Основные идеи

Некоторые вступают в отношения на цыпочках, другие живут под гнетом ревности, третьи почти не дышат, чтобы не спугнуть возлюбленного. Бывают сильные страхи, которые охватывают нас, как вода или пламя, бывают почти незаметные. Но они всегда здесь и неотделимы от любви. «Наши страхи показывают, насколько нам важны отношения, – подчеркивает системный семейный психотерапевт Татьяна Потемкина. – Нам жизненно необходима близость со значимым другим.

Мы вступаем в любовную связь с набором ожиданий, фантазий и надежд, направленных на партнера. Мы ждем принятия и понимания, близости и признательности, любви и заботы. Нам важно подтверждение нашей ценности и уникальности в глазах того, кого мы считаем своим близким. И в той же мере мы страшимся не получить столь страстно желаемого». Поэтому страх быть отвергнутым или покинутым, ненужным или незначительным, нелюбимым или контролируемым, не соответствовать чаяниям партнера или быть неудачником в его глазах всегда идет рука об руку с нашими ожиданиями.

«Ко мне на консультацию приходит много молодых людей, – рассказывает психоаналитик Катрин Одибер (Catherine Audibert), – и большинство из них боится пострадать из-за неправильного выбора партнера. У пациентов зрелого возраста другие страхи: остаться в одиночестве, подвергнуться манипуляции, доминированию, измене… Мы забываем, что любовь – это всегда риск, потому что всякая любовь содержит в себе возможность потери. Надо принять это, чтобы быть способными любить».

В кабинетах психологов звучит много историй обмана с горьким выводом: «Я больше не попадусь на эту удочку». К ним прибавляются рассказы о том, как двое не открылись друг другу, опасаясь предательства; об иллюзиях, которые позволяют не встречаться лицом к лицу с нашей реальностью и реальностью другого; об отказе от любви из страха, что она окажется не вечной.

«Отношения любви можно с полным правом назвать взрослой привязанностью, к которой человек стремится всю жизнь», – подчеркивает Татьяна Потемкина. Насколько удачными окажутся наши поиски, зависит от истории взрослых отношений, но в первую очередь от раннего опыта общения с матерью. Способность ребенка чувствовать себя в безопасности в моменты одиночества определяет, как он будет любить в будущем. «Без этой безопасности страх одиночества заставит строить отношения с другим человеком скорее на основе потребности, чем на желании», – считал детский психоаналитик Дональд Винникотт¹.

«Если главный взрослый был недоступен, или опасен, или непредсказуем в те моменты, когда ребенок в нем нуждался, то рождается страх, что и сами близкие отношения могут быть небезопасными и сопряженными с болью и разочарованием, – продолжает психотерапевт. – Ненадежная привязанность – это вечное сомнение в том, нужен ли я другому, ценен ли, имею ли право на заботу, или неустанно должен что-то делать, чтобы заслужить любовь. Или должен быть всегда настороже, чтобы бежать от удушающих отношений, где нет места моим потребностям».

Искаженное страхами восприятие отношений порождает небезопасный мир, где даже нейтральные действия партнера воспринимаются как отвергающие или угрожающие. А угроза заставляет нас защищаться или нападать, поэтому неизбежны конфликты и фрустрация.

При небезопасной привязанности мы постоянно возвращаемся в детские переживания. При этом страх привязанности крайне редко осознается нами в полной мере, подчеркивает Татьяна Потемкина: «Мы реагируем на опасность отвержения защитными чувствами – стыдом, гневом или обидой, направленными на партнера. Этот привычный механизм дает ощущение пусть и болезненной, но предсказуемости». Отсюда повторяющиеся циклы взаимного непонимания в парах.

«Я целые дни проводила в заботе о доме и детях, – вспоминает 42-летняя Евгения, чью ситуацию Татьяна Потемкина считает вполне распространенной. – И когда муж возвращался, мне хотелось поговорить с ним. Он же садился за компьютер. Мне казалось, что меня не ценят, это было обидно, и я осыпала его упреками до тех пор, пока он не взорвется». Только после психотерапии Евгения осознала, что ею двигал страх отвержения, который брал начало в ее детской семье: родители были скупы на похвалу и часто отсутствовали. Ее муж, 42-летний Юрий, тоже сделал для себя открытие: «Я понял, что не могу сказать, что устал и мне нужно время прийти в себя. Ведь это все равно что стать тем самым слабаком, которых презирал мой отец».

Поэтому так важно анализировать прошлое. «В каждой встрече есть явные и скрытые элементы, – утверждает гештальт-терапевт Ив Мересс (Yves Mairesse). – Именно в том, что скрыто, будут снова разыгрываться нерешенные проблемы привязанности. Необходимость обратить внимание на то, как нас любили, чтобы заметить то, что повторяется в нашем аффективном настоящем».

Когда мы опознаем страхи, то получаем возможность сопротивляться им. Осознанность – та песчинка, которая сможет заклинить шестерни машины, повторяющей отрицательные сценарии. Какой тип партнера я ищу, от какого бегу? Что в моем поведении создает проблему (для меня или для отношений), что повторяется (излишняя ревность, эмоциональная или сексуальная зависимость, разрывы по моей инициативе или по инициативе партнера)?

Все эти вопросы требуют от нас стать действующим лицом своей истории, придают силу.

39-летняя Белла, которая называла себя «серийной брошенкой», решила «подкачать» свою независимость, как мы накачиваем мышцы. «Вместо того чтобы искать очередного друга, который исцелит мои раны, я подумала о том, чем люблю заниматься, с кем мне нравится общаться, и составила программу, чтобы хорошо чувствовать себя одной. Я практиковала ее год.

Сначала было сложно, словно я отвыкала от зависимости, а потом стало приятно делать что-то хорошее для себя. Уже год я встречаюсь с потрясающим человеком, мы продолжаем жить отдельно, и пока мне это очень подходит». Полезно выявить то, чего нам не хватает, и то, в чем мы нуждаемся, и без стыда и вины признаться в этих потребностях – в первую очередь себе, а затем, возможно, и партнеру. Некоторые решаются поделиться и своими опасениями. «Если мы осмеливаемся их высказать, поняв, что испытываем доверие к партнеру, это укрепляет ощущение близости, а значит, безопасности», – отмечает Ив Мересс.

Изменить стиль привязанности и укрепить доверие в паре возможно, убеждена Татьяна Потемкина: «Большинство из нас в состоянии осознать свои эмоциональные реакции и действовать обдуманно. Мы учимся понимать себя и другого, сочувственно относиться к тому, что у нас могут быть разные взгляды, стараемся принять эти различия. Мы учимся помогать друг другу не только своей деятельностью, но и сопереживанием – то есть пониманием эмоционального состояния партнера».

Отношения – двусторонний процесс. Изменив свое отношение к партнеру на более открытое и искреннее, мы меняемся сами. Партнер становится для нас живым человеком со своими достоинствами и слабостями, а не всесильной родительской фигурой, к которой всегда найдется повод предъявить требования или претензии.

Иногда нам удается сделать это в нашей уже существующей паре. Но иногда мы проходим долгий путь поисков, прежде чем найдем того, кто нам действительно подходит.

Вот история 53-летней Нины: «Любовь для меня всегда была если не войной, то чем-то вроде перетягивания каната. Пока я не встретила Виталия, который стал моим третьим мужем. Его доброта и великодушие меня обезоружили. Я впервые испытываю доверие. Не к нему или к себе по отдельности, но к нам как к целому, и в этом вся разница».

Действительно, помнить о том, что мы создаем связь вдвоем, и научиться занимать активную позицию – самые верные из существующих средств, чтобы избавить от страха и себя, и партнера.

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации