Все шло как-то странно ровно с того момента как она узнала. Она тлела в этой новости. Когда ей нужно поговорить, слушать ее было некому, она думала так ровно с того времени, когда смогла четко произносить слова. Ей всегда было, что сказать людям. 

Но имена эта новость потрясла ее. Ну не могло же. Не должно же быть. Нет.

Сначала ей показалось, что мир сошел с ума. Где-то выла сирена, визжали тормоза, лаяла собака, стучали каблуки, все это отдавалось гулким эхом в голове. Почему нельзя приглушить звук?

Хотелось погрузиться во тьму. Всем что-то надо, все куда-то торопятся и перекрикивают один другого.

В первые минуты было ощущение, что ее облили ледяной водой и накрыли железным ведром. Мир уменьшился. А еще стало мало света. Будто кто-то украл, унес с собой на память.

 Все же новость согревала. И снова и свет и тепло. Эта тихая мысль как песня от кончиков пальцев до сжатых лопаток пробиралась  и оживила.

Принесли еду. Она наблюдала за ним. Он поспешно докурил  и  придвинул к себе салат, с укропных кисточек.

К еде она даже не притронулась. Он долго смотрел на листья салата, вертел туда сюда тарелку и странно улыбался.

- Крош, - сказал он внезапно, - смотри, у салата есть уши! Повертел тарелку еще, подтолкнув лист.  Из норы уши торчат. - Он взял вилку и подвигал укропными "ушами" туда-сюда.

Тогда-то она и поняла, что все ее беспокойства не стоят и ломаного гроша: конечно, она сохранит ребенка.

Сто лет не сидела за «первой партой», на том месте, которое находится в прямом обзоре у преподавателя.
Причем, ладно, если читает он крайне нудно и не интересно, также наоборот. Любимый предмет, наметился мастер-класс.
Если предлагаемая информация действительно интересная, то чувствуешь себя периодически дураком - смотришь распахнутыми глазами и ртом в лицо лектора и думаешь: "кто первый отведет глаза, не слишком ли откровенно я пялюсь, какая рубаш…. ээ, как солнце светит за окном".
Сижу на мастер-классе по теории и практике массовой информации, обсуждаем, значит ситуацию с гречкой в нашей стране.
Сначала я пыталась представить эти самые поля, где растет эта злополучная гречиха, потом представила отряд «полевых работников». Почему то все мужчины как на подбор...
«Экспорт гречихи из Китая…»
Ок, думаю, Китай и гречка. Интересно было бы туда съездить. Пытаюсь слушать, постоянно сбиваясь, потому что мысли накатывают и все ни о том.
В итоге за всю пару подумала обо всем, кроме того, что нужно.
Каюсь.

Где люди пишут самое главное? О том, чем живут, кого любят, ненавидят, что чувствуют, о чем страдают, и о чем вспоминают.
А самое главное зачем? Мне сложно. Считаю, что есть вещи, которые выносить на обозрение ну никак нельзя. Нужно запереть их наглухо и никому не показывать.
Те вещи, о которых даже вслух говорить нельзя. Такие есть.
Просто это может обернуться чем-то неприятным. Когда человек знает, что приносит тебе самую большую боль или радость, он легко может использовать это в корыстных целях. Людей таких, увы, немало. Вы с ними сталкивались?

Его до ужаса бесило одиночество, но он делал все, чтобы остаться одному. Не желал, не мог видеть ничьи глаза, не мог слышать ничьих слов, не хотел ничего знать о том, что происходит там, за стеной. Сейчас жизнь казалась ему еще более чужой, чем раньше.
Поставив чайник разогреваться, он отключил мобильный и внимательно прислушался. Снаружи (у балконной двери) скребется кот, обгладывая последний, пока еще целый провод. Куда бы он ни переезжал, – кот всегда находил себе место именно у балкона под батареей, и круглогодично, наверное, не мерз. И в каждой квартире любой провод, где бы он ни был, всегда впоследствии оказывался сгрызанным. Благо, удавалось съезжать без проверки электрики хозяевами.
Кот и шум чайника - снаружи, а внутри все было не так уютно: холодно и онемевше, как во рту после ледяного молока.
Он сглотнул, понял, что переборщил, выпив два стакана ледяного молока. Налил себе чаю, повязал красный шарф, лег на диван.
Опять прислушался: холодно, но все же хорошо и спокойно. Правда, мешало, что кот, с проводов переключился на обои, и периодически громко мурлыкал.
Он закрыл глаза, опустив руку, коснулся пола и нащупал сигаретную пачку и даже пепельницу.
Пачка оказалось пуста. Он встал с дивана. Набросил пальто на плечи и вышел на улицу, хлопнув дверью.
Вечерами он любил прогуливаться по центральной московской площади: москвичи и гости столицы, огни, шум и атмосфера – все напоминало ему о том времени, когда дедушка брал его с собой на прогулку.
Тут он заметил ее. Она торопливо шла, пытаясь застегнуть пальто на ходу. Она, кажется, ощущала его взгляд на себе.
Ускорив шаг, он подошел к ней.
Сквозь сон она услышала бормотание «Девушка, возьмите пожалуйста шарф» и почувствовала, как он аккуратно укрывает ее одеялом.

Когда у меня стресс мне хочется:

- чтобы университет стал простым в обращении как телевизор, например
- чтобы дома было вино или виски
- чтобы старбакс находился ближе к дому
- чтобы под рукой была действительно интересная книга
- чтобы подруга завела бойфренда
- чтобы был человек, с которым можно поссориться, и тем самым получить вдохновение
- чтобы у моих друзей все было хорошо, но они молчали об этом
- чтобы у меня было много безразмерных теплых кофт
- чтобы взрослые тетки не делали из себя мадам
- чтобы за свою работу я получала деньги
- чтобы соседки не умирали в подъезде, когда там я
- чтобы я возвращалась домой после полуночи не одна
- чтобы те, кто предлагают помощь продолжали ее предлагать, потому что мне редко когда бывает трудно одной
- чтобы отец не был зол
- чтобы у моих близких все было хорошо, но они молчали об этом
- чтобы было над чем подумать
- чтобы ничего у меня не болело
- чтобы волосы сами укладывались
- чтобы шестиклассницы не рисовали в лифте
- чтобы я поймала рисующую в лифте шестиклассницу (и оторвала ей руки)
- чтобы я посмотрела фильмы, которые давно хотела посмотреть
- чтобы дома было много вкусного шоколада

В колонках играет - Marc Anthony - When I Dream at Night

 

Признать поражение?

Позвонить?

Ждать, пытаясь занять голову чем-то другим?

 

Она все сидела и смотрела на эти бумажки, листы, журналы, плакаты, стопки книг,  на эти невозможные дипломы, награждения, фотографии, ручки,  разбросанные карандаши.  Творческий беспорядок на столе, которым вечно были не довольны родители, когда она жила вместе с ними.

С тех пор как съехала, жить стало несколько легче: без упреков насчет беспорядка, записок «не забудь убраться» или «обязательно поешь», бытовых ссор.  Но гораздо сложнее в психологическом плане.

Ей хотелось, чтобы дома кто-то ждал. Не только эти фотографии, где лица потом стирались из памяти сами собой, или стояла  всегда чуть правее центра, считала, что лучше всего получается, стоя там.

У людей, видевших ее на улице, почти всегда складывалось впечатление, что она не одна, они были уверенны, что ее ждут, и завидовали уже тому самому счастливцу. Об этом ей сказали совсем недавно. Сказали, что независима, грациозна, и аристократична.

Задавая вопросы о личной жизни, люди всегда удивлялись ответам, и никто не хотел верить, большая часть знакомых полагали, что она что-то скрывает. А она старалась быть со всеми откровенной, поэтому истинное положение дел знали только самые близкие. Они же пытались избавить ее от мучений, но слушать их постоянно не могла. Считала, что лучше сама ошибется. И ошибаясь, думала, что обязательно послушает в следующий раз. Все повторялось снова и снова.  

Было уже за полночь, а она все сидела и смотрела на эти проклятые бумажки, пахнущие чем-то канцелярским и мертвым одновременно.

 

Она все сидела и думала – как можно было не понимать?

Как она могла не понимать?

Невозможно же, ну. Невозможно же. 

Бывает, ждешь чего-то, и уйма мыслей не дает тебе покоя. Например, как моя подруга предвкушает покупку ноутбука, которую она запланировала на Новый год. Но чехлы, кейсы, виниловые наклейки уже сейчас ищет и никак не успокоиться. В общем белый vaio она спит и видит.
Я тоже жду. Но жду не так «активно» что ли. Я только предвкушаю и очень надеюсь, что ничего не отменится.
10 декабря 2010 года 30 Seconds to Mars посетят СК «Олимпийский» в Москве.

Мой первый концерт.

Выяснила, что у нас в России, рядом с самым настоящим миллионером можно, совершенно не догадываюсь об этом, есть в ресторане, купаться в бассейне, осматривать картины в галерее, сидеть рядом в парке на лавочке и читать, а можно даже стрелять глазами и ждать ответной реакции, или поругаться. Можно встречаться с ним каждый день на улице и проходить мимо, задевая плечом. Чаще взаимно.
Как-то странно, что вот он такой обычный сидит рядом, и со своими товарищами обсуждает планы на месяц/неделю/год. Без толпы девушек, требующих внимания и денег, без помощника-секретаря, или спутницы-жены.

 

Пятница. Почти полночь. Круглосуточное кафе. Бесплатный Wi-Fi. Алкоголь, сигареты и кофе. Ворох мыслей.

Сегодня снова была там. Шла по центральной московской площади и вспоминала, как однажды на этом самом месте он предложил свой длинный шарф. Он заметил тебя давно, видел, как  ежилась в своем весеннем не по погоде одетом пальто, и поднимала воротник все выше. Заметил, подошел и предложил, просто так. Часто ли так бывает в нашем мегаполисе? Не вспоминала, как несколько лет назад, только поступив в институт, проводила здесь с ребятами все свободное время. Не вспоминала, как когда-то выкурила за углом свой первый косяк. Или прогуливала пары. Вспоминала только тот дурацкий шарф.

Нестерпимо пусто. Правда, не до конца. Так случается, когда не можешь отпустить ситуацию и все анализируешь и думаешь. Возвращаешься к той сцене, разговору, жестам и представляешь другой ее исход.

Что если бы тогда приняла бы шарф. Ну, ведь замерзла же. И эта мысль не давала покоя. А ведь хорошо бы отпустить. Заняться чем-то полезным. Разработкой рекламного проекта или записаться, как и давно хотела, на йогу, или помочь сестре с домашним заданием.

Хорошо бы отпустить. И быть свободной. Хоть на несколько минут, пока эта мысль не нагрянет вновь.

В эти несколько минут может произойти самое неожиданное, потому что в эти минут вообще ничего не ждёшь. Отпустить получается редко.

Она рисовала фигуры в воздухе дымом. Получился шарф. Снова.

Напротив дом, она пыталась сосчитать окна, но постоянно сбивалась.  Десятки окон,  десятки жизней в свете ламп, десятки снов. Затушив сигарету и расплатившись, вышла на улицу.

Центральная московская площадь. Разглядывая большую наружную рекламу нового ноутбука, она услышала:

- Я точно должен подарить Вам этот шарф.

Получи свой Поздравлятор

а пока...
http://twitter.com/Katrin_Grenouil

пишу списки,чтобы ничего не забыть

перепроверяю все по стопицот тысяч раз

заряжаю плеер летней музыкой

собираю чемодан

завтра вечером меня ждет поезд в славный город Санкт-Петербург  

мне и вам хорошо отдохнуть, загореть, повеселиться

и вернуться сюда с новыми впечатлениями! 

http://www.facebook.com/katrin.grenouil

Сессия подходит к своему логическому завершению
осталось сдать историю - самый сложный экзамен для меня
  а пока для подготовки целых 4 дня, можно позволить себе немного расслабиться
угощайтесь!)

Случается, просыпаешься утром и чувствуешь в себе силы. Невероятные силы, способность изменить мир, готовность к новым открытиям, желание прыгнуть в омут с головой, стремление к большему. Желание свернуть горы, прыгнуть с парашюта, объездить полмира с целью найти себя среди своеобразных улочек и уединения,  утреннего кофе в открытых трассах гостиничных ресторанов на маленьких площадях. Моменты, когда, кажется что ты человек, который способен на все. Который может сделать большее, чем просто прожить жизнь, бесцельно, не оставив после себя ничего кроме воспоминаний в сердцах родных и близких, списка недвижимости, личных вещей и быть - может человечка, в котором будет течь твоя кровь. Силы, которые, не давая покоя, позволяют дышать полной грудью и чувствовать себя больше, чем просто еще одним составляющим людского потока, движущегося пункта  A в пункт B, от одной станции метро к другой, смотря друг другу в затылок, тяжело дыша и мучаясь вчерашним похмельем, переговариваясь цинично-холодными фразами с таксистом или же оставляя чаевые за очередной обед где-нибудь в центре города. Городские жители. Жители, в чьем сердце стучит ритм, один и тот же трек, по кругу, у всех в головах, в сознании, в мыслях, в действия. И ты, такой особенный, идешь, гордо подняв голову, улыбаешься, смотришь на небо, и думаешь, черт побери, как же я люблю жизнь, как же я люблю этот кусочек неба, свою яркую малиновую сумку, удобную обувь и запах бомбейского чая вечером на кухне. Как же много мне еще предстоит сделать, пережить, понять. Целая жизнь, целая жизнь ждет меня, я ощущаю это каждый день. Каждый день я встаю в постели, с мыслями о том, как я люблю все, что меня окружает, люблю  учебу, свою квартиру, друзей, теннис по выходным, люблю свой гардероб, ломящийся одеждой, люблю шопинг, люблю хруст купюр в кошельке, люблю книги, пахнущие типографией, люблю маму, которая хмурит брови, и заявляет, что ночевать надо дома и возвращаться домой не позже 11, люблю писать, вслушиваясь в шорох клавиш, люблю оставлять предложения не законченными, люблю перечитывать неопубликованное. И эта любовь, она всецело, всепоглощающая, она позволяет мне быть, а не существовать. Позволяет отличаться от сотни тех, кто ненавидит понедельники, похмелье, пробки и остывший чай. Я стараюсь любить жизнь, мир и все окружающие, потому что по-другому невыносимо и просто тоскливо.

 

Стоит ли писать об этом?  Есть ты. А есть я. Где-то здесь. В пустой комнате. Может ты конечно не знаешь, что ты есть рядом, но ты есть. Я чувствую.  Прихожу с учебы,  открываю окна, бросаю ключи от машины/квартиры, включаю музыку  и сажусь читать чужие жизни в дневниках, или достаю новую книгу. Наливаю ароматный  чай в белую кружку. Старую такую, папе на работе дарили.  Сажусь и улетаю в другие измерения.

Номер раз.

Я уже ничего не жду от жизни. Я не то чтобы в ней отчаялась, я просто не верю в принцев.  Принцев, которые распахивают двери своих белых дорогих машин в тот самый момент, когда ты выходишь из кафе. Вот просто так, откроет дверь, облокотиться и улыбнется именно тебе. Даже оборачиваться не стоит, сзади никого нет. Точно уверена, что эта радушная, приветливая и несколько игривая улыбка предназначена тебе.

Конечно же, он в рубашке, небрежно не причесан, но волосы лежат лучше, чем самая безупречная укладка от известного стилиста. Я так люблю. И он посадит тебя в тачку, распахнув дверь. Довезет до дома, спросит телефон. А ты предложишь ему подняться в квартиру, или не предложишь. В любом случае на этом все красивое всегда заканчивается и начинаются инстинкты.

Но это не мой сценарий.

Номер два.

Меня, конечно же, никто не ждал бы возле белой машины возле кафе. Белый цвет, кстати, идет не каждой машине. В тот день бы я оставила свою машину дома, и выйдя из кафе, пошла бы легкой походкой вдоль вечерних фонарей, высоко подняв ворот пальто. Воздух свеж, только что закончился дождь. Светофор на перекрестке. И меня обливает огромный черный лайнер. Иду дальше, даже не отряхиваясь. Мысль одна - сесть удачно в такси, и впреть ездить на своей машине.  Глаза в пол и дальше по дороге до спасительного островка вымощенного плиткой пешеходной части. И тут он, пронзительный свет фар.  Видимо развернулся, жалко стало. Стекло опускается.

-  Девушка вы извините, я не специально, торопился.

Молодой человек, лет 30и, такое ощущение, что волосы вообще не причесанные с утра.

 - Да ничего, бывает,  – я улыбаюсь, но хочется нахамить.

Он предложит подвезти, я сяду в машину. Дверь он естественно он не выйдет открывать, зачем? Он просто снимет блокировку и впустит меня в салон. Я буду оттирать пальто влажными салфетками, а он будет шутить и держа руль одной рукой помогать мне. Потом, я предложу ему подняться. И мы, конечно же, будим пить виски. А потом заниматься…Инстинкты. И дальше начнется самое романтичное для меня. Своя своеобразная романтика. Ожидание позвонит - не позвонит. В чем идти. И куда бы его послать мудака такого.

Номер три.  

У каждого свой путь. Ее никто не встретит у кафе или работы, и даже не обрызгает машина на перекрестке. Она с работы спешит домой, готовить ужин и уткнуться в телевизор, свернувшись калачиком рядом с ним. А если случайный прохожий даже очень симпатичный, на которого бы раньше она точно обратила внимание,  улыбнется ей и пригласит в кино, она откажет. Она любит ЕГО. И ей никто не нужен. Ну, и что, что она упускает возможность хорошо провести время. Весь ее мир сосредоточен там, на седьмом этаже трехкомнатной квартирки, где так уютно только вдвоем, только с ним.

Жизнь - это игра. И я не знаю, что будет завтра. Но сценарий мы строим сами, как не крути. В первую очередь своими возможностями, во вторую целями и стремлениями, а в третью привычками и жизненными ориентирами. Мы такие разные. У каждого свой шанс и своя дорога.

 

Хочу умного мужчину.
Не такого, который будет забивать мой мозг иррациональными корнями уравнения производной, такой уже есть.
Умный мужчина.
Он часто носит рубашки, и иногда дает их поносить.
Умеет интеллигентно пить пиво и варит вкусный кофе. Одинаково хорошо разбирается и в том, и в другом.
Так же хорошо, как и в философии, политике и праве.
Смотрит euronews и может бесконечно спорить о футболе, пользе журналов и книг, кулинарии, Обаме и последнем диске the Killers.
О преимуществах ipod shuffle по сравнению с ipod classic.
Читает время от времени японскую поэзию и снисходительно тянет «о бооже» при виде свежего Vogue. Хохочет при виде полки с Vogue, но обязательно возьмет несколько номеров «просто почитать».
Тем не менее знает, что miu miu это детище Миуччии Прады.
Умеет готовить и не ныть, что это не его обязанность, любит убираться.
Знает, какое мясо лучше всего для стейка и где такое продается.
Не дуется и не обижается, мы тут не в младшей школе в конце концов.
Всегда говорит то, что думает и смотрит прямо в глаза.
Знает, когда надо сделать больно, а когда надо целовать медово и бесконечно.
Знает, что надо сказать и как сделать, чтобы победить
Приходит, видит, и побеждает.

Научи меня читать мысли и предугадывать события
Научи любить себя и восхищаться собой
Научи быть для тебя всем и в тоже время иметь возможность уйти
Научи быть уверенной в себе всегда и везде
Научи влюбляться, но всегда успеть остановиться, перед тем как отдаться любви целиком и полностью
Научи не спать неделями, а по утрам выглядеть так же прекрасно и свежо
Научи читать книги за день
Научи улыбаться тогда, когда единственное что остается - плакать
Научи находить выход из любой ситуации
Научи летать
Научи отличать правду ото лжи, а искренность от наигранности
Научи быть счастливой

Я так много всего не умею, а тебя еще не придумали

Через час душа откладывает карандаш и просит воды
Просит тело зажечь свет, чтобы не мыкаться в темноте
Перед глазами все плывет, закрывая глаза, умиротворяется
Просит дать поспать, но не спит
Смотрит на блики в воде, на себя в кольце подступающей темноты
Через два часа душа заканчивает причитать
Говорит «ну-ну»
Просит тело прикрыть окно
Тело шепчет «но»
Но душа не слышит или делает вид
Встает, кладет карандаш, надевает ботинки
Идет к столу, где ей уготован ужин
Тело, молча, стоит над ней пока она ополаскивает руки
Продолжая причитать
Забывая знаки, символы, автомобильные номера, сыновей и жен
Через три часа душа допивает кровь, заедает телом
Надевает пальто и идет к порожку
Где они, наконец, расстанутся
И неловко присаживаются на дорожку
Тело все сидит, а она уже у калитки в самом конце дорожки

Как и всегда по случаю торжеств, вся их большая семья собиралась в загородном доме. Уборка, готовка, гости – на время подготовки взрослые, будто под властью неведомых сил и настроений, становились нервными и дерганными. «Не мешай», «тут не сиди», «лучше помогли бы» - слышали дети ото всех, даже бабушка начинала ругаться, чего обычно никогда не делала.
Лешка - старший из детей - был назначен ответственным, и следил за правильностью и последовательностью организации семейного праздника. Он только-только окончил университет, а младшая Сонька пойдет в первый класс. Когда почти все было готово, и люди садились на места, Лешка вспомнил про Соньку, ее нигде не было.
Он нашел ее на чердаке, она была чистенькая, аккуратная, наряженная, только распущенные волосы сильно спутаны и белые кроссовки в земле, как будто она долго пробиралась по парку или просто топтала газоны. Соня, как и все девчонки ее возраста, была как мальчишка, любила лазить по деревьям, заборам и часто искала приключений.
Лешка посмотрел на стоящий в секретере хрусталь, погладил немое пианино, потом подошел к письменному столу, подергал сестру за расшитую тряпичными цветочками бретельку небесно-голубого платья и заглянул в ее тетрадь. В самом верху страницы стояло три раза подчеркнутое слово "СКАЗКА". Каждая буква была разного цвета. Дальше одна фраза была написана синим, вторая – красным, а третья, как раз в этот момент находившаяся в работе, писалась зеленым. Все буквы были толстые, с металлическим отливом. Из-за этого отлива написанное плохо читалось отсюда, сбоку, но, ни одной запятой там точно не было.
- Про что твоя сказка? – спросил он.
- Про одну девочку, - сказала Сонька, не поднимая головы.
– Ого, - сказал он, глядя на толстые металлические буквы. – Долгая будет история?
Она на секунду задумалась и недовольно сказала, не поднимая головы:
- Еще на семь фломастеров. Не мешай мне.