Так ли безобидны эти новые технологии?

Ну вот, скажем, когда говорят, да зачем ребенка учить писать, в прямом смысле писать, не на компьютере набивать, а писать. Зачем? Он там все исправит, ни почерк ничего не нужно. Это очень плохая мысль, потому что, вот я с другого конца начну.

В Древнем Китае – вот сказала в Древнем Китае, но это я неправильно сказала, потому что Древних Китаев было много – в какие-то из периодов китайской истории люди, которые претендовали на то, чтобы занять положение высокого государственного чиновника, должны были сдавать два экзамена. Никогда не догадаетесь, то есть может, вы догадаетесь, я не догадалась, что за экзамены.

Первый – каллиграфия, и не потому что он сам писал, там было сколько хочешь народу, которые вместо него будут писать, он должен уметь, потому что его умение это вот это умение (мозг, прим. Ред.), дело не в том, что он рукой водит, а он головой в этот момент водит, это те же зоны, между прочим, которые про речь. Это одни и те же зоны в мозгу. Это первый экзамен, а второй экзамен тоже вам понравится – стихосложение.

Мудрая цивилизация! Потому что они понимали, что это другой тип сознания, другой тип умений. Компьютер стихи не пишет, то есть «Розы-мимозы» он напишет, но если Бродского к дню рождения — так сказать, сообщаю- он не напишет, потому что это другой тип ментальности, очень важный. Не потому что это искусство, а потому что это другой тип, который никто на планете не умеет, кроме нас, мы на это должны очень внимательно смотреть. Все, что связано с искусством – искусство – не десерт.

Понимаете, все привыкли думать, что вот стейк съел, а кофе могу и не пить, пирожных не ем. Это не про то. Искусство- это другой тип жизни, это другой тип когнитивной деятельности. Это другие потерны в мозгу, это не на тему- есть важные вещи, а есть дополнительные, ну как бы приличный человек должен знать, кто такой Моцарт- это не про то.

У нас есть замечательная техника, которая позволяет увидеть, что происходит в мозгу, когда мы занимаемся тем или этим. Мы можем увидеть там и состояние злобы и депрессии, чего хочешь, но не стоит слишком доверять этому, потому что – я уже сказала- мозг сложнейшая система, а вот такие картинки, которые мы видим в научных статьях( изображение)- результат математической обработки. Это не фотографии.

Эти пятнышки – это результат того, как мы сосчитали, а если мы сосчитаем иначе,то получим другие пятнышки. Поэтому, если речь идет о медицине, упаси господь, есть опухоль или нет- то это одно, а когда речь идет о том, что происходит в мозгу, когда я вспоминаю «Белеет парус одинокий», то это совсем другое.

Кстати, про «парус одинокий». Представьте себе, что вы приходите в Институт мозга, условно говоря, и вам говорят- отправляйся в компьютер и вспоминай стихотворение Лермонтова «Белеет парус одинокий», а мы посмотрим, где оно у вас в мозгу расположено. Ну это сразу- садись, «два», ну, предположим, так вопрос поставлен. Именно так по-идиотски не ставят, но очень близко ставят. И при этом вам говорят – ты, главное, не глотай, о постороннем не думай и не шевелись. Вы легли туда.

Во-первых, в этот момент вы вспомнили, что у вас были скачки напряжения, и вы забыли выключить компьютер, и сейчас оно скакнет и сметет все. И вы от этой мысли избавиться не можете. Во-вторых, у вас чешется пятка, предположим, и вы ни о чем не думаете, кроме как о том, чтобы эту пятку почесать, в-третьих, вам сказали — не глотай, а оно глотается. В-пятых, ты думаешь- какого черта я вообще сюда пришел, потому что они обещали про «парус одинокий», а найдут опухоль, то есть ты начинаешь волноваться. Заметим, все это они видят на том, что они фиксируют. После этого они будут вам рассказывать, что «белеет парус одинокий» там где-то.

Тем не менее, мы можем говорить о том, что есть люди быстро обучаемые, и у них будет такая-то картинка в мозгу, есть люди медленно обучаемые. Было бы заблуждением- не важно, что здесь нарисовано в данный момент (изображение) – я ваше внимание привлекаю к тому, что люди разные все. Извините, что такую тривиальную вещь говорю. Из того, что человек учится быстро не следует, что он очень умен, из этого следует, что он быстрый, возможно, он при этом очень умный. Но еще раз повторяю- Эйнштейна в школу с трудом взяли, понимаете, говорить поздно начал, ничего не соображал, считали — неудачный ребеночек, а это Эйнштейн. Из того, что он медленно двигается, не следует ничего, кроме как то, что он медленно двигается. Никто не должен скакать вверх на шесть метров с шестом- мы так не договаривались.

Конечно, есть и такие вещи, и они при всем моем скепсисе, я очень скептична к тому, что мы покажем, где страх там, где любовь и где веселье в мозгу, но все-таки по мозгу сейчас, учитывая, что это техника очень мощная, что математика вокруг этого очень мощная, мы можем сказать- это человек, который находится в таком-то состоянии. По мозгу мы можем это сказать.

Мы даже можем сказать такие вещи, как то, что он сейчас, вероятно, слушает музыку или он сейчас, вероятно, решает какую-то вербальную задачу. Не трудно, я думаю, догадаться, как это делается. Тысячи миллионов тонн картинок, в которых, действительно, было известно, что они решают вот такую задачу, а теперь нам показывают мозг, про который не известно. Компьютер начинает гонять эти картинки и говорит – а вот, когда такой мозг, когда такая картинка, то это бывает тогда, когда он, условно говоря, стихи вспоминает.

То есть, вообще, такая возможность есть. Вот какой возможности нет- тут уж я со всеми своими коллегами и друзьями ругаюсь- они считают, что близко или относительно близко тот момент, когда мы с помощью томографа сможем читать мысли. Я считаю, что нет. Я считаю, что мы можем успокоиться, по крайней мере, на какое-то время. Что мы можем сделать- можем сказать-вероятно, вот тут, но мы не можем сказать, о чем он думает, содержания нет.

То, что считает или читает, или слушает, или вспоминает какие-то картины, когда он в теннис играл – вот это я, вероятно, смогу, а про что он думает и умножает он три на восемь или пятнадцать на сорок четыре, это, извините, согласитесь, это все-таки расстояние. Но оптимисты говорят- подождите, не то еще будет. Но тогда надо вообще отсюда съезжать куда-нибудь на другую планету.

Поэтому вот такого рода картинки мы видим (изображение), вот это, кстати, насчет билингвов и монолингвов, кстати, вот тоже интересная вещь, что происходит в мозгу людей, которые знают больше, чем один язык? Если мы с одним-то языком не можем разобраться, такая сложная картина, а если у него их не один, и он с них скачет с одного на другой, например, в ситуации синхронного перевода, как я сказала.

Когда он с большой скоростью перескакивает с кода на код. Я вообще не понимаю, как они это делают. Я один раз переводила синхронно. Нет суммы, за которую я согласна сделать это еще раз. Не даром у них есть временные рамки- после двадцати минут их выносят на травку кислородом подышать, потому что голова взрывается.

По картинкам мы даже можем увидеть, с какого языка на какой он переводит или какой язык он лучше знает. Вот мой прогноз был бы, что тот язык, который он лучше знает,- активность мозговая про этот будет больше, но на самом деле, меньше, потому что большие усилия у него уходят на то, чтобы работать с языком, который он знает меньше. Поэтому активность будет больше на слабом языке. Я не про язык, на самом деле, говорю, а про то, что в мозгу, вообще, делается. Вот видите, мы знаем, что происходит, когда, скажем, с английского на финский человек переводит. И это все еще нужно умножить на то, какой у него язык основной- финский или английский.

Я этим просто показываю, что современная техника, правда, очень много может. И для медицины, как таковой, само собой, она сейчас просто невозможна без этой техники и для фундаментальной науки. Мы должны знать, что не все зоны мозга одновременно развиваются, это когда мы говорим про детей, это к вопросу об обучении. Когда говорят – в престижные школы ребенок должен тесты всякие проходить и он должен силлогизмы какие-нибудь там решать. Несчастный ребенок приходит, ему там шесть с половиной лет, а ему говорят – эти треугольники конгруэнтны или нет? Лишить дипломов этих людей, а, может, и пусть улицы пометут некоторое время.

У ребенка не созрели те части мозга, которые отвечают на такие вопросы. Просто их нет. Зоны, которые решают трудные логические задачи, они вырастут примерно к 18 годам, ну плюс-минус, в зависимости от индивидуума. Самые главные наши мощные сложные зоны развиваются до двадцати лет, двадцать один год, двадцать два года, поэтому не стоит думать, что ребенок вот так ровно зреет.

У него что-то зреет, а что-то будет медленно зреть. Поэтому я пишу- неоднородность, гетерогенность развития разных отделов мозга. Это учителя должны знать. Это должны знать и родители. Нельзя ребенку предъявлять требования, для которых у него мозга еще нет. Конечно, если его колотить начать или током бить, так может, он и научится. Наша задача какая? Задача тех, кто тестирует детей для того, чтобы принять их в престижную школу, как настоящая выглядит? Они хотят выяснить, на что способен ребенок или, и я за второе голосую, проверяют платежеспособность семьи, каких набрали репетиторов, насколько злобные родители, которые из ребенка уже все кишки вынули, что бы он это мог? То есть мы что проверяем?

Мы его интеллект проверяем или мы проверяем тщеславие родителей? Мамаша сумасшедшая. Она же не могла родить никого, кроме Бетховена, это же дураку понятно. Только Эйнштейн или Бетховен мог из нее вылезти. А если 4 года ему, а еще ничего не произошло: ни симфонии, ни теории относительности- не порядок же!

Очень важный период шести-семилетний. Это так называемый период школьной зрелости. Это термин. Шесть- семь лет- это не то, что написано в паспорте, а это реальный его биологический возраст, который нужно определять, например, я не предлагаю всех детей прогонять через энцефалографию, но это проверка- он дозрел до уровня, когда его будут спрашивать про конгруэнтность, или пусть он с мишкой играет дома.

Понимаете, в первом классе не должен стоять вопрос о теории относительности. А ему надо сказать — два мишки, плюс три мишки- сколько мишек будет? Не надо ему голову морочить. Он не должен выступать с политинформацией на тему: что говорили на последнем партийном съезде? Мой личный сын в первом классе был, сказали- что Брежнев-то, расскажи, Ваня в прошлую среду говорил на съезде партии?

Я решила, что я спятила. Пришлось сказать ребенку следующее: «Ваня, садись, слушай меня- твоя учительница дура». Это, я знаю, антипедагогично, но у меня был выбор, согласитесь, дура либо она, либо я, ну без вариантов, мой выбор был определен. «Это не избавляет тебя от того, чтобы делать домашнее задание на завтра в полном объеме, но просто имей в виду, что не все, что она говорит, соответствует реальности». Со всяким может беда случиться, не уродилась.

С письмом и чтением большие проблемы. И не стоит думать, что это в какой-нибудь там на берегу океана, в какой-нибудь деревушке одинокой. В столицах. Дети в шестом-седьмом классе часто считают по слогам. Они с трудом справляются с техникой чтения. Если вы их спросите- не дай бог спросите — про что было то, что они читают, это ставит их в тупик, потому что все их, извините за грубое слово, когнитивные силы ушли на то, чтобы пробраться сквозь эти штучки, то есть о содержании речи нет. Это почему происходит, как это случилось? Это действительно что ли мутация какая-то идет?

Я не утверждаю это, потому что для того, чтобы это утверждать, нужны массовые обследования людей, чего не происходило- генетические обследования. Но то, что таких людей очень много- это факт. И это не связано с уровнем интеллекта, это может быть ребенок, который выигрывает мировые олимпиады по физике и математике, то есть с интеллектом у него полный порядок, при этом он может сделать сорок ошибок на странице. Попробуйте на спор сделать сорок ошибок на странице. Специально- большая работа. Нет, ну их не сделать простою. Это значит, что -то там замкнуло на полную катушку. Что случилось? Почему он номер один в мире по математике и номер ноль в мире по простой вещи, которую умеют делать все? Как это вышло?

Пойдем дальше. Мужчины и женщины. Я терпеть не могу гендерные исследования, ненавижу, а феминисток просто не переношу на дух, но тем не менее мужской и женский мозг отличаются. Это не в смысле- какой лучше, какой хуже, но это разный мозг. Половые отличия в мозгу есть. Причем, я предупредила, что я феминисток терпеть не могу, поэтому это не феминистическое заявление: женский мозг более эффективно работает.

С сожалением признаю этот факт, потому что я – домострой, все как надо. Но у женщины особая роль, она должна хранить очаг. Это значит, если переводить на бытовой язык, она должна максимально не поругаться с соседями, вовремя осознать, кто враг, кто друг, то есть применить зеркальные нейроны в том числе. Она должна крутиться в постоянно меняющейся обстановке – это жизненно важно, потому что у нее -таки есть материнский инстинкт – детей сохранить.

Поэтому у нее все рецепторы открыты, этот опасный мир она обозревает, она тренирует свой мозг. У нее с белым, серым веществом будьте добры как. Когда говорят, что женщины истеричны, они слабые, а мужчины огого- все викинги. Слушайте, мы не сегодня родились, вы что не видели истеричных мужчин никогда? Лично я их встречаю ежедневно пачками. А также я встречаю невероятно сильных, мужеподобных, даже если они внешне не выглядят так, женщин, которая снесет полпланеты, если ты только дашь им волю, с очень сильным мощным характером, с большой энергией. Это не правильно поставлен вопрос, это все не делится на мужской тип характера и женский тип характера.

Это мы эти слова придумали. Сами придумали, сами в них запутались. Это не про то разговор, но женщин и мужчин нужно по-разному учить. Я некоторое время назад, примерно год назад, вдруг наткнулась на это (изображение), это я с английского перевела, то есть я вообще не перевела, это я вам переведу. Там разговор был такой. Я так скажу. Во-первых, мальчиков надо держать в холоде, что я обнаружила. Причем автор – это очень серьезная работа научная была- он в британских школах был, причем в дорогих частных школах, это важно, почему дорогих, потому что никто не экономил там электроэнергию или уголь. И почувствовал он, что холодновато, а в девичьих школах — не холодновато. И он говорит: «А что у вас так холодно?».

А они ему – это мы давно, это мы за столетия это поняли, британцы, понятное дело, если температура будет, не дай бог, на градус и тем более на два больше, то мальчики просто насмерть засыпают и все, они вообще не воспринимают никакую информацию, просто спят. Они только в холоде себя хорошо чувствуют. Кроме того, они очень любят активное времяпрепровождение, должен быть контакт, у них должно быть много пространства, им надо не запрещать бегать, они должны энергию выбегать, так сказать. Они должны участвовать в совместном деле, у них очень важна состязательность, гораздо более важна, чем девочкам, их надо все время хвалить, одним словом.

Правда в ответ на это говорят, он, когда выйдет на улицу, ему там покажут, какой он гений. Правильно, покажут, но и остальным покажут. В любом случае, он должен все время получать подпитку на тему: ты лучше всех, ой, ты так решил задачу два плюс три, как никто в мире никогда не решал, ты просто молодец, я тобой горжусь. Это им эндорфинов как бы добавляет, чтобы радостнее было жить. А девочки… во-первых, много цвета должно быть, любят цвет, они очень любят доверительные отношения с учителями- глаза в глаза, чтоб можно было посмотреть. «Ах, какие у тебя косички!» «Ой, Мария Ивановна, какое у вас ожерелье -то сегодня!» Потом, вот тоже вещь, которую я, например, не знала, что нужно, они говорят, контролируемый риск.

Вот это, кстати говоря, для меня была новость. Не говорить- ты же девочка, у тебя белые гольфы, что ты носишься как ошалелая, упадешь- гольфы будут грязные. Подстроить, чтобы она упала, подлая учительница должна, но в такую ямку, где она ноги-то не переломает, но ссадина будет, чтобы она знала, что ей делать в случае, если она по-настоящему упадет. Она не должна в обморок сразу, она должна знать- там вымыть, посыпать, снять, забинтовать, то есть их этому риску специально подвергать, но контролируемому риску.

И, конечно, барышне вот это личное отношение. Между прочим, я, естественно, не знаю, кто сидит, знаете ли вы, что проблема аутизма, которая тоже в мире очень большая, что несопоставимые проценты мальчиков и девочек, аутистов -мальчиков существенно больше, чем аутистов -девочек. Знаете, что один из таких бытовых признаков -это контакт «глаза в глаза», если перед вами ребенок, который ни за что- не потому, что соврал или конфету украл, а просто вот избегает взгляда, вот так смотрит- надо отнестись к этому внимательно.

Может это и случайность, а может, не случайность, а вот этот вот признак. Поэтому, в каком-то смысле, хотя у меня нет возможности сейчас об этом говорить, но в каком-то смысле, раздельное обучение мальчиков и девочек, некоторый смысл имеет. Может, на балах надо, чтобы они знакомились друг с другом. Но это как бы другой модус общения, другой.

Занятия музыкой, вот я хочу сказать, между прочим, это, опять же, не десерт, не то, что- хорошо, когда девочка или мальчик знает, кто такой Чайковский, я не про это говорю, это и так очевидно. Я говорю про другое. Занятия музыкой- это, кстати говоря, вещи, которые вообще почти совсем новые, то есть их большинство людей не знает, это из научной современной литературы.

Занятия музыкой, которые рано начаты, они очень ускоряют и активизируют работу мозга. Именно музыкой, потому что это другой тип мозговой работы. Люди, которые вовремя начали заниматься музыкой рано, они Альцгеймера своего отодвинут, понимаете, хотя это прямо к этому не относится, но это рано полученная, очень интенсивная тренировка. Причем, какая тренировка? Эти долготы, длинноты, обращая внимание, где ударение, это было после этого, а это было до этого. Это другая мозговая работа. Она вовсе не про то, важно ли, чтобы он играл «Жили у бабуси два веселых гуся».

Он без этого проживет жизнь. Это не на тему гусей, а на тему тренировки нейронной сети. Качество нейронной сети улучшается у тех, кто занимается музыкой, пластичность мозга лучше, потому что он тренируется особым образом. Влияет, я уже сказала, на состояние мозга в пожилом возрасте. В частности нам известно, что пожилые люди начинают плохо разбирать речь, и не потому что у них уши плохие.

Я всегда привожу примеры из личной жизни. У меня была бабушка, которая не дожила до ста лет три месяца, к сожалению. Была умней меня в восемьсот раз, совершенно замечательно. И стала она в этом возрасте не слышать, что в телевизоре- она очень умная была- она мне говорила: «А что, собственно, там смотреть? Там идет сплошная реклама, изредка перемежающаяся сюжетами, за которыми я не успеваю следить, – что правда,- и я не разбираю, что там говорят». И я сапожник без сапог в чистом виде: я думала, ну ухо, слух. Я из Америки, еще не было здесь ничего, привезла аппаратик, который не видно было.

Она все равно: «Да громко, только все равно я ничего не понимаю». Даже это на меня не повлияло, хотя это мои профессиональные знания. Я должна была это знать. Ухо -то здесь причем? Чем больше я ей добавляю децибелов, тем хуже делаю. Это не ухо, это мозг перестал расшифровывать. Ей лезет децибелов сколько надо. Она не не слышит звук, а не идентифицирует этот звук, это совершенно другая вещь. Поэтому тогда, когда музыкой люди занимаются, вот это качество оно влияет на распознавание, потому что мозг привык анализировать тонкие отличия в физическом звуке.

Стратегия учения.

Забывание, отвлечение, перерывы и сон являются не помехой во владении каким-то материалом, который вы должны выучить, а помощью. Когда говорят- ты отвлекаешься, поэтому не можешь выучит ничего- отвлекается и слава богу! Самое лучшее, что мы можем для себя сделать, это быстро что-то выучить и спать лечь. Потому что перевод того, что к нам в мозг попало в нужный отдел мозга, из которого вы сможете это вынуть, – ведь мало запомнить, нужно вынуть, вынуть нельзя, не вынимается, – для того, чтобы вынуть, нужно спать лечь. Это доказанная вещь, я говорю не анекдот, а факт нейронауки.

Там происходит работа, которая переводит полученные вами знания из гиппокампа в передние зоны мозга, откуда вы их сможете изъять. Я думаю все помнят ситуации, когда ты по-настоящему готовишься к экзамену, не врешь, что готовился, а на самом деле готовишься, приходишь, вытаскиваешь билет, точно знаешь, что ты учил, – пусто, ничего. Получаешь «двойку», возвращаешься домой, в горе ложишься спать, утром просыпаешься, ты ничего больше не учил второй раз, и ты все это знаешь.

Где оно было? Оно где было? Оно же было там, значит, вы добраться до этого не могли. Значит, чтобы добраться, мозгу нужно дать время и возможность. Время- это понятно, а возможность- это спать лечь. Поэтому ночью перед экзаменом надо не работать не потому что ты смертельно устанешь и не сможешь концентрироваться, а по причине, которую я сказала. Кроме того, отвлечение – это хорошая вещь. Если он хочет или вы хотите лежать вверх ногами на полу и при этом пожирать килограммы конфет – на здоровье.

Какая разница, где он будет учить это? Почему он должен сидеть-то прямо за столом. Это индивидуальные вещи: одному нужно, чтобы была музыка, другому нужно, чтоб только ее не было. Кроме того, обучающийся, а также и учитель должен осознать, а что происходит? Он это выучивает для того, чтобы завтра сдать зачет и забыть?

Очень частая ситуация, ничего в ней плохого нет. Или я собираюсь быть профессионалом в этой области, или я должен показать всем, какой я крутой, или я буду двигаться медленно, но зато так, что я им потом покажу кузькину мать всем. Нужно понять, что происходит? Ты сам кто такой? Вот надо ли тебе учить это все? Или тебе надо просто, чтобы экзамен сдать? Почему я не могу лежать в это время, почему я не могу учить это в кафе? Какая разница? Если ваш мозг организован так, что ему нравится работать так, да на здоровье! Перерывы обязательно должны быть.

Движения очень помогают, потому что тело запоминает, дополнительный фактор включается, когда в это время я прыгал или в это время я на велосипеде там ехал, понимаете, то есть это все вещи, которые, на первый взгляд, являются отключкой от дела, а на самом деле это вовсе не оно- они помощники. Кроме того, я кто? Но вот тренировка способности концентрироваться, есть способы, можно научиться это делать, тренировка памяти, как игра, этим можно специально заниматься – тренировать не выучивание данного урока, а выучивание того, как запомнить — это совершенно другое учение. Вот Древние греки- я узнала, у меня коллега есть, которая древнегреческий преподает- у них, оказывается такая была мода: они, ложась спать, должны были вспомнить максимально подробно, что они делали с момента, когда они проснулись.

Вот проснулся, повернул направо- налево там, потом пошел- маленькими шажками- кого встретил, в каком порядке и так далее. Вот оно. Две тысячи лет назад люди знали, что с этим делать. Кроме того, есть свои методы запоминания: одни любят, чтоб были таблички, а другие, как я, вероятно, с низким интеллектом, человек вспоминает, в какой книге это было написано, как там было это изображено, а я думаю- помню, желтенькая была книжечка, помню, я , как дура, поставила на нее чашку с кофе, и на этой странице у меня чашка эта отпечаталась, что я ненавижу, когда с книгами так, а, вот что там был написано! Я не обещала никому, что я должна запоминать так, как компьютер, я вообще никому ничего не обещала.

Как могу, так и запоминаю, это мое личное дело. Мне главное узнать, я буду это делать рано…. я сова, если я раньше десяти вечера сяду делать что-нибудь осмысленное, не бумажки перебирать или файлы листать, а думать, мне самой писать надо или еще что-нибудь. Раньше десяти вечера- чистая трата времени, в моем случае. В моем, это не значит во всех.

Я знаю людей, которые в пять утра встают и работают как чумовые до восьми утра. Да мне лучше сразу утопиться в речке, я просто не могу этого делать и не смогу никогда- бесполезно. Вот то, что я студентам говорю и вам, извините за такую настырность, лучшее, что мы можем для себя сделать- это с собой познакомиться, как можно раньше- я какой? Я активный или я люблю сидеть, я люблю быть на сцене и мне нравятся аплодисменты или я люблю сидеть в углу, чтоб у меня настольная лампа была, чтоб только никто ко мне не входил? Тогда я должен работать в архиве, что я лезу-то на сцену, устраиваю себе стресс? Я умный или глупый? Ну себе-то можно это сказать? Я красивая или некрасивая?

Я другим могу голову морочить, но один раз можно войти в ванную комнату, смыть косметику и посмотреть внимательно и себе сказать: «Номер не вышел». Нельзя врать себе. Нет, ну другим надо соврать, но себе-то не надо врать, как вот этот кот со львом, когда ты смотришь в зеркало, ты должен кота увидеть, не льва, потому что другие могут увидеть кота, это ты думаешь, что ты лев.

То есть свои методы. Дальше, кем я хочу быть? Может, я буду красавицей и умницей, и все. Хочу быть женой, хочу рожать восемнадцать детей, не хочу учиться в университете, а что надо? Обязательно надо? Зато пироги пеку, как никто. Надо решить- моя цель какая? Всем нос утереть- это одна задача, продвинуться в науке, потому что я хочу, чтобы мне рукоплескали, – это другая задача. Занимаюсь наукой, потому что мне страшно интересно- мой случай- как только мне перестанет интересно, я закончу в первую секунду, я вам клянусь.

То есть, что мы делаем? От этого зависит, как мы учимся. Я учусь, чтобы мне завтрашний день … марксизм-ленинизм надо сдать, если я не сдам марксизм-ленинизм, меня выгонят из университета. Это не значит, что я хочу знать, что они написали там. Последнее, что я хочу знать, что они там написали. Есть вариант шпаргалок много написать, я так и делала, разумеется, полная сумка шпаргалок, хорошее дело. Потому что моя задача не выучить, а сдать.

Я так расшумелась, давайте к концу подойдем. Я хочу сказать, что обучение меняет мозг. Это очень важная информация. У всех вас, включая меня, за то время, пока мы здесь сидим, мозг изменился. Каждый из нас должен отдавать себе отчет, что тот мозг, с которым мы пришли в этот мир и тот мозг, с которым каждый в свое время предстанет перед создателем- это совершенно разные структуры, и не потому, что мы выросли, постарели, ухудшилась память, это само собой.

Наш мозг, с которым мы земную жизнь заканчиваем, это тот мозг, на котором написан наш личный текст: какой губной помадой пользовалась, чего ела, чего пила, с кем общалась, что читала, какие юбки носила, кто были мужья- вот весь текст- это ваш текст, личный текст, ни у кого другого такого текста нет. Это серьезное дело. Этот текст меняется каждую секунду или даже миллисекунду.

Все, что мы сейчас говорим или слушаем, оно уже там лежит. Этот мозг уже другой, и он меняется физически. Меняется качество и количество нейронов и нейронных щупалец этих, дендритов, аксонов. И даже та среда, в которой лежат эти нейроны, меняется. Количество их, величина нервных волокон меняется в зависимости от того, что и как мы учим, то есть это физические изменения.

Эффективность серого и белого вещества, которые обеспечивают наше мышление, меняется. Вот так это выглядит (изображение). Я не понимаю, как по такой сети может хоть какая-то информация хоть куда-нибудь прийти. Это не рисунок, а электронно-микроскопическая фотография некоторой части мозга. Вот как это содержит, я не знаю, Шекспира, вот это как? Вот видите, что там делается.

Тренировать, я повторяю, можем память отдельно, внимание отдельно, скорость. Есть методы, просто это нужно много лекций на эту тему читать. Скорость, когнитивную гибкость. Вот здесь на секунду остановлюсь, как быстро переключать внимание с одной задачи на другую.

Это, может, в обычной жизни не так и важно, но, предположим, вы в ситуации стресса находитесь, когда вам надо очень быстро принять решение, я не знаю, в машине едете- столб стоит. Некогда вспоминать траекторию полета машины, понимаете, тангенсы и котангенсы здесь не годятся. Здесь нужен очень быстрый глобальный, если научным языком выражаясь, гештальтная оценка ситуации, всей сразу, мозг должен тренирован быть на это. И я повторяю, можно тренировать.

Быстрая адаптация к меняющимся условиям, то есть всегда-то было так, только сегодня не так, а я привык так. Привык? Проиграл. А она другая уже ситуация, всегда была такая, а теперь другая. Эффективное переключение с задачи на задачу, тренировка себя на то, чтобы выполнять одновременно несколько вещей. Не потому, что нужно, а потому что тренировка. Вот я , например, делаю много вещей параллельно, но не потому что я такая способная, тут можно, что хочешь говорить, заслуги моей тут никакой нет, вот оно выходит так. Я даже люблю, когда я читаю несколько книг одновременно, но одновременно не в смысле, они все рядом лежат, но в смысле, я переключаться привыкла. Не знаю, мне нравится.

Принятие решений.

Никто не обещал, что логическое принятие решений- самое лучшее. Нет. Есть ситуации, в которых логика не помогает вообще, она не действует просто, значит надо уметь решать не логически. Ну вот, в качестве одного из примеров. Есть компьютерные программы, которые играют в шахматы, но мы знаем, что уже всех чемпионов переиграли, все, полный завал. Значит, там, где идет счет, нам не переиграть компьютер- суперкомпьютер, бесконечная память, невероятная скорость, триллионы операций в секунды, количество этих триллионов растет с огромной скоростью, то есть мы это проиграли. А игра в «Го»?

Реплика из зала:

Очень скоро будет

Татьяна ЧЕРНИГОВСКАЯ

А вот говорят, что не будет.

Хорошо, как справляется компьютерный алгоритм с ситуацией случайности, а именно кости? Это во- первых, а во-вторых ситуации истерического решения?

Реплика из зала:

До сих пор даже в карты не переиграли…

Татьяна ЧЕРНИГОВСКАЯ

Ну, в общем, нам скоро крышка. Потому что дело не в картах, а если эти железяки начинают делать такие вещи, то мало нам не покажется.

Ну и вот важная вещь. О пользе бесцельных размышлений. Это, между прочим, научная вещь. Мысли сами бродят, оно само пришло в голову, я не знаю, как оно получилось, не надо себя останавливать.

Если ты ходишь, и у тебя не известно что в голове происходит, вот как-то оно там мелькает- это и есть та среда, в которой происходят открытия. Это точно известно. Некоторые фирмы, в Японии, например, дорогая фирма, они себе нанимают сотрудника, который страшно раздражает всех, потому что он получает большую зарплату и не делает ничего, всем мешает. Он ходит, то ноги на стол положит, то пристает, что -то смотрит, кофе… Как все чумовые японцы работают, он чего-то делает. Так он ходит года полтора, потом говорит: «Мне кажется, надо сделать вот так». Три миллиарда доход! Что он делал все это время? Вот он что делал. У него такая голова. Другой вопрос, что это надо унюхать, этого человека надо как-то обнаружить, что он из таких, который неизвестно что. Мы же не знаем, какая там информация играет, что его навело? Он увидел, как птичка пролетела- батюшки, вот в чем дело, и вовсе не про птичку. Эта птичка его просто толкнула на определенный шаг.

Напоследок вот, что скажу. (изображение) Это тоже не рисунок карандашом, а это результат обработки того, что происходит в мозгу. И вот эти нити показывают связи, которые есть между определенными отделами мозга в то время, как он решает какую-то задачу.

Я, собственно, хочу на этом закончить, имея ввиду, что, конечно, современная техника абсолютно невероятной мощности, и она растет и растет. В эту область огромные деньги идут сейчас во всем мире.

В Соединенных Штатах проект «BRAIN» с огромными инвестициями, как частных компаний, так и федеральных. В европейской среде несколько проектов, посвященных мозгу. Капитализм деньги считает. Раз вкладываются такие деньги, все понимают, что именно это является основой победы в другой цивилизационной войне, понимаете, там не отвертки решают, а вот такие вот вещи. Это не только влияние на технику, на медицину, это влияние, извините, на вооружение, на манипуляции сознанием – это огромная область. Поэтому, кто не дурак, тот понимает, куда надо деньги вкладывать. Одна из этих областей, возможно даже самая-самая.

Спасибо! Я вам всем, нам всем желаю не тронуться умом от всего этого.

Вопрос слушателя

Вот вы несколько раз повторили: «Есть я и есть мой мозг», все-таки, кто такой тогда я? Ну я не про тело говорю, естественно. Мне все-таки кажется, что я – это и есть мозг.

Татьяна ЧЕРНИГОВСКАЯ

Я надеялась на это, но последнее время у меня как-то разрушились эти иллюзии, потому что в той ситуации, в которой мои знания находятся сейчас, я не могу сказать, что мой мозг и я – это одно и то же. Я сейчас объясню, в чем дело.

Одним зимним вечером сидела я и вдруг мне приехала статья, из которой следовало, что мозг принимает решения за тридцать секунд – это гигантское время до того, как человек об этом знает. Я думаю, это, наверное, от усталости у меня такое.

Читаю. Они делают что? Человек должен выполнять какое-то задание, при этом его башка находится в томографе. И значит, томограф этот – не важно в данном случае, как это снимается — и он выполняет определенное задание. Томограф щелкает и там ясно, что он задание принял. После этого идет время, а для мозговых дел – тридцать секунд – это дикое время, а он потом на кнопочку нажимает.

Это что было? Кто принял решение? Ему сказано, как только решишь, быстро нажми на кнопку. Разумеется, проверили, что это не моторное, не то, что он тянулся долго. Там профессионалы работают.

Думаю, батюшки мои, что же это такое. Стала смотреть, нашла авторов, написала письмо сразу и говорю: «Букву «м» не забыли? Может, миллисекунд?» Говорят: «Нет не забыли». Что делать, вообще, с этим? А дальше начинается the mind’s best trick. Я на костер не пойду за те слова, которые я сейчас кажу. Но мне очень неприятно, но было бы совсем ужасно, хотя и возможно, если мозг, помимо того, что он меня утешает, что я сама решение приняла, что он, к тому же, мне посылает сигнал, о том, что я есть. Он есть, это да. Он тебе говорит — спокойно, ты личность, голосуешь, все в порядке. Тогда это страшный розыгрыш и оскорбление нам как Homo sapiens, целиком цивилизации. Я надеюсь, что это не так.

Это я так весело рассказываю, на самом деле это трудный вопрос. Потому что, как ответить на него, какие факты должны появиться, даже теоретически, вот на столе, какие факты бы я хотела, чтобы мне фея принесла, которые бы мне доказали, что мозг и я – это одно и то же. Как это доказать-то?

У меня даже нет минимального прогноза. В общем, мы должны к нему всерьез относиться, потому что ведь он же нас обманывает. Про галлюцинации все помнят? Я в дурдоме лучшие годы жизни провела. Я вам хочу сказать, что человек, у которого галлюцинации, нет способа его убедить, что на этом столе нет четырех зеленых чертей. Потому что они для него такая же реальность, как для меня стакан. Он его видит, слышит, обоняет. И я еще спрашивала (белогорячечники очень хороши для этого), я его спрашивала:

– А на ощупь какой? Пахнет серой?

– Серой.

– А на ощупь какой?

– Ой, такой мерзкий липкий, жесткий.

Понимаете, его нет вообще. Мозг ему морочит голову, подавая ему все сенсорную информацию, такую же. И напоследок, чтоб врубить, так врубить. У вас какие сеть основания считать, что все здесь есть? Какие? Я студентам тоже голову морочу. Они у меня говорят, мы сейчас подойдем, Татьяна Владимировна, и вас щипнем. Я смеюсь сатанинским смехом, потому что их щипок находится тоже внутри моей галлюцинации, из этого нет выхода.

Только начать в эту сторону думать, тогда к психиатру все отправляемся. Нет причин. Из того, что вы говорите: «Мы видим то же самое» ничего не следует, потому что может и вас-то нет, это у меня все. Равно как и меня нет, это у каждого в голове, это вообще, это беда. Так что про это все забыли. Коньяк, и… все в порядке.

©Татьяна Черниговская

Пять квантовых экспериментов, демонстрирующих иллюзорность реальности

Татьяна Черниговская: Как научить мозг учиться

Не знаю, все ли это осознали, но ясно, что мы все вошли в какую-то другую цивилизацию за последние годы. Совершенно непонятно, что это такое, но этот мир, в котором мы сейчас оказались, точно не такой, как все предыдущие тысячелетия.

Потому что, хорошо, человек двигается на лошади или на велосипеде, или на медленно идущем поезде – это одна история. А человек, который летает в космос и за шесть часов перелетает через океан на другой континент, – другая история.

И вот этот весь виртуальный мир, в котором размыты географические границы, – вы не знаете – человек, с которым вы беседуете по скайпу или он вам пишет, он находится в соседней комнате или он находится в Гималаях? Более того, вы даже не знаете — реальный это человек или нет, или это группа людей, ну и так далее, не будем, это могла бы быть интересная тема, но другая.

Все как-то разъехалось. Разъехалась география, разъехалось время, разъехалась идентичность людей. Непонятно, я это кто и вообще есть ли я, и вот этот другой – это кто, это реальный человек или нет? Или это какой-то интернет-ресурс, у которого есть имя и фамилия и якобы это чья-то подруга, а на самом деле это спецслужбы целиком работают на этот интернет-ресурс.

То есть что-то такое произошло, это совершенно ясно. И как нам из этого выпутываться тоже непонятно. Я вообще алармистка, я не паникерша, но опасности вижу очень много, в том числе и на этом пути. И не в том смысле, что какой-то безумец на кнопочку нажмет, такая опасность есть, но в том смысле – мы умом не тронемся от этого мира? Мы вообще это можем переварить, вот эти антропологические изменения, которые в мире произошли?

Ясно, что дети, которые вырастают, – это совсем другие дети, потому что они в другом совсем мире живут. Доступность информации огромная. Что с этой информацией делать?

Я помню, когда я писала кандидатскую диссертацию, был вопрос – где взять литературу? Сейчас вопрос – как от нее избавиться, куда ее деть, эту информацию? Каждый день приходят десятки статей, даже если взять (я во многих областях работаю одновременно), но, если взять любую из этих областей, то по каждой из них каждый день выходят десятки статей. Я не беру плохие статьи, даже хороших выходят десятки, научных. Значит, их не только нельзя обдумать, их даже нельзя прочесть.

Получается парадоксальная ситуация, что информация что есть, что нет. То есть она есть, а что с ней делать? Ты просто не можешь, иначе ты будешь только читать. В общем, какая-то беда. Как с этим быть, непонятно.

Также непонятно, как организовывать образование в таком случае? Я, как маньячка, все время говорю, что мы же не можем держать детей в школе 16 лет, чтобы все это пройти. С другой стороны, мы не можем делать вид, что все закончилось на Ньютоне, правильно, потому что после Ньютона много чего произошло. Значит, если мы скрываем информацию, потому что мы ее не успеваем сказать детям, значит, мы их обманываем.

Человечество имеет уже знания, далеко ушедшие. Мы им не говорим, что не честно. Если мы будем говорить, то они там будут 20 лет торчать в этой школе. Значит, нужно резать какие-то куски. Как резать, по какому принципу? То есть с этим что-то надо делать. Это, разумеется, осознают и обсуждают, но что-то я не видела разумных решений.

Но вот это вступление отчасти к тому, о чем я буду говорить.

Думаю, что когнитивная наука, внутри которой я работаю, это, к сожалению, модный термин, и даже почти неприлично его произносить, что-то вроде нанотехнологий, они настолько маленькие, что их никто не видел. Но вот с когнитивной наукой как бы все, потому что туда вот по классике входит: лингвистика, психология, искусственный интеллект, нейронауки, философия, потому что без нее тут не обойтись, то есть это зонтик такой, в который входит много чего.

Но если про все это забыть, то когнитивная наука стала такой модной, потому что она про то, как мы или не мы, а кто-то другой, с кем мы еще не встречались или встречались, например, кот или компьютер, как он обрабатывает информацию вообще? Что он с ней делает? Ну и естественно, что центральным образом это все крутится вокруг человеческого мозга. Если бы он дал себе труд, этот человеческий мозг, нас подпустить к своим знаниям, то это бы определило очень многие области нашей жизни, включая образование, все его уровни, потому что мозг, если что и умеет, то учиться.

Вот он для этого создан, для того, чтобы обучаться. И он знает, как это делать. Хорошо бы, чтобы он нам это сообщил. Вот тут вы могли бы задать мне справедливый вопрос, который я сотни раз слышала: «Вы говорите «он» и вы говорите «я», вы хотите сказать, что ваш мозг и вы – это разные, почему вы говорите «он делает это…», почему не «я делаю это»?

Отвечаю прямо сразу – да, мы разные. Есть заблуждение, которое в бытовом языке присутствует, когда я говорю «мой мозг». Это очень самонадеянно. Нет, это он должен сказать: «Ты здесь что? Я здесь временно разместился. И я, вообще-то, управляю ситуацией». Что правда – управляет ситуацией он. И это оскорбительная для нас картина. Я постараюсь об этом поговорить.

Люди – это такие существа, которые очень любят иметь дело с виртуальной действительностью, они имеют дело со знаками. Меня всегда интересовало – ну вот, скажем, стоит стакан с водой. Вот он уже есть – реальный стакан, в нем вода. Его зачем рисовать? Серьезно вопрос задаю, без шуток. Откуда взялась идея дублирования мира?

Все искусство, равно как и не искусство, а язык, он дублирует: реальный стакан дублируется словом «стакан», никаких там «тургеневских барышень» не было на свете, пока Тургенев их не придумал, после этого все барышни думают: «Так надо же в обморок падать». Чуть что – падаешь в обморок. Вокруг все носятся: нюхательные соли, платочком там, все такое. Так же, как не было никаких Рахметовых, пока не появился Рахметов, после чего всем стало ясно, что нужно спать на гвоздях – испытывать характер.

Не было никаких «лишних людей», об этом Лотман еще говорил, кстати, про «тургеневских барышень» тоже. «Лишние люди», оказывается, есть: бездельники – извините за цинизм, я сознательно цинична – встали с диванов, отбросили кальяны и говорят: «Мы же поколение лишних людей».

То есть вот эта вот игра в символы такие. С того момента, когда это чем-то называешь, оно вроде этим и становится. Вот эти все дубли, с чем мы имеем дело — математика, например, что это такое? Числа- вот что такое «2»?

Я не банальный вопрос задаю, понятно, что два – это вот так вот пишется или вот так вот, я не про это. Вообще, вот это что такое? И что она обозначает? Понимаете, любой вопрос, который дальше задаешь, он неизвестно куда…

Время.

Это все могли быть предметы отдельных и довольно больших лекций. Время оно объективно есть или оно в голове у нас есть только, а его на самом деле нет? Вы мне, понятно, скажете, что Эйнштейн нам.., это я все сама знаю, но есть и другие, я имею в виду, например, Бергсон с Эйнштейном, они друг друга просто убивали, потому что тот говорит – время интуитивно, его длина, а никакой объективности нет, а одна минута у вас может длиться год и год может длиться, условно говоря, как минута. Это зависит от состояния, контекста и так далее.

Время течет в одну сторону? Вот вопрос, если ребенок задаст, то ему двойку поставят в школе, а это очень серьезный вопрос. Время течет в одну сторону, оно течет с одинаковой скоростью? Оно течет без перерывов? Всегда считали, что да, а в квантовом мире? Не буду о страшном на ночь. Может оно у нас в голове?

У нас такой мозг, который порождает время, математику, музыку, язык. Будь другой мозг – не порождал бы. Что творится в мозгах у курицы, я ума не приложу и никогда не смогу приложить ум к этому, потому что никакого хода в это нет. От того, что мы в курицын мозг понавставляем электродов или его нашинкуем, как капусту, мы ничего не увидим, кроме ткани, это не будет говорить нам о том, как условная курица видит мир.

Это тем более характерно для людей. Нет у меня способа узнать, что в голове кого-нибудь из здесь присутствующих находится, и никакая аппаратура мне не поможет никогда. Потому что аппаратура про другое. Потому что, я повторяю, что там человеческий мозг- смотрим, что там деепричастие, что ли, увидим, часы или что там лежит? Там нейроны лежат. Что делать-то дальше, как перешагнуть от нейронов к Шекспиру, как собираетесь перешагнуть?

Едем дальше. Вот предки наши так выглядели. Это реконструкция неандертальцев (изображение на экране). Между прочим, несколько лет назад, я когда (ну я же университетский профессор, студентов учу) про происхождение человека, происхождение языка там несколько лекций у меня в курсе сеть, читала, я говорила снобистские, и это все было неправда, как позже оказалось, но я извинялась уже – я говорила – неандертальцы — бастарды такие, они нам не родственники, тупиковая ветвь, мы их переиграли, они загнулись и ничего не оставили.

Это все было правдой до тех пор пока не секвенировали геном, а когда секвенировали геном, как человеческий, так и неандертальский, то теперь мы точно знаем, что а) смешение было, что неандертальские гены есть в людях и они по-разному распределены по планете. Например, наибольшая их концентрация- никто не имеет понятия- на севере Италии почему-то много неандертальских генов. Я думаю, этим обязаны мои любимые вина «Бароло» и «Барбареска», там уж очень они хороши. Ну, в общем, шутки шутками, представьте себе время, когда на планете жили несколько видов Homo, вообще вот я не знаю, куда смотрят фантасты? Хороший сюжет. Представьте себе, что у вас дома живет кошка, и не вполне кошка- недокошка и посткошка, вообще, что это такое?

Так вот, были люди, которые были разных уровней развития, можете себе представить, они конкурировали, и кстати тогда, когда я неправду говорила, что они не смешивались, я тогда же думала, а почему они не смешивались? Понимаете, моральных запретов не могло быть, значит мог быть только биологический запрет. Это значит, что эти виды homo- разные homo — осознавали соседей как другой биологический вид, и тогда действует биологический запрет, то есть нет объяснения, почему бы им не… так прекрасно скрещивались.

Поэтому я повторяю, даже в современных людях, говорят, все вымерли. Я недавно шла мимо Мариинского театра (я вообще люблю про жизнь) там шел неандерталец. Вот такой (изображение). У него был лоб вот такой, нависающие надбровные дуги, он был такой коренастенький. И все говорили, что у них не было потомства, то есть, как бы все кончилось- у него была коляска, он вез коляску, там другие неандертальцы лежали, так что все в порядке. Ну, в общем, смех, конечно.

Вот это не картинки (изображение), то есть это рисунки, конечно, но это реальные реконструкции по останкам. Вот так примерно эти ребята выглядели. Ясно, что это уже никакая не обезьяна, это люди, и у них много чего было: у них было символическое мышление, как мы понимаем, потому что есть артефакты на тему украшений.

Не знаю, знаете или нет, что несколько лет назад на Алтае был открыт еще один вид человека “Денисовский человек” (Homo denisova), или “человек Алтайский”  (Homo altaensis) он называется. Вот я была в этой пещере Денисовской, и там как раз была эта команда, которая это все делала, так что страшно интересно было. Они в пещере, которая размером примерно с этот зал умудрились откопать- вообще, как они работают, археологи, – это фантастическая работа, они же просеивают ситечком вообще все на свете – они откопали фалангу мизинца тринадцатилетней девочки. Эта фаланга попала к генетикам, которые отобрали нужного качества материал, сиквенировали геном, совершенно обалдели от этого дела, потому что они обнаружили, что это другой геном, что это не неандертальский, чего они ждали, ну в общем, открыт еще один вид людей.

А недавно я в «Сапсане» в Москву ехала, и еще какого-то отрыли в Африке, в общем, нет конца этому делу, ничего мы про себя не знаем. Но, что интересно, почему я говорю про символическое мышление, потому что там же, где мизинец этот лежал, там были украшения. Украшения- это признак высокой степени организации сознания, потому что украшения ни для чего не нужно, практически, оно нужно только либо как ритуальное, а это говорит об очень высоком уровне развития психического, либо дарить, то есть это уже не звериное.

Так там найдены (сама видела) браслет, из чего-то, что на мой вкус – нефрит, может это не нефрит, но похоже, из двух частей он сделан и он скреплялся кожаными тесемочками такими; кольцо из камня – вы попробуйте сделать из камня кольцо, вам понравится. Нет, ну как сделать из камня кольцо, вы представляете, какая технология? Там еще был, конечно, чистый смех, а именно, бусины страусиные. Откуда там страусы, я спрашиваю, я думала, я очень умна, как это со мной бывает ошибочно, и говорю: «Может, здесь тогда климат был другой, какие страусы тут ходили». Они посмотрели на меня с сожалением, естественно, и говорят: «Вы думаете мы вообще не понимаем, что делаем? Мы, разумеется, проверили — не было там никаких страусов». Как туда попала бусина из страусов?

Но это все-таки требует объяснения, что торговля что ли была на таких расстояниях? Это значит нам вообще тогда… давайте разойдемся спокойно, пойдем выпьем пива. Это значит, что мы вообще ничего не понимаем, то есть это вообще другая история тогда была. Ну вот, кроме того, у них – о чем бы я тоже долго могла говорить, но не буду, это я вас завораживаю – у них найден ген, есть такой ген FOXP2 , который кандидат на ген, который очень сильно влияет на языковую способность. То есть, тот, у кого есть этот ген, он говорящий. Правда, этот FOXP2 есть и у других биологических видов – в этом неприятность, у которых не замечено, что это грамматики, скажем у крокодилов.

Вот слезы замечены крокодильи, а грамматики как-то никто у крокодилов не видел, а ген этот есть у него. Это как-то всех стало смущать, но потом оказалось, что это тот же ген, который человеческий, но он отличается на две аминокислоты, и это существенные вещи, мы сейчас не будем ее обсуждать. Зачем я про это говорю? Потому что у неандертальцев и у денисовцев – вот этот вид FOXP2 , из этого следует, что они могли говорить. Доказать это мы не сможем никогда, потому что понятно, никаких свидетельств нет и никогда не будет. Но наличие этого гена — очень подозрительная вещь.

Это значит, что наша история уже как развитого homo – вида гораздо древнее, чем мы предполагали. И повторяю, мы не договаривались до украшений такого рода. Кольца там, вообще, что такое? Так вот, если неандертальцы — лучшие мозги наши, как так вышло, что мы доразвивались – «мы» – это я случайно сказала – не мы, а они доразвивались до такого феноменального уровня, мы не знаем.

Ясно, что мозг эволюционировал в нужную, как мы понимаем, нам сторону. То есть развивалась кора и не просто вся кора, а передние зоны коры, которые и определяют наш высокий интеллектуальный и психический уровень. Более того, скорость развития разных зон мозга была разная, что само по себе очень странно. Почему бы им не развиваться, всем этим зонам, с одинаковой скоростью? Почему стали развиваться те зоны, из которых получились вот такие существа высокоразвитые, которыми современный человек является. Не правильно задан вопрос, потому что на вопрос «почему?» ответить нельзя. Разве что креационизм, если на эту дорогу встать, тогда Господь посмотрел на все это и сказал: «Хватит. Обезьянничать хватит. Мы вот там хромосомку подкрутим, тут немножко аминокислоту подправим, и поехало в нужную сторону».

Но это я хулиганю, конечно, так вопрос ставить нельзя, на это нет ответа. Ответ, который полагается давать- естественный отбор, все это в пользу бедных, потому что, он, конечно, есть, я не спорю с этим, но а что это значит? Все равно, что говорят: «А это у нас инстинкт». Вот человек или животное делает то -то и то- то — это инстинкт. Это что значит? Я книжки читала. Я дважды доктор наук, все считают меня психологом к тому же, это неважно, кем они меня считают, я имею в виду, что в книжках написано, я знаю, я не двоечница. А теперь после этого вы мне ответьте, а что такое инстинкт? И что-то я ни разу не услышала ответа. Это что-то вроде Джокера в картах. Когда ты не знаешь, как это назвать, говорим – а это у нас инстинкт будет называться. Инстинкт это что?

Ну хорошо. Мы же все-таки про учение. Вот эта карикатура (изображение) отражает нашу систему образования, особенно ту, которая вокруг ЕГЭ, потому что это- объективно давайте проверим и сдавать все будем один и тот же тест- это тест «Влезть на дерево». Только сдают его слоны, рыбы, обезьяны, птицы, тюлени, ну и дальше можно продолжать этот ряд.

А оценивать будем объективно. Только он не может сдать его по понятным причинам. То есть, что-то у нас здесь не то. Вот если бы ЕГЭ не дай бог предложили сдать Пушкину с Лермонтовым, то они бы их точно провалили. Не потому что они не дожили до Нильса Бора, а потому что они его в любом случае бы провалили, что не отменяет их гениальности. Я тогда спрашиваю- на кой нам это черт?

Один мой приятель и коллега в свое время тест IQ адаптировал для русскоязычной публики, и мне дал дискету – посмотри, говорит, ее. Я ее включила дома, как дура, я бы сказала, а там она еще считала время реакции. И она мне выкидывает вопрос: Платье в штате Техас стоит 134 доллара (вымышленная цифра) 54 цента, налог на продажу 4 и 75, а в штате Айова такое платье стоит столько-то. Так где купить?

Вот еще раз говорю, если меня будут в масле варить, я эту задачу не решу. Потому что я очень плохо считаю. Если в ответ на это они мне скажут, что у меня узкий и низкий одновременно интеллект, то я злобно посмеюсь. Потому что я то знаю, что у меня сильный интеллект и, независимо от скромности, сообщаю это публично. Ну смешно говорить, из того, что я не умею считать, следует только то, что я не умею считать. А если не секрет, мне зачем уметь? У меня вот есть кое-кто, кто считает. Также мне не нужно помнить таблицу логарифмов, разве что, если я больная. Потому что есть люди с патологической памятью, которые на вопрос, какой день недели в Италии был 17 ноября 1654 года, отвечают – среда. Проверяешь- и правда среда. Ну и что? Он не знает, как кофту застегнуть, зато — среда! Ну что это?!

В общем, вот это вот, чего нам не надо (изображение). Конечно, не всем везет так, как некоторым. Но эти некоторые, заметьте, чрезвычайно медленно и плохо развивались, были на грани того, чтобы не быть принятыми в школу и под подозрением недоразвитости мозга, а это Эйнштейн- один из лучших мозгов планеты. Это, кстати, родители должны иметь в виду. Из того, что ребенок какой-то не такой, может разное следовать.

У меня был какой-то период в жизни критический, когда я подумала, до чего мне осточертела эта Академия наук и вообще все, провались они… Пойду детей учить в школу, но я быстро опомнилась, я испугалась, я вам честно говорю, клянусь, правду говорю. Я подумала, вот сидит в классе 20 человек, откуда я знаю, кто они, эти дети? Один из них, может быть, этот, второй, может быть, Моцарт, третий, может быть, Гитлер, четвертый, может быть, Пикассо. Откуда я знаю, как я смею их учить? Учительницы счастливо не боятся этого факта. Они об этом не подозревают. Они считают, что вот сидят там… им надо показать!

Ну хорошо. Учение происходит не только в школе, учение происходит всегда. Мозг, если что-нибудь и умеет, причем любой мозг, всехний мозг, не только человеческий, если он что-нибудь и может, то учиться. Вот это он знает, как делать. И учение происходит всегда: в лесу ли вы гуляете, блины ли вы печете, он, знай, работает, он свое вынимает из этого. И не только на тему, как печь блины, он попутно с этим еще много чего придумал. Вот не жмотился бы, рассказал бы, как он это делает.

Почему сейчас такая мода на это пошла? На что влияют наши знания о мозге? Точнее сказать, на что должны были бы они влиять? Как организовать образование? Может быть, не надо вкачивать в людей такое количество информации? Зачем ему таблица логарифмов, ну, условно, это я как метафору говорю. Ему зачем знать, когда Наполеон женился на Жозеффине – это что, важная информация? Или, может, он в Гугле это узнает через полторы секунды? Но вы могли бы мне сказать, и я сама себе все время говорю, и это правда, если мы отступим на противоположный полюс, тогда мы будем иметь тотальных дилетантов вообще везде, они ничего не будут знать, кроме общих идей. Что тоже нас не устраивает, потому что я не хочу попасть к хирургу, который знает общие идеи, я хочу попасть к хирургу, который знает анатомию.

То есть здесь есть опасности, конечно. Может, их надо научить извлекать информацию? Например, вот мы студентам это говорим, мы говорим: «В Гугле – это если вы забыли, как соус делать, а если вы всерьез, то Гугл — это не то место, где ищут информацию, а есть вот такие-то сайты». Мы им там- страницу сайтов, которым мы доверяем.

То есть, может, их надо метовещам учить – где брать. Как научить учиться? Может их надо учить тому, как учиться? Как контролировать внимание и память? Ну вы, наверняка, все знаете, что огромное количество детей и вырастающих из них взрослых с дефицитом внимания, которые на одном месте усидеть не могут не потому, что они мерзавцы, ну вот так сложилось. Они не контролируют свое внимание, у них расхлябанная память какая-то, они что-то не знают, как делать.

Короче говоря, вот такие метовещи. Этого очень много, количество таких детей растет. Растет оно потому же, почему раньше нам не объявляли о катастрофах, а теперь объявляют, то есть их и было столько, да мы не знали. Или их на самом деле число растет, тогда это вопрос, как бы серьезный. Это что, мутация какая-то пошла, что все вдруг разучились читать, писать?

Количество людей с проблемами чтения и письма огромное – миллионами людей исчисляются, многими миллионами людей. Это проценты, скажем, англоязычного населения там, ну примерно, это очень условные цифры, потому что никто не сканировал весь мир, но, условно скажем, 30% людей, представляете, сколько это миллионов людей, у которых проблемы с чтением и письмом. Вы можете сказать- у нас есть Spell Checker , он за нас там напишет. Мы же не про это говорим, а мы говорим, что у них здесь-то творится, если он «корову»-то написать не может. Что у него в голове?

Как научить правильно классифицировать и упаковывать информацию, опять-таки мне уже даже надоело говорить про это, но как ее положить? Вот в этом смысле компьютер- хороший пример, потому что вот эти все статьи, которые мне валят, не говоря уже о том, сколько сумасшедших мне пишет, рассказывая, как устроен мозг и что такое сознание, как с инопланетянами… вчера они объяснили это. В общем, все в порядке. Если отставим этих сумасшедших, а просто научные статьи – куда их деть? В какую папку их положить? На букву «А»?

Туда, где дети, туда, где глаголы, туда, где позитронная эмиссионная томография, куда это деть-то все? У меня папочка есть, называется по-русски, на одном компьютере «Другое», а на другом называется «Ада». Эти папки можно спокойно стереть, потому что в них гигантское количество свалки лежит. Она что есть, что нет, ее все равно разобрать нельзя. То есть это я сама с собой играю в игру, как будто я сохранила, я найти-то не могу все равно. Вот в голове -то у нас то же самое происходит.

Как это найти? Вот я хочу, чтобы всем было понятно, хотя со мной не все мои коллеги согласны, но у меня много есть доказательств, вполне научных – мозг запоминает все, мимо чего он прошел, унюхал, попробовал, услышал, потрогал и так далее. Мозг не решето, ничего не высыпается из него. Поэтому не надо слушать плохую музыку, не надо читать плохие книги, не надо всякое дерьмо есть, не надо дрянь пить, не нужно общаться с плохими людьми – это все там и осталось, весь этот яд там лежит. Вы о нем не знаете до поры до времени, во-первых. Во-вторых, мозгу глубоко наплевать на то, знаете ли вы про это или нет, потому что он своей жизнью живет, что хочет, то там и делает.

Дальше. Структура и организация общества могла бы зависеть от того, что нам известно, мозг- сложнейшая из систем, сопоставим только с Вселенной. Ничего сложнее, чем мозг, мы не знаем. Мы и про него ничего не знаем, мы знаем одно точно, что это сложнейшая система. Если эта система в случае нормы, а не патологии, правильно работает, значит, она знает, как работать. Слабо бы ему нам сказать, может, мы бы организовали как-то жизнь на земле, чтобы она получше была организована именно. Как ее организовать? Если нам удастся подсмотреть, как он это делает, может, мы сможем это применить? Это принцип функционирования сложных систем. Общество- это сложная система.

Как принимаются решения? Мы, почему-то, считаем, что мы сознательно решения принимаем. А с чего взяли-то, что сознательно? Нет, не сознательно. Большинство вещей, которые мы делаем, никогда не попадают в сознание, вообще никогда. Он сам что-то делает, довольно, между прочим, наглую позицию занимает и оскорбительную для нас.

Я вот опять же говорю, что у меня дома книжка научная есть, которая называется «The mind’s best trick» Вот это «trick» мозга заключается в том, что, мало того, что он сам все решает, он еще совершенно неблагородно посылает нам сигнал успокоительный- главное не волнуйся, ты все сам решил, все твое, сам все решил. Это что? Это оскорбительная для нас ситуация. Вы, конечно, совершенно спокойно можете меня сейчас схватить и сказать – а мы тогда кто? Вот на этот-то вопрос и нет ответа. Значит, если там где-то этот монстр живет, который я, как безумная говорю – это мой мозг, а он смеется в это время гомерически.

Кто кому хозяин? Опасная вещь, серьезно вам говорю, поэтому не вредно бы знать, как мы принимаем решения, и на эту тему отдельные науки есть, в том числе и спекуляция на этих науках. Сейчас есть такая область, называется «нейроэкономика», ну это, вообще, туши свет. Они магнитом находят- вот здесь решение принимаем, если магнит туда поднесем, то он был, конформист, а стал либерал. Ну, в общем, красота.

Образование.

Я уже говорила, организация образования могла бы быть другая, и очень важный пункт- это воспитание элит- не стоит недооценивать. При такой сложности мира, а он всегда был сложный, но сейчас он вообще запредельно сложный мир- им же кто-то должен управлять. Кто эти люди, которые управляют? Они умеют? Они подготовлены? У них чувство ответственности есть? Они знают, как принимать решения

Это очень трудный вопрос – элиту нужно профессионально готовить, потому что от них зависит – он кнопку нажмет или нет. Конечно, он может спятить и нажать все равно, но если мы не берем ситуацию, что у него крыша съехала, а просто на основании чего он решения принимает? Он умеет принимать решения? Не данное конкретное, а вообще? Кстати, во всех серьезных странах вот эти элитарные школы – я не в плохом смысле говорю — специальные школы, из которых дети потом поступают в очень серьезные университеты, знаете там какая муштра, я специально готовилась, там абсолютно никакой свободы близко даже не лежало. Очень жесткая дисциплина и за малейшее нарушение — вон. И там муштруют, потому что от них зависит- мы как, вообще, на этом шарике, кто жить будет дальше?

Мы довольно много знаем о нейронах и их свойствах. Мы все больше знаем, как устроены нейронные сети, и мы должны знать, что есть сети, есть сети сетей, сети сетей сетей, это туши свет, это очень сложная система. Мы знаем, конечно, что есть функциональные блоки в мозгу. Скажем, эта часть занимается языком, эта занимается зрительными образами, есть зоны, которые особенно заняты памятью, но если всерьез, то весь мозг занят всем.

Эти зоны есть, и мы о них знаем, потому что, если кирпич упадет на зону Брока, то человек перестанет говорить, и это факт. Но обратный ход неправильный. Нельзя сказать, что речью управляет такая-то зона. Речью, как и сознанием, памятью, всем управляет весь мозг. Что мы теперь знаем, что если голову человека сунуть в томограф, и он начнет выполнять какую-то задачу, вы увидите, что там творится. Особенное впечатление производит на меня, произвело, когда я видела, что происходит в голове у синхронного переводчика.

Ну это я вам скажу! Я не понимаю, почему они живы. Горит мозг, вы понимаете, он полыхает, просто весь, там работает все! Аж взрывается! Потому что онлайн, очень быстрая работа, очень трудная когнитивно, с огромной скоростью, очень нервная, стрессорная- весь мозг занят. А кажется – это же лингвистическая работа языковая- должно вот здесь все полыхать, а в других местах не полыхать. Так вот нет.

Ну хорошо. Объем информации гигантский. Мозг может хранить – очень часто задают вопрос: сколько мозг может вместить информации? Сколько угодно. Реальных пределов нет. Триста лет надо смотреть без остановки какую-нибудь муру, и у вас все равно в мозгу хватит места. То есть так вопрос не стоит. Это не значит, что мозг не может перегрузиться, но это не за счет того, что у него места нет. Это не про место, а про усилия. Данный мозг не выдерживает такой нагрузки, а данный выдерживает. Это, кстати, я предупреждаю возможные вопросы, говорю- там надо детей начать учить высшей алгебре в полтора года или не надо?

Вот кого надо, а кого не надо. Если такой ребенок уродился – гениальный математик, то пусть благополучно он делает то, что ему нравится. Но остальных только не надо втягивать в это дело, потому что вы их погубите. Когда мы говорим, сколько информации вмещает мозг- это не правильно заданный вопрос, потому что сначала надо договориться о том, что мы будем считать информацией в этом случае: сознательной или бессознательной?

Большинство, я повторяю, 80, как минимум, процентов в сознание никогда не входит никакой информации. А работа почек, печенка, сердце – это что не мозг, что ли, управляет? Тоже мозг управляет, и вы, к счастью, никто из нас про это не знает до поры до времени, пока не хлопнуло. То есть информация- это что? Это соотношение кальция и калия, фосфора сколько чего, хватает витамина «Д» или нет? Это все делается, слава создателю, без нас. И это тоже информация.

Есть еще вот такая прелестная вещь, о которой, кстати говоря, всем не вредно бы знать,- у нас есть в мозгу так называемые «Зеркальные системы». Это системы, которые открыл Джакомо Резолатти, замечательный ученый, кстати, наш почетный профессор Петербургского университета, я это организовывала, между прочим, и он к нам приезжал, лекции читал, вообще, прелестный дядька. И он открыл эти зеркальные системы.

Они представляют собой вот что: они включаются не тогда, когда вы сами что-то делаете, а когда вы наблюдаете за тем, как это делает другой. Слово «Другой» с большой буквы. Вообще, любой Другой. Это основа для коммуникации, основа, вообще для любого обучения. И основа языка, и самое главное, я повторяю – это основа коммуникации. Потому что люди, у которых диагноз «Аутизм» или «Шизофрения» – уже доказано это, что у них поломаны эти системы.

Они живут в своем собственном мире, совершенно не имея никакой возможности из него выйти и посмотреть на ситуацию другими глазами. Вот этот кот, который смотрит в зеркало (изображение), он там видит не того, кто в зеркале, а того, кем он хотел бы быть. Он себя ощущает этим огромным зверем. Он ошибается, и это происходит с большинством людей. Вот просто приведу пример неправильного…

Это, кстати, есть термин такой, он просто в русском языке, как-то не очень с этим термином, иногда это называют «Модель психики другого человека», разные там. По-английски это называется «Theory of mind». Это иногда переводят – не верьте – это неправильный перевод, как «Теория ума». Ну это просто придурки перевели.

Это способность войти в сознание другого человека, посмотреть на ситуацию не своими глазами, а глазами другого или других: с точки зрения другой культуры, с точки зрения другого индивидуума, и это очень важная вещь. Вот представьте себе, что вы идете на трудный разговор, опасный, трудный разговор. Вы знаете, вам трудно будет его вести, нужно выиграть – вряд ли выйдет и так далее. Вы должны готовиться к этому разговору. И это значит, вы должны как бы его проиграть с точки зрения не только своей, вот этой, кошачьей, но и с точки зрения львиной. То есть я ему вот что скажу, а он мне в ответ вот что, а я ему на это вот что – градус растет, а он мне на это вот что, после этого я ему стулом между глаз и врежу. Тогда не нужно ходить на разговор.

Если вы не можете проиграть партию, проиграть- в смысле сыграть партию вашего партнера, то вы проиграли заранее. Вы-то считаете, что это Альфа Центавра, а я вам говорю, что это стол, сколько мы будем беседовать? Невозможен разговор. Это очень важная характеристика, она считается характерной именно для человека, но в последнее время ее признают для высших видов: точно есть у обезьян, у высших обезьян.

Кстати говоря, одним из показателей является – вот когда животных исследуют — это узнавание себя в зеркало. Скажем, им там какое-то пятно ставят на щеку, он к зеркалу подходит и начинает стирать. Это значит, он знает, что это он. Есть у дельфинов, есть у высших приматов, похоже, что есть у врановых, у ворон очень высокий интеллект, вы знаете, что у них интеллект сопоставим с приматами. Страшное дело, чего они делают эти вороны- это вообще. Возможно, есть у домашних… есть у слонов, которые не домашние, но очень высокий интеллект и, возможно, у тех, кто с нами живет – кошки, собаки, но это вопрос не очень ясный.

Вот это Джакомо Резолатти (изображение). И люди, и звери в одинаковых позах. Я картинку сделала, хвалюсь. Обезьяны, среди прочих других, умеют такое, что мы с вами не можем даже состязаться. Если вы влезете и наберете что-то насчет интеллектуальных задач, которые дают обезьянам, там есть просто фильмы, вы можете посмотреть онлайн, как это происходит: ей показывают на короткое время какие-то цифры и убирают, а после этого начинают мелькать эти цифры, и она должна пальцем тыкать в те, которые она видела.

Абсолютно не возможная для меня задача. Не только с такой скоростью, а вообще, я даже не могу подумать. Она это делает с космической скоростью, что вы видите просто. Так что не стоит про себя слишком много думать.

Дельфины. Огромный мозг. И если бы жизнь иначе пошла, на планете они вполне бы могли быть высшим видом. Но обычно говорят, но они же не создали свою цивилизацию. Это вызывает у меня смех. В каком смысле не создали цивилизацию? А они что, обещали кому-нибудь? Что они Днепрогэс не построили на океанском дне? Что они не создали? Их цивилизация такая. Они самые умные в океане, у них огромный мозг, который, кстати, никогда не спит целиком, у них одно полушарие спит, второе бодрствует.

Большой мозг, у них есть юмор, они обучаются — я работала с дельфинами – ужас. Вы дельфинам в глаза смотрели когда-нибудь? Советую посмотреть. Мы все знаем, что дельфин не рыба, а млекопитающее, но если руку на сердце положить, ведь рыба? Ты смотришь ему в глаз и ждешь там глаза, который есть, к примеру, у трески, а видишь глаз, в котором а) ум, юмор, некоторая ирония, то есть это не ты на него смотришь, это он, он с тобой шутит, играет, ну это страшное дело.

А живут они чудесно: у них нет врагов в океане, потому что они очень умны. С ними по мощности сопоставимы, конечно, акулы, но у акулы вот такой мозг, она глупа очень, но она может, конечно, покусать и все такое. Но он – то умный зато. Поэтому он, разогнавшись- у него огромные скорости- он, разогнавшись ее таранит. Он носом своим- резиновый нос- попробуйте при случае- сказка — он вот так ей в брюхо бьет, и привет! Понимаете, они пляшут и поют, у них бесконечное количество еды- весь океан, экология прекрасная, плыви куда хочешь. Только поют, играют, любовью занимаются и все, а чего больше, что они должны сделать? Стройку коммунизма устроить там на Фиджи или что? Что они должны сделать, чтобы мы были довольны?

Вороны. Вот я говорю – хорошая картинка (изображение)- она смотрит на себя в зеркало, она знает, что она- это она. Это проверялось. Это не из этой картинки, это проверено.

Так вот эта способность строить модель психического «Другого» как термин очень важна. Потому что она дает поведенческое преимущество. Я могу предсказать поведение другого человека и я, значит, выигрываю. Выигрывает тот, кто на несколько шагов больше сделал. И вот эти вот зеркальные нейроны помогают нам это сделать. Мы знаем, что они поломаны у людей с аутизмом и с шизофренией.

Опять же доказано это, есть эксперименты. Так что способность к таким экстраполяциям, когда я вот, глядя на человека говорю- вот какой-то он такой, я думаю, он будет себя так вести. Вот способность к такому размышлению, как бы выходя за то, что я считаю правильным, умным, нужным, это не я смотрю, это я его глазами смотрю. Это особая способность, я должна сказать, что мое впечатление такое, что большинство людей, населяющих землю, просто не обладает этим качеством вообще.

Ну что, перед нами важная проблема – насколько вот этот новый мир, в который мы вошли и в котором мы уже живем – нравится нам или нет – он на наш мозг может влиять? Например, мы читаем по-другому. Книга, гипертексты, с компьютерами все имеют дело. Там щелкнул на слово- тебе открывается новый текст, который про это слово. В нем щелкнул – еще открывается текст, то есть ты не читаешь линейно, страница за страницей. А ты как бы ползаешь по этому пространству, иногда уходишь вообще, из этой книги давно ушел, даже из этой области ушел.

Это что такое? Это значит сознание у нас – оно и раньше-то не сильно линейно было у нас организовано, но сейчас-то оно вообще полностью разъехалось. Причем, оно разъехалось с самого детства. Когда ты смотришь на двухлетнего ребенка, который там с планшетом черт знает что вытворяет, ты же понимаешь, что это не тот ребенок, с которым мы привыкли дело иметь, что он в шесть лет будет нечто делать, что, возможно, не будут понимать его родители. Но это так.

©Татьяна Черниговская

Гороскоп на неделю

на неделю с 9 октября по 15 октября 2017 года.

Овен

Телец

Близнецы

Рак

Лев

Дева

Весы

Скорпион

Стрелец

Козерог

Водолей

Рыбы

Если мы думаем о счастье, мы чувствуем себя счастливыми. Если нас посещают печальные мысли, мы грустим. Если в наших мыслях присутствует страх, мы боимся. Если мы думаем о болезнях, вполне возможно, что мы заболеем. Если мы думаем о неудачах, в чём-то мы наверняка потерпим фиаско. Если мы погрязли в жалости к себе, все будут избегать нас.
Дейл Карнеги

Многие из нас по жизни сталкиваются с так называемыми «жертвами» – людьми, которые постоянно жалуются, ноют, рассказывают о своих несчастьях и бессилии перед обстоятельствами, просят сочувствия, помощи.

«Жертва» является искусным манипулятором. Способов манипуляции великое множество, и они зависят от того, какую роль предпочитает играть жертва.

Вот наиболее распространенные роли жертвы.

Жертва инфантильная

Эта жизненная позиция присуща изнеженному и избалованному человеку, человеку инфантильному. Инфантильный человек не хочет взрослеть, расти, внутренне развиваться, боится ответственности, отказывается принимать свой возраст, он эгоистичен. Все эти качества приводят к тому, что человек просто не в состоянии противостоять мало-мальски серьезным жизненным испытаниям.

Инфантильная жертва – человек не самостоятельный, безответственный, обидчивый, часто демонстрирует «искреннее непонимание», если понимать что-то ему не выгодно. Постоянно требует от окружающих любви и внимания.

Жертва агрессивная

Эта жертва манипулирует окружающими с помощью причинения другому человеку психологический (а порой и физический!) дискомфорт – оскорбляя, требуя, вызывая к совести и стремясь вызвать чувство вины и стыда. Агрессивная жертва с одной стороны держит окружающих в напряженности, подавленности, страхе, при этом обвиняя в том, что они сами довели ее до этого состояния (разозлили, обидели, вынудили кричать). Словом, жертва агрессивная ведет себя как склочная, требовательная баба.

Жертва депрессивная

Эта жертва вечно больна, вечно скулит, она пессимистична и беспомощна. Заботу и внимание такой человек привлекает придуманными заболеваниями. Это человек-ипохондрик, у которого придуманные болезни нередко проявляются в виде психосоматических заболеваний. Эта жертва постоянно погружена в свои тягостные переживания. Остановить  ее жалобы практически невозможно – она обижается вашим НЕ интересом к ее «страданиям». Если же вы проявите сочувствие, остановить поток стенаний депрессивной жертвы будет очень сложно.

 Зависимая жертва

Это жертва, которая утратила собственное «Я», собственные границы, и полностью растворяется в другом человеке. Такой человек полностью подчиняет все свои желания и интересы интересам другого человека, не может быть самостоятельным и свободным в выборе своего поведения. Страх быть отвергнутым, желание всеми средствами приобрести любовь и поддержку приводит к тому, что человек добровольно идет н а выполнение всего, что ей предлагает человек, от которого он так зависим. Зависимая жертва очень ранима, чувствительна к малейшей критике и неодобрению, очень тяжело переносит одиночество.

Жертва самовлюбленная

Эта жертва влюблена в себя, ощущает себя особо важной персоной. Ей присущ сильный эгоцентризм. Суть этой роли заключается в том, что самовлюбленная жертва считает себя несравнимо выше окружающих людей, на которых смотрит, как на свиту, считая, что должна получать от окружающих все желаемое, при этом не отдавая ничего взамен. Этой жертве присуще сильное чувство ревности по отношению к «объекту  обладания».

Нищая жертва

Эта роль присуща отнюдь не старым, а молодым, вполне здоровым и трудоспособным людям.  Жалуясь на свое нищенское положение, эта жертва, не желая работать, ищет всяческие отговорки, чтобы не устраиваться на работу, не идти на повышение, даже в том случае, если появляется реальный шанс улучшить свое материальное положение. Причину, естественно, как и все жертвы, ищет не в себе, а в окружающих, обвиняя во всем страну, правительство, дурака-начальника и пр., и пр., и пр.

Роль самовлюбленной или нищей жертвы нередко начинает играть единственный избалованный ребенок в семье или человек, страдающий с детства каким-то заболеванием. Он привыкает к тому, что внимание всех членов семьи сконцентрировано на нем, и требует такого же отношения от всех окружающих, а не получив желаемого, впадает в роль жертвы.

Одна из главных целей все жертв – получение сочувствия и поддержки, как психологической, так и материальной  и физической, в которых, по ее собственным представлениям, она нуждается. По сути человек-жертва является социальным паразитом: он «высасывает», требует, с помощью нытья откачивает энергию, берет все, что ему нужно, ничего не отдавая взамен, питается за  счет своих «доноров».

Любая из ролей жертвы – всего лишь маска, искусственная роль. Но  человек настолько входит в эту роль, что не умеет вести себя по-другому. Выйти из статуса жертвы возможно, но это требует огромного желания и кропотливой работы.

********************************************************************************

Существуют два взгляда на множество вещей в жизни. Взгляд раба и взгляд свободного человека.

У каждой из этих позиций есть своя культура, своя "мифология". Причём, как правило, работает такой принцип - "мифология" свободных людей придумана свободными людьми, а вот "мифология" рабов придумана рабовладельцами. В качестве ещё одного инструмента для управления рабами.

Один из популярных мифов, навязанных рабам рабовладельцами - миф о необходимости держаться за "своих", которых не выбирают. Очевидно, что миф этот принимается в основном теми, кто стоит на позиции слабости. Дескать, надо держаться за "своих", потому что больше никому ты не нужен, и никто другой тебя, если что, не поддержит. "Это единственный изобретённый способ выживания во враждебном окружении" и т.п.

Если тебя угораздило родиться в деревне Грязная Пердь, то твой сосед Мурлен Свинорылов - вор, хам и пьянчуга - тебе должен быть ближе и дороже Альберта Эйнштейна. Просто потому что "свой", грязнопердский, грязь от грязи твоей. Ты будешь стоять за него, он будет стоять за тебя - так вместе и выстоите. И разумеется, разумеется, тебе положено любить грязнопердскую власть, потому что она - "своя", сколько бы она ни вытирала об тебя ноги.

Если вспомнить историю - такой подход был в первую очередь характерен именно что для всяких селян и прочих представителей низшего класса, которые и впрямь никому не были нужны поодиночке - а только как кормовая база. Или, если перейти в другую плоскость, это позиция уродливой женщины с могучим комплексом неполноценности, которая руками, ногами и зубами держится за подвернувшегося мужика, потому что боится - если этот бросит, никто другой уже не возьмёт.

А свободный человек смотрит на жизнь с позиции уверенности в себе. Он осознаёт свою ценность, и поэтому у него нет необходимости держаться за того единственного, кому он нужен - потому что нужен он многим.

Красивая девушка не боится потерять ухажёра - нет проблем найти нового. Классный профессионал не боится потерять работу - он без труда сумеет найти новую. Средневековые рыцари воевали за "своего" барона, но если он не выполнял свои обязательства перед ними - спокойно переходили к другому.

В современном мире толковый человек может сам выбирать, где ему жить и работать - и поэтому не испытывает чувства "безусловной верности" тому клочку земли, на котором его угораздило родиться.

Если резюмировать всё это в паре слов - свободный человек может выбрать, кто для него "свои". Раб не выбирает своих - кого ему назначили в "свои" благодаря месту рождения, цвету кожи, семейным связям, тем он и должен быть лоялен. Свободный человек может решить, кто ему "свои", кто "чужие".

Поэтому сегодня позицию безусловной лояльности "своим", которых не дано выбирать, но зато надо поддерживать всегда и во всём, как бы они ни ошибались, к какому обрыву бы ни бежали, какую бы мерзости ни творили - поддерживают две категории людей.

Трусливые рабы, которые не ощущают себя ценными и нужными, не видят рациональной причины, по которой их могут любить - и пытаются убедить Вас, что Вы должны их всячески поддерживать и любить просто потому, что они "свои".

И жадные рабовладельцы, которые хотят, чтобы рабы были верны им, даже если их не кормить, не лечить и вообще никак о них не заботиться - потому что рабовладелец хоть и кровопийца, но "свой" кровопийца.

Поэтому когда я вижу человека, всерьёз рассуждающего о том, что-де "я неотделим от своих, я никогда от них не отрекусь, что бы они ни совершили" - мне всегда интересно, кто передо мной. Трусливый раб или жадный рабовладелец?

Елена Ливенцева

"Моего ребенка заставили, втянули, испортили. Она очень ведомая, бегает за своими подругами. Она не смогла отказать подруге и согласилась на уроке литературы за компанию распить бутылочку водочки для веселия" – жалуются родители на консультациях, не понимают, откуда в их приличных семьях взялись такие трудности. "Моя только и думает о друзьях, все время бежит кого-то спасать и помогать, только не делать уроки" – нервничает мама, оправдывая себя у классного руководителя. "Сидела весь праздник в телефоне, боялась пропустить смс, страдала, если ей не отвечают" – рассказывает знакомая, которая была свидетелем пристрастия подростка к общению в сетях.

Что же привело к жертвенности?

Послушание. 

Родители требуют исполнительности, наказывают за своеволие, ребенок учится ценить мнение других больше, чем свое собственное. Послушание любят тревожные мамы, которых заботит, что люди о них подумают. Вот и детям свойственно переживать чувство малоценности и зависимости от других.

Что делать?

Требовать послушание только там, где ребенок не может сам. Может завязать шнурки, стоит, сидит, лежит и завязывает шнурки, как хочет. Не может – садится ровно, нога вперед – завязывает мама. Может уроки сам делать – делает. Не может, слушает ценные советы мамы и выполняет их. Учите ребенка понимать и оценивать собственные ресурсы и способности. Задавайте вопрос: "Можешь ли ты сделать это сам?" Если может сам, пусть делает, если не может и обращается к вам за помощью, то тогда выполняет ваши условия. Например, если ребенок выполняет домашние задания сам, то вы не вмешиваетесь, во сколько ему садиться за уроки, и какой ручкой писать. Если он просит вас помогать, то вы обсуждаете время, продолжительность и его поведение.

Управление чувствами.

"Ты меня вывел своими истериками", "Ты видишь, что я расстраиваюсь" – дети, которые слышат такие фразы, чувствуют себя хозяевами эмоций, но не своих, а других людей. Надо же, я управляю маминым настроением! Конечно, это страшновато вначале, но зато и власть чувствуется. Не случайно, дети, чьи родители так говорят, часто выводят из себя других, когда им самим плохо. Модель "другой управляет моими чувствами" действует и в случаях, когда плохо ребенку, а значит: другие должны поправить настроение. И такой ребенок не может самостоятельно переживать гнев, боль, печаль, он ищет виноватых и ждет, что другие решат его проблемы. Кто же будет решать проблемы подростка? В реальной жизни, учителя, родители, близкие призывают исправлять ситуацию самому. Но есть и те, кому выгодно, что подросток бесится от ненависти, ищет способы изменить сознание и отношение к реальности легкими способами, такими как табак и алкоголь, опасные квесты в сети.

Что делать?

За свои эмоции каждый отвечает сам. Это значит, что когда вас не устраивает порядок в комнате ребенка, вы можете сказать, что вы чувствуете, что для вас значит беспорядок. Но успокаивать себя вы должны сами и ребенку подавать такой пример: "Я злюсь на твой бардак и не могу находиться у тебя в комнате, пойду займусь своими делами и успокоюсь" .

Мечта о счастье.

"У моего ребенка все должно быть хорошо", "Я сделаю все, чтобы он был счастлив" – такие убеждения заставляют родителей оберегать ребенка от трудностей, а ребенка быть потребителем счастья и услуг. Потребитель все равно несчастен, так как желаний много, и у других всегда появляется что-то еще лучше и дороже. К тому же потребитель не представляет, как это быть созидателем, и очень сердится, когда ему предлагают начать что-то делать. Он не только сердится, он даже не понимает, зачем ему предлагают трудиться и напрягаться. Такие дети страдают от жалости к себе, от негативных оценок близких, от апатии и скуки.

Что делать? 

Родителям выполнять свои функции: давать внимание и заботу, позволять говорить о себе и о своих переживаниях, верить в ребенка, поддерживать инициативу. Свою собственную жизнь он сам сделает счастливой. Если у вас получается, спокойно слушать про самые нелепые, смелые и безумные мечты ребенка, не оценивая их, не думая, как вы ему в этом поможете, то значит, вы воспитываете созидателя.

Отсутствие границ.

"У нас все общее" , "Ты не смеешь иметь секретов от родителей" – и у детей нет ни личного пространства в квартире, ни права отказать маме в объятиях, когда они нежеланны, ни местечка для уединения, а дневник прочитан, шкаф с одеждой вывален на середину комнаты. Подросток бежит в поисках свободы из дома к друзьям, но к тем, которые также свободно будут нарушать его границы. Так девчонки влюбляются во взрослых парней и не могут сами управлять сексуальными отношениями, а часто и вообще не знают, что значит отказать в телесном контакте, даже не понимают, приятно им, или нет, когда их целуют. Просто соглашаются, так как привыкли, что дома их никогда не спрашивали об их мнении. Если все общее, то легко можно брать чужое, воровать, стукнуть, испортить вещи.

Что делать?

Каждому обеспечить личное неприкосновенное пространство: стул, ящик, кровать, тумбочка. К личным границам относятся эмоции, тело, личная одежда. Этого пространство не большое по сравнению с общей территорией. Вторгаться на чужую территорию запрещено, не спросив разрешения хозяина. Дочке можно сказать: "Ты такая хорошенькая, тебя хочется обнимать и целовать!", а дочь ответит: "Да, я – хорошая. Мне нравится, когда ты меня целуешь и обнимаешь утром и вечером, перед сном".

Трудности. 

"Я не могу видеть его слезы", "Он же устанет, он маленький" – часто родители не позволяют детям переживать трудности, а значит плакать, гневаться, бояться. Но любое дело, любая ответственность требует усилий, труда, упорства и преодоления себя. Если родители не могут спокойно относиться к переживаниям детей, то и подростки не могут признавать свои трудности и предпочитают вообще ничего не делать. В результате ухудшается учеба, отношения, распадаются навыки, которые были приобретены раньше.

Что делать?

Любить трудности. Относиться к ошибкам как к важному опыту, как к возможности развития. Слезы, гнев, тревога необходимы, чтоб понять значение тех или иных событий в жизни. Человеку даны эмоции, чувства и все способы переживаний: слезы, смех, крик, резкие движения, дрожание, чтобы он мог справиться со всеми событиями в жизни. Когда ребенок в сильных эмоциях, нужно просто быть рядом и позволить ему проговорить свои переживаниями, не запрещая выражать свои чувства.

Проекты.

"На день рождение будет сюрприз", "Сделаем тебе ремонт в комнате", "Портфель давай я соберу" – и у ребенка нет никаких личных дел и проектов. Без реальных законченных проектов нет ощущения собственной силы, уникальности, авторства, нет навыков организации, реализации и завершения мероприятия, потребность выделиться и быть уникальным остается. Ребенка тянет на приключения: выпить запрещенные напитки на глазах у всех, посидеть на окне, свесив ноги на улицу, гулять ночью и рисковать жизнью.

Что делать?

Позволять ребенку организовать, реализовать и завершать такие мероприятия, как сбор портфеля, день рождения, выходной день, поход на день рождения к другу, уборка в комнате, ремонт в комнате. У ребенка должны быть личные проекты в семье, дела, где он может проявить собственное авторство, индивидуальность, смелость и получить свой результат.

В завершении добавлю хорошую новость для родителей. Ребенок в первую очередь зависит от установок и моделей воспитания самих родителей, а не от других людей. Воспитывая независимость от себя, от своих эмоций, уважая границы ребенка, вы убережете своего подростка от неприятных ситуаций и сохраните собственные силы, здоровье и отношения в семье.

Виктория Танайлова