Найдено у -Эоланта-

Ссылка

Моя точность - 96 %.
Среднее значение для взрослых участников этого теста - 80 %.
Значение 60 % и ниже может свидетельствовать о расстройстве восприятия лица.

день первый
ничего не происходит
инерция ведёт меня вперёд
рассеянно ищу ошибку в коде
знакомых ежесуточных забот
все переменные известны вроде
но глаз закономерности неймёт
и кто-то говорит о новом годе
наверно врёт

день третий
мир безлик и пустотел
на горло жмут невидимые клещи
туман ложится в город как в постель
гостиничного номера приезжий
и кажется что мы живём затем
чтоб имена придумывать для вещи
вещей всё больше в этой темноте
меня всё меньше

день пятый
беспощадный дождь полил
на месте сердца страшная воронка

и поезда с той стороны земли
идут так громко

(с)

В декабре, бредя по колено в Твоём серебре
через двор - не всю же мне зиму сидеть в норе, -
если вправду слышен Тебе человечий гомон;
Дед Мороз, иже всё же еси Ты на небеси,
что просить мне, помимо того, чтоб хватило сил,
дуэнде и либидо, и ци, и всего другого?

Чтоб в любой темноте нас согрели Твои лучи,
чтоб в любой темноте мы умели их различить;
лучших постановок, изысканнейших прелюдий,
пролетариям всех каррасов - свободных виз,
ледяных и любимых вершин, и тропинок вниз,
если те вдруг замёрзнут там - и потянет к людям.

Чтоб на тех, кто мне снится, не падала с неба тень,
чтобы Ты хранил их возлюбленных и детей,
чтобы легче им шлось, а что нужно - бралось с наскока;
чтобы смел, кто не смеет, и высказался, кто нем.
Чтоб красивейшему из друзей на его войне
кто-то глупый не оцарапал лицо осколком.

(с)

Качается под ногами деревянный настил,
не за что ухватиться, отгородиться нечем.
Заканчивается год, доска и остаток сил,
и только ремонт в этом городе бесконечен.
И бесконечны идущие к метро. Не доделав дел
спешащие по доске, уже не ждущие чуда:
куда бы ни шёл бычок, чего бы он там ни пел,
его смоляной бочок не пустит отсюда.
И весь твой избытый год, бесцветен и безголос,
пока на шаткий помост всё жёстче тени ложатся,
проносится перед глазами до слёз, до смеха, до слёз
и снова до смеха -- иначе не продержаться.
А значит, иди к метро, земли касаясь едва.
Поскольку думай что хочешь, но всё же делай что должно.
То ли опять теплеет, и кружится голова,
то ли доски положены ненадёжно.

(с)

и лёгкое перо кружится над бумагой
и падает и скрип отчаянный стропил
и падает и снег в кровавых завитушках
возможно тушь разлил беспечный каллиграф
и лёгкое перо кружится не снижаясь
но падает и пух скрежещет по ветвям
и ледяные иглы мерно мирно мерно
не могут долететь и дерево скрипит
возможно птица рух возможно птица рок
и падает с крыла теряя маховое
и падает и сон но невозможно спать
и лёгкое перо на провода присело
и падает искря и тает снег шипя
и лёгкое и снег и где-то над бумагой
каких ещё стихов и падает искря
не молния но пух не снег но ледяные
иголки и никак не могут долететь
до белого и пух полярного окраса
каких ещё стихов искрит я всё забыл

(с)

Подобен снег молчанию, а ты
Похожа на попытку достучаться
До высоты, а может, пустоты...
Исписанные белые листы
К себе домой в январь по снегу мчатся.

И ветра нет, что гонит их во тьму,
Но есть невыносимо мудрый дворник,
Который помнит всех, и потому
Стихи предпочитают кутерьму
Чернил на белом. Наступает вторник,

Снег падает, скребёт лопата лёд.
В руках потенциального арфиста.
Он знает всё, что будет наперёд,
И колет лёд. И рядом белый кот
Следит за тем, чтоб в мире было чисто.

(с)

Действительно, какой-то волшебный тест )
Все вытягивают то, что нужно именно им - и я тоже )

Найдено у -Эоланта-


shuwany & spirits-house
Другие тесты и гадания от Шувани

В керамических сумерках, шероховатых наощупь,
Бродит твой голос, в ожидании ответа.
Будто слова любви кто-то послал по почте,
Но адресат так и не вскрыл конверта,
И не открыл глаза. Снег механически сыплет
Из заводного неба, в котором птица
Камнем падает вниз, раненная навылет
Этой глухой тишиной, что всё утро длится.

(с)

Куда я буду тебе писать? По снегу огненная лиса
перетекает из света в ночь. Вот так и ты улетаешь прочь
из наших сумерек и сетей, от наших радостей и страстей,
перетекая в немое "был..."
Вдовеют все, кто тебя любил.

Прижмётся город лицом к стеклу. Разбей яйцо, отыщи иглу
и убедись, что она цела — почти нетронутая игла.
Каких гарантий тебе ещё? Врастает небо в твоё плечо,
втекает вечность в твои глаза,
как в нору огненная лиса.

Куда я буду тебе писать? Во мне цветёт прошлогодний сад,
во мне качается синий лес и птицы носятся вдоль небес,
но нет ни города, ни страны, где эти письма тебе нужны,
где ты ещё не совсем отвык
и понимаешь земной язык.

Мы изучили немало слов, от них осталось одно – "любовь".
И все, кто шиты одной иглой, навеки связаны здесь с тобой
в один сияющий гобелен — ему не страшен ни прах, ни тлен,
ему ничто не мешает быть.
И ты в нём нить...
И я в нём нить...

(с)

Мы всегда преувеличиваем чужую неспособность обходиться без нас.

Д.Л.Быков, писатель

Леону Тоому


Снега выпадают и денно и нощно,
Стремятся на землю, дома огибая.
По городу бродят и денно и нощно
Я, чёрная птица, и ты, голубая.

Над Ригой шумят, шелестят снегопады,
Утопли дороги, недвижны трамваи.
Сидят на перилах чугунной ограды
Я, чёрная птица, и ты, голубая.

В тумане, как в бане из вопля Феллини,
Плывут воспарения ада и рая,
Стирая реалии ликов и линий,
Я - чёрная птица, а ты - голубая.

Согласно прогнозу последних известий,
Неделю нам жить, во снегах утопая.
А в городе вести: скитаются вместе
Та, чёрная птица, и та, голубая.

Две птицы скитаются в зарослях белых,
Высокие горла в снегу выгибая.
Две птицы молчащих. Наверное, беглых!
Я - чёрная птица, а ты - голубая.

Качаются лампочки сторожевые,
Качаются дворники, снег выгребая.
Молчащие, беглые, полуживые,
Я - чёрная птица, и ты, голубая.

Снега, снегопады, великие снеги!
По самые горла в снегу утопая,
Бежали и бродят - ах, в кои-то веки -
Та, чёрная птица, и та, голубая.

(с)

Все внешние звуки банальны, стабильны, вторичны,
Лишь гулкое сердце ведёт за ударом удар.
Я больше не слышу тебя – это так непривычно,
Как будто в моей голове отключили радар,

Внезапно подрезали нерв запредельного слуха,
Скрутили настройки – и разом канал отсекло,
Я больше не слышу тебя – так покойно и глухо,
Как будто меж мной и тобой опустили стекло.

К тебе сквозь него не пробиться, ко мне – и подавно,
Читай по губам – переполнилась чаша весов,
Я больше не слышу тебя – это даже забавно,
Что рядом есть звуки каких-то других голосов.

Смотрю, как на белом экране мелькаешь и дышишь
Во всех достоверных детальных подробностях, но
Я больше не слышу тебя – ничего не попишешь.
Безмолвие. Азбука жестов. Немое кино.

(с)

с точки зрения орфографии - безукоризненно )

Ночной перрон на станции уездной,
Пустой вагон висит над чёрной бездной,
И белый снег за окнами кружит.
И крутится без аккомпанемента
Пустых воспоминаний кинолента -
Лишь ложечка в стакане дребезжит.

За остановку, Господи, спасибо.
Не встретились с Тобою, а могли бы,
Ты заходил, а я ушла курить
В промозглый тамбур, с поводом отвлечься.
Ещё нам будет время пересечься,
Лицом к лицу всерьёз поговорить.

Благодарю за неизбежность срока,
За глубину всевидящего ока.
И за возможность повторять слова.
За эту точку данного пространства,
Где мастерство – не признак постоянства,
Но постоянство – признак мастерства.

За то, что на заснеженном перроне
Сижу, в Тобой отцепленном вагоне,
А думаю, что всё ещё в пути.
За то, что днём и ночью, ежечасно
Следишь за мной, спокойно и бесстрастно -
А мог бы отвернуться и уйти.

(с)

Уже зима
касается плеча.
Покуда страх отлаживал прицелы,
мы говорили
о простых вещах
и потому опять остались целы.
В картонном небе
пробивая брешь,
моя печаль
летела и летела,
но тишины винительный падеж
теперь всё строже
спрашивает
с тела.
В который раз в попытке уравнять
с воздушным змеем
самолёт бумажный,
я понимаю, нечего сказать,
когда уже различие
не важно.
И к пустоте спиною прислонясь,
смотреть, как снег
проламывает
время,
и, наконец, увидеть эту связь
всего со всем, меня со всеми.

(с)

И дольше метелей тоска моя по весне –
С тех пор, как в томительном августе падали яблоки
И вместе с закатом арбуз на столе краснел,
А после сентябрь золотые пускал кораблики.

И всё мне мечтается вычислить эту грань...
Скажи мне, давно ли тебе одинаковы осени?
И первого инея хрупкая филигрань,
И холод, бегущий сосудами кровеносными?

Давно в листопаде пленительном и хмельном
Мне кажется каждый листочек на память заученным,
И горечь осенних дымов не пьянит давно,
А только предчувствием долгих морозов мучает.

Когда же я сбилась со счёта, смешала дни
И стала, как бусины, годы нанизывать походя?
И только весна непонятно зачем манит.
Обманет, я помню. Но пусть же приходит, господи...

(с)

Мои снега белее твоих снегов. Мои оковы прочнее твоих оков. Мои мечты печальнее и светлее. Мой бог порой суровей твоих богов, но это не означает, что он их злее. Октябрь мой мокрей твоего в сто раз, мой мир широк, насколько хватает глаз, мой город спит туманней и безмятежней. Я родом с севера, ты - из морских глубин, мы оба были созданы для других, и наши души незыблемы и безбрежны. Твои глаза черны, а мои - серы; ты любишь игры - я не люблю игры, и оба мы всё время возводим стены. Ты пьёшь мартини, ветер стучит в окно. Ты идеален, я идеальна, но мои снега белее твоих снегов, и с этим ничего уже не поделать.

(с)

а мне сегодня звонили с неба, сказали, что ты уснула в два
и что ты вчера промочила ноги и ждёшь распрекрасной пятницы.
ты счастлива? просто скажи, скажи мне. я этого очень ждал.
а я тут один. ничего не хо... а впрочем, какая разница?

ты смотришь в окно с панорамой на город, который застыл в воде,
гуляешь по мокрым мостам и пишешь стихи непонятным личностям.
а я без тебя, ты знаешь, просто стал... да я стал никем.
хочется всех, кого вижу здесь, перечеркнуть и вычеркнуть.

я делаю всё, что позволит мне жизнь, лишь только бы ты смеялась,
лишь только бы мир твой бескрайний и серый стал непременно радужным.
молюсь за тебя. ты мой смысл. поверь. а что мне ещё осталось?

(и тысяча строк согревает её
с пометкой "предельно важное".)

я рядом с тобой.
не грусти и не плачь. и нервы на всех не трать.
я рядом с тобой.
пустота не в счёт. и всё у тебя наладится.
я рядом с тобой,
мой прекрасный друг. прости, мне вот-вот вставать.
прости, но я очень тебя люблю.

а впрочем, какая разница...

(с)

забыла что слова имеют свойства лестниц
заводят высоко и сырости полны
а там на чердаке полно твоих прелестниц
и хмурится в окне латунный лоб луны
вот гостья драит стол и выметает стружку
вот гостья голышом хозяин к ней приник
вот я стою в дверях терновая подружка
слова стоят за мной и дышат в воротник

в каком-то феврале я здесь царила тоже
гоняла пыльных мух и войлочных мышей
хозяин смоляной калика перехожий
всё так же здесь живёт и гонит нас взашей
он ставит паруса а гостьи ставят чайник
одна несёт траву другая мастихин
слова уже ушли в дверях стоит молчанье
густое как смола пустое как стихи

(с)

От напряжения внутри всё время коротит. Какой-то сбой, неровный ритм, хронический ринит, неяркий свет, опасный треск, брожение в умах. И почему ты жив и трезв, когда вот-вот зима? Пора бы выбить эту спесь и сбросить эту прыть. Ты не успел, ты вышел весь – ты вышел из игры, из сумрака, в другую дверь, не выяснив, где звон. Не в параллельные миры, а просто – вышел вон. Сиди, смотри: твоя стена, твой маленький китай. Она другому суждена, а ты – Шалтай-Болтай, за ней – придворные и свет, и прочие князья. А у тебя ответа нет, и подсмотреть нельзя. Сейчас бы оказаться с ней на том краю страны, скорей уснуть и в этом сне свалиться со стены, и выйти в поле – красный мак и вересковый мёд. И рожь, ведь без неё никак – она кругом растёт. Сейчас бы встать и на коне скакать во весь опор, и жить во сне, любить во сне, и выстрелить в упор в того, кто ходит за стеной с часами на груди и хочет нам судьбы иной, пытаясь разбудить. Но вот беда, течёт вода из крана в водоём, и мы не снимся никогда, ведь мы не спим вдвоём. Мы даже порознь не спим, обмануты судьбой. Жестокий мир, осенний сплин, часов тревожный бой.

Я равновесие держу, но всё сильнее крен.
Представь себе, какая жуть – проснуться в октябре.

(с)