Ты всё увидишь, если не ослеп,
в игольное ушко Страстной недели:
вот кто-то в город въехал на осле
в нисане, а по-нашему – в апреле.

Вокруг него стоит базарный гвалт,
и тень скользит по глинобитным стенам.
Остался сзади Гефсиманский сад;
по городским артериям и венам
тяжёлой кровью смуглая толпа
течёт, не зная счета поголовью.
Он едет, вытирая пот со лба,
и смотрит с любопытством и любовью
на каждого прохожего, на всех,
сидящих под рогожею навеса,
где делится с кувшином полный мех,
и пахнет хлебом пресного замеса.

Он знает всё, что будет наперёд,
но в небе ищет круглый купол храма –
не пропустить бы только поворот,
а там уж, не сворачивая – прямо...

(с)