Цитата сообщения Атронах_из_плоти https://vk.com/wall-62995121_8100

Каждый день россияне совершают поступки, которыми может гордиться вся страна. Кто-то спас тонущих детей из ледяной воды, кто-то вынес стариков из горящего дома, кто-то нашел в себе храбрость заступиться за человека перед бандитами. Рискуя собственной жизнью, люди приходят на помощь тем, кто уже отчаялся ее получить.

Но поступок – это не только спасение. В нашей стране живут люди, которым не все равно. Свой подвиг они совершают многие годы. Спортсмены, которые завоевывают золотые медали, доноры, которые сдают кровь для тяжело больных людей, сестры милосердия, которые ухаживают за теми, от кого мир отвернулся, волонтеры, которые жертвуют все свое свободное время тем, кому нужна помощь. Они живут в разных городах и селах, у них разный достаток и увлечения, но они любят свою страну и преданы своему делу.

Все эти люди, как правило, остаются незамеченными. В лучшем случае мы можем прочитать про их подвиг пару сухих строчек в новостях. Проект «Гордость России» освещает эти события через призму человеческих историй, предоставляя слово самим героям – через что им пришлось пройти, что они чувствуют, во что верят и как находят в себе силы совершать чудеса.


Дмитрий Второв, президент Фонда «Поиск пропавших детей»

Создал первую в России волонтерскую организацию по поиску пропавших детей:

«Я отслужил два года в армии, потом пошел работать в органы безопасности по направлению информационных технологий. Потом были сложные времена – 1998 год, кризис… Я ушел со службы и выбрал работу с молодежью: занимался с трудными подростками, в частности, с ребятами из «готической» субкультуры. Был такой молодежный клуб «Дружба» на Красной Пресне, который в середине 2000-х годов закрыли под коммерческие нужды. Мне удалось доказать, что эти ребята крайне толковые: мы организовывали творческие вечера, открыли театральную студию, поэтический и военно-патриотический клуб.

В мае 2009 года я писал аналитические статьи, сидел в интернете, и как-то увидел в «Живом журнале» объявление о пропавшей девочке, искали добровольцев-помощников. Раньше я таких объявлений в Сети не видел. Я нашел телефон родителей, связался с отделом полиции, по своим каналам вышел на сотрудников госбезопасности и попросил о помощи. Мы взялись помогать в поисках. Потом выяснилось, что девочку похитил и убил родственник. Хорошо, что нашелся свидетель, благодаря которому удалось поймать негодяя.

После этого случая мы поняли, что нужно помогать попавшим в беду семьям. Когда мы впервые вышли на связь с родителями пропавшего ребенка, выяснилось, что родственники вообще не знают, что в таких случаях делать и куда обращаться. Мы решили присоединиться к какой-нибудь поисковой организации, но таких организаций на тот момент не было. И тогда мы открыли специализированный сайт.

О развитии волонтерского движения

Летом 2010 года были большие пожары – и с того времени массовое волонтерство начало набирать обороты. Осенью пропала 5-летняя Лиза Фомкина со своей тетей. К сожалению, спасатели и волонтеры опоздали буквально на несколько часов, и ребенок, и тетя погибли от холода в подмосковном лесу. Их искали очень много людей, были отклики в интернете, пошла волна волонтерства. После этих событий мы предоставили площадку нашего сайта для желающих помогать в поисках пропавших детей, стали первой подобной волонтерской организацией на всю Россию – от Камчатки до Калининграда, а также в соседних странах. В это время стали появляться и другие волонтерские отряды, в том числе и «Лиза Алерт». Во главу угла мы всегда ставим проблемы детей – увы, число волонтеров невелико, количество ресурсов ограничено, а нуждающихся в помощи – огромно! Именно поэтому поисками взрослых мы занимаемся посильно, а все основные силы отдаем на поиски именно детей, самой незащищенной части людей.

Всего в России, по нашим оценкам, реально действует 68 организаций по поиску пропавших детей, мы действуем как ассоциация, куда входят 50 организаций, а основным, в том числе, административным центром является наш фонд. Наше объединение проводит вебинары, учения, регулярные обсуждения проводимых поисков, делимся идеями и решениями в деле поиска пропавших детей, профилактики среди несовершеннолетних. У каждого отряда своя практика, свой бесценный опыт, который укрепляет нас всех, приводит к положительным результатам в поисках. Все важные решения в жизни нашей ассоциации мы принимаем только сообща.

Об отношениях с властями

Мы работаем с госорганами, у нас есть договоры с МВД и Следственным комитетом. Тесное сотрудничество с госорганами у нас началось в 2012 году, теперь наши волонтеры могут обратиться за помощью в полицию в любое время суток. Начальник девятого спецотдела ГУУР МВД России полковник полиции Андрей Щуров как-то сказал, что в самом начале категорично воспринимал волонтеров и считал, что они мешают работе. Однако спустя полтора года отметил, что результаты совместной работы по поиску детей только улучшаются. Он лично, прямым своим участием очень много сделал и продолжает делать для сотрудничества полиции и волонтеров, для повышения эффективности работы по поиску пропавших детей. Мы находимся в постоянном контакте с его подчиненными, которые помогают решать возникающие проблемы по поиску детей в любое время дня и ночи. С 2013 года я вхожу в Консультативный совет при Следственном комитете и представляю нашу ассоциацию по вопросам поиска детей и эксплуатации несовершеннолетних.

Что касается статистики, то она не очень разнится с государственной. Каждые двенадцать минут пропадает один ребенок, то есть в сутки – 120 детей. Ежегодно пропадают – 40-45 тысяч детей, из которых 90% находят. Но порядка 2-4 тысяч детей либо погибают, либо переходят в категорию пропавших без вести на следующий год. Срока поисков для нас нет – детей ищем бессрочно.

О поисках

Методология поиска очень простая. Сведения о том, что пропал ребенок, нам поступают по телефону, из интернета и СМИ. Распределяем обязанности. Координаторы собирают всю информацию: в чем ребенок был одет, приметы, возраст, какие-то еще особенности. Потом связываемся с полицией и выясняем уровень своей компетенции – бывает, что дело уже имеет уголовный характер: важно случайно не спугнуть преступника и не замести его следы. Штабы волонтеров мы часто организуем в школах, в полицейских участках. Мы составляем ориентировки на пропавшего ребенка, есть специальная форма с основными данными. Ориентировки распространяем в интернете, но не веерно, а адресно – по районам, где предположительно потерялся ребенок. Распространяем ориентировки на местности – о как правило, по пути предположительного следования ребенка и в местах «притяжения» – торговые центры, магазины, детские площадки. Мы опрашиваем людей, который в большинстве случаев с участием относятся к поискам. Мы осматриваем территории – стройки, здания под снос, прочесываем леса и парки. Спецтехники особенной для поисков не нужно, но если это лесные поиски, а это бывает нечасто, набор для первой помощи, фонарик, компас, рация, навигатор и удобная одежда. Мы никогда не отправляем волонтеров в одиночку, обычно по два-три человека – это нужно и для удобства, и для безопасности.

Существует миф о том, что заявление о пропаже человека подается через три дня. На самом деле полиция обязана сразу после обращения родителей принять меры по поиску. Если пропал ребенок до 10 лет – сразу заводится уголовное дело по 105-й статье «Убийство», чтобы для поисков у государственных служб было больше полномочий.

О конфликтах в семье

Дети гибнут в том числе становясь жертвами несчастных случаев, халатности взрослых. Так, ежегодно много детишек погибает в открытых люках – это большая беда. Однажды ребенка чудом нашли и спасли благодаря лаю собаки – ребенок полез в люк за упавшей собачкой и попал в ловушку сам. Но чаще дети уходят из дома самовольно. Многие относятся к этому почти как к естественному процессу, мол, нагуляется ребенок и вернется, ничего страшного не случится. Однако 25% самовольно ушедших детей становятся либо жертвами, либо соучастниками преступлений. Поэтому так важно скорее вернуть ребенка домой или в детское учреждение, что бы он не погиб или не попал в плохую историю.

Бывают случаи, когда ищешь подростка: а он уехал в другой город и находится сам, возвращается, увидев, что его разыскивают. Большинство детей, которые сами уходят из дома сталкиваются с проблемой – как вернуться домой? Часто они не могут вернуться не потому, что не хотят, а потому, что не знают, как вернуться. Например, дома был конфликт, ребенок решает собрать вещи и уйти. Он где-то ночует, прячется, потом «остывает», видит ориентировки, узнает, что родители его ищут, плачут. Чаду становится стыдно. Была девочка Юля, которую искали в Тушино три дня, отработали все, что можно. Раздался звонок – нашлась! Мы все выдохнули от облегчения. Выяснилось, что девочка у кого-то скрывалась, а потом пришла к родному дому, поднялась на верхний этаж и там спряталась – просто боялась зайти в свою квартиру. Был мальчишка, который страшно переживал, что у него не удается спортивное ориентирование. Собрал вещи и пошел на ночь глядя в парк. Нам пришла информация, поехали на место, прибыли телевизионщики. И тут видим в свете софитов в полпервого ночи шагает по темному парку мальчик – так и нашелся. Это все случаи с хорошим концом, но сколько таких мальчишек и девчонок не вернулись и сколько еще не вернется?

Миссия нашей организации состоит не только в поисках пропавших детей, но и в профилактике внутрисемейных конфликтов, а также в последующем наблюдении за ребятами, которые могут уйти из дома. Мы раздаем в школах и во время мероприятий буклеты по детской безопасности, даем рекомендации, рассказываем, что такое хорошо и что такое плохо, как вести себя ребенку и родителю если они столкнулись с проблемами. У нас есть программа "Наставник". Когда ребенок не раз уходил из дома, мы прикрепляем к нему с разрешения родителей волонтера-наставника, к которому ребенок может всегда обратиться, рассказать о своих бедах и проблемах. Учитывая, что волонтер на контакте с родителями, проблема быстро решается. Наставник побеседует и с ребенком, и с его мамой и папой – семейный конфликт удается предотвратить. Ребенок остается дома, психологическое напряжение не копится, всегда находится выход. Ведь наша задача помочь, сохранить добрый климат в семье. Сейчас у нас наставники работают с 30 детишками, из которых только двое убегали из дома вновь. Это очень хорошая статистика.

О волонтерах

Можно сказать, что все волонтеры – люди в каком-то смысле ненормальные. К сожалению, «нормальность» нашего общества чаще подразумевает эгоизм, карьерный рост и заботу лишь о своей семье. А наши волонтеры пекутся о других, бросают все ради помощи детям. Конечно, есть люди, которые обладают хорошим «тылом» – у них есть материальное благосостояние и они занимаются добровольчеством от достатка. Но с другой стороны – стоят люди, которые живут на мизерную зарплату с двумя детьми и тратят деньги на ориентировки и мобильную связь для поисков. Добровольчество добровольчеству рознь, и его стимулы не равнозначны. В нашей же организации абсолютное большинство волонтеров – люди со средним достатком или достаточно бедные, и я очень горд знакомством с ними. Был случай, когда ребята из регионов искали девочку, потратили все деньги на бензин, ориентировки и очень переживали, что могли оставить свои семьи без средств к существованию. Они не могли не помочь в поисках, но и денег уже тоже не было. Был найден выход: мы обратились к транспортным компаниям и один из топ-менеджеров «Роснефти» из своего кармана достал 20 тысяч рублей и тем самым помог в поисках – это большое дело, это тоже участие, большое спасибо этому человеку!

Средний возраст наших волонтеров – 25-35 лет, большая часть – женщины, домохозяйки. Много студентов. Например, в Москве у нас координирует направление 19-летний Николай Ковалев, который активно трудится в нашем Фонде с 15 лет. Кроме того, он работает в Российском союзе спасателей, каждый месяц сдает кровь как донор, при этом учится в МПГУ. И не жалуется на жизнь, а очень старается быть полезным и сделать еще больше. С такой молодежи нужно брать пример не только молодым.

Волонтером же может стать каждый, сложность в том, что некоторые хотят героизма. Они сидят у телевизора, смотрят на суперменов и героев боевиков, рассуждают, ждут случая, который поможет совершить «настоящий» подвиг. Наши волонтеры себя героями не считают. Помочь можно абсолютно по-разному, главное – не быть безразличным. У ребят это словно вирус доброты и чистосердечия такой, который, наверное, впитывается с молоком матери, воспитывается с детства. Наши волонтеры всех наших отрядов и инициатив не просто хотят помочь, они не могут жить иначе. Они просто идут по улице и замечают нуждающихся в помощи здесь и сейчас. Незаметные герои нашего времени.»