Россия трезвеет. История псковского десанта и конец «русского мира»
Осознание приходит постепенно. Аннексии Крыма русские радуются все меньше, свидетельствуют соцопросы.Да, они готовы захватить Украину, но не готовы за это отдавать свои жизни.
В последнее время внимание наших СМИ приковано к отступлению наших сил из-под Иловайска и Луганска, поэтому уровень негатива просто зашкаливает, но в эти дни были и хорошие для нас вести.
Эта хорошая новость - история с российскими десантниками, которые «заблудились» в Украине. Возможно, она не столь положительна, как бы нам хотелось, однако это уже нечто. В чем суть этого позитива - речь пойдет позже.
Патриотический угар начинает проходить, когда речь заходит о том, чтобы умирать за свою Родину, на что способен далеко не каждый. То, что происходило в России после аншлюса Крыма, иначе, как патриотическим угаром назвать нельзя. Народ одурел на волне внешнеполитического успеха своего государства. Успех по-своему феноменальный: Крым был взят без единого выстрела.
Когда же началась война на Востоке, то отрезвление россиян стало вопросом времени. Несмотря на все ужасные успехи российской пропаганды, абсолютное большинство россиян воевать не хочет, о чем свидетельствуют данные социологических исследований.
Понятное дело, что защищать свою землю и воевать на чужой - разные вещи. И в психологическом плане тоже. Когда ты именно защищаешь, то у тебя просто выхода другого нет. Тогда как у завоевателей выход всегда есть, а от этого - и сомнения относительно целесообразности войны вообще.
Долгое время агрессия против Украины осуществлялась силами добровольцев, которые просто на этом хотели заработать деньги (хотя были и «идеологи»), но их количество было ограничено, и применение регулярных сил стало вопросом времени, особенно в контексте наступления украинских сил.
В августе полноценная война пришла не только в Украину, но и в Россию, к солдатских матерям в первую очередь. Именно они первыми осознали, что это «не их война».
Это естественно: у каждого солдата есть мама, папа, братья, сестры, другие родственники, которые, как правило, очень за него волнуются. Тем более, что солдаты в большинстве еще ​​дети - взгляните на их сверстников, которым посчастливилось пройти службу, и чем они занимаются. Поэтому привязка к семье еще ​​очень сильна.
Вполне реально, что все эти солдатские матери также радовались тому, что «Крым - наш», держали кулаки за ДНР и ЛНР, но это не означает готовность отдать своих детей на войну. История роты псковских десантников очень интересна. И началась еще в Крыму. Уже известно, что они (по крайней мере, некоторые из них) участвовали в захвате полуострова, о чем свидетельствует наличие наград «За возвращение Крыма».
Однако на Крыме история десантников только начинается. Проходит 5 месяцев, и они снова направляются в Украину, теперь уже на поддержку террористов. 15 августа десантники перестают выходить на связь - очевидно, заходят на территорию Украины.
Через несколько дней в роте появляются первые погибшие. Уже 20 августа украинские журналисты сообщают о том, что в боях под Луганском принимали участие российские военные, в частности, тогда был захвачен русский БМД с документами десантников и сухпайками. 23 августа в Псков приезжает с рабочим визитом министр обороны РФ Шойгу.
25 августа «Дождь», «Слон» и газета «Псковская губерния» сообщают о тайных похоронах десантников на кладбище в выбыть, появляются первые фотографии могил. На следующий день к развитию событий приобщаются матери десантников. Союз солдатских матерей проводит пресс-конференцию, где одна из них просит прощения у Украины. Речь идет уже о целые отряды солдат в Украину.
В тот же день СБУ публикует видео с пленными десантниками, которое уже успело получить большой резонанс. Матери десантников просят прояснить судьбу их детей, но власти РФ информацию от них скрывают, в то же время пытаются «заткнуть им рты», появляются новые сообщения о тайных похоронах.
27 августа Путин признает факт попадания российских десантников на территорию Украины: «они сбились с маршрута во время патрулирования».
В течение 27-28 августа факт присутствия российских войск признают (каждый по-своему) Путин, Меркель (она просит прояснить ситуацию), Бильдт, Джефри Пайет, «премьер-министр ДНР» Захарченко и другие. 28 августа Порошенко заявил о вторжении России в Украину. Таким образом, агрессия России стала фактом для всего мира.
Но не в этом главный позитив истории с десантом.
Эта история спровоцировала начало одного очень интересного и неотвратимого процесса - процесса отрезвления общества. Неудивительно, что первыми осознали реальную ситуацию именно солдатские матери. Почти одновременно их почин поддержали отдельные издания, в частности «Дождь», которые занялись общественным расследованием участия российских военных в войне в Украине. Да, этого мало для того, чтобы общество проснулось, но это уже нечто.
Осознание приходит постепенно. Аннексии Крыма русские радуются все меньше, о чем свидетельствуют данные социологических исследований. Несмотря на нелюбовь к Украине, русские никогда не горели особым желанием против нее воевать, даже сейчас число таковых очень мало.
Да, они готовы захватить Украину, но не готовы за это отдавать свои жизни.
Солдаты сейчас являются одной из основ той самой, неизвестной нам «другой России», потому что в условиях тотальной лжи они становятся надежным источником правдивой информации, которая становится постепенно доступной широкой общественности через родных, их друзей и так далее.
В свое время солдаты стали основой революционных процессов после Первой мировой; в частности, солдаты были одной из движущих сил революции 1917 года. Такой же силой они могут стать и совсем скоро.
Российские власти уже пытается подавить зародыши сопротивления: матерей успели объявить «иностранными агентами», солдатские могилы стали безымянными, журналистов запугивают, но чем больше будет 200-х из Украины, тем сильнее будет сопротивление. И, возможно, скоро мы узнаем о «другой России».
Роман Кириченко, опубликовано на сайте Штрих-code
Перевод: Аргумент

Ложь о русско-украинском братстве
В отличие от Бориса Немцова, я не считаю украинско-российскую войну "безумием". Более того, я всегда считала, что когда-нибудь эта война все-таки произойдет, хотя и не подозревала, что так скоро и что я вообще до этого дня доживу. Но, как мне кажется, я знаю, почему такой неожиданностью интервенция на юго-восток Украины стала для многих россиян, в том числе для многих либеральных и очень уважаемых людей.
Ключ к пониманию - в этом самом тексте Бориса Немцова. Точнее, в ужасно режущих слух "многовековой общей истории" и "братоубийственной войне".
Если мы и вправду против войны, то давайте отказываться от откровенно манипулятивных штампов: не было никакой "общей страны" и "общей истории". Была колонизация, были притеснения, голодоморы, репрессии, выжигание украинского языка каленым железом. Об общей тюрьме мне известно, а вот об "общей стране" - уж извините...
Так же, как никакого братства не существовало и не существует. украинско-российские отношения всегда были как минимум значительно более сложными. И наличие родственных связей между людьми с российскими и украинскими паспортами еще не делает Украину и Россию "братьями". Что же до "братоубийственной войны", то таковой является любая война, тем более не оборонительная, а захватническая.
Прошу вас понять меня правильно: я не придираюсь к словам. Но в данном случае вопрос терминологии мне кажется слишком значимым. Вот вам несколько примеров.
Если молчание большинства россиян в ответ на агрессию их страны и на идущие из Украины гробы еще можно списать на пропаганду, то как объяснить феномен поддержки так называемой Новороссии со стороны Стратегии-31? Речь ведь идет о сознательных гражданах, которые готовы защищать свои конституционные права и зрят в корень, а не в экран телевизора. Тогда откуда призыв "Будь патриотом - помоги Донбассу"? Что это, как не производное от иллюзии "братства"?
Или как объяснить пронзительное признание одного из добровольцев "Новороссии", жителя Кургана (конечно, если это не фейк), о том как из "диванных" сторонников Майдана, поддерживающих борьбу украинцев с авторитарным клептократическим режимом, он удивительным образом, незаметно для себя самого превратился в добровольца в рядах "армии Юго-Востока"? Как мне кажется, это объяснимо той самой разрушительной и для Украины, и для России иллюзией "братства".
Пока мы не откажемся от этой иллюзии, война не прекратится. Потому что не придет понимание того, почему эта война является закономерностью. Да, кровавой. Да, ужасной. Но - закономерностью.
Украине братство не нужно. Как раз от "братства" Украина сейчас и обороняется: роет окопы всем миром под Мариуполем и Запорожьем, отправляет мальчишек на передовую под "грады", собирает на бронежилеты и каски по 5 гривен. Нам нужны цивилизованные отношения, основанные не на "братстве", а на международном праве. Такие, какие нам удалось выстроить, к примеру, с Польшей, хотя поводов для взаимных претензий хватало. Как и почвы для рассказов о "братстве".
Потому не надо себя обманывать. Это не "война Путина", как хочется думать Борису Немцову и, наверное, многим другим сочувствующими Украине россиянам. К сожалению, это и наша, и ваша война. И чем быстрее мы это примем, тем больше шансов ее остановить.
Мария Томак
Источник: grani.ru

15 лет после взрыва организованного ФСБ России
9 сентября 1999 года произошел один из самых страшных терактов в истории России – взрыв жилого дома на улице Гурьянова в Москве
Сегодня 15 лет после взрыва жилого дома в Москве на улице Гурьянова. Серия терактов-взрывов 1999 года началась 31 августа в столичном торговом комплексе "Охотный ряд" на Манежной площади. Тогда погиб один человек и были ранены четверо. Потом были 4 сентября – Буйнакск, ночь на 9 сентября – Москва, Гурьянова, 13 сентября – Москва, Каширское шоссе. Когда 16 сентября 1999 года стало известно об очередном теракте в Волгодонске, страна была уже на грани паники. Только в московских взрывах погибли более 200 человек, почти 3000 были признаны пострадавшими.

Официальное расследование нашло в произошедшем так называемый "кавказский" след, что развязало руки российским властям для второй чеченской войны. Параллельно с "чисто террористической" до сих пор живет версия о причастности ФСБ к организации взрывов 1999 года. Уже 15 лет российские спецслужбы живут за счет совершенствования методов борьбы с терроризмом, но теракты все равно происходили и в метро, и в аэропортах, и на рынках. За это время россияне приучились к досмотрам, сигнальным рамкам и присутствию специально обученных собак на вокзальных платформах, массовых мероприятиях, в аэропортах и даже в развлекательных заведениях. Россия приобрела и новую юридическую практику, связанную с делами о терроризме.
Отдельной историей, получившей начало именно после терактов 1999 года, стали попытки независимого расследования деятельности российских спецслужб. Поиски ответов на вопросы, с этим связанные, и приводили многих к предположениям о том, что взрывы жилых домов ФСБ не просто "не предотвратило". Историк Юрий Фельштинский в соавторстве с бывшим сотрудником КГБ-ФСБ Александром Литвиненко написал книгу "ФСБ взрывает Россию". В интервью Радио Свобода Юрий Фельштинский рассуждает о судьбе людей, попытавшихся найти правду о терактах 1999 года, ведь и его соавтор был убит в Лондоне при до сих пор не расследованных обстоятельствах.
– Людей, которые тогда пытались выяснить или рассказать правду о терактах, было очень много. Среди них и Сергей Юшенков, и Юрий Щекочихин, и отчасти Анна Политковская, и, конечно, Александр Литвиненко – все покойные. И адвокат Михаил Трепашкин, который сидел в тюрьме. Но была и масса рядовых свидетелей, участковых милиционеров...
– Когда тот или другой человек погибает, очень трудно сказать, что да, он погиб именно из-за того, что он занимался взрывами домов. Вы назвали целую череду людей. Все они имели какое-то отношение к теме расследования. Именно Щекочихину я первому передал рукопись своей книги в Загребе. Судьба многих этих людей оказалась трагична. Произошло ли это именно из-за того, что они занимались взрывами домов, или из-за того, что они в том числе занимались взрывами домов, мы, наверное, никогда не узнаем. Когда мы делали фильм "Покушение на Россию", мы записывали интервью с очень большим количеством людей. У меня до сих пор все эти записи есть. Проблема в том, что все эти люди уже через несколько лет никогда в жизни бы не сказали бы под камеру того, что они сказали в 2000-2001 году. Мир изменился. Жизнь изменилась.
– Появилась ли за 15 лет какая-либо дополнительная ясность в деле о взрывах домов осенью 1999 года – новые доказательства, детали, свидетельства?
– Я думаю, что главное доказательство, которое появилось за последний год, как это, может быть, ни странно, это события, связанные с Украиной. Когда в 1999 году произошли эти взрывы, когда в 2000 году я начал заниматься этой проблемой, выводы, к которым я пришел, были тогда для меня самого очень неприятными и неожиданными. Потому что в 1999 году мы все-таки жили в другой эпохе. Мы были далеки от той России, которую мы видим сегодня. Тогда, в 2000 году, в 2001 году, когда книга публиковалась, да и позже, не был ясен главный ответ на главный вопрос: для чего? Для чего взрывались дома?
Для чего начиналась вторая чеченская война? Для чего приходил к власти Путин? Для чего он продвигал на все политические и государственные должности бывших сотрудников спецслужб? Теперь в 2014 году мы получили главный ответ на главный вопрос: для того чтобы, как сказал интеллигентно Путин, исправлять исторические ошибки 1991 года.
Независимый расследователь громких терактов в России Михаил Трепашкин провел несколько лет в колонии за попытку возложить на государство ответственность за взрывы домов в Москве. Он убежден, что Россия с 1999 года, конечно, изменилась, но те политические причины, которые провоцировали теракты конца 90-х, остались и сегодня. Об этом Михаил Трепашкин говорил в интервью Радио Свобода в 2013 году:

– С 1990-х годов правозащитники говорят о том, что российское руководство своими действиями на Северном Кавказе само провоцирует угрозу терроризма. С тех пор что-то изменилось во внутренней политике, в подходах к борьбе с терроризмом?
– Предотвратить полностью теракт, если он готовится, очень трудно. Нужно иметь хорошие агентурные позиции и желание. Если теракты совершаются, значит это спровоцированные государством или его структурами действия определенных лиц – их, как говорится, загоняют в угол, вынуждая на ответную реакцию. Но даже если спровоцировать, государство всегда прогнозирует – можно ответную реакцию допустить, а можно и предотвратить. Допустить теракт можно тогда, когда это нужно в каких-то политических целях, чтобы оправдать те или иные политические решения. Если бы нужно было кому-то что-то взорвать, то, конечно, это бы сделали и сейчас. Принимаемые меры вроде повсеместных проверок и милицейских пикетов никогда не обеспечивали и не обеспечивают полную безопасность граждан. Законы, которые были приняты, они тоже ничего не дали.

– То есть сейчас усилия государства направлены на то, чтобы террористическая активность не проникала в Москву и другие крупные города – за пределы заведомо конфликтной кавказской территории?

– Совершенно верно. Просто изменилась политическая ситуация, изменились действия руководителей и, соответственно, изменился характер терактов. Они, между прочим, как совершались, так и совершаются в настоящее время на Кавказе.

– Довольно часто появляется информация со ссылкой на спецслужбы о том, что удалось предотвратить какие-либо теракты или взрывы, выступления против правоохранительных органов. При этом не приводят доказательств, что именно теракт планировался. Объясняется это тем, что информацию получили из агентурных источников и всевозможные детали – это секрет фирмы под названием "спецслужбы". Вы верите таким сообщениям? Спецслужбы действительно предотвращают теракты или просто "кормят" общественное мнение историями о своей эффективной работе?
– Не надо даже быть специалистом, чтобы это определить. Мы знаем, что приготовления к особо тяжким преступлениям, к каковым относятся и теракты, обязательно влечет возбуждение уголовного дела. Скажем, если было предотвращено, как в свое время директор ФСБ Патрушев говорил, 300 с лишним терактов, возникает вопрос: а где уголовные дела по приготовлению? Либо по факту подготовки террористического акта, либо в отношении конкретных лиц должны быть уголовные дела. А их нет. Это уже указывает на то, что значительная часть этих предотвращенных актов – придуманные. Кроме того, у нас в последнее время стали относить к терактам любые действия, связанные с незаконным оборотом оружия.
Грубо говоря, идет браконьер глушить рыбу, а ему говорят: "Нет, мы считаем, что ты хотел подорвать дамбу". Такие уголовные дела были. Мне приходилось сталкиваться. И сразу информация – удалось предотвратить теракт. Но я бы здесь поднял другой вопрос, который я поднимал в 1990-е и на который не нахожу ответа в 2000-е годы. У нас никто не занимается расследованием, откуда берется взрывчатка и оружие. По тем делам, по которым мне приходилось работать, в частности дело Реввоенсовета, когда удается напасть на след, откуда же берется взрывчатка, практически всегда приходим не просто к безалаберности. Выясняется, что получение взрывчатки было через агентурный источник от силовых структур. Определенные выводы можно сделать.

– Спецслужбы говорят о том, что счет предотвращенных терактов идет на десятки, если не на сотни. На население это может производить пугающее впечатление: "Ну ничего себе! – 300 терактов в стране. О чем это может говорить?" Кажется, те, кто распространяет такую информацию, рассчитывают на другой эффект – "вот как спецслужбы здорово работают"?

– Люди видят и чувствуют, что происходит вокруг. Что значит 300 терактов? Это, во-первых, огромнейшее количество людей захвачено, огромное количество уголовных дел, свидетелей. Это огромное количество оружия, которое было приготовлено. Его просто не наберется на все 300, тем более в определенном регионе. Мне кажется, цифры зачастую завышаются. И делается это умышленно, чтобы показать определенную работу определенных лиц. Я даже не хочу сказать – структур.

– Вы думаете, что население понимает и знает цену этим цифрам?

– Конечно. Люди прекрасно понимают. Если слышат жители района: "У вас там произошло или готовилось то-то", они хотят знать, где именно и кто это делал. Но стреляют иногда молодых ребят, которые к терроризму никак не могут быть причастны, а потом говорят: "Причастен к боевикам". Я на Кавказе о подобном слышал от многих: мол, нашли оружие, пристрелили и сказали, что убитый готовил какое-то убийство кого-то.

– Прошло пятнадцать лет со времени взрывов 1999 года. Можно ли сказать, что за это время выработалась и совершенно новая для России юридическая и судебная практика, связанная с расследованием терактов? Как вы ее оцениваете?
– Категорически отрицательно. Самая большая у нас проблема сейчас, я считаю, что это национальная опасность – это проблема незаконных посадок и несправедливости правосудия. Сотни тысяч людей сидят в зонах, хотя они не должны там сидеть. У нас процентов 70 уголовных дел вообще квалифицируются не по тому закону, который уместен, а по более жестокому. Значительная часть людей сидит по "террористическим статьям" за какие-то общественные выступления, высказывания на митингах. Это "административка" чистой воды, а людей запихивают в зоны на три-пять лет. При этом, по делам о терроризме за последние годы урезан институт вынесения приговора с участием присяжных заседателей. Появляются новые статьи, которые тянут максимум на административное наказание, тем не менее людей сажают на длительные сроки лишения свободы в колонии строгого, общего режима. Я считаю, что это происходит на фоне, который создан искусственно – фон террора. Это только для того, чтобы, во-первых, отвлечь от проблем насущных, во-вторых, для решения определенных политических задач руководства.

Фактическая отмена в 2010 году института присяжных на делах о терроризме привела к тому, что расследование этих дел стало тайной и делом спецслужб и подконтрольных власти судей – в этом с Михаилом Трепашкиным соглашается адвокат Игорь Трунов. Он участвовал в десятках судебных процессов как защитник пострадавших от взрывов 1999 года и при захвате театрального центра на Дубровке в 2002 году. Российское законодательство о противодействии терроризму работает не в интересах пострадавших, убежден Игорь Трунов:
– После взрывов домов на Каширке и Гурьянова мы подали первые иски. Это были первые выплаты пострадавшим людям от этого теракта. Выплаты были настолько мизерные, настолько не помогали людям, что, конечно, мы обращались в суд. Им выплатили пять-семь тысяч рублей. Некоторым из них с огромным трудом предоставили квартиры, но это были голые стены. Все, что было накоплено, было взорвано, а впоследствии, как показало следствие, разворовано мародерами.
Поэтому эти первые иски, конечно, повлияли на законодательство. После "Норд-Оста" Россия закон о борьбе с терроризмом поменяла на закон о противодействии терроризму. Если в первом законе была ответственность государства в части возмещения вреда перед жертвами, то уже последующий закон ухудшил это положение: в законе сказано, что террористы платят жертвам и потерпевшим. Смертники, которые убивают сами себя, они никому не платят.
Невозможны выплаты даже в таких ситуациях, как ​взрывы домов на Каширке и Гурьянова, где поймали Текушева и Крымшамхалова. Дали им пожизненное лишение свободы. Суд взыскал с них в пользу нескольких семей один миллион рублей, из которых пострадавшие за последние 10 лет получили по 50 рублей. Они сидят в тюрьме пожизненно, работать там не могут, платить не могут. Правда, после решения Европейского суда по делу "Норд-Оста" Россия приняла подзаконный акт, регламентирующий материальную помощь со стороны государства. Сейчас эта материальная помощь – один миллион рублей.
Не возмещение вреда, а материальная помощь! Такой подарочный сертификат, который не учитывает количество погибших, не учитывает степень тяжести вреда, который причинен. Инвалид I группы, II группы или просто два дня в больнице полежал – все равно. В некоторых семьях остаются после гибели родителей, кормильцев, двое детей, трое детей. Есть ситуация, когда четверо осталось сирот, а цифра одна. Поэтому эти судебные дела, конечно, во многом повлияли на российское законодательство. Но я не скажу, что они повлияли положительным образом.

По словам адвоката Игоря Трунова, в помощи пострадавшим от террора Россия могла бы последовать ратифицированной международной Конвенции о борьбе с финансированием терроризма. Согласно Конвенции, средства, конфискованные в рамках борьбы с финансированием терроризма, должны идти пострадавшим. В России такого механизма нет. Законопроект о создании государственного фонда помощи жертвам террористических актов Госдума не собирается рассматривать в ближайшее время.
С 2008 года комитет "Голос Беслана", объединяющий родственников погибших и пострадавших при штурме захваченной в 2004 году террористами школы, и общественная организация "Волга-Дон", созданная после взрыва жилого дома в Волгодонске в 1999 году, добиваются принятия Закона о статусе пострадавших при теракте. Их требования российские законодатели также до сих пор игнорировали.
Источник: www.svoboda.org

Россия переполнена злыми глупцами
Вадим Белоцерковский о падении умственного уровня в стране, более всего в рядах правящего класса
Последний раз в статье "Невыносимая легкость вранья" я высказал гипотезу, что небывалая волна лжи, накатившаяся на страну в связи с победой в Украине демократической революции, вызвана кроме всего прочего ощущением неспособности россиян свергнуть авторитарный режим, остановить надвигающийся развал России и вымирание ее населения. А раз так, то не трать силы на правдоискательство, делай и говори, что власти велят, и бери от жизни и начальства то, что они дают.
И сейчас я хочу подумать о другом явлении, — о падении умственного уровня в стране, более всего в рядах правящего класса.
Примеров такого падения несметное множество. Возьмем историю с т.н. "гуманитарным" конвоем для Украины. В режиме секретности готовили к отправке около 300 военных грузовиков, в том числе перекрасили их в белый цвет — цвет гуманизма (?). Объявили об этом мероприятии в день отправки (!) и сообщили, что отправка "гуманитарного конвоя" согласована с властями Киева и с Красным Крестом. Ответ обеих инстанций гласил, что они первый раз слышат об этом мероприятии.
Однако конвой продолжал движение на Запад и через несколько дней приблизился к украинской границе. Оказалось, что по международному уставу содержимое машин должно было быть на границе проверено представителями Красного Креста и властями страны, в которую движется конвой. Плюс к тому, каждая машина на украинской территории должна сопровождаться представителями Красного Креста. Ничего этого нельзя было сделать без длительной процедуры. И тут руководители конвоя вдруг заявили, что все машины загружены лишь наполовину(!?!). — Почему? Зачем?– Ответ: "Чтобы в случае, если какая-нибудь машина выйдет из строя, груз из нее можно было бы разместить на других машинах". Потрясающий бред! Получается, что выйти из строя могла половина машин конвоя!?
Тут остановимся и резюмируем. Умственный уровень организаторов этого конвоя, а за его судьбой следили из самого Кремля, был соизмерим с уровнем ума 5 – 6-летних детей. Если в машинах хотели провезти что-то военное, то тем более организацию конвоя должны были бы делать люди с умом взрослых людей. В любом демократическом царстве-государстве президент и его помощники, выдумавшие такой конвой, были бы немедленно отправлены в отставку.
И до того прошла операция захвата Крыма. Умственный уровень ее организаторов и рядовых участников вновь соответствовал "конвойному уровню". Солдаты и офицеры, участвовавшие в десанте российских войск, были лишены своих знаков отличия и их действия были объявлены Кремлем как самодеятельность крымчан, жаждавших возвратиться в лоно родной России. Кого могла обмануть эта тупая ложь! Однако – обманула очень многих и даже патриотический восторг вызвала в России.
А когда "крымчане" полностью овладели Крымом, Путин вдруг заявил, что с тыла крымских повстанцев прикрывали отряды российской армии. И почти никто в России не задумался о значении этого признания "главного ума страны". Восторг — "Крым наш!" — продолжал полыхать. О том, что у России с Украиной существовал договор о нерушимости ее границ, заключенный (в 1989 году) в обмен на ядерные заряды, которые Украина передавала России после отделения от нее, никто в России не вспомнил. Не придали значения и тому, что Крым был подарен Украине еще в эпоху Хрущева. Радовались, что подарок отобрали!
В заключение приведу еще одно известное событие, точнее ряд тесно связанных между собойсобытий, не имеющих аналогоа в истории и представляющих собой результат катастрофического состояния умов в России. Начался этот ряд с "дела Магнитского", 37-летнего юриста, умершего 17 ноября 2009 года в следственном изоляторе Бутырской тюрьмы. Магнитский представлял интересы работавшего в России фонда Hermitage, который обвинил двух сотрудников МВД в причастности к хищению бюджетных средств в размере 5,4 миллиардов рублей. Магнитский был арестован вскоре после того, как дал свидетельские показания против Кузнецова и Карпова. Арестовали его по обвинению "в уклонении от уплаты налогов".
Российские и зарубежные правозащитные организации расследовали это дело и пришли к выводу, что предъявленные Магнитскому обвинения были сфабрикованы. Но в течение года пребывания в СИЗО у Магнитского развилась острая форма панкреатита, и он нуждался в неотложной медицинской помощи, в которой ему было отказано, вследствие чего он и скончался. В СИЗО Магнитский находился в ожидании суда, который состоялся после его смерти (!) и, разумеется, признал Магниитского виновным в предъявленном ему ранее обвинении. После этого в США и в ряде европейских стран в результате крайнего возмущения этим фактически убийством был составлен список российских чиновников, виновных в смерти Магнитского, и им был запрещен въезд в США.
В ответ Кремль обвинил Соединенные Штаты в том, что там плохо обращаются с… детьми, усыновленными американскими семьями из российских детдомов. Незадолго до того в США в результате несчастного случая умер усыновленный трехлетний мальчик, Дима Яковлев. К тому времени усыновлено было американцами уже несколько десятков тысяч детей из России, которые нормально росли в американских семьях. Умерло от различных заболеваний человек шесть, во много раз меньше, чем умирает в России беспризорников. Тем не менее в Москве было принято решение, запрещающее американцам усыновлять детей в России. То есть, фактически российские власти наказали российских сирот за смерть Сергея Магнитского и Димы Яковлева.
Главная причина катастрофического поглупения людей в России в многовековом господстве тоталитарных и авторитарных режимов. Особенно губительным был сталинский режим, истребивший минимум 40 миллионов человек, считая с арестантами, погибшими в лагерях во время войны с Германией. Во время войны эти лагеря стали лагерями смерти. И среди тех жертв была большая часть умных, образованных и деятельных граждан, имевшихся в России накануне сталинщины. Продолжалось падение умственного и нравственного уровня общества и после сталинского периода вплоть до наших дней. И похоже, что эта умственная деградация, а с ней и нравственная, уже перешли сейчас точку невозврата. Остается только надеяться…

Владимир Войнович: "Мне кажется, Путин сошел с ума"
Известный писатель презентовал в Киеве роман «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина», переведенный на украинский язык
Автор знаменитого романа «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина» Владимир Войнович стал одним из тех, кто поддерживает Украину с первых дней противостояния на востоке страны. Известный писатель следил за событиями в Украине, начиная с Майдана, затем переживал о потере Крыма, а сейчас с горечью признает, что российская пропаганда проникает все дальше в умы его сограждан.
В минувшие выходные 81-летний Владимир Войнович приезжал в Киев, чтобы презентовать второе издание романа о солдате Иване Чонкине, переведенного на украинский язык. Писатель, за свое свободомыслие на десять лет лишенный советского гражданства, сейчас живет в Москве, куда вернулся в начале 90-х. Владимир Николаевич стал одним из первых, кто подписал антивоенное обращение российской интеллигенции к властям. Несмотря на гонения, известный писатель продолжает открыто высказывать свою точку зрения.
— Из Киева я отправился в Германию навестить свою дочь, — говорит Владимир Войнович. — Это не значит, что я уехал из Москвы. Побуду несколько дней — и обратно домой. Так что никаких разговоров о том, что я решил покинуть Россию, нет.
— А не страшно сейчас возвращаться в путинскую Россию, где преследуется любое инакомыслие?
— Конечно, я думаю, что меня в какой-то степени защищают имя, возраст. Но никто ни от чего не застрахован. Государство способно делать мне гадости не только в виде заключения под стражу, и я прекрасно отдаю этому отчет. У меня был старший друг, известный в свое время писатель Александр Бек, автор книги «Волоколамское шоссе». Как-то ему предложили хлебную должность в Союзе писателей за то, чтобы сделал что-то в угоду власти. На что он ответил следующее: «Много не нахапаю, а некролог себе испорчу». Знаете, я прожил такую жизнь, что мне уже под конец не очень хочется портить свой некролог.
Россия воюет не только против Украины, Россия воюет против самой себя, - Войнович
— Дай Бог вам сто лет! Спасибо за то, что в такое непростое время, когда многие русские писатели вовсе отказываются переводить свои книги на украинский, вы проделываете это со своим легендарным «Чонкиным» уже во второй раз.
— Да я очень обрадуюсь, если люди будут читать моего «Чонкина» по-украински. Знаю, что после первого издания были очень позитивные отклики. На этот раз «Приключения солдата Ивана Чонкина» в более расширенном варианте: было в двух, а теперь в трех томах. Я несказанно рад тому, что сам побывал на презентации моей трилогии в Киеве. Искал в вашем городе бандеровцев, но так и не нашел. Видимо, они от меня прятались. Зато был счастлив, что встретил на презентации книги свою любимую актрису Аду Роговцеву. Киев живет нормальной жизнью и, как всегда, очень приветлив. Москвичи получают совершенно искаженную информацию о том, что происходит в вашей стране, как и все жители России.
— Как вы думаете, когда этой войне придет конец?
— Все ужасы когда-то заканчиваются. Главное, чтобы на смену этим не пришли другие. Я приехал в Германию на выходные и практически не следил за новостями. И вот мне утром позвонили из Москвы и говорят: «В Украине ужас что происходит! Украинцы сдаются и уже согласны на то, чтобы признать Новороссию». Но ведь все это, наверное, неправда…
— На выходные появилась информация, что в Луганск и Донецк вошли российские танки, а военные начали расквартировываться по домам. И вместе с тем, Лавров с завидным упорством продолжает утверждать, что никаких русских военных в Украине нет.
— Ну, это понятно… Я вам скажу, что первым русским военным, который появился в Луганске, был я. В 1953 году служил в армии в Луганске. В России родилось поколение людей, у которых нет иммунитета против лжи. Все-таки советские люди с недоверием относились к идеологической пропаганде. По крайней мере, значительная часть интеллигенции. А сейчас я наблюдаю полное доверие власти. Люди верят абсолютно всему, в том числе и тому, что украинцы распинают маленьких детей, прибивая их гвоздями к крестам. Вот у меня спрашивали, неужели русские никак не отреагировали на сбитый самолет. Так я вам отвечу: наши средства массовой информации приводят столько псевдодоказательств, что «Боинг» был сбит украинской стороной, что в это сложно не поверить. Выступают генералы, которые чертят какие-то схемы, показывают, что за самолетом летел украинский СУ-25, поразивший цель. И если не знать, с кем имеешь дело, то запросто можно всему поверить! Кстати, до сих пор прямых доказательств, откуда и кем был сбит самолет, ведь нет. Пока комиссия по расследованию работает, русские так и будут полагать, что самолет сбили украинцы.
Какой бы ни была война, украинский народ нам никогда ее не простит, - Войнович
— Что, и генерал, который рассказывает про сбитый самолет, тоже искренне верит в весь этот бред?
— Не могу залезть в голову генералу, но полагаю, что не верит. Просто идеологическая машина в России работает на полную катушку, подминая под себя абсолютно всех. Я же вижу, как наши средства массовой информации нагло искажают правду. Например, идет программа Владимира Соловьева, и он рассказывает, что когда на передаче Савика Шустера говорили о трагедии в Одессе, когда в Доме профсоюзов сгорели люди, раздались аплодисменты. Но ведь это чистое вранье. Я сам видел эту программу. Люди хлопали, когда сказали о том, что сожгли палатки. Я бы тоже этому аплодировал. А когда речь зашла о сожженных людях, то студия встала и почтила их память минутой молчания. А Соловьев искажает правду специально, умышленно. И таких, как он, в России очень много. Между прочим, на подобных ток-шоу любят выступать и ваши украинские политики: Царев, Левченко, Бондаренко. С пеной у рта они возводят ложь, а зрители им, конечно, верят. Оппозиционных средств массовой информации у нас практически не осталось. Пару раз меня приглашали на телеканал «Дождь» и радио «Эхо Москвы». Это единственные крохотные щели, в которые свободный голос может еще как-то проникнуть.
— Владимир Николаевич, у нас говорят, что после введения Европой санкций, по крайней мере, в Москве в больших супермаркетах опустели полки с иностранными товарами. Не знаю, ходите ли вы по магазинам…
— А как же, хожу. Но, честно говоря, никаких подобных ужасов не видел. На прилавках множество всяческих товаров, в том числе и украинских. Я, например, люблю голландский сыр, и он никуда не подевался. Может быть, должно пройти время, чтобы эти санкции были более ощутимы. Хотя и тут я не думаю, что народ как-то взбунтуется. Русские привыкли к послушанию, непротивлению власти. В этом они отличаются от вас, украинцев, литовцев, латышей. Да, мы вышли на баррикады в 1991 году, но, победив, спокойно разошлись, каждый стал жить своей жизнью. Да, у нас были попытки на противление власти, но все они заканчивались ничем. Хотя, может, волна революции таки дойдет и до России. Первая такая проверка будет 21 сентября, когда в Москве намечается шествие несогласных с политикой Путина.
— В России действительно все подчиненно воле лишь одного человека?
— Путин, безусловно, имеет стопроцентную власть над страной. Но, как каждый правитель (или, скорее, диктатор), он все-таки подвержен каким-то влияниям. Вот, например, по захвату Крыма скажу, что Путин был полным его инициатором. Операция прошла под его руководством, с точки зрения Путина, совершенно идеально: без единого выстрела взяли, захватили, присоединили. А дальше… Все, что происходит сейчас в Украине, очень напоминает мне события «Пражской весны» 1968 года, когда советские правители очень испугались, что Чехословакия станет более демократичной страной, чем СССР. Вдруг там восторжествуют демократические правила и законы, что для Советского Союза будет очень соблазнительным примером. В то время в нашей стране уже наблюдалось «брожение в умах».
То же самое произошло и сейчас. То, что случилось на Майдане, я называю победой народной революции. Если Украина станет частью Европы, приблизится к НАТО, добьется демократических свобод, то это будет определенный сигнал к началу действия российской оппозиции. Конечно, Путин этого боится и хочет всячески помешать движению Украины в сторону Европы. Конфликт на Донбассе, ему, естественно, очень выгоден. И когда он видит, что так называемые ополченцы терпят поражение и без помощи России не могут продвигаться, он посылает туда войска. Но, думаю, с большой неохотой. Ему очень не хочется по разным причинам ввязываться в этот конфликт. С другой стороны, он не может дать Украине возможность победить. На Путина давят с разных сторон, в том числе и оголтелые «ястребы», являющиеся его поддержкой. Помните, возникла ситуация, когда Путин якобы отстранился от сепаратистов, начали говорить, что он «сливает» Новороссию. Но тут же ситуация изменилась, и сепаратисты получили подкрепление. Путин побаивается критики по отношению к себе. Но в то же время нельзя не понимать, что всей операцией в Украине руководит именно он.
— Как думаете, Путин остановится на Донбассе?
— Мне кажется, ему самому не очень этого хочется, но… Вообще, Путин — человек разумный. По крайней мере, первые восемь лет своего правления он действовал достаточно осторожно. Сейчас, мне кажется, сошел с ума. Все-таки я полагаю, что Путин на Киев не пойдет. В противном случае мир наконец-то поймет, что ситуация катастрофически приблизилась к началу третьей мировой войны. Тут уже ему окажут самое решительное сопротивление.
Знаете, какую недавно мысль я прочитал у одного моего знакомого? Речь идет о том, что делать Украине дальше. Как вариант — признать утерянными территории Крыма и Донбасса, возвести огромный забор, за которым строить замечательное европейское государство. И тогда и Донбасс, и Крым сами из-за железного забора будут проситься обратно, потому что им останутся разрушенные города, разваленная инфраструктура. Украина же станет монолитной европейской державой с соответствующими нормами и законами. И здесь, конечно, большую роль должна сыграть Европа, оказав сильную материальную поддержку. Может, некоторым эта теория покажется антиукраинской, но я вижу в ней хоть какой-то выход. Если уже образуется Новороссия, то это будет фашистское государство, жители которого завоют от ужаса произошедшего.
— Вы автор романа-утопии «Москва 2042», который сегодня многие называют пророческим.
— Для меня это, скорее, роман-предупреждение. До сих пор существует большая угроза распада Украины, да и России. Ведь были революционные события 1991 года, плодами которых воспользовались те, против кого, собственно, и была эта революция. Не думал я, что многое из того, что описывал в романе, сейчас будет происходить наяву. Знаете, все что сегодня занимает мой ум, мешает мне творить. Война между Россией и Украиной постоянно держит в напряжении, я все время провожу у телевизора, отслеживая последние новости. Украина не чужая мне страна, и я искренне болею за нее всем своим сердцем.
fakty.ua

Путин толкает Россию к насильственному распаду, и Россия умоется к кровью
Бывший заместитель госсекретаря США и один из ведущих американских экспертов по отношениям с Россией заявил, что решение президента России Владимира Путина отказаться от признания границ, возникших при распаде Советского Союза, может подготовить почву для «насильственного распада» самой Российской Федерации.
В интервью Huffington Post Строуб Тэлботт также выразил сомнения в жизнеспособности стратегического альянса между Россией и Китаем, подчеркнув, что Россия располагает «многими ресурсами, которые нужны Китаю, но малым числом людей, чтобы их защищать». Об этом говорится в сообщении Голоса Америки.
«Одним из самых важных решений, которое принял Борис Ельцин, как самый влиятельный из пост-советских лидеров, управлявших распадом СССР, были гарантии, что межреспубликанские границы станут международными границами новых независимых государств», – сказал Тэлботт, который сегодня возглавляет Институт Брукингса – либеральный исследовательский центр в Вашингтоне.
«Уже одно это позволило Советскому Союзу распасться, в общем-то, мирно, без насилия и относительно упорядоченно, – продолжил он. – СССР избежал кровавой войны, которую мы наблюдали при распаде Югославии. Путин отбросил это решение и теперь следует курсом сербского лидера Слободана Милошевича. Выбрав этот курс, Путин, вполне возможно, толкает Российскую Федерацию к насильственному распаду».
Говоря о возможности стратегического партнерства между Россией и Китаем, Тэлботт указал, что эти две страны «на самом деле не подходят друг другу» из-за серьезных экономических различий.
«Кроме того, существуют противоречивые геополитические и этнографические реалии, – сказал он далее. – Россия – самая большая по площади страна на планете, имеющая протяженную границу с самой большой страной по численности населения, Китаем. У России есть многое из того, что нужно Китаю – сырье. Это слагаемые предстоящей серьезной конкуренции, а может быть даже и конфликта».
«Если задумываться о долгосрочной перспективе, чего Путин не делает, ему следовало бы больше беспокоиться об устойчивости российского контроля над обширными территориями востока страны, где имеется много ресурсов, которые нужны Китаю, но мало людей, чтобы их защищать», – резюмировал бывший американский дипломат.