Я сейчас буду говорить про грибы. Внимание, следите за моими руками - только про грибы!

Те, кто любит гадать по моему блогу, как по Книге Перемен - после каждого абзаца добавляйте "Вот так и в жизни!" Впрочем, я на вас не надеюсь, сама добавлю. Еще можно заменять "грибы" на "мужики", но это уж вы сами, ОК?

Есть люди, на грибах абсолютно помешанные, и я одна из них. Когда я еду по проселку, где с двух сторон лес, ничто не заставит меня смотреть на дорогу - я смотрю только в лес, и каждую секунду мне мерещатся грибы, огромные и прекрасные. Почему я до сих пор ни разу не оказалась в кювете - исключительно потому, что Господь милосерд. Если все-таки остановить машину и пройтись по этому лесу пешком, там найдется максимум одна сыроежка. Вот так и в жизни.

Если ехать по Скандинавии в сторону Выборга, то в некоторых местах можно заметить скопление машин на обочине. Ага, думаю я, там, наверное, какое-то особенно грибное место. Люди зря не остановятся. Проплутав по этому лесу часа два и повторив опыт раз десять, я начинаю понимать - люди останавливаются не там, где есть грибы. Люди останавливаются там, где есть возможность остановиться (широкая обочина, утрамбованный съезд и т.п.). Про грибы они знают ровно столько же, сколько я. Вот так и в жизни.

В том лесу, который как с открытки (мох, вереск, сосновые стволы) растут одни поганки. В мерзком ольшанике, куда меня занесло по пути из одного открыточного леса в другой - тоже одни поганки. От леса не зависит. Вот так и в жизни.

В открыточном лесу я нашла два белых и два красных, и в березняке на болоте - два белых и два красных. Негрибного леса не существует. ВТИВЖ.

Когда входишь в лес - обязательно найдешь белый. Когда выходишь из него - тоже. Припев - хором.

Если грибов много - строишь планы. Эти на супчик, а эти завтра на супчик. На третий день этот супчик не можешь уже видеть. Припев - два раза.

Если грибов много и они безупречно хороши - человек кидается их мариновать. Он стремится продлить волшебство. Из большой корзины прекрасных свежих грибов человек получает поллитровую баночку кислятины и утешает себя тем, что зимой ему будет чем закусить водку, которую он вообще-то не пьет.

Вот так и в жизни.

У моей дочери ужасная беда.

Полюбила мальчика, сначала все было хорошо, но потом все стало плохо. Мальчик из класса, вполне себе толковый (уж всяко потолковее ее), мною был горячо одобрен - приличная семья, в анамнезе ни ментов, ни патриотов, ни других душевнобольных, т.е. нормальная наследственность. Живут рядом с нами и квартиру имеют в три этажа, так что я сразу благословила этот союз, вся полная надежд на совместные уикенды и обмен детьми в каникулы.

Мальчик поначалу особо не сопротивлялся - ездил с ней в боулинг, приглашал на вальс и на польку, гостил у нас на даче и даже вякнул  что-то про любовь - короче, вел себя прилично. Девушке, однако, этого казалось недостаточно. Ей недоставало романтики.

Романтика, если кто не в курсе - это поцеловаться, повесить в Контакте статус "состою в отношениях" и дальше, когда эта бодяга позади, заняться уже по-настоящему интересным: сочинять фасон подвенечного платья, постить котят и мерцающие сердечки, а также ходить со специальным лицом, на котором написано примерно то же, что и в Контакте.

У взрослых это называется самодостаточность, творческая реализация и социальное восхождение.

От мальчика всего-то и требовалось подтвердить ее статус и больше не мешаться. Но мальчик нашел, что на него тут давят, торопят с решениями и эксплуатируют его чувства, целоваться не пожелал и отполз на безопасное расстояние. Дружить, мол, буду, а жениться погожу. Моя дочь в шоке от такого вероломства, "а ведь какие слова говорил" и т.п.

Не плачь, дитя мое. Все будет хорошо.

Не только женщины стремятся замуж, чтобы оптичить этот пункт и заняться наконец делом. Мужчины ведь тоже женятся для того, чтобы больше не надо было жениться.

Счастье неизбежно, доченька. Оно придет к тебе.

Из множества загадок, мною до сих пор не разгаданных, одна не просто где-то там мерцает, а прямо-таки вопиет.

Зачем люди рассказывают о своей работе? Что заставляет человека по доброй воле, не под пытками, не под пистолетом так позориться?

Это у меня, наверное, детская травма. Помню, в третьем классе накануне ленинского субботника всем велели нарисовать что-нибудь, прославляющее труд, конкретно - папу или маму за работой. Школа была приличная, за работой своих родителей не представлял никто, кроме Светы Пантелеевой, у нее мама была дворник. Остальным пришлось туго - попробуй нарисуй зав.лабораторией, да еще чтоб было похоже. У меня папа вообще сочинял по физике что-то оборонное, дома о работе ни слова, словно ее и нет.

Так я и выросла в убеждении, что воспитанные люди о работе не говорят. С возрастом лозунг совершенствовался. В 20 лет - тоже мне, тема. В 30 лет - чего зря болтать, ты мне цифры назови. В 40 - молчи, по роже и так все видно.

Когда я представляю себе мужчину, который за ужином рассказывает семье, как прошел день - я думаю, что рядом со мной такой мужчина не продышал бы и недели. Я не желаю слушать, что нового в компании и какая гнида начальник. В тонкости производства я тоже вникать не желаю. Ты продал свой день за деньги - так имей мужество это признать и не делай вид, что это и есть твоя жизнь. О работе не говорят, если говорят - то только цифрами, а лучше молча предъявляют цифры.

Потому что если человек начинает рассказывать о рабочем процессе, да еще живенько так, с выдумкой и иронией, смакуя все эти забавные подробности, все эти стрессы и нестыковки, косяки и накладки и маленькие ежедневные подвиги, то неизбежно становится ясно, какой хуйней человек занимается и на что он тратит свою жизнь.

Яркий пример - всеми обожаемая eprst2000 . Дьявол носит Прада - безумные, нечеловеческие усилия, чудеса изобретательности, победа интеллекта над хаосом, чтобы снять рекламный клип.

Еще у меня есть знакомая, которая тоже ежедневно смертию смерть попирает и рассказывает об этом подробно всем, кто согласен слушать. Результатом попирания бывает пробег роллеров, т.е. тусовка бездельников, ради которой перекрывают полгорода.

Я считаю, такие вещи, как работа, надо скрывать, как скрывают триппер и геморрой. Домашних надо держать в курсе, увы, но для этого хватит трех фраз: 1. Все нормально. 2. Все хорошо. 3. Мы разорены. Посторонним вообще незачем знать про этот срам.

Тем более, если этот срам вам дорог.

Муж сообщил (в телевизоре, что ли, рассказали), что по статистике квартиры грабят интенсивнее всего как раз после ремонта. Дескать, доверчивые простачки сообщают о ремонте в своих блогах (тут на меня посмотрели со значением), постят фоточки, а дальше преступное сообщество вычисляет адрес и радо стараться.

По моему, это бред какой-то. Всякому ясно, что если люди сделали ремонт, то если деньги в доме и были, то теперь их нет. Что брать в такой квартире? Обои отдирать?

Если деньги есть невзирая на ремонт, то это не те деньги, которые держат дома. Много вы украдете в богатом доме? Нечего там красть, разве что вы искусствовед. Духи хозяйкины со столика в прихожей, вот ваша добыча, поздравляю.

Если бы я постила фотки, всякий бы знал (преступное сообщество, ку-ку), что у меня нет даже телевизора. А если бы вор таки проник в мое жилище и посреди всех этих белых ковров и черных ваз увидел бы мою стереосистему, он бы оставил мне на видном месте сто баксов с запиской "так жить нельзя".

Сколько себя помню, я всегда вкладывалась в неконвертируемые ценности.

Меня часто спрашивают, какая черта является в моем характере определяющей. Какова, так сказать, доминанта моей личности.

На этот вопрос я отвечаю по-разному. Алчность, например. Или эгоизм. Мизантропия тоже неплохо хавается пиплом. Но это все так, на отбрехаться. На самом деле самая могучая моя составляющая, основа и базис, спонтанный мотиватор и последний аргумент - это спесь.

Домработница моя бесила меня семь лет, как Иаков Рахиль. Она не пылесосила под кроватью, совала половые тряпки в стиралку к детскому бельишку и за все эти годы ни разу не полюбопытствовала, как заменить в пылесосе пылесборник. Мыть плинтуса и батареи ей просто не приходило в голову, а протирку кафеля в ванной она считала генеральной уборкой на чистый четверг, хотя все нормальные люди делают это ежедневно.

Я знала, что хорошая прислуга не рождается, что ее надо вышколить. За ней надо ходить хвостом, тыкать носом и дрессировать, не жалея сил, до полного автоматизма. Через полгода ей можно будет доверить квартиру. Я знала, но не смогла себя заставить. Я плачу за то, говорила я, чтобы не думать и не говорить о плинтусах и тряпках. Спесь не давала мне вникать в эти постыдные подробности, я предпочитала злиться и психовать, но оставаться барыней, не знающей, где вход в кухню.

Когда я находила свой лифчик и колготки в шкафу на вешалке для шуб(каждый любит порядок на свой лад), а школьные учебники - в комоде (мы обыскались! мы с ума сошли! завтра контрольная!), когда я в кухонных шкафах привычно и обреченно все вынимала и ставила, как надо - маленькое на большое, а не наоборот (этому учат в 6 месяцев, развивающие игры), я говорила - пусть хоть так, зато не сама. Ведь если ее выгнать - придется не просто все это делать, придется все время об этом думать. Спесивая я не желала об этом думать. Спесивая я желала думать о вещах возвышенных.

И я о них думала изо всех сил, пока не оказалось, что все новости в моей жизни сводятся к очередной тряпке, забытой под диваном. Что нерадивость прислуги - единственная тема, которую я готова страстно и подолгу обсуждать. Что накануне ее прихода я долго и злобно не могу заснуть. Что я думаю об этом и говорю об этом, и это унижает меня гораздо больше, чем если бы я сама мыла туалет.

Я сегодня мыла туалет сама, впервые за десять лет. Я оказалась слишком спесива, чтобы держать прислугу.

Спаситель попросился на ночлег.

Мужик пришел, ура.

Марта мечется с горшками, Мария села у ног (внимание!) и вкушает истину. Марта привержена земной, деятельной жизни и достойна порицания, ибо тлен и тщета. Мария угодна Господу.

На мой взгляд, это не говорит о Господе ничего хорошего. Точно так же она была бы угодна и разбойнику и мытарю, и вообще любому одноклеточному вплоть до гладиатора. Каждому из них есть что поведать. Сперва он поведает, как дела на работе, а потом - что он вообще думал и что в итоге надумал. Ясное дело - всякий, кто согласится слушать эту тоскливую чушь, войдет в царствие небесное.

И вообще, накормить могут и в трактире. За деньги, правда, но это мелочи. А вот выслушать и понять и не сблевать - это на вес золота. Мария со своей стратегией имеет все шансы выйти замуж за первого встречного. Раз ей дома так невмоготу.

Странно, что до сих пор ни один женский журнал не вооружился этим примером.

Если бы я была Марта, я бы дала Господу пожрать, не вопрос.
Но за это он бы у меня, как миленький, вскопал огород, наносил воды и поправил забор.

Ибо не фиг.

Как всякое угнетенное и бесправное существо, я всегда жаждала если не мести, то хотя бы компенсации.

В любое место, где меня обижали, а обижали меня везде, я норовила вернуться уже как победитель и юберменш и тем самым завершить гештальт. Гештальты эти я завершала планомерно и неукоснительно, стараясь ничего не пропустить.
Заканчивая первый институт, я в него же устроилась работать - мне хотелось еще побегать по этим коридорам, уже не перепуганной студенткой, а сотрудницей, которой все пофиг. Сидела за партой на языковых курсах - через год сама преподавала на таких курсах, а еще через год такие курсы у меня были свои. В универе, где из меня-таки попили кровушки во время учебы, я через полгода сама принимала экзамены. Школа, которую я закончила, была первым местом, куда я пришла договариваться с директором об аренде помещения под кооператив, вся такая продвинутая капиталистка. Про больницу, где я лежала ребенком, я тоже не забыла, проработала в том мединституте пару месяцев после школы, рассекала в белом халате, как своя.

В перестройку я любила читать газеты, но роль читателя меня тоже почему-то оскорбляла. Начала пописывать и бегала уже не к киоску за свежим номером, а в редакцию за гонораром.

Мне казалось, что получатель услуги - всегда лузер и жертва рядом с ее производителем. В советском сознании продавец круче покупателя. Мне хотелось перепрыгнуть прилавок и оттуда, из касты хозяев, небрежно покрикивать, чтобы больше не занимали.

Пару лет назад у меня была фирма. Мелкий ремонт, муж на час. Пятеро мужиков бегали по городу сверлили дырки, а я все это дело контролировала по телефону. Нервов это стоило столько, что проблема лишнего веса не стояла вообще - ежедневная прогулка по минному полю, жизнь кремлевского телефониста. Когда я продала бизнес, я не то что вздохнула - я сплясала.

Сейчас мужик из такой же вот фирмы собирает мне в детской новую мебель. Я его просто вызвала по рекламному объявлению, как когда-то вызывали моих. Он там крутит шуруповертом, а я тут сижу покуриваю. Этот гештальт оказался самым главным.

Я наконец-то поняла, что всю жизнь стремилась не туда.

Надо быть не исполнителем. Надо быть заказчиком

Ремонтов я за жизнь сделала столько, сколько не делал царь Соломон во всей славе своей. Вот и сейчас - пишу, считай, из мешка с цементом, поэтому воспоминания накатывают самые омерзительные, впрочем, у меня других и нет.

В молодости ремонты делались собственноручно, в совке было плохо с развлечениями. Занятие это было хоть и жизнеутверждающее, но грязное и утомительное. Обычно мне сильно помогал папа, но на каждый пустяк папу не впряжешь, и однажды мне приспичило всего-ничего - переклеить обои в гостиной.

Казалось бы, взял да переклеил, делов-то. Беда была в том, что у меня не было стремянки (тогда вообще ни у кого ничего не было, а совести так и до сих пор ни у кого нет), а со стола я не дотягивалась, нужен был кто-то повыше ростом.

У меня ходил тогда в друзьях абсолютно гениальный чувак, не закрывавший рта ни днем, ни ночью, только успевай записывать. Кроме гениальности, никакими ценными качествами он не обладал, а времени отнимал бездну. Приходил и сидел, общался. Рассыпал перлы и сверкал гранями. Томилась я от этого общения безмерно, изнывала всей душой, но терпела из вежливости (в молодости я была ангельски деликатна и даже помыслить не могла сказать кому-нибудь "пошел на хуй" - а вдруг обидится). И вот этот друг сказал, что поможет мне с обоями, вместе поклеим. Вот он придет общаться, заодно и поклеим.

Это сейчас бы я про себя подумала - "Не пизди." А тогда я подумала про себя - а ведь что-то же и в нем есть хорошее, какие-то, ээ.. проблески человеческого. Я, кстати, в дальнейшем много раз повторяла эту ошибку.

В назначенный день гениальный друг пришел общаться. Я подготовилась к общению изо всех сил - вынесла мебель, порезала обои на куски и сварила клейстер. Гениальный, однако, уселся и принялся общаться как обычно, т.е. пить чай и ронять перлы. Час я терпела, вздыхая и ерзая. Потом терпеть мне надоело. На это гениальный друг поведал, что ему как-то нездоровится, особенно если поднимать руки вверх, стоя на столе - невыносимо колет в боку и вообще не по себе.

Сейчас я, конечно, нашла бы что ему сказать. Я бы даже не стала утруждаться формулировками, обошлась бы простейшими коммунальными шаблонами - как мозги ебать, так ты здоровый, а как пользу приносить - так ты больной, раз больной - что ж ты в гости поперся, чтоб с тобой тут нянчились, сидел бы дома, раз от тебя все равно никакого толку и т.д.

Тогда я ничего говорить не стала, поклеила свои обои сама, не без папы, конечно.

А семь лет спустя я взяла это чмо на работу, и он принес мне небольшое состояние. На эти деньги я купила ту квартиру, где и сижу сейчас практически в мешке с цементом, потому что предыдущий ремонт что-то перестал мне нравиться.

Он плечист и по пояс гол. Он шумно дышит. Он совсем не разговаривает.

Он быстро движется, он всегда в хорошем настроении и постоянно что-то напевает. Он исчезает, ни говоря ни слова, и через час так же молча появляется с мешком, полным полезных вещей.

Сейчас он кладет мне плитку в ванной. А в ближайшие два месяца я ожидаю от него еще много других удовольствий.

По большому счету ему предстоит преобразить мою жизнь.

И берет, главное, недорого.

Отважная девушка написала, почему она идет на гей-парад (http://mirrov-breath.livejournal.com/99646.html).

В ответ на это ей накидали больше тысячи комментов в диапазоне от "Содом и Гоморру никто не отменял" до " спите с кем хотите, но тихо и под одеялом".

Все эти прекрасные, но, увы, очень глупые люди не поняли в ее сообщении самого главного и вообще единственного, зачем оно было написано.

Девушка написала не о том, что ей нравится другая девушка и что пусть расцветают все цветы. Она вообще писала не о сексе.

Она написала о том, за что борьба и зачем гей-парад. А борьба не за то, чтобы все цветы и прочие глупости, а за то, чтобы родственниками в юридическом смысле признавали не только пару мужчина-женщина, но и другую пару совершеннолетних индивидов.

Граждане в комментах вопят про извращения и вообще про секс. Граждане не понимают, что браки заключаются не ради секса.

Секс - это баловство. Брак - это дело серьезное. Много вы секса видели в браке? Для секса брак не нужен. Он совсем не для этого.

Заключая брачный союз, два человека говорят всем остальным - мы доверяем друг другу наши деньги, наших детей, право подписи и право принятия решений. Нас теперь двое, и победить нас сложнее, чем каждого отдельно. У каждого из нас есть второй, который не даст растащить наше имущество и позаботится о детях, если с другим случится несчастье.

Брак - это не ебля. Это союз двух людей против всех остальных. Одному в этом мире не выжить.

Если вы одна на всем свете, и единственный человек, на которого вы можете положиться - это верная надежная подруга, родная душа, которая не предаст, - вы бы хотели, чтобы ее пустили к вам в реанимацию, чтобы она, а не чужие люди, распорядилась вашим банковским счетом, чтобы с ней, а не в приюте, остался ваш ребенок?

Если у вас есть лучший друг, который вам дороже всех этих хищных баб, который вам как брат и даже больше - вы бы хотели, чтобы именно ему дали с вами свидание в тюрьме, чтобы именно он уберег ваше добро, пока вы не можете им распоряжаться, чтобы ему, а не каким-то левым родственникам досталось все, что вы нажили?

Ну и какая разница, спите вы с этой подругой или с этим другом или нет?

При чем тут вообще секс? Это исключительно вопрос доверия.

И если один человек готов признать другого человека тем, кому он доверяет - какая разница, какого они пола?

Это вообще не про секс, это про безопасность. А кто пищит про секс и про Содом с Гоморрой - это те прекрасные, но, увы, очень глупые люди, которые всегда пищат про секс, потому что это единственное понятное и доступное им занятие, потому что бесплатное.

У меня сегодня три доставки стройматериалов из трех разных магазинов, и от скуки и бессилия я читаю всякую муть вроде ЖЖ-топа или как там его.

Вот цитируют А.Эллиса про 12 установок, мешающих воспарить (http://egorvtorov.livejournal.com/192846.html). Займусь-ка самопознанием (я всегда подозревала, что самопознание - удел тех, к кому опаздывают грузчики).

1.Каждый мой шаг должен быть привлекательным для других. - Непонятен термин. Если подразумевается, что каждый мой шаг должен доставлять этим другим удовольствие, то это абсурд - на фига мне их удовольствие? А если имеется в виду, что другие тоже так хотят, то они и так так хотят. Если же подразумевается одобрение, то переводчика надо подвесить за шею. Одобрение вещь приятная, не спорю, но она так легко достигается, что не стоит разговора.

2.Есть дурные, скверные, порочные поступки, и совершившие их должны быть наказаны. - Такие поступки есть, поскольку люди бестолковые и подлые создания. Наказывать их совершенно бессмысленно, ибо такова их природа. Достаточно им пригрозить, дальше трусость сделает свое дело.

3.Когда все идет не так, как хочется, это ужасно. - Когда все идет не так, как хочется, это нормально. Любой замысел предполагает участие посторонних людей, а значит - все, что можно протупить, будет протуплено. Поправка на тупость берется в диапазоне от суток до полугода.

4.Все беды и несчастья навязаны мне извне – людьми или обстоятельствами. - Все беды и несчастья - игра случая плюс невинная тупость посторонних людей. Никто ни в чем не виноват, и я в том числе.

5.Если что-то вызывает настороженность или пугает, надо быть все время начеку. - Начеку надо быть вообще все время, но не в истерическом, а в фоновом режиме. Следует всегда помнить, что вокруг люди, а значит - см. выше.

6.Ответственности и трудностей легче избежать, чем справляться с ними. - Это не легче, это приятнее. Это не одно и то же.

7.Каждый должен становиться лучше и сильнее, чем он есть. - Единственное, что каждый должен - это не вредить другим совсем уж злостно. А больше он не должен ничего. Каждый имеет право жить и умереть уродом.

8.Надо быть компетентным, разумным, адекватным и успешным во всем. - Только при условии, что у тебя есть такая потребность. У меня она есть - значит, мне надо быть такой. От других этого требовать смешно, см. предыдущий пункт.

9.То, что однажды сильно повлияло на мою жизнь, будет влиять всегда. - Это голливудское мышление. На мою жизнь всегда будут влиять разные пакости, но ключевое слово здесь - разные.

10.Мое благополучие зависит от поступков других, поэтому я должен сделать все, чтобы изменить других в нужном направлении. - Максимум, что можно сделать с другими - это их временно обезвредить. Больше с ними ничего сделать нельзя.

11.Плыть по течению и не сопротивляться – вот путь к счастью. - Приятный путь, не спорю. Но вредный для печени.

12.Человек не властен над своими чувствами и не может их не испытывать. - Верно лишь отчасти. Любую эмоцию можно блокировать или загнать в подсознание, пусть там и сидит.

Предположим, вам что-то сильно мешало. И добрый доктор вам это что-то отрезал. Ну, или вырезал, смотря где оно было.

Первое время у вас болит вообще все. Потом болит там, где вырезали. Потом - только там, где резали.

Это такая тупая боль, несильная, но надоедливая. Она ни на минуту не оставляет в покое, усиливаясь при каждом движении. Любая мелочь превращается в проблему. Если вам хочется повернуться на другой бок или, не дай бог, чихнуть - вы первым делом вспоминаете о том, что сейчас будет больно, а также о том, что с вами сделали и вообще всю эту историю с самого начала.

А потом боль затихает и прекращается совсем, и швы под повязкой начинают отчаянно чесаться. Это значит, что раны ваши уже почти зажили, и очень скоро заживут совсем без следа, если их не трогать и не заносить инфекцию.

Всякий, с кем такое бывало, знает - терпеть эту боль совсем не трудно.

Самое трудное - не чесать под повязкой.

Ухаживал за мной как-то один мужчина. Весь трепетал, вращал глазами, словом, был на высоте. Я даже прониклась, ей-богу. Ждала, раскинувшись, и грудь моя вздымалась, как бурное море.

Мужчина, однако, не спешил бросаться в это море вниз головой. У него дома шел ремонт, а он этот ремонт выполнял. Он менял унитаз и красил батареи. Он был весь в краске, в цементе и в плинтусах, и из этих оскорбительных декораций посылал мне флюиды своей страсти. Я негодовала. Я ему так и сказала - либо у тебя роман, либо у тебя ремонт. Пора, мол, сделать выбор.

Мне было невдомек, что выбора никакого нет. Ремонт настолько интереснее любви, в нем столько поэзии, огня и созидательной мощи! Он преображает жизнь и приближает ее к божьему замыслу,. Каждое усилие прямо на глазах расцветает результатом. Каждый вложенный рубль материализуется во что-нибудь приятное. Один раз вы прибьете полочку, и эта полочка будет радовать вас ежедневно долгие годы.

Разве можно это сравнить с бессмысленной беготней, от которой не остается ничего, кроме сожалений?

Я сегодня заказала новые двери. Это лучше всех оргазмов на земле.

Ребеночек мой окончил начальную школу и хватит, я считаю. Горд и счастлив так, словно кто-то ее не окончил.

По этому случаю был большой шопинг, поздравить и пожелать женишка хорошего сбежался весь ТЦ (нас там знают давно и с самой лучшей стороны - столько блестящей дряни, сколько мы, там не купил еще никто). Куплены первые лодочки на каблуке, первый лифчик (со стразами, а как же) и первые взрослые колготки. Получилась реальная такая телка с раена.

Сама я последний раз ходила на каблуках лет в 17 и с тех пор ни разу. Покупать покупала - а вдруг нобелевский банкет, мало ли, - но не надевала никогда, считая такую обувь униформой русских блядей. Ребеночек мой объездил пол-Европы, и всюду я ее тыкала носом - вот, видишь, это цивилизованная немецкая (австрийская, шведская, чешская) девушка, а вот посмотри на это крикливое безобразие - это русская туристка. Ребенок смотрел на крикливое безобразие с благоговением и шептал - о, какие туфли, какие бусики! Как в телевизоре!

Если ребенка не воспитывать, а только любить, из него вырастает благодушное, конформное существо с незамутненной идентичностью. Ему некого ненавидеть, не с кем бороться и нечего доказывать, он доволен местом своего обитания, ниоткуда не ждет подвоха и не видит никакой катастрофы в том, чтобы иметь хоть что-то общее с теми людьми, которые вокруг.

Рассказывала подруге, как мне понравилось в больнице.

- Но позволь, - сказала подруга. - Если тебя так все достало, почему больница? Зачем так мрачно? Почему не уехать одной на недельку к морю или куда ты там любишь, в Германию в свою? Хорошо, хорошо, все знают, что ты ненормальная и тебе совестно тратить на себя семейные деньги. Почему не уехать на недельку просто за город? Почему отдыхать надо непременно под капельницей?

- Глупый вопрос, - сказала я. - Глупый и странный. Это что же, я буду там благоденствовать одна, а тут все будут за меня отдуваться? Вот если я при смерти - то имею право на время выйти из игры. Это идеальная отмазка.

В детстве у меня была книжка про девочек-сироток из католического приюта. Жизнь их была полна невзгод и притеснений, и худшей из всех была обязанность мыть костел накануне мессы. И вот десятилетняя героиня буднично размышляла, как бы этой повинности избежать: "Можно, например, сломать ногу. Нет, это не поможет. Сестра Урсула даст костыль и все равно отправит работать. Значит, надо сломать сразу обе ноги." Как наверняка сломать обе ноги, девочка не придумала и решила проблему иначе, напустив себе чернил в глаза. Слепота освобождала от работы на неопределенный срок.

Когда очень не хочется заниматься своей жизнью, человек быстро и безошибочно находит способ уклониться от этого, легально и без угрызений. Как урка на лесоповале отрубает себе руку, чтобы не марать воровское имя созидательным трудом, так обычный гражданин ускользает в болезнь, в идею или в любовь, не желая участвовать во всем этом балагане, а желая, наоборот, балансировать на острие, или вкушать блаженство, или вообще, не к ночи будь сказано, познать истину.

Любовь - лучшая из всех отмазок, если вы решили наплевать на свою жизнь всерьез и окончательно. Вам не до пустяков, у вас вот-вот случится поворот в судьбе, и вы не смыкаете глаз, боясь пропустить ту звезду, что возвестит освобождение. Тогда вам не придется больше таскать соломинки на своем горбу, не придется вить гнездо из фантиков, топить печь и чинить забор, новая жизнь сойдет на вас сама, чистая и пахнущая лаком, там, в этом новом мире, все будет уже готово, все уже будет сделано за вас.

А потом действие наркоза заканчивается, и вечером вам не приносят таблетку, и утром вы выходите на крыльцо, и в пакете у вас чашка, ложка и расческа, вы смотрите на небо и вас пошатывает, и путь ваш лежит к дому, о котором вы так давно не вспоминали, и тогда вы думаете - первым делом нужно, пожалуй, заняться забором.

В моей жизни было много всякого счастья, и я думаю, что это еще не предел.

Когда выходишь на набережную и видишь прямо напротив машину, что приехала за тобой. Когда бежишь к этой машине, и ныряешь в нее, и закрываешь за собой дверцу, и это значит - я от вас от всех уехала.

Когда спускаешься с кафедры, и тебя окружают поговорить об этом, а ты ускользаешь как будто в туалет, а сама окольными путями выбираешься на набережную, и вдыхаешь эту свободу, и это называется - я вас всех сделала.

Когда ходишь по новой квартире, гладишь каждый угол и знаешь, каким он станет через полгода, таскаешь тяжести и оттираешь грязь, и на руинах воздвигаешь чертог, и говоришь - я вам всем доказала.

Когда нагибаешься над кроваткой, и берешь, и прижимаешь к себе младенчика, и груди текут молоком, а сердце нежностью, когда устраиваешь младенчика на коленях и думаешь - я вас всех обманула.

Когда идешь по весенней улице вся новенькая, стройная и нарядная, и любуешься своим отражением в витринах, и все на тебя смотрят, как ты весело шагаешь и смеешься - я вас всех в гробу видала.

Когда переводишь дух и улыбаешься, когда обнимаешь изо всех сил, когда дремлешь под мышкой, вся розовая от радости, и продолжаешь улыбаться, и никто, никто не прочитает в этой улыбке - все равно вам меня не получить.

А самое лучшее, что было в моей жизни - это был общий наркоз.

Музыкалка - это та порция ада в нашей жизни, которая не дает забыть, что все мы смертны и что это, в общем, не беда.

Я ее ненавижу за то, что в нее надо ездить, а ребенок - за то, что там надо играть на пианино. Ненавидеть мы обе умеем, это у нас семейное.

В те дни, когда у нас музыка, ребенок четыре года подряд куксится, огрызается и норовит заболеть. Запинать ее заниматься дома невозможно физически - это сперва скандал, потом долгие рыдания, потом, как следствие рыданий - головная боль, а там и спать пора, добро победило. Каждый год в мае она кричала - ура, год закончился, а на следующий я не подписывалась, отсосите. Как мы в таком режиме одолели четыре класса - непостижимо разуму.

И ведь не сказать, чтоб ей не везло на педагогов. Первая носилась с ней, как курица с яйцом, и даже уйдя в лицей готовить лауреатов, давала ей уроки на дому - единственная причина того, что нас не выгнали с позором в первую же зиму. Она облизывала ребенка с ног до головы, ставила ему руки и натаскивала по сольфеджио к зачетам - ребенок прятался в шкаф и умолял: "Мамочка, я буду заниматься, правда-правда, пусть она только не приходит!"

Вторая была консерваторская доцентша, но снисходила вполне себе добродушно. Ни от одной из училок мой ребенок не слышал грубого слова, получал свои четверки и ненавидел этих прекрасных женщин всей душой заодно с фортепиано и музыкой вообще.

Две недели назад консерваторская леди вышла из строя, и питомцев ейных передали кому попало, какой-то начинающей барышне (с опытными и заслуженными такие номера, как чужая нагрузка, не проканывают).

Пока я пишу этот пост, мой немузыкальный ребенок играет свои пьесы по пятому разу каждую, и сегодня это уже третий абсолютно добровольный подход к снаряду. Ура, завтра на музыку, - когда я вчера услышала эти слова, я подумала, что у меня белая горячка. Мама, ведь правда, меня переведут в пятый класс?

Она ее полюбила, эту училку. А тех не полюбила. Нипочему. Все, как в жизни.

Как все же хорошо, что у меня дочка. Ничего не надо делать.

Ну научишь ее сперва не разговаривать с незнакомцами, потом, чуть погодя - объяснишь, какие тампоны лучше, а дальше знай напоминай, чтоб не давала кому попало. Курорт практически.

Будь у меня сын, я бы охрипла объяснявши. И чем дальше, тем больше надо было бы объяснять, потому что есть вещи, до которых мужчине самому нипочем не допетрить. У них в этом месте дырка в голове.

Сынок, говорила бы я ему, сынок. Если ты пригласил девушку домой - ты пригласил ее в постель. Если она приняла приглашение - она сказала тебе "да". Не надо сидеть четыре часа как пень и ждать, что оно само. Оно само бывает только, если она решила получить тебя во что бы то ни стало. Либо ради прописки, либо назло подружке. Только так оно бывает само. А если ты хочешь по-людски - то это твоя забота.

И помни, сынок - чем дольше ты сидишь как пень и ждешь неизвестно чего, тем больше она на тебя злится. Не надо помещать женщину в ситуацию, когда она чувствует себя идиоткой. Этого не выдержит никакая симпатия. Это тебе кажется, что ты деликатен. На самом деле ты просто боишься и не знаешь как. Так ты, сынок, перестань бояться и придумай как, через полчаса будет поздно. В мужчине ценят либо деньги, либо страсть. Денег у тебя нет. Дальше надо объяснять?

Кстати, сынок. Надеюсь, ты догадался ее сперва накормить? Голодные девушки удивительно неромантичны.

И не надо предлагать ей суп и котлеты из холодильника. Она не крановщик после смены. Суп и котлеты подает женщина мужчине, а не наоборот. Ты ведь у меня не пидор, сынок, или я чего-то не знаю?

Ты ведь, конечно, обо всем позаботился заранее, правда? Продумал меню, все купил накануне и теперь либо привел ее к накрытому столу, либо, играя мышцами, жаришь ей минутный стейк, да? Я ведь уже объясняла тебе, что тащить ее в магазин затариваться на ужин - это только тебе кажется безумно трогательным, а ей совсем не кажется. Она тебе, слава богу, не жена, чтобы планировать бюджет и беречь твои деньги. И ей совсем не лестно, когда ее низводят до положения жены, поверь мне, сынок.

То, что девушку надо проводить домой, даже если у тебя пуля в сердце - это ты, надеюсь, уже усвоил. Пока ты студент, можно и на метро, а потом уже будет нельзя, никогда больше. Привыкай иметь разменные деньги, сынок, чтобы не быть лишний раз нелепым.

Зачем тебе лишний раз? Ты и так всегда нелеп.

Сынок.

Я долго не знала, как его правильно назвать, это свойство. Свойство, делающее человека безнадежным. Непригодным для жизни и для каких-то взаимодействий, кроме самых простейших.

Когда-то я думала, что это происхождение и прочие неизлечимые социальные маркеры. Потом грешила на душевную черствость. Еще на невежество. Какое-то время мне казалось, что всему виной специфический опыт или, наоборот, отсутствие специфического опыта.

Теперь мне кажется, что правильный диагноз - необучаемость. Неспособность усваивать информацию.

Такой человек всю жизнь хочет колбасы, потому что его в детстве научили, что колбаса - это вкусно, и он запомнил это крепко-накрепко. Эта позиция никогда не пересматривается, даже если дать ему перепробовать все на свете от селедки до фуа-гра. Пока вы кормите его селедкой, он будет есть и даже нахваливать. Если вы прямо скажете, что хотите селедки - он принесет вам селедки. Но если его на минуту оставить в покое, он будет мечтать о колбасе, потому что он помнит, о чем положено мечтать, а все остальное он немедленно забыл. И про фуа-гра, и про мороженое, все как приснилось.

Он никогда не догадается, что вам хочется селедки, хоть вы и говорили ему много раз, что вы без ума от этого блюда. И совсем не потому, что в грош не ставит вас и ваши желания. И не потому, что вырос в семье, где за селедку били смертным боем. И даже не потому, что мало читал и селедка находится за пределами его кругозора.

Он вас услышал, не беспокойтесь. Но из этого ничего не следует, потому что - ну услышал и услышал. Мало ли звуков вокруг. Он вас услышал и спокойно вернулся мыслями к колбасе. В его мире ничего не изменилось. От числа повторений и от степени наглядности не зависит, кстати. Можете хоть на уши встать. Он не тупой и не упрямый, он необучаемый.

Это такая форма инвалидности, которая не позволяет человеку восполнять свой ресурс. Если ресурс невосполняем - его приходится очень осторожно расходовать. Так, чтоб хватило на жизнь. Необучаемый человек удивительно нетороплив и сдержан до безмятежности. Ему не надо ничего успеть, у него другая забота - растянуть свой скудный запас на подольше. Он любит сидеть дома, потому что так и не усвоил, где еще можно бывать. Любую чепуху он откладывает до выходных, а то и на годик-другой - во-первых, бережет энергию, а во-вторых - куда спешить? Колбаса никуда не убежит.

Она долго хранится.

Я зарабатываю свой хлеб немецким языком.

Всем страшно нравится, как я это делаю. Кто попал ко мне - тот попал в сказку.

Никто не знает, что материала у меня ровно на два года. Полтора года я могу учить, не приходя в сознание. Потом я в один из дней ловлю себя на размышлениях - что бы с ними сегодня поделать. Месяц спустя я начинаю рыться в своих папках. Спустя еще месяц ищу что-нибудь интересное в сети.

Если я начала готовиться к занятиям - это значит, пора расставаться. Кто не выучил язык за два года, тот не выучит его никогда. Кто за два года язык выучил - тому не нужно его больше учить.

Это как со словарями. Если тебе мало словаря на 50 000 слов - значит, словарь тебе вообще больше не нужен.

Вот и с любовью так же.