Всякое взаимодействие происходит за счёт обеспечения его какой-то энергией. Оставляя вне фокуса внимания биохимические процессы, которые, безусловно, имеют место в организме и обеспечивают его энергией для осуществления любой деятельности, приглашаю задуматься о психическом уровне субъективного восприятия происходящего с нами в процессе контакта. 

А именно – что же всё-таки возникает ранее – тревога или возбуждение? 

Принято считать, что субъект сначала обнаруживает возбуждение, которое выводит его из состоянияконфлюенции*, в котором он до этого момента комфортно пребывал, и старается ему следовать. Однако в какой-то момент, по каким-то причинам возбуждение может прерываться возникающей вместо него тревогой, которая блокирует дальнейшее развитие контакта через естественные для него стадии.

Но, возможно, первично возникает не возбуждение, а именно тревога? 

И вот если субъекту удаётся её трансформировать в осознанное возбуждение, связать с тем или иным объектом в окружающей среде, сориентироваться в возможностях реализации возникшей у него потребности, тогда и цикл контакта благополучно движется к своему пику и завершению?

Полагаю, что возможны оба варианта развития ситуации. И тревога, и возбуждение – это один и тот же феномен. Если попробовать описать тревогу как субъективно неприятное возбуждение, а возбуждение как субъективно приятную тревогу, картина проясняется. 

Попробую уточнить свою мысль, спустившись от психологического уровня функционирования на один “уровень” вниз – к физиологическому. В физиологии описан безусловный рефлекс, называемый “что такое?” Ещё он носит название ориентировочного рефлекса. Для его реализации в поведении не нужны высшие уровни головного могза. Его субстратом или “точкой замыкания” является средний мозг. 

Для примера: если, идя по улице, громко хлопнуть в ладоши, практически все, для кого этот звук окажется достаточно сильным и неожиданным, повернут голову в направлении его источника. То есть такой непроизвольной ориентировочной реакцией люди практически не отличаются друг от друга. Но они отличаются своей дальнейшей реакцией на неожиданно возникшую новизну. Те же физиологи считают, что на уровне психического восприятия первой реакцией на новый (неожиданный) раздражитель всегда является удивление, которое уже можно толковать как эмоцию и относить к аффективной сфере нашей психической деятельности. 

Этой первой реакцией дело не заканчивается. Довольно быстро она (удивление) перерастает либо в испуг, либо в любопытство. Испуг и вырастающий из него страх – если события пошли по такому пути – обеспечивает реализацию одного вида поведения. В самом общем виде – избегание случившегося раздражителя (новизны), отстранение от него, отказ от контакта с ним. Любопытство и вырастающий из него более устойчивый интерес способствуют приближению к объекту и попыткам вступить с ним в контакт.

Вот этим и отличается один субъект (он же – человек) от другого и, более того, каждый из нас сам от себя в разные периоды нашей жизни. 

В момент возникновения нового (неожиданного) стимула, вызывающего нашу реакцию в виде – сначала – общего возбуждения, каждый из нас находится в каком-то состоянии, определяемом всем нашим предшествующим жизненным опытом. И если старый опыт субъекта состоит  преимущественно из неудач и неуспехов взаимодействия, при появлении всякого нового возбуждения наш субъект будет всячески избегать вступления в контакт: приближения к объекту, попыток осуществить новые, незнакомые действия, etc. 

Потому что его встреча начинается с тревоги, с которой ему придётся справляться, вкладывая в процесс контакта дополнительные усилия по превращению (трансформации) её в осознаваемое возбуждение.

Если субъекту повезло больше и накопленный им опыт состоит в большей степени из успешных и удачных взаимодействий, он намного охотнее станет получать новый. Такому субъекту – совершенно объективно – приходится тратить намного меньше усилий для осуществления контакта, потому что его возбуждение изначально возникает не как тревога, которую нужно как-то преобразовывать, а сразу как любопытство, интерес, желание приблизиться и так далее.

Мне кажется очень важным узнавать больше именно об этой особенности конкретного человека, с которым мы вступаем в контакт. Если речь идёт о клиент-терапевтических отношениях, терапевту очень поможет представление о том, как привык или научился организовывать контакт доверившийся ему человек.

Терапевт, меньше “спотыкающийся” в зоне очевидного, полезнее клиенту, чем устойчиво находящийся в неведении относительно привычного клиенту способа организации контакта – либо через тревогу, либо через возбуждение. А тревога или возбуждение как раз и находят себя в самом начале и первой встречи, и дальнейших отношений…

* Слияние (конфлюэнция)-это неспособность разделять "Я" и "не Я", когда кажется, что другой это продолжение меня, а я продолжение другого. Домысливание, или "мне кажется, что он думает или чувствует так", тоже сюда относится. Это ситуация, когда я боюсь предъявлять себя в контакте, например, спрашиваю "Что ты хочешь: сходить в кино, или прогуляться?", и партнер в слиянии отвечает "А ты?". Как правило он не знает, чего он хочет, поскольку он растворен в другом. Не знаю насколько бытовым языком я отвечаю Вам). если что-то непонятно, спрашивайте.