россия…

 

Почему нам так трудно встроиться в эту новую формацию? Потому что многовековой менталитет России контрарен происходящим в обществе изменениям. Патриархальная Русь, с консерватизмом которой пытался бороться еще Петр Первый, до сих пор живет в каждом из нас. Нам чужда психология богатства и успеха, мы презираем стяжателей и считаем, что честным трудом капитал не накопить… Да что говорить, если большая часть двадцатого века в России прошла под эгидой морального кодекса строителей коммунизма, некоторые пункты которого эхом вторят библейским заповедям, что не могло не оставить свой отпечаток на нашем коллективном психическом.

Пионеры дружно поднимали руки в салюте и декламировали задорные пропагандистские речовки, «всегда готовые» продолжить дело старших товарищей — комсомольцев и коммунистов. В народе ходила всем понятная шутка-прибаутка: «Прошла зима, настало лето, спасибо партии за это». В каждой семье был примерно один и тот же уровень достатка; жили от зарплаты до зарплаты, дефицит «доставали» по блату, в школах и институтах учились бесплатно и так же бесплатно ходили к врачам со своими болячками. На праздники собирались вместе, всей семьей, часто ходили друг к другу в гости, а дальним родным посылали письма и иногда даже посылки.

И можно было всю свою жизнь распланировать наперед, и звучал бы этот план, как короткая стандартная автобиография, которую заставляли писать перед приемом в комсомол или партию. «Родился, учился, женился… Работал, получил комнату в общаге, родил детей, получил квартиру, повысили до бригадира, вышел на пенсию, нянчу внуков. Член КПСС». Так и хочется дописать: «в отставке», но в советские времена «отставок» из партии не было. Они появились при Горбачеве и Ельцине, когда люди начали массово покидать «родную партию», без членства в которой раньше и нечего было думать ни о квартирах, ни о карьерном росте, ни о путевках в Болгарию.

Когда в 1990 году Ельцин вышел из партии, его примеру последовали десятки тысяч «партийцев». К первым «выходцам» приезжали домой партийные чиновники и уговаривали «не горячиться». Однако, когда число «беженцев» стало критическим, уговоры прекратились. Эпоха «единогласности» неумолимо превращалась в эпоху гласности. Начавшаяся в 1987 году перестройка набирала обороты.

Мое поколение тогда ходило в школу — как сейчас помню тетради и учебники, облепленные модными тогда наклейками с надписью: «Перестройка. Ускорение. Гласность». Мы радостно пели вслед за Виктором Цоем: «Перемен! Мы ждем перемен!», не подозревая, что маховик этих самых перемен уже вовсю запущен… И перемены эти были связаны не только с внешней и внутренней политикой, ознаменовавшимися такими знаковыми событиями, как перестройка, путч 1991 года, распад СССР, президентство Ельцина, реформы Гайдара и принятие новой Конституции... Неумолимо менялась психоментальная общественная формация, хотя изменения эти и не были такими заметными, как, например, танки на московских улицах…

…Сегодня многие жалуются на «упадок морали» и деградацию морального облика сограждан. Попался мне тут как-то комментарий одного пожилого учителя физкультуры к новости о том, что учительницу, вступившую в интимную связь со школьником, вынудили уволиться из школы. Педагог на пенсии излил в комментарии все свое негодование по поводу нынешних нравов. Для начала он рассказал о «соблазнах» собственной молодости, когда налитые, как спелые яблоки, школьницы так и норовили запустить свои шаловливые ручки под трико молодого физкультурника. Однако он свои соблазны мужественно поборол, потому что его удерживала в рамках приличий любовь к жене и страх перед законом — времена-то ведь были советские.

А что и кого может удержать сейчас, риторически возмущается экс-физрук, если «кругом разврат», а «либертаризм» разрешил все «говенное»…

Наверное, так оно и выглядит для людей старой закалки, наше время. Особенно, если люди эти с анальным вектором. Ведь именно этот вектор и объясняет патриархальность и приверженность консервативным ценностям, столь характерные для уходящей эпохи, как и разделение общественных явлений и поведения на «грязное» и «чистое». Именно анальный вектор рулил развитием российского общества на протяжении последних десятилетий, так что же удивляться, что обладателям именно этого вектора комфортно и уютно жилось во времена порядка и традиций.

А даже если и не жилось, то память анальника устроена таким удивительным образом, что все, что остается в прошлом, кажется ему лучше, чище и прекрасней, чем-то, что он имеет в настоящем. Однако как это ни печально для воспевателей прошлого, но жизнь не может стоять на месте. И если существует в мире вечный двигатель, то это вечный двигатель истории.

После развала СССР процесс смены психической формации постсоветского общества обострился до предела, подгоняемый рухнувшей плановой экономикой. Сначала политические потрясения, а потом и шоковая терапия «прихватизации», ваучеров и дефолта заставили народ выживать в условиях изменившегося социального ландшафта, отягченного бандитским беспределом и коррупцией.

Полстраны записалось в торговцы, челноча между родиной и заграницей, другие полстраны сидели без работы и без денег, дезориентированные и потерянные, и осуждающе наблюдали за броуновским движением «барыг» и «торгашей». Вот так драматично, но буднично и деловито на смену человеку с советским менталитетом пришел человек с рублем, а вслед за ним и рыночная экономика — главная примета неумолимо наступающей кожной фазы развития общественного сознания, фазы, при которой жизнь общества обусловливают закономерности кожного вектора.

Типичные высказывания тех времен мне приходилось неоднократно слышать в семье подруги, открывшей на рынке точку по торговле женским бельем. Ее отчим предыдущие двадцать лет был преподавателем истории в местном пединституте и с наступлением перестройки оказался на голодном пайке. Чаще всего из его уст звучало, что раньше «все были равны, и нищеты никакой не было», что «за счет простого народа некоторые себе мошну набивают», что алчные чиновники «разворовали и продали Россию», а теперь всякие торгаши «на наши деньги жируют».

По сути все сводилось к тому, что раньше было хорошо, а теперь вот стало плохо — все разваливается, страна погибает, а общество деградирует. Так ли это? Действительно ли мы деградируем? Или неумолимо наступающая на пятки уходящему времени кожная фаза развития общества несет с собой и позитивные перемены?