сладко от смеха, горько от страха, оскомина от вины,
я вспоминаю, щурясь под старым солнцем:
мои цыганские юбки, браслеты и кольца,
мои глаза из-под чёлки, колени и пальцы
никому не нужны...
выпало даром, да не на что выменять...
с каждым ударом сердца
заклинаю:
люби меня!
ливнем и листьями, черной дырой июля,
маленькой бабочкой под потолком,
ласковой паутиной согретых улиц,
заклинаю:
засыпай с моим именем под языком...

Вечер с моей ладошки
живую тоску лакает,
какая я ворожея?
да никакая,
детка без клетки, нарочно сломана, вымученно одна,
хочешь - давай я тебе погадаю.
стоит недорого.
чашка хорошего кофе и ночь без сна.

не пугайся же, тихо.
ты останешься при своих,
не утратишь то, что нашёл.
говорят, это хорошо.
вот, полюбуйся, чужие страны,
тёмные старые вина,
вот, погляди, тонкорукая Анна
и бронзовая Кристина,
ложечка с горкой - и никакой расплаты,
вот мальчик и девочка, видишь, Андрей и Катя,
умнички, солнышки, птички, ни капли горя,
видишь - английская школа, в августе к морю,
так всё и сложится, правда, никто не сглазит,
можешь дожить до каких-нибудь несуразных
лет. и порхнуть на небо в грозовую тёплую ночь.

по-моему, просто ужасно.
прости.
я ничем не могу помочь.

и напоследок ещё запомни: если невмоготу -
имя моё, как прохладный шарик, можно катать во рту.
не избавляет от клятвы, пахнет аптечной мятой,
ни от чего не лечит, но всё же легче...

(с)