Ирина Млодик

 

Наши клиенты хотят:

1. Регулярно получать четкий и недвусмысленный ответ на вопрос: как им жить и что делать, но при этом все решать и делать самим.

2. Стать нашими друзьями, ожидая, что и в дружбе мы будем добровольно, бесплатно и регулярно столько же времени их участливо слушать.

3. Они хотят встретиться с нашей человечностью, c нашими ошибками и слабостями, оставив при этом себе свою идеализацию.

4. Они хотят быстрее вылечиться, но при этом с нами как можно дольше не расставаться.

5. Они мечтают, чтобы было не больно, не встречаться с неприятными сложным в себе, но чтобы при этом помогало.

6. Они часто не хотят говорить и раскрываться, но хотят чтобы мы поняли.

7. Они хотели бы с нами делить все, что есть в их жизни: радость, горе, жизнь, постель, ночи, вечера, дни, но были бы в ужасе, если бы вдруг это произошло.

8. Они хотели бы чтобы мы работали бесплатно, просто от горячего желания их увидеть и посвятить свой час лично им, но при этом им было бы неприятно, если бы перед ними сидел обветшалый, голодный и озлобленный собственной нищетой терапевт.

9. Им хочется нашей неугасимой веры в них и их конструктивный процесс, особенно тогда,когда они находятся в точке отчаяния и неверия ни во что, особенно в психотерапию.

10. Они жаждут нашей устойчивости и способности выдержать любой их эмоциональный шторм, и при этом разрушить нас за то, что когда-то разрушали их самих.

11. Они будут настойчиво и последовательно обесценивать нас, отчаянно желая, чтобы мы выстояли и продемонстрировали им свою профессиональную состоятельность.

12. Они будут настойчиво забрасывать нас своими проективными фантазиями в тайной надежде, что мы сможем различить и разделить реальное от субьективно-проективного и объяснить им, что где.

13. Обмирая от стыда, они будут открывать перед нами свои ужасные секреты, постыдные тайны и теневые стороны в робком желании, что мы, конечно, будем впечатлены, но не сочтем их столь ужасными и недостойными нашего сотрудничества.

14. Они будут внезапно в одностороннем порядке прерывать терапию, наивно полагая, что внезапно исцелились, начисто забывая о том, что где-то сидит их терапевт, и гадает, куда делся тот, ради которого он пришел на работу.

15. Они будут легко и внезапно менять нас на других терапевтов, просто потому, что “Васе этот тренинг гораздо быстрее помог”, а мы, их терапевты, заплатили тучу денег и потратили тучу времени на супервизию, пытаясь разобраться с тем, как же затейливо устроен наш с ним процесс, и почему-то нам непросто будет перестать хотеть делиться этим знанием с тем, кто нас так стремительно покинул.

16. Они будут завершать наши многолетние отношения и покидать нас с желанием, чтобы мы помнили их как можно дольше..., и вот в этом они, наконец, окажутся чертовски правы: мы тоже долго помним тех, с кем удавалось делить часы нашей жизни, приближаясь настолько, насколько позволят нам рамки терапии и обоюдное мужество.


Ну и для равновесия...

Терапевты тоже хотят:

1. Чтобы о них узнало как можно большее количество клиентов, задорно заявляя о себе в тех местах, где водятся не клиенты, а скорее, противники всякого вида серьезного подхода к психологии. Своей настойчивостью и энтузиазмом они будут вызывать, скорее, желание объявить всех психологов сумасшедшими, нежели прийти к ним лечиться.

2. Когда первые клиенты в начале практики начинают все же доходить до кабинета терапевта, первые встречи будут проходить в таком напряжении и желании понравиться, что терапевты измучают сами себя в метаниях между желанием, чтобы клиент остался и подтвердил квалификацию терапевта своим намерением прийти еще, и чтобы ушел навсегда, оставив в покое их нарциссические терзания.

3. Терапевты часто мечтают об интересном клиенте, желательно, чтобы его способ жить и род занятий был как можно дальше от психологии, и почти сразу же, в этом случае, они начинают бороться с искушением перевести терапию в дружбу, и с желанием разделять жизнь друг друга, а не только клиентский невроз.

4. Желание, чтобы клиент работал сам, и терапевту не нужно было бы изобретать все более затейливые вопросы для того, чтобы у клиента начался процесс поиска и переживания иногда будет сменяется желанием быть нужными хоть что-то сделать, вставить свои "пять копеек" в вашу общую работу.

5. Желание углубиться в просторы субъективного мира человека, сидящего напротив, будет часто конфронтировать с не менее ярким желанием выйти на воздух, съесть борща или завернуться в уютный плед и соснуть пару часов пока кто-то рядом.

6. Иногда история или переживания клиента могут занимать голову терапевта весь день,а то и неделю до следующей встречи. А иногда хочется забыть его уже в середине сессии, но дольше века длятся последние сорок минут сеанса.

7. Желание назначить за свою работу цену, на которую потом можно было бы прокормиться, протерапевтироваться самому, получить супервизию, обучаться дальше и может даже ( о, дерзость!) начать копить на отпуск, перемежается с ужасом, что за такие деньги, да еще в кризис, конечно, никто не придет.

8. Терапевты так ждут живых чувств клиента как манны небесной, но когда эти залежи, накопленные за десятилетия, обрушиваются на них, то иногда с трудом удается оставаться в роли, давая терапевтичные ответы, часто просто хочется очень по-человечески сказать: "хватит уже! Причем тут я?! Отнесите все это вашей маме!"

9. Когда терапевты решаются повышать цены на свою терапию уже ходящим к ним клиентам, они терзаются между желанием хоть как-то соответствовать рынку, сделать свою работу хоть немного финансово состоятельной и страхом, что клиентское возмущение может поставить под угрозу уже сложившиеся отношения.

10. Когда клиент с большим воодушевлением рассказывает о том, что он “вот на прошлой неделе сходил на потрясающий тренинг, и там ему все стало ясно, и теперь ему понятно как жить, и ему внезапно и отчетливо стало везде хорошо», терапевт разрывается между радостью за его просветления и инсайты, беспокойством (что ж там такого ему внушили) и нарциссическими муками (ну конечно,вся наша долгая и кропотливая работа будет обесценена и все лавры достанутся тренинговому богу).

11. Когда клиент уходит, терапевты грустят и радуются. Уходит - значит часть пути пройдена, работа сделана, оба молодцы. Но если клиент уходит к другому, то иногда приходится еще долго варить в себе " а что я сделал не так", заранее недолюбливать этого вновь обретенного соперника, разрываться между "ну и идите к черту" и "может, останетесь, у нас же еще все может получиться".

12. И сколько бы нарциссических ран не нанесли нам наши клиенты, мы все же ждем, что это начнется и продолжится снова.