flower_li,

Хоть порвись на клочья, хоть наизнанку вывернись –
Не спасти, да что там, просто не удержать.
У неё в глазах живёт золотая искренность,
Что куда больнее выстрела и ножа.

У её кошмаров – запах вина и жалости,
У бессонниц – привкус мёда и молока.
Будешь плакать? Пить коньяк? Умолять? – Пожалуйста.
Только лучше молча выпей ещё бокал.

Безысходность дышит яблоком – до оскомины,
Голубые луны светятся горячо.
Ей судьба давно отмерена и присвоена
Инвентарной биркой – лилией на плечо.

Да куда ты – брось рюкзак, не спеши, успеется.
Положи на место ключ... Я сказала – брось!
Это ей – дорожный знак, ветряные мельницы
И чужие жизни, прожитые насквозь.

А тебе – июльский вечер в саду под вишнями.
Сигарета, тремор пальцев, искусан рот.
Это больно, чёрт возьми, становиться лишним, но...
Потерпи, пройдёт. А может быть... нет, пройдёт.

(с)

Ёля_Апельсин,

Кто поверит теперь, что преданье свежо,
Кроме старой глухой ворожеи?..
Твой олень не простил щекотанья ножом
И рубцов от верёвки на шее.

Он оставил тебя и умчался во тьму,
Под защиту полярного круга –
И никто никогда не докажет ему,
Что его ты любила как друга,
А верёвка и нож – не вина, а беда
Не видавшего ласки ребенка...
Твой олень от тебя ускакал навсегда –
Так легко и отчаянно звонко.

Не узнают тебя, так мечтавшую стать
Беззаботной, лихой атаманшей,
Ни девчонка с глазами оленя, ни мать –
Ты давно не такая, как раньше.
Только муфта осталась от прежних времён –
И привычка не спать до рассвета...

Всё бредёт через утренний серенький сон
Твой олень, пропадающий где-то...

(с)

http://lapushka1.livejournal.com/493912.html

colore,

Никто не напишет письма, телеграммы, не нарисует даже весточки на стекле.
Любви остаётся едва ль больше грамма, да и та уже обещана в другую клеть.
А небо висит на страховочных тросах и опасно раскачивается по ночам.
Я забыла ответы на все вопросы, что задавала когда-то в божественный чат.
А бури рекордны по прыти и силе, и никаких слов не хватает, чтоб рассказать...
Я помню, что меня когда-то просили во время затмения не открывать глаза.
Вот чёрные лебеди, чёрные кошки, вот червлёные стяги и неоны витрин...
Как будто играю в себя понарошку и забываю, что снаружи, а что – внутри;
Как будто горючей напичкана смесью, несу себя бережно, даже как-то с трудом.
До Нового Года остался лишь месяц – а я хожу по городу, не находя дом.
Мой бред обнаружен, опознан и назван, и его имя рифмуется даже с моим;
Пытаюсь дышать, но давлюсь раз за разом, и сердце почему-то бесконечно сбоит.
Я забываю порой погасить свечи и проверить, сколько денег лежит в кошельке...

Но пока Земля вертится, каждый вечер я остаюсь поцелуем на твоей щеке.

(c)

засранец_джо,

ставить, не рассуждая, на заведомо проигрышный вариант,
всё, что есть у неё за душой - пустоту небес, заселенность личного ада;
ставить последнее - словно живое сердце из клетки грудной вырывать -
резко, небрежным жестом, преодолев непреодолимое "нет, не надо!.."

надо! - потому что иначе всё суета, пустословие, гниль, распад,
всё, во что учатся верить и - верят, и платят любую цену, какую ни назови...
пусть небеса бесконечно пусты и слишком плотно заполнен внутренний ад,
смысл только в том, чтобы чувствовать, как взрываются фейерверки в шальной крови.

ставки сделаны. под глазами тени, в висках пульсирует сумасшедший ритм -
в этой игре не предусмотрено ни для кого никогда ни поражений, ни побед...

даже если её врасплох застанет та, о ком всуе не принято говорить,
самое главное - слышишь? - последним взрывом она уже всё успела
сказать
тебе.

(с)

Helen_is_crazy,

я живу с рождества по ноябрь моё солнце уходит на мель
я считаю падения капель и ищу километры земель
я смываю с себя без остатка штукатурку и чью-то любовь
нам вчера обещали осадки что закроют остатки следов
я пишу тебе письма на стёклах на листах запотевших зеркал
на развалинах на водостоках на застывшей воде озерка
город мёрзнет в твою здесь не-бытность я здесь мёрзну когда тебя нет
дело даже не в том что забыто имя паспорт e-mail кабинет
дело даже не в том что снаружи так же гадко как гадко внутри
хоть в ломбарде закладывай душу хоть белугой неделю ори
нет на плеере времени кнопки что-то вроде отмотки назад
есть большие московские пробки и опухшие утром глаза
есть архивы цветных фотографий и букеты засохших цветов
есть долги расписание график только это ты знаешь не то
мы забыли как пьётся под утро как под ливнем танцуется вальс
мы забыли как точно и мудро подбираются песни для нас
мы забыли как сочно и гулко исчезают значения слов
лишь играет сонату в проулке обрусевший чудак-крысолов

(с)

Некто ломает надвое фонари
Хочет проверить есть ли у них сердца
Бездны алмазные валятся изнутри
Не прекращая мерцать на лету мерцать
Дочь стеклодува стучится в воздушный склеп
Плачет горит человекообразный торф
Кто открывает глаза но не видит, слеп
Кто закрывает глаза и не видит, мёртв
Дочь дровосека стучится в подземный храм
"Кто ты давший мне имя давший мне ось"
"Я нечто вроде окна без стекла и рам
Не замечаешь пока не пройдёшь насквозь"

(с)

истина где-то рядом.
хочешь видеть её следы?
хочешь найти её путь по волшебным картам?
проще простого. принеси мне живой воды
из холодильника в круглосуточном супермаркете.
и осторожней, там на ступеньках лёд,
мокро и скользко, и ветер почти весенний...
мой компас свихнулся, но всё же два раза в год
указывает на север...
сделаем в лучшем виде: огонь с небес
и всё остальное, что нужно тебе для счастья.
у меня, как и прежде, полны рукава чудес –
морскими узлами перехвачены у запястий.
я ничего не забыл, но загвоздка в том, –
ты не поверишь, – что с середины лета
моё королевство спит под ольховым кустом,
под деревянным крестом,
на глубине двух метров...
и если тебе так хочется наяву
услышать сказку, увидеть чудо, коснуться края –
давай посеем на минном поле разрыв-траву,
как только растает снег.
и подождём до мая.

(с)

Светлана_Садилова,
Ольга_Ахиярова,

Фея просыпается и курит. Нужно две,
Чтоб для начала понемногу прояснилось в голове.
И хорошо бы вспомнить – с кем и что пила.
Морщится и борется с привычной тошнотой
По понедельникам. Встаёт – уже понятно, что не с той.
Но надо ехать делать добрые дела.

Надо – значит, надо. У судьбы мотив простой:
Ей всё равно – хоть стой, хоть падай. Но желательнее – стой
И не гадай вотще – "тому ли я дала?.."
Феям это свойственно – попросят, так давай,
А, впрочем, думать больше некогда – успеть бы на трамвай,
Ведь надо ехать делать добрые дела.

Где-то в чёрном ящике разбившейся мечты
Лежат зачитанные письма и засохшие цветы.
Она осталась непонятно как цела.
Дом напоминает то ли келью, то ли клеть,
И даже можно пожалеть себя, да лучше б не жалеть
И машинально делать добрые дела.

Дел не перечесть. Накинув старенький халат,
В большой больнице, где так много неухоженных палат
И очень умных, но бессильных докторов,
Фея растеряла весь запас волшебных слов
И может только выметать чужую боль из всех углов.
Её там за ночь накопилось – будь здоров...

Вплоть до новой пятницы, уставшая душа,
Трудись, а после, неумело и безрадостно греша,
Ищи забвенья от кошмара добрых дел.
После – затемнение. И некто без лица.
И так неделя за неделей. Без начала и конца.
У фей так долог век. Но есть ему предел.

(с)

Мне скучно, бес...

(с)


Маренго ночи в оконной рамке... Ваш ход, маэстро, не будем мешкать.
На белом поле рыдает дамка – ей так хотелось обратно в пешки.
Е2-Е8 – как имя бога. Пространство давит до нервной дрожи.
Свободы тоже бывает много, когда игру прекратить не можешь.
Колючий ужас стегает плетью, кураж по венам, как щёлочь, едкий:
Упасть с обрыва – почти взлететь, и... вернуться снова на ту же клетку.
Четыре вправо, четыре влево, но выбор, в общем, довольно скуден –
На плечи валится небо-невод, сплетённый богом из пыльных буден.
Обнимет, спутает лживой лаской, сотрёт из памяти боль финала.
Былое горе проворной лаской скользнёт внутри от конца к началу.

Е2-Е8. Снаружи вьюга. На кухне Гретхен печёт картофель.
Со скукой глядя в глаза друг другу, играют Фауст и Мефистофель.

(с)

И не было любви. И не было - на грани -
Наитие услышано - извне...
И не было внутри осознанных желаний
Дыханьем жарким таять в тишине.

И в торжестве разлук рассеивались звуки,
Ушедшей лаской раня исподволь.
И среди многих рук твои чужие руки
Прикосновеньем причиняли боль, -

И не было тебя... И не было притворства
На том конце сплетённых проводов,
Где обрывался вздох... И нарочито просто
Освобождала чувства нелюбовь.

(с)

Ксения_Литвиненко,

Выпадет снег, а покажется — знак —
Знай, мол, сверчок, своё место...
Жизнь, словно школьный смешной пиджак,
Станет в плечах тесной.

Грянет оркестр одиноких сердец,
"Ом", — скажет Люси нежно,
Снова в ладошку твою с небес
Скатится кубик снежный.

Плюнешь три раза через плечо —
Крыть-то опять нечем.
Смерть, как всегда, выпадает на чёт,
Снег, как всегда, — на нечет.

Глупости это, не знаешь — не лги —
Нафиг закрыть дверцу...
Просто, бывает, что слышу шаги —
Думаю, это сердце.

(с)

МореВолнуетсяРаз,

По голосу - дождь-не дождь.
По голоду - зверь-не зверь.
По городу не пройдёшь.
Скажи мне - куда теперь?

Плыви, не плыви - стена,
Ходи, не ходи - вода.
Твоя обо мне вина
Не кончится никогда.

Моя о тебе печаль -
Отчётливый птичий крик.
Ты больше не смотришь вдаль.
Ты слышишь. Но ты привык.

(с)

Ванильно-счастливая,
po-puti,
Noniko,
Konctanciya,
Я_Фарфоровая_Кукла,

если честно, она была, в общем, сильной,
закалённей дамасской стали, но...
в ней засела предательски подлая мина,
невзорвавшаяся опасная мина,
и она возвела оборонные линии -
маннергеймы и прочие мажино.

эта мина не переставала биться.
жить под страхом взрыва - такая жуть...
и она впустила к себе убийцу,
ледяного безжалостного убийцу,
и сдала - одну за другой - позиции,
и вернулась к исходному рубежу.

лучше пусть чужой, чем колонна пятая -
от руки равнодушной приятней смерть.
прикоснись - и сработает детонатор,
это очень чувствительный детонатор,
прикоснись, убийца, пойми, так надо...

возвращаться -
худшая
из примет.

(с)

И когда она уснёт на его плече, он решит никому её не отдать.

Он такой красивый, отчаянно синеглазый.
Он такой успешный, что кружится голова.
Я ловлю его, собирая фразы,
Перепутывая слова.

Он, наверно, любит прегорький кофе
Или самый нежный зелёный чай.
Я пишу его, забывая вздохи
У его плеча.

Он обнимет, может быть, и обманет,
И огонь в камине осенью разожжёт.
А когда я усну на его диване,
Он меня сбережёт.

И мне будут сниться снега, как в мае
Тополя асфальт превращают в наст,
Он подсмотрит мой сон. И знаю –
Никому меня не отдаст.

(с)

dAiva_Glamur,

И когда ты решишь, что всё счастье разово, и от сердца вмятина на ребре, Бог возьмёт и положит тебя за пазуху, отнесёт на самый большой хребет и отпустит ласточкой, славкой, горлицей из-под всех заоблачных покрывал.
Этот мир прекрасен до спазмов в горле, и
Ты проснёшься – словно не умирал – синеглазым, смуглым, песчаной отмелью, тростниковой дудочкой между губ, влажным тёплым ветром, летевшим от меня и звенящим звёздами на бегу, тёмным илом, лёгшим на берегу. И река, задумавшись, бросит под ноги золотую рыбку, волшебный плёс.
У тебя в ладонях – июль и подвиги, ты в своих ладонях мне мир принёс, положил в карман, оправил платье мне.
Этот мир прекрасен, и в горле ком,
Я – сундук, наполнена сном, и памятью, и речным горячим твоим песком.

И тогда ты решишь, что всё стало правильным и распустишь бантик мне на косе.
Этот мир такой, что не видно края в нём.

Бог вздохнет и станет тобой – совсем.

(с)

Богема_из_Питера,
noel_ja,

Нет, не белый снег кружится –
Цвет вишнёвый снегом стелешь...
Я хочу тебе присниться.
Жаль, что снам ты не поверишь...

А весна изранит город –
Мглой, тоской неизлечимой.
И однажды в лунный холод
Я приснюсь тебе, любимый...

Ты ему обещала, что будешь сниться, голос дрожал немного из микрофона; эта весна не смела тогда случиться, лампочкой заискрилась из-под плафона, крикнула хрипло подраненной гордой птицей, рухнула в море – как будто шагнув с балкона.

И стала чуть ближе – теплом дивана, наброшенным полушубком тебе на плечи – весна, вся сожжённая, как саванна...
Ну, что же ты, девочка, плачешь в ванной? Ужели ты думаешь – станет легче?

Прошло больше времени, чем полгода – зима, Рождества расписной калачик; а быть бессердечной – такая мода, а быть бессердечной – быть сильной, значит.
Ну, что же ты, девочка, в ванной плачешь? Ужель не по нраву тебе свобода?
Чтобы никто не слышал, включаешь воду.

Конечно, ты помнишь, как ветер в тебе резвился, ветвился и злился на тех, кто кроме. Ужели ты думала – память тебя не тронет?
Ты сильно его любила, он снова снился
и грел тебя, как снежинку, в своих ладонях.

А что будет дальше? Ты выйдешь когда-то замуж, он женится на какой-нибудь Маше, Зине.
Но он тебя любит – и ты это знаешь.
Вы знаете оба.
И это
невыносимо.

(с)

Сонный вечер льётся за горизонт, облака, как пёстрые ткани платьев. Две улыбки в кофе - ноябрь заплатит. Я вплетаю счастье в чудной узор городского неба. Звучит фокстрот, стынут блики солнца в чужом глинтвейне. Это не любовь, это просто веер, чёрный бархат, бусины цвета rot, бахрома, перчатки. Глаза в глаза: - Вашу руку, леди. Какая смелость - быть собой, отчаянно, неумело. Поворот на пальцах и шаг назад, переход, перо, шаг, спина к спине, каблуком отстукивать ритмы сердца. Это не любовь, это просто скерцо и немного сладкого льда на дне. За минуту: здравствуй, прощай, прости, тридцать тактов верить, скользить, кружиться. Не хватает воздуха дальше жить так, не хватает дерзости отпустить. Реверанс. - Позвольте поцеловать. - Да... И звуки тонут в немой гортани. Это не любовь, это просто танец, говорящий больше, чем все слова.

(с)

SoulSearcher,

за краем земли
в безнадеге, в холодном овраге,
куда не пускают
деревья гоняться пургу,
сиреневым сном
засыпает несбыточный ангел
за краем зимы,
как в пуху - на пушистом снегу,

за краем тепла,
нараспашку бессмертной душою,
раскинув как крылья
полы своего пальтеца,
бескрайние сны
видит ангел за краем покоя,
и перья-снежинки
не тают, касаясь лица,

кружат и кружат,
и ложатся, как палые листья,
и стелется саван
в овраг белоснежным холстом -
бумажным листом -
но пустой этот лист
или чистый -
никто за меня
не решит и не скажет никто.

(с)

КсенияНеСобчак,
Виталий_Рыжков,

Там, где белую воду чёрная пьёт вода,
Где безумный огонь съедает огонь глазами,
Златокудрые люди ходят по городам
На худых кораблях с дырявыми парусами.

Ты звонишь мне оттуда каждый десятый год
В одинокую рельсу, брошенную на шпалы.
И никак не пойму – ты Яков или Федот,
И какая такая блажь на тебя напала.

Я люблю твоё имя сказанным наугад
В беспросветную небыль, в невидаль золотую,
Мне поют это имя ветер и снегопад
От того, что десятый век по тебе тоскую.

Там, где воду живую мёртвая пьёт вода,
Где людей златокудрых жгут с кораблями вместе,
Кто-то смутно знакомый ходит по городам
И звонит иногда безумной своей невесте.

(с)

Bitchy_Z,

Всё нормально, всё спокойно, -
то есть, скучно, то есть - пошло;
(кошка - хвать! - и утащила
чёрно-белого ферзя);
сад мне тесен, мир мне тесен,
я мечтаю осторожно
(иль не очень осторожно)
дотянуться до "нельзя".

Ну-ка, солнце, ярче брызни!
Средь гавотов, вальсов, полек -
исключение из правил
в стиле "колба - колбаса",
я алкаю правды жизни,
я, наверно, алкоголик,
и напиток марки "Drink me!"
обещает чудеса...
...а иначе бы откуда
взялся говорящий кролик,
и куда он так стремится
с опозданьем в полчаса?

Кролик в шляпе и в перчатках -
очень странная порода,
кролики такого рода
мне ужасно по нутру...
Так задумано природой
или вкралась опечатка?
Я умру от любопытства,
но от скуки - не умру!..
...Этот сад, цветочки, грядки
и всю прочую муру
променяю без оглядки
я на кроличью нору.

В глупом ежедневном беге
наперегонки с часами
я участвовать нисколько
абсолютно не хочу,
и не то, чтоб свою жизнь я
наполняю чудесами,
просто забираюсь в норку -
и - бабах! - уже лечу...
...если не бояться падать -
чудеса случатся сами
(и, пожалуйста, не надо
направлять меня к врачу!)

Просто я лечу и верю,
что на самом дне колодца
обязательно найдётся
тот, кто в кучу сгрёб листву;
просто я живу и знаю,
что мой "шмяк" об дно колодца
будет не финалом книжки,
а началом Chapter Two.

(с)

Так лопается струна или рвётся нить.
Осколки тепла остывают в пушистом пледе.
Её больше нет. И не надо сюда звонить,
доказывать что-то, - она к тебе не приедет.

Всё кончено, можно спокойно идти домой.
Ведь все перемены к лучшему, – как иначе?
Не надо звонить ей: теперь этот номер – мой,
мне нечем тебе помочь, извини, мой мальчик.

Здесь некому стало тревожить тебя – ни с чем;
шептать – "понимаешь", "это невыносимо",
паясничать, засыпать на твоём плече
и ждать от тебя того, что ты дать не в силах.

Её больше нет. Да, она была хороша, –
но мучилась так под конец, что, когда не стало,
все радовались. Будь спокоен, моя душа;
она не встанет, она никогда не встанет.

От жизни-то нужен ей был только ты, пойми,
и губы твои, потрескавшиеся от ветра.

А я –
у меня есть целый огромный мир,
и я говорю "спасибо" тебе за это.


(с)

Единорог мои оставил сны.
Среди каких теперь пасётся лилий?
Какие из беспечных птиц лесных
Гнездо между его лопаток свили?

Прозрачен свет надломленной луны.
Спокойна ночь. Теплы ладони Бога.
Уснуло время. Сны мои полны
Полей цветущих. Без единорога.

(с)

Djuli,

и пока нас (незрячих) Господь не снимает с огня
и пока поспевает черешня и бродит в зрачках
ты меня обними обмани и забудь про меня
променяй пронеси мимо рук в непослушных руках

и пока нас крадёт друг у друга пернатая речь
(онемевших) ведёт за три моря чернея лицом
обо мне помолчи не умея как прежде сберечь
то что сказано было когда-то небесным Отцом

и пока в нас (оглохших) течёт неживая вода
словно камни морские серебряный слух обточив
ты бессмертную птицу поймай в обгоревших садах
и черешней с руки накорми и с собою сличи

(с)

...а Луна была беспросветной соней
И, проспав закат и вечерний ланч,
Доставала с облачных антресолей
запылённый звёздною пылью плащ

И чихала, сетуя на погоду -
Мол, какая сырость и грязь кругом...
Уходила, спящий минуя город,
Прогуляться к озеру под дождём.

Спотыкался пьяно туман о камни
и хватал упругую плоть осин,
И рябили озеро плавниками
Желтобрюхие сонные караси.

Неcмотря на холод ночной и слякоть,
Так сюда тянуло, что спасу нет, -
И Луне хотелось сначала плакать,
А потом - шампанского и конфет.

И ещё жалела, что вместо лески,
Положила пудреницу в карман...
Дааа... она опять, превращаясь в месяц,
ощущала слабости Инь и Ян...

(с)

...ноября - чудный день для установки новогодней ёлки )

http://gelanie.com/elka.php?id=228f1af6ecf499e53abc81e33cf13e6e

Украсим? )))

Настёнчик_ПоЗиТиФ4иК,
кристина_не_твоя,

где-то во мне... не так, чтобы глубоко, -
на пол-ладони глубже, чем взгляд, соскользнувший с кожи,
прямо под крест, нарисованный угольком,
льдинка впилась... так прорезала уголком,
что до сих пор достать ни один не может...

где-то во мне, не так, чтобы глубоко -
вымерзло всё... промёрзло на пол-ладони...
Кай белокурый, точь-в-точь молодой Адонис,
плачет и сетует, что не со мной знаком -
не узнаёт и мечтает сбежать тайком...

нынче такая жизнь - не хватает приличных Герд,
каждому по одной бы, да только где там...
с ней холоднее, чем без - и зима на лето
смутно походит, подходит такой карге -
видимо, в ней сместился какой-то ген...

где-то во мне... не так, чтобы глубоко...
сердце стучит о рёбра, звенит - ледышкой,
ты так боялся, как бы чего не вышло,
что ничего не вышло. и в горле ком...
а ведь хотелось - счастливо и легко...

вот и нам поделом, не выросло на пустом -
знать бы, чего просить, у кого, за кого, о ком.
крест на груди... нарисованный угольком -
и я под крестом...

(с)

Если уже зимовье то хоть бы снежный покров
Белое логово тучных и тощих коров
Альбомные стены летящие издалека
К жарким чаям дающие молока

Если уже берлога то пусть бы за шторой уют
Тёплые лампочки пальцы в розетки суют
Книжные крылья как шёлк парашютов шуршат
Мысли толкает семейка стишат-кукушат

Только облезли декабрь и январь и февраль
Съела вселенская моль твою белую шаль
Не было страньше печали ходить и шуршать
Чтобы хоть как-то всю эту муть размешать

Только дорожка бесснежна сыра и крива
Вечный коричневый все дерева превращает в дрова
Вот и забава теперь их обратно из дров
Перевербовывай в тучных кукушек летящих коров

(с)

Задание - написать, с кем из ваших ПЧ ассоциируются полученные вами цитаты.

Итак, от That_very_Anfisa мне досталось следующее...
Мои ПЧ, как и цитаты, мне мало знакомы - а посему меня терзают смутные сомнения... )
За исключением пункта 4 - в нём я уверена ))

1. - ты до сих пор думаешь, что ожидание...
- теперь я думаю, что ожидание - синоним ада. Время

2. Нелепый из меня был дрессировщик.
Командовали мною звери,
Хотя в руках были плети. Meditating

3. Ах, бэйба, бэйба, мы танцуем на носу корабля That_very_Anfisa

4. Сердце одолжено так, что синяк на душе По_Ту_Сторону_Меня

5. на газовой в кухне горелке
всю ночь кричит бабочка Туська_Ко

P.S. Никого не хотела обидеть.

Wereangel,

Это мгновение осени - знаешь сама -
Тянется вечность, да кончится так незаметно.
Острой иглой по поверхности лунного света
Музыку снега рисует ночами зима.
Гвалтом вороньим затоплены парк и дворы,
Небо так серо, так голо и так неказисто -
Осень уходит, прощается. Ржавые листья
Втоптаны в слякоть... Не встретиться нам... до поры.
Если б вернуться за занавес мелких дождей,
Нить паутины схватить и взлететь над полями,
Ижицы стай обгоняя, за тёплыми днями...
Если бы, если б... В мгновение осени, где
Огненный клён, синева и лиловый закат,
Спелые яблоки, губы и привкус корицы...
Если бы, если б вернуться! Дожди на ресницы
Нижет ноябрь... но по-прежнему явственно снится
Искрой в лазури расплавленный нежностью взгляд!

(с)

Женя_Желяева,

Сегодня ночью осень кончится,
Осталось плёнки меньше метра.
Последний лист дрожит и корчится
В отчаянных ладонях ветра.

И тот в ответ послушно бесится -
Свист переходит в дикий хохот.
Финал... прощальный вечер месяца.
Не унывай... всё будет плохо!

Найдут с утра сердечко олова,
В сгоревшей кучке снов и басен...
Мигнёшь - и рухнет снег на головы,
Малейший вздох - взрывоопасен.

Финал... я жду отрыва листика,
А он привинчен к ветке мокрой,
Рябит в глазах весёлой охрой,
Не падает... такая мистика.

(с)

Хреновник_торжества,

Для других мы создаём правила, для себя - исключения.

Шарль Лемель