Под ясностью я имею в виду доступность и понятность обычному человеку, потенциальному потребителю психотерапевтических услуг. Он, может быть, не очень хорошо понимает что такое психотерапия, зато отлично знает что такое покупка услуги: это когда он платит специалисту деньги и получает нужный результат.
И тут появляется еще одна сложность. Важным обстоятельством деятельности психотерапевта является вероятностный, а не гарантированный результат психотерапии.
Можно сравнить психотерапию с возделыванием сада. Вы можете делать все, что полагается, но это не гарантирует задуманного результата. Какой-то сад обязательно будет, но какой в точности – сказать невозможно. Также и в психотерапии. Специалист не имеет возможности предсказать результат, хотя и знает, что он будет. Нет описания результата – неясно в чем услуга. В сущности, предложение психотерапевта выглядит как детская игра: «сунь пальчик – будет зайчик». Но какой именно зайчик и что будет с пальчиком – совершенно неясно. Поэтому психотерапевты не любят вопросов про результаты и гарантии и старательно уклоняются от ответов.
Специалист ищет подходящие уловки, позволяющие ему, не теряя достоинства, избежать ответа на вопрос за что ему, собственно, платят деньги клиенты. В процессе профессионального развития он оттачивает формулировки и тренирует речевую ловкость. Это дает иллюзию безопасности:
- За что тебе платят деньги?
- Я особенный и много знаю и умею.
- А чем ты особенный и что знаешь и умеешь?
- Если ты этого не видишь и не понимаешь – я не могу быть тебе полезен.
Участники моих исследовательских проектов были достаточно открыты, чтобы можно было узнать что в это время происходит «внутри» терапевта. Оказалось, что психотерапевт обескуражен, растерян – он не знает ответа на этот вопрос, но знает, что вопрос уместный и ответ у него должен быть. Эти переживания связаны с тем, что профессиональная идентичность терапевта «плывет» при отсутствии ясной позиции по этим вопросам. Он начинает сомневаться в себе, в профессии, в том, что он что-то может и чего-то стоит.
Отсутствие концепции результата лишает терапевта возможности дать справедливую оценку своей деятельности, мешает ему профессионально развиваться: отдавать себе отчет в том, что он умеет хорошо, а в чем требуется потренироваться, получить супервизию. Отсутствие обратной связи лишает возможности чувствовать удовлетворение от своей работы. Возникает ощущение нереализованности. В итоге терапевт выгорает и начинает имитировать психотерапию или прекращает деятельность.
Чтобы справиться с этими демонами, психотерапевту требуется сосредоточится на том, что у него точно получается. Как показывает мое исследование, изменение масштаба приводит к появлению внушительного списка умений и знаний психотерапевта, дающих хороший результат. Если терапевт не берется определять результаты всей терапии, а размышляет об усилиях маленького масштаба, у него легко появляется и концепция и понимание маленького результата. Более того, если специалист обнаруживает отсутствие необходимых знаний, он имеет возможность их восполнить. Потому что знает что искать, чему учиться. И именно так сохраняется возможность развивать свой проект частной практики, двигаться к цели. Именно это является главной страховкой от разочарования, ощущения потери контроля, выгорания и профессионального цинизма.
Отсутствие концепции деятельности и ее результата выращивает демонов высокомерия и гордыни. Возвращение специалиста к своим ценностям, к миссии, содержащейся в профессии, позволяет справится с демонами этапа выполнения.