Я сгорала дотла – как Москва от копеечной свечки.

Значит, всё, что имела - и этой не стоит цены.

Что уж там о высоком, бесценно-трагичном и вечном,

если сам себе враг, и никто, и ничто не нужны?

Что уж там о цене – если отдано всё за полушку?

Что уж там о надежде – коль с верой проститься пришлось?

Что уж там… Что уж здесь! Здесь, в душе,

что обугленной маленькой тушкой

  в щель забилась на дно б, но в отчаяньи дна не нашлось.

Да уж… вера с надеждой – сбежали из первых

от пожара, где толпы зевак приходили смотреть –

как сгорает их третья сестра в одиночку, под крики о нервах,

лжи, добре, милосердии, дружбе, таланте, уменьи гореть…

Крики стихли. И слава богам – наконец-то.

Всё кончается. Даже пожар прогорел.

На растаявший воск, что когда-то красивой был свечкой,

закатав рукава, кто-то добрый и сильный с небес поглядел.