Дорогие коллеги,

В этой лекции я поговорю с вами о феномене нарциссизма в перспективе Гештальт-терапии. Я обрисую некоторые дистрессы и потребности, существующие в опыте нарциссически функционирующего клиента и свяжу эти проблемы с определенным опытом и процессами развития в его раннем детстве. Далее я в общих чертах намечу гештальтистский взгляд и методологию в связи с нарциссизмом.

Позвольте мне начать с короткой истории молодого человека, которого звали Нарцисс. Эта история была рассказана нам римским поэтом Овидием в его труде "Метаморфозы" около 2000 лет назад.

Прекрасный Нарцисс влюбился в свое отражение в кристально чистой воде пруда. В этом зеркале он мог видеть лишь свой прекрасный образ, но никогда не видел свое собственное Я. Он не осознавал того факта, что наружность обманчива. Нарцисс не мог удовлетворить свою любовь, поскольку если бы он потянулся вперед, то утонул бы в пруду. Он стал очень печальным и зачах. На этом месте появился цветок нарцисса.

В этой истории мы можем узнать некоторые из страданий нарциссического клиента, приходящего к нам за помощью. Разъединенный со своим истинным Я он живет несчастливо с Я фальшивым. Существует гипотеза, что в раннем детском развитии у него был недостаток аутентичного контакта со своими родителями. Будучи ребенком, он изменял самого себя и свою самооценку ради любви окружения. Послание его родителей было: "Не будь тем, кто ты есть, будь тем, каким мне нужно, чтобы ты был, и я полюблю тебя".

Один из двух полюсов скользящей шкалы нарциссизма представляет собой сензитивного и ранимого нарцисса. Он высоко чувствителен к реакциям других и внимательно прислушивается к другим, чтобы найти признаки легчайшей критики. Он сдержан и стеснителен. Также он стремится к совершенству. Вследствие своего страха потери любви и подтверждения со стороны других, он приспосабливается к их нуждам и требованиям. Не удивительно, что у нарциссического человек а часто существуют проблемы в отношениях с партнером. Партнер не всегда восхищается и подтверждает раздутое, совершенное Я своего возлюбленного. И тогда чувствительный нарцисс теряется в противоположности этой инфляции. Он испытывает дефляцию - чувство пустоты, депрессии и отчаяния.

Принципиально, его самооценка низка либо сильно колеблется. Это является сутью его проблемы. Многие его действия и достижения имеют целью отрицание болезненной нехватки самоуважения и предпринимаются для того, чтобы не чувствовать ее. Иногда у него развивается образ превосходства.

Нарцисс не испытывает связи со своим аутентичным внутренним Я. Элис Миллер писала: "Человек, который потерял опору из-за чрезмерной адаптации к взрослым в своем детстве, продолжает искать восхищения и никогда не будет удовлетворен. Человек, живущий с преувеличенными идеями о своей значимости, живет в мучительном аду зависимости от других и никогда не свободен внутри".

Это приводит нас к другому крайнему полюсу скользящей шкалы нарциссизма: это клиент, который не сдержан или стеснителен, а напротив, страдает от мегаломании, требуя восхищения от других, поскольку верит в то, что является исключительно особенной, уникальной личностью. Надменный и агрессивный, он фантазирует о безграничном успехе, могуществе и гениальности. Он не чувствителен к нуждам других.

Нарциссизм является одной из наиболее интересных, часто изучаемых и противоречивых диагностических категорий. Традиционная, обычная психопатология рассматривает нарциссизм как расстройство личности. Согласно некоторым исследователям, личность состоит из постоянных структур, которые детерменированы генетически. Этот взгляд может объяснить скептицизм, существующий относительно возможностей исцеления нарцисса.

А сейчас я немного обрисую историю Гештальт-терапии, связав ее с видением и методологией Гештальт-терапии относительно нарциссизма. Исторически, 70 лет назад, Гештальт-терапия являлась продолжением психоанализа. Оба терапевтических подхода имели своей целью поддерживать процессы людей в направлении автономии. 40 лет назад Гештальт-терапия начала формировать свою собственную теорию. В 60-е гг. XX века личная история клиента и диагностика стали менее важны. Для многих людей в то время Гештальт был движением личностного роста. В восьмидесятые Гештальт-терапевты осознали, что жизнеспособность подхода может быть гарантирована лишь если тренинговые школы будут выпускать профессиональных гештальт-терапевтов. В Нидерландах в 1983 г. мы учредили Голландский Гештальт Фонд (Dutch Gestalt Foundation) и начали образовательную программу, интегрирующую теорию и практику. Супервизия и обучающая терапия стали важной частью тренинга. С 1999 г. наш учебный план был признан в качестве академического образования, завершающегося через 4 года обучения и тренинга присвоением магистерской степени.

В наши дни, в Гештальт-терапии, мы не будем использовать образ, созданный в истории Нарцисса, чтобы не наклеивать ярлык на нашего клиента. Основным предложением Гештальт-терапевтической работы является отказ от использования ярлыков и медицинской терминологии. Гештальт-терапевт свободен в своем контакте с клиентом и поддерживает феноменологическую перспективу. Он больше проявляет интерес к описанию феноменологии, чем к приписыванию смысла. Гештальт-терапевтический подход является процесс-ориентированным, а гештальт-терапевт больше заботится о том, чтобы адекватно описывать, что происходит на контактной границе, чем о построении гипотез о ранних годах клиента или его бессознательных мотивациях. Динамический итог прошлого и настоящего опыта клиента, плюс его планы на будущее могут быть восприняты в одном целом, здесь и сейчас на границе контакта. Граница контакта создана из функций контакта. Гештальт-терапевт может сделать клиническую оценку полного функционирования человека главным образом по тому, как клиент использует свои функции контакта (внешние, словесные проявления, слушание и т.д.) Как гештальт-терапевты мы должны обращать внимание на границу между нарциссическим расстройством личности и ранимостью чувствительного нарциссического человека. Эта граница не всегда четкая, поэтому наш диагноз должен быть очень аккуратным. Также нам надо быть осторожными, отличая клиента, получившего нарциссическую обиду в раннем детстве, от клиента, получившего ее в более поздние периоды жизни.

Важно, чтобы гештальт-терапевт обращал внимание на функционирование организующего поля нарциссического клиента. Это означает, что он должен осознавать имеющиеся нарушения контакта. Поскольку «селф» может быть определено как «граница контакта в работе», то вопросом будет являться: какая часть селф клиента нарушена? «Селф» является гештальтистским термином для обозначения «Я», а «Я» развивается в детстве, в возрасте примерно 2-х лет. Тремя функциями селф являются Эго, Ид и Персонелити.

Во-первых, Эго. Эго отвечает на вопрос: что я хочу и чего я не хочу? Эго говорит «да» и «нет». Но нарциссическая личногсть обслуживает посредством Эго жаждущее, раздутое Персонелити, так что Эго-функция оказывается утраченной. Во-вторых, Ид. Ид отвечает на вопрос: в чем я нуждаюсь? У нарциссического клиента эта функция нарушена. Как мы уже видели, он утратил свою опору вследствие адаптации к нуждам взрослых. И, в-третьих, Персонелити. Персонелити отвечает на вопрос: кем я являюсь и кем я не являюсь? Функция Персонелити является способом, которым человек предъявляет себя миру, но внутри нарциссической личности Персонелити формируется не в контакте с Ид (второй функцией). Нарциссическая личность не покажет свои чувства вины или стыда внешнему миру. Она действует от жаждущей, раздутой Персонелити.

Далее, контактная граница нарциссической личности является слишком застывшей. Это важный паттерн, который проявляет себя, поскольку нарциссическая личность не предпринимает никаких рисков во время контакта, избегая его, главным образом, путем ретрофлексии и эготизма. Нездоровая ретрофлексия в этой сиитуации означает, что когда такой клиент разочарован, он сохраняет свое чувство разочарования внутри себя и трансформирует его в направлении совершенства. Таким образом он избегает своего собственного отвержения совершенным Я, и поступая так, он находит способ иметь о себе хорошее мнение. Эготизм означает, что чувствуя страх, клиент предупреждает себя от потери контроля. Он становится направленным внутрь себя и не открывает границ для столкновения, в котором отношения Я-Ты становятся «Мы».

А теперь мне хотелось бы дать несколько важных советов гештальт-терапевту при работе с подобными ранимыми нарциссическими клиентами. Эти советы являются результатом моего собственного опыта в качестве гештальт-терапевта, практикующего многие годы. Вообще, Гештальт-терапия не отрицает и не преуменьшает чувства клиента. Гештальт является принимающим. Поскольку нарциссическая защита представена скрыванием чувств вины, стыда и депрессии, принятие гештальт-терапевтом имеет наибольшую важность, имея целью не утратить доверие клиента и не разрушить его доверие к себе. Слишком просто заклеймить нарциссического клиента как неизлечимого или неподходящего для терапии. Поскольку наши Гештальт-терапевтические реакции, интервенции и эксперименты, увеличивающие осознанность и ведущие к инсайтам, могут вызвать у клиента чувство стыда, нам следует быть очень осторожными. Наша стратегия должна балансировать на тонкой грани контакта и нам следует быть принимающими и одобряющими.

Я помню клиента, который пришел на терапию из-за того, что его партнер прекратил отношения. Мне было сложно установить с ним контакт, поскольку все время он рассказывал мне о том, какими чудесными были отношения с его другом и как сильно он по нему скучает. Примерно две недели спустя, он рассказал мне, что он встретил другого мужчину и влюбился. Моим комментарием было, что я смущен этой неожиданной переменой. Мое смущение было частью моего собственного феноменологического фона. Клиент разозлился на меня, ушел из кабинета и больше не вернулся. Только тогда я понял, что мне следовало быть с ним гораздо более осторожным.

Создав атмосферу безопасности, мы можем двигаться к следующей фазе, где мы создаем поле, в котором становится возможным больше контакта с клиентом. Однако, каждый новый инсайт вновь может выявить ранимость клиента. Наши нарциссические клиенты чувствительны к критике, и если мы нанесли какой-либо ущерб, нам следует спросить себя, вместе с клиентом, как это могло произойти. Мы снова и снова содействуем ему в его способности к самоподдержке, для того, чтобы помочь ему обрести самооценку и доверие к себе.

Очень важными являются два базовых условия диалога: включенность и присутствие. Включенность означает возможность посмотреть на мир глазами клиента, не находясь в слиянии, для того, чтобы иметь возможность согласоваться с его наиболее чувствительными и болезненными областями. Быть присутствующим означает то, что вы сами были затронуты другим, будучи аутентично и честно самим собой, и что вы настроили себя на клиента. Поступая таким образом, вы создаете окружающую обстановку уважения и партнерства, в которой клиент может стать тем, кем он подлинно является. Также: уделите время на интеграцию и ассимиляцию нового опыта клиента.

Спасибо.