Так не выйдет ни в эту осень, ни в этой жизни -
ни один из нас не способен себя терять.

Немота подступает к горлу - рискни, скажись ей. С каждым новым ушедшим ты просто отрежешь прядь,
одиночка и мастер, влюбленный в себя художник, по лекалам своим сочиняющий галатей.
Каждый новый под инструментом твоим не дожил до простого и человеческого. Пустей,
не прирученный, не отдавшийся и надменный. Несвободу от прочих расценивавший, как сплин.

Захотевших тебя эта осень убьёт мгновенно, нутряно, выжигая последний клочок земли
под ногами - поскольку ты любишь в других себя же. Потому что тобою взятый настолько нем,
что забыт, отработанный, только затем и важен, чтоб тебе любоваться игрою своих теней.

Мы не можем терять себя, смертники и скитальцы. Нас так много другим, заменивших им кислород.
Весь их мир - в наших тонких, восторженно-нервных пальцах, даже если мы жаждем, чтоб стало наоборот.
Ничего не меняется: осень на осень ляжет, как зарубки на камне, как кольца в шершавый ствол.
Без вины виноваты, мы живы сердечной кражей,
не заметив, что мы не крадём у них ничего.

(с)