Сегодня я хочу рассмотреть один базовый для психотерапии вопрос — почему для счастья Личности так важна свобода, присутствующая в целом, свобода присутствующая в обществе?

Первое. Если посмотреть внимательно, то психотерапия не развивалась и не развивается в тех странах, где свободы в обществе как ценности — не заложено. Или же, где она, свобода, не реализуется (хотя и прописана в Конституции,... возможно).

Далее. Если посмотреть внимательно на саму психотерапию, то можно заметить и другое — психотерапия всё ещё развивает «старые» вопросы —вопросы чисто религиозной нравственности, этики — только лишь вынув их из контекста Церкви как бюрократического института. Психотерапевт — это светский духовник, светский приходской священник (викарий). Светский проповедник на воскресной кафедре дома молитвы.

В условиях глубокого кризиса христианства (как института) в современном цивилизованном се-ку-ля-ри-зи-ро-ванном мире, должен быть кто-то, кто сохранит не-се-ку-ляр-ные практики, без которых человеку не выжить... И этим кем-то стал в нынешнем обществе психотерапевт — гештальтист, расстановщик, юнгианец — несть им числа... Не стреляйте в пианиста, он играет, как может. Претензии нужно предъявлять себе — почто христианство до такого кризиса довели?..

Итак. Можно сказать, что одной из форм развития христианства в Западной Европе и стала мультидискурсивная психотерапия со всеми её теориями и практиками (особенно в её современном изводе).

Психотерапия (во многом) это серьёзная рефлексия (созерцание-рассуждение) над вопросами бытия, рефлексия, которую позволяет себе человек, имеющий в культурном багаже — Ветхий и Новый Завет, как минимум и априори. То, что иные недружелюбно настроенные «знатоки» «точных исчерпывающих и простых ответов на все вопросы» презрительно именуют: «иудео-христианским дискурсом». Впрочем, слова «дискурс» они чаще не знают.

Иногда честный рефлексирующий мыслитель от психотерапии — даже и спорит с христианской парадигмой этических норм, но спор — это тоже часть общего бассейна дискуссии. Все, как говорится, сидят в одной аудитории, на одном этаже и понимают друг друга с полуслова — как коллеги — пусть и не согласные друг с другом, порою до хрипоты...

Так вот.

А в христианстве, плюс в «Ветхом Завете» (будем говорить — в иудаизме) и плюс в гуманистической психотерапии — одной из главных тем рефлексии является тема — свободы выбора.

Вот мы и подошли к главному: почему иудаизм, христианство и даже постхристианство (простите, что я так называю психотерапию гуманистической направленности — это мой, авторский термин) так настаивают на том, что у человека должна быть свобода выбора, и более того, именно общество должно предоставить ему эту свободу.

Ну, вообще-то свобода выбора у человека базово — есть. Нет её базово — у животных (и у ангелов — как учат нас комментаторы Торы и комментаторы-христиане).

Именно поэтому Человек — объект пристального внимания Бога, поэтому «венец Творения».

Не потому, что он сильный и умный, конечно нет, он не сильный, и не умный... А потому и только потому, что у него есть свобода выбора.

Человек может выбрать путь добра и может выбрать путь зла. И никто ему в этом не будет мешать.

Как говорится, «Бог — всемогущ, но одного он не может и не хочет — не может заставить человека полюбить Бога». Человек должен этого захотеть сам.

Если же вынуть это рассуждение из контекста — религиозного, то можно сказать так: человек волен быть как моральным, так и аморальным. Он должен стать моральным, но он должен захотеть этого сам. Иначе его «моральность» ценности не имеет.

А причём здесь общество?

Интересный вопрос. А общество здесь вот при чём.

(1) Бывают общества, которые вынуждают человека «быть хорошим».

(2) А бывают общества, которые вынуждают человека быть плохим...

И те, и другие — крайне опасны для саморазвития человека.

Первые общества — сразу или чуть попозже скатываются в ту или иную форму тоталитаризма и тирании, которыми всегда оборачивается любая Золотая Утопия, реализуемая на грязной глинистой практике.

Первые общества — это общества, где правительство относится к людям как заботливый хозяин к кастрированному коту. Жить в таком обществе не хочется, если ты — кот (гражданин).

Вторые общества не заботятся ни о чём. Им всё по фиг. Жить в таких обществах страшно и весело, как коту на помойке. Но только — коротко... А поскольку человек хочет всегда жить дольше (инстинкт самосохранения), он начинает безобразничать, живя по принципу «умри ты — сегодня, а я — завтра».

Вторые общества вынуждают человека быть плохим. У него другого выбора не остаётся.

***
Мудрецы Талмуда, рассуждая о действиях Фараона (который не отпускал народ Израиля, несмотря на все казни египетские) вывели вот какую религиозно-юридическую формулу, давайте в неё вдумаемся как следует.

«Вынужденные действия не заслуживают ни хвалы, ни осуждения».

Если тебя вынуждают быть хорошим — ты не заслуживаешь хвалы.

Если тебя вынуждают быть плохим — ты не заслуживаешь осуждения.

А что ты заслуживаешь? Ничего... А какой тогда был смысл у твоей жизни? Никакого. Зачем ты ел свой хлеб? Втуне...

Отсутствие свободы выбора, таким образом, есть отсутствие Истории как таковой. Отсутствие Истории в её горней (мистической) перспективе и измерении. Несколько потерянных поколений, про которых, в сущности, нельзя сказать ничего.

***
Как вы понимаете, устройство общества по принципу, который противоречит Замыслу, безнаказанным не пройдёт.

Как минимум, такое общество — развалится достаточно скоро.

Потому что для самореализации, самоактуализации (Спасения — в терминах религиозного дискурса) человеку нужна свобода. Свобода быть даже Чудовищем — с тем, чтобы далее осознать «чудовищность бытия чудовищем» и ощутить потребность перестать быть таковым.

Поэтому человеку нельзя жить там, где слишком плохо, где человек низведён до зверя.

Человеку нельзя жить и там, где слишком пекутся о том, чтобы всем было «сыто, комфортно и хорошо, и никто не нарушал».

И по возможности, не надо своими талантами споспешествовать установлению как одного, так и противоположного по крайности — мироустройства.

Елена Назаренко