... Ты делаешь шаг вперёд и закрываешь глаза, чувствуя, как на лоб опускается прохладный обруч, на плечи ложится тяжёлый плащ. Держи спину, королева, и открой глаза: ничего не изменилось. Твои мужчины не разлюбили тебя, и красота не ушла, ты просто перестала лгать – себе.
(Себе - но не окружающим!..)

Впрочем, красота, когда-нибудь уйдёт. Ну та, внешняя, которую мы все так любим, и которой дорожим. И внутренняя красота не поможет жить по-прежнему – юные любовники разбегутся, мужчины перестанут оборачиваться на улице, собственное тело не будет больше радовать. Не сейчас, ещё не сейчас, но когда-нибудь – обязательно. И после этого ты не умрёшь, а ещё двадцать или тридцать лет будешь как-то жить, наблюдая, как лучи софитов, прежде направленные на тебя, скрещиваются на ком-то другом. Прими и это.

Потому что отныне путь будет освещать только твоё личное сияние, твои собственные светлячки, которых ты насобирала за предыдущую жизнь – твой интеллект, твоя нежность, каждая слеза, пролитая над дурацким письмом, и каждая улыбка. Вся боль, которая рисовала на твоём лице, и вся радость, которая тоже оставила следы. Твой талант, который и не думает угасать. И всё, что ты сделаешь при этом неверном свете, будет только твоей, личной победой, а не результатом манипуляций с чужим либидо. И личным поражением, если что, - разумеется...

(с)