К полувековому юбилею первого выхода человека в открытый космос, который совершил 18 марта 1965 года советский космонавт Алексей Леонов, редакция сайта РИА Новости подготовила специальный проект, в котором расскажет о героическом шаге Алексея Леонова в бездну и открытии новой эры освоения космоса. Леонов доказал возможность работы человека в открытом космическом пространстве, и мы поведаем о самых интересных, драматичных моментах этого уникального события.

Подготовка к космической Одиссее

Ранним утром 12 октября 1964 года Алексей Леонов с волнением и радостью наблюдал за пуском с гагаринского старта космического корабля "Восход-1" с тремя космонавтами. Это был во многом уникальный старт, новый шаг человечества в освоении космоса, ведь сразу три космонавта впервые в истории Земли покинули пределы нашей планеты и спустя 24 часа совершили мягкую посадку. Но "Восход-1" на самом деле был важнейшим этапом испытаний корабля и различных технических систем для еще большего события — прогулки один на один со звездами. Интересный факт: во время переговоров экипажа "Восход-1" с Центром управления полетами цитировался Шекспир, а космонавты просили оставить их на орбите еще на сутки.

Сергей Павлович Королев, как и другие "отцы" советской космической программы, считал выход в открытое космическое пространство одним из важнейших шагов Советского Союза на пути к освоению Луны. Изначально корабли серии "Восход" не были предназначены для "прогулок" в космосе, из-за чего советским конструкторам пришлось преодолеть массу проблем и ограничений при его модификации.

Эти ограничения мешали не только инженерам и ученым, но и будущим членам экипажа — как отмечал сам Леонов, ему пришлось согласиться на сужение люков до таких размеров, что между плечами космонавта и "дверным проемом" оставался зазор всего в два сантиметра. Кроме того, сам шлюз был невероятно тесным и требовал особой методики выхода и входа в космическое пространство (что станет проблемой для нашего героя позже). Любое неосторожное движение или внештатная ситуация могли привести к самым катастрофическим последствиям. На "Восходах" не было установлено никаких систем спасения, что обрекало его обитателей на смерть в случае аварий и непредвиденных ситуаций при посадке или взлете. Космонавты об этом хорошо знали и все равно шли на риск.


Инженеры пытались максимально снизить риск, многократно проверяя все системы "Восхода-2", работу скафандра, прочих инструментов и элементов миссии. До выхода Леонова в открытый космос были запущены две черновых версии "Восхода-2", беспилотные корабли "Космос-57" и "Космос-59", на которых конструкторы отрабатывали работу шлюза, системы жизнеобеспечения и других новых элементов "Восходов". Скафандры и некоторые другие компоненты миссии проверялись в специальных барокамерах на Земле.

Несмотря на взрыв "Космоса-57" и ряд иных неудач, Королев и другие руководители космической программы СССР посчитали результаты этих экспериментов удовлетворительными и дали добро на запуск "Восхода-2" в середине марта 1965 года с согласия и под давлением самих космонавтов.

Алексей Леонов знал об уготованной ему задаче и целенаправленно готовился к ее выполнению на протяжении почти двух лет. По его словам, Сергей Королев лично обратился к нему с задачей решить различные проблемы, связанные с выходом в открытый космос и работой в условиях отсутствия гравитации и атмосферы.

Конструктор, как рассказывал Леонов, считал, что космонавт должен быть подобен моряку, умеющему "плавать" и проводить сложные ремонтные и исследовательские работы в космосе. Поэтому Леонов вместе со специалистами РКК "Энергия" на протяжении нескольких лет работал над созданием правил использования технических систем крепления, тросов, шлюзов и прочих инструментов, необходимых для выхода в космос, которые сегодня уже стали стандартом в космической отрасли. В итоге для "Восхода-2" появилась специальная надувная камера-шлюз, подогнанная по своим размерам под Леонова, облаченного в скафандр. При взлете она находилась в сложенном состоянии внутри "Восхода", а покидала его и надувалась уже после выхода на орбиту. Скафандры "Беркут" и прочая атрибутика космонавта тоже разрабатывались с участием Леонова.

Экипажи для будущего "Восхода-2" были выбраны почти за год до его полета — в июле 1964 года Алексей Леонов и Павел Беляев были выбраны в качестве пилота и командира корабля, а их дублерами были назначены Виктор Горбатко и Евгений Хрунов. Позже к ним присоединился Дмитрий Заикин.

Космонавты тренировались по программе, разработанной с участием Леонова, и отрабатывали разные этапы решения простой задачи, которую перед ними ставила Земля — выйти из корабля и сделать пару фотографий. Для этой цели, как вспоминает Леонов, председатель КГБ одолжил космонавтам настоящее шпионское оборудование — микрокамеру "Аякс", умещающуюся в пуговице.


Окончательное решение отправить именно Леонова и Беляева на борту "Восхода-2" было принято в феврале 1965 года, когда завершились тесты на борту "Космоса-57". Непосредственно к полету в день запуска готовились только три космонавта из пяти — Леонов, Беляев и Хрунов. Евгений Хрунов тренировался по особой программе и был готов заменить и Леонова, и Беляева в случае болезни или каких-то иных проблем.

Земля в иллюминаторе

Ровно в 10 часов по Москве 18 марта 1965 года с Байконура стартовала ракета-носитель с космическим кораблем "Восход-2", несшим Алексея Леонова и Павла Беляева. После выхода корабля на орбиту космонавты начали разворачивать шлюз для подготовки к выходу в открытое космическое пространство.

"После вывода корабля на орбиту мы чувствовали себя как в мягком вагоне скорого поезда: маленькое покачивание, небольшая вибрация, где-то что-то потрескивало... Мы пробовали делать осознанные движения руками, дотрагивались до некоторых предметов. Нам хотелось знать, можно ли человеку работать в условиях большой перегрузки, можно ли ему активно вмешиваться в управление ракетным аппаратом. И мы убедились, что это возможно", - рассказывал о своих ощущениях Алексей Леонов.

В 11 часов 28 минут Алексей Леонов завершил процесс облачения в скафандр, закрыл за собой люк, ведущий в надувной шлюз, и начал процедуру разгерметизации. Через четыре минуты шлюз был очищен от воздуха, и космонавт открыл люк, ведущий в открытое пространство. Получив разрешение у командира, Леонов начал первый в истории человечества выход в открытый космос в 11 часов 34 минуты по Москве.

"Что мне сразу же бросилось в глаза — так это необыкновенно черное небо. На Земле его очень трудно с чем-либо сравнить. Даже в фильме, который вы посмотрите, цветопередача неба неправильна: оно получилось темно-коричневым, а в действительности небо там черное с переходом в фиолетовое. Звезды кажутся в подвешенном состоянии, а Солнце будто находится на стене. Оно яркое, без лучей", — вспоминал Алексей Леонов.

Главной и, по сути, единственной задачей Алексея Леонова была относительно простая операция — прикрепить "шпионскую" камеру к стенке шлюза, "отплыть" от него и сделать пару фотографий космического корабля. С первой частью этого задания он справился, однако потом началась серия проблем, которая чуть не привела к гибели космонавта и его командира, о чем на Земле узнали только после посадки "Восхода".





После выхода в космос Алексей Архипович был так поражен открывшимся его взору видом вселенской бездны, что потерял чувство времени, по его словам, "паря над Землей, как чайка с распрямлёнными крыльями". Космонавт заметил проблему лишь тогда, когда его жизни уже угрожала серьезная опасность.

"Пожалуй, самое яркое впечатление — это пространство и время. Я ощутил конечные размеры Земли, когда сразу видишь территории, как на глобусе. То есть, не поворачивая головы, я видел всё Чёрное море. А повернул — увидел Румынию, Болгарию, там, на горизонте, Италию и поднял голову – вот тебе Балтийское море. Но меня поразила тишина. Тишина, необыкновенная тишина. И возможность услышать своё собственное дыхание и сокращение сердца", — вспоминал Леонов тот эпизод в интервью журналу "Дилетант".

Спустя время космонавт заметил, что скафандр сильно надулся, и это стало сковывать движения его ног и рук. Через 12 минут после выхода в космос "Беркут" раздулся до такой степени, что Леонов не мог пролезть через входную дверь шлюза.

"Давление в скафандре — около 600 мм, а снаружи — 10-9 мм; такие условия на Земле смоделировать было невозможно. В вакууме скафандр раздулся так, что не выдержали ни ребра жесткости, ни плотная ткань. Я, конечно, предполагал, что это случится, но не думал, что настолько сильно. Затянул все ремни, но скафандр так раздулся, что руки вышли из перчаток, когда я брался за поручни, а ноги — из сапог", — вспоминал Леонов.

Рискуя быть полностью парализованным, Леонов принимает, не советуясь с Землей, отчаянное решение — он открывает клапан сброса воздуха на скафандре и понижает давление внутри него до уровня, который позволил ему влезть в шлюз. О том, какой опасности подвергается первый советский человек в космосе, знал только командир его корабля Павел Беляев.

"Возникла критическая ситуация, а советоваться с Землей было некогда. Пока бы я им доложил, пока бы они совещались. И кто бы взял на себя ответственность? Только Паша Беляев это видел, но ничем не мог помочь. И тут я, нарушая все инструкции и не сообщая на Землю, перехожу на давление 0,27 атмосфер. Это второй режим работы скафандра. Если бы к этому времени у меня не произошло вымывание азота из крови, то закипел бы азот во всем теле — и все, гибель!", — сказал Алексей Леонов.


Но космонавт не погиб и смог успешно приблизиться к шлюзу, где у него началась новая серия проблем — плохо двигающиеся ноги мешали забраться внутрь "Восхода-2" по инструкции, двигаясь ногами вперед. Он принимает второе рисковое решение - войти в шлюз головой вперед, забрасывает видеокамеру и сворачивается в клубок, чтобы Беляев мог закрыть шлюз и начать процедуру повторной герметизации.

"Как только Паша удостоверился в том, что внешний люк был закрыт, и давление выровнялось, он включил таймер на открытие внутренней двери, и я заполз обратно на "Восход", в мыльном поту и со страшным стуком в сердце. К счастью, эти проблемы не попали на телекартинку — трансляцию нашего полета по радио внезапно прервали и начали играть "Реквием" Моцарта. Это спасло мою семью от мучительных волнений в этот момент и в последующие этапы полета, когда я и Паша еще несколько раз подверглись смертельной опасности", — сказал Алексей Леонов.

Через несколько минут Леонов и Беляев обнаружили, что концентрация кислорода в кабине начала быстро расти и поднялась до опасно высоких значений, при которых пятью годами ранее на Земле заживо сгорел космонавт Валентин Бондаренко. Экипаж "Восхода-2" лихорадочно пытался сбить уровни кислорода, понижая температуру и снижая влажность, однако ничего не менялось. Последующие семь часов космонавты провели, ожидая взрыва.

"Потом мы разобрались, что я шлангом от скафандра задел за тумблер наддува. Что произошло? Поскольку корабль был долгое время стабилизирован относительно Солнца, то, естественно, возникла деформация: ведь с одной стороны охлаждение до минус 140 градусов Цельсия, с другой — нагрев до плюс 150 градусов. Датчики закрытия люка сработали, но осталась щель. Система регенерации начала нагнетать давление, и кислород стал расти, мы его не успевали потреблять. Общее давление достигло 920 мм. Эти несколько тонн давления придавили люк и рост давления прекратился. Потом давление стало падать на глазах", — рассказывал Алексей Леонов.

"Выбор места посадки был моей задачей как пилота космического корабля. Наша орбита проходила таким образом, что мы могли приземлиться прямо в центре Москвы, на Красной Площади. Но нам нужно было выбрать такой район, где было бы как можно меньше людей. Я решил, что мы сядем рядом с Пермью, рассчитывая на то, что даже если я ошибусь с вычислениями, мы все равно сядем на советской земле и не попадем в Китай, отношения с которым у нас были в то время крайне натянутыми", — вспоминал Алексей Леонов.

Возвращение на Землю экипажа "Восход-2" было нелегким. Космонавты обнаружили, что система автоматического приземления перестала работать, и им пришлось вручную определять место посадки.

"В соответствии с программой полета, посадочный модуль должен был отделиться от орбитального модуля через 10 секунд после начала работы двигателей. Я начал отсчитывать 10 секунд про себя. Когда они прошли, я понял, что что-то пошло совсем не так. Мы чувствовали, что нас как будто что-то тащит сзади, словно нас кто-то тянет. Противоборствующие друг другу силы превышали 10 G, и капилляры в наших глазах полопались. Заглянув в иллюминатор, я с ужасом осознал, что произошло", — рассказывал космонавт.

Оказалось, что модули не разделились полностью и что их соединял толстый коммуникационный кабель, временно ставший центром масс, вокруг которого вращались половинки "Восхода". Это вращение прекратилось только на высоте в 100 километров, когда кабель сгорел и модули разделились. Дальнейшая посадка проходила спокойно, за исключением одного эпизода, когда "Восход-2" попал в плотное облако и Алексей Леонов начал думать, что корабль приземляется в глубокое ущелье.

"Когда мы пролетали над Крымом, мы впервые за долгое время восстановили связь с Землей. Первое, что я услышал: "Как ты там, блондин? Где вы приземлились?" Это был Юрий Гагарин, он всегда называл меня блондином. Мне было очень приятно слышать его голос — даже в тех обстоятельствах он был полон теплоты и даже расслабленности", — вспоминал Алексей Архипович.


"Восход-2" приземлился в час дня по Москве на территории Пермской области, в нескольких тысячах километров к северу и западу от предполагаемой точки посадки, где их через несколько дней подобрали спасатели. Примерно в это же время СМИ СССР заявили о первом выходе человека в открытый космос.

Приборы показывали, что корабль сильно отклонился от намеченного курса и приземлился в двух тысячах километрах к востоку от Перми, в глубокой сибирской тайге. Как шутил Алексей Леонов, отвечая на вопросы командира о том, когда их найдут, "месяца через три, на собачьих и оленьих упряжках". На самом деле космонавты сели почти там, где планировали — в 70 километрах к северу от города Березники.

Экипаж был найден быстро благодаря тому, что сигнал о приземлении зафиксировали радисты на борту грузового самолета, который пролетал неподалеку от места посадки "Восхода-2". Вечером первого же дня к месту посадки прилетел гражданский вертолет, который не смог подобрать космонавтов из-за того, что ему просто негде было приземлиться, а имевшиеся на нем веревки и веревочные лестницы были слишком тонки для подъема космонавтов в полном скафандре.

Позже к месту посадки подлетело еще несколько вертолетов и самолетов, пилоты одного из которых попытались приободрить космонавтов, сбросив им бутылку коньяка, а другие поделились с ними топором, теплой обувью и одеждой. Алексей Леонов, смеясь рассказывал, что бутылка разбилась, а топор оказался не заточенным, но одежда была подходящей для суровых пермских морозов.

"Быстро темнело, и мы поняли, что сегодня нас не спасут и нам придется защищать себя. Температура быстро падала, и пот, который заполнил мой скафандр после выхода в космос, превратился в полумерзлую жижу в ботинках, заполнявшую их до колен. Мне стало зыбко, и я понял, что нам двоим угрожает обморожение, если мы не избавимся от влаги в скафандрах", — вспоминал Леонов.

Космонавтам пришлось раздеться, вылить всю воду, выжать мягкие части скафандров и избавиться от их металлических деталей. К ночи стало еще холоднее, и Беляеву с Леоновым пришлось залезть назад в капсулу и переночевать там. Леонов вспоминал, что он опасался нападения волков и медведей, и мысленно считал число патронов в пистолете, который выдавался экипажам советских космонавтов.

Утром их разбудило гудение самолета, кружившего над местом посадки, а через несколько часов подъехали лыжники-спасатели вместе с докторами и кинооператором. Они "обрадовали" космонавтов новой проблемой — спасение откладывается на сутки, так как другая группа спасателей должна была закончить расчистку леса для посадки вертолета только через 24 часа.

Этот день и ночь экипаж "Восхода" провел с заметно большим комфортом — спасатели построили сруб из стволов деревьев и развели большой костер. Они привезли с собой из Перми ванную, а также много сыра, колбасы и хлеба — настоящий пир после нескольких дней лишений.

На следующий день космонавты встали на лыжи и совершили девятикилометровый пробег вместе со спасателями к месту посадки вертолета. Оттуда они были перевезены на Байконур, где их первыми встретили Юрий Гагарин и Сергей Королев.

На Земле

Алексей Леонов родился 30 мая 1934 года в небольшом селе Листвянка Кемеровской области. Сюда царское правительство сослало за революционную деятельность деда будущего космонавта, и постепенно в Листвянку перебрались с Донбасса родители Алексея. В 1937 году его отца забрали по доносу, а беременную маму вместе с детьми буквально выгнали на улицу. Большую семью приютил муж старшей сестры. Он не только не побоялся взять к себе в 16-метровую комнату семью врага народа, но и очень много работал, чтобы прокормить ораву чужих детей.

Старшая сестра читала маленькому Алексею книги Жюля Верна. Впоследствии он отмечал, что впервые с идеей выхода в открытый космос познакомился именно в книгах Жюля Верна и Константина Циолковского. Искусство было еще одной страстью Алексея. С детства он восхищался работами Айвазовского и в первом классе даже обменял свою месячную пайку еды на первый альбом с картинами Айвазовского. Но не только книги и картины интересовали юного Алексея, небо манило его сильнее всего. В 1953 году он окончил среднюю школу с хорошими оценками по всем предметам и незаурядными знаниями по авиации и искусству. Авиационную технику — авиадвигатели и конструкции самолетов, и даже основы теории полета Алексей постигал по записям старшего брата — авиационного техника.


После успешного обучения в 10-й Военной авиационной школе в Кременчуге Алексей Леонов поступил в Чугуевское военное авиационное училище. А в марте 1960 года приказом главкома ВВС Алексей Леонов был зачислен в первый отряд космонавтов Центра подготовки космонавтов ВВС. Там же Леонов познакомился и подружился с Юрием Гагариным. Они встретились еще в конце 1959 года на медкомиссии. В одном из интервью Леонов рассказывал, что увидел молодого человека, который в ожидании своей очереди читал "Старика и море" Хэмингуэя. Леонов сам мечтал прочесть эту книгу и, по его словам, немедленно проникся уважением к новому знакомцу. Позже они стали близкими друзьями, вместе отдыхали и работали, вплоть до гибели Юрия Гагарина в 1968 году.

18-19 марта 1965 года Алексей Леонов вместе с Павлом Беляевым совершил свой первый космический полет на корабле "Восход-2". Леонов впервые в мире вышел из корабля в открытый космос.

Вернулись Леонов и Беляев на Землю героями. Последующие несколько лет внимание к их жизни было огромным. Уже на пермском аэродроме они попали под обстрел кино- и фотокамер, людей, которые мечтали хотя бы просто постоять рядом с ними. Прибытие в Москву было еще более пышным. Космонавты в открытом автомобиле проехали по Ленинскому проспекту и улицам, прилегавшим к Кремлю, на тротуарах стояли огромные толпы, приветствовавшие их. И только на Красной площади они наконец-то увидели своих родных.


Из-за строжайшей секретности даже семья Леонова не знала, что ждет его в полете. Когда началась радиотрансляция выхода в космос, дочка Леонова Вика, которой в тот момент было четыре года, закрыла лицо руками, расплакалась и попросила, чтобы папа немедленно вернулся назад.


Алексей Леонов вспоминал, что во время выхода подвел Сергея Королева, который перед стартом потребовал докладывать о любом действии космонавта в открытом космосе. Но в момент серьезной ситуации космонавт восемь минут не поддерживал связь с Землей, самостоятельно решая задачу выживания, и именно это спасло ему жизнь. Сергей Королев позже говорил Леонову: "Ты чудом выжил!" Кстати, "чудом выжил" Леонов и в 1969 году: он ехал в автомобиле генсека Леонида Брежнева, который был обстрелян офицером Виктором Ильиным.

Карьера Леонова-космонавта — один из ярких примеров заслуженного успеха. Его следующий полет в космос был не менее значимым, советско-американская программа "Союз-Аполлон" стала целой вехой для пилотируемых космических полетов.


Прекратив летать, Леонов показал себя как прекрасный руководитель, больше 20 лет, с 1970 по 1991 год, он был заместителем начальника ЦУПа, а потом, выйдя на пенсию, стал советником председателя совета директоров "Альфа-банка".

Все эти годы Леонов не бросал и свое увлечение — живопись. Талантливый художник, почетный академик Российской академии художеств, он совершенствовал свое умение в течение многих лет, неизменными оставались лишь сюжеты его картин.


Со своей женой Светланой Леонов познакомился еще во время учебы в авиационном училище и буквально за три дня сделал предложение и сыграл свадьбу: нужно было возвращаться в часть. Светлана даже свадебное платье сшила всего за одну ночь. Через два года после свадьбы у Леоновых родилась старшая дочь Вика. А в 1967 году, через два года после возвращения Леонова из космоса, родилась вторая дочь, Оксана. В 1996 году Виктория умерла, ей было всего 35 лет. Алексей Архипович тяжело переживал смерть дочери, справиться ему помогли остальные члены семьи, включая внуков Даниила и Карину.

В 1980 году в детском издательстве "Малыш" вышла книга для детей, написанная Леоновым с его же рисунками, где космонавт рассказывал, как происходил тот полет. Заканчивалась книга так: "Прошло много лет после нашего полёта на корабле "Восход-2". В космосе побывали десятки космонавтов на "Союзах" и "Салютах". Каждый решал свои сложные задачи. Но выход в открытый космос — одна из сложнейших операций на орбите. Она требует от космонавтов тщательной подготовки, большого мастерства и огромного мужества. Я смотрю на космонавтов по телевидению, слушаю их переговоры и доклады на Землю и каждый раз переживаю свой полёт на корабле "Восход-2" — первый выход человека в открытый космос. Я им завидую и от всего сердца желаю успеха".


РИА Новости http://ria.ru/space/20150318/1049979493.html#ixzz3UjQ9FELG