раньше было всё можно, теперь - ничего нельзя.

закрепиться не удалось,
отряды снимаются с мест.
в уголке глаза принцессы блестит непрошеная слеза
и она говорит пажу: ладно, свинья не съест,
не выдал бы бог.

он губы кривит, передёргивает затвор,
сплевывает окурок в одну из напольных ваз,
отвечает: госпожа, мы все слышали приговор
и пошли за вами тогда, пойдём и на этот раз.

первая придворная дама натягивает камуфляж,
прячет нелегальный ствол в чёрную кобуру.
не нравится мне, говорит, этот вот заоконный пейзаж,
ну что за утро, прости меня боже, в сосновом бору?

вторая придворная дама вешает на пояс нож,
разминает пальцы, наливает в стакан иммунал,
мы, говорит она, вешали тут лозунги "не пройдёшь",
а придётся завтра оставить и этот квартал.

придворный врач раздаёт таблетки, бинтует принцессе кисть,
он молчун, не любит всей этой бессмысленной болтовни.
а что тут скажешь? да эти!.. да они!.. да ни в жисть!..
вчера побеждали их, а сегодня, хочется верить, они.

"смерть узурпатору", - пишет бездумно в блокноте усталый шут,
на прикладе столько зарубок - лень новую прорезать.

принцесса сжимает ладонь, думает - обезболивающего потом попрошу.
на боку всё ноет синяк от горошины, полученный, кажется, много веков назад.

(с)