Зарисовки из недалекого прошлого...

К длинной очереди у пивного ларька подошли трое военных с автоматами и повязками на руках. Устало, недобро оглядели толпу. Один из военных, постарше и понебритее, спросил:
- Коммунисты есть?
Очередь замерла, сжалась, сделалась небольшой и жалкой, как в развитых странах.
- Началось, - пролетело от головы к хвосту очереди.
- Отлавливают.
- Погуляли, хватит.
- Иван, ты что не выходишь?
- Кто Иван?!. Обознались вы.
Никто не вышел, не шевельнулся.
- Жаль, - сказал тот же военный, - жаль.
Другой военный, помоложе и помладше званием, пояснил:
- Нашли обложку от партбилета, в ней семьсот рублей.
Не успел он договорить, алкаши захлопали себя по пустым брюкам и пиджакам в поисках партбилета. Зазвенели голоса:
- Народ и партия - все едино!
- Где что-нибудь, там и они.
- Ум, честь и все такое.
- Иван, ты-то куда?
- Дура, не Иван, а Иван Петрович. Распустили дармоедов!
Очередь дрогнула раз, другой, третий, заколебалась, целиком оторвалась от
пивного ларька и двинулась навстречу автоматам.
- Все коммунисты?! - удивился плоховыбритый.
- Все! - хором сказали алкаши.
- Жаль, - бросил военный, - жаль.
Другой военный, помоложе и помладше званием, пояснил:
- Семьсот рублей... все фальшивые. Чьи вот они, откуда?
Толпа немного помолчала, потом помялась, потом попятилась. Заговорили все разом:
- Болеет партия.
- А что ж ты хочешь? То она тебе в авангарде, то черт ее знает где.
- Заболеешь - на словах одно, на деле другое.
- Запутались, заврались. Так, что ли, Иван?
- А кто тут Иван? Тут Иванов нет.
Военные постояли еще немного и ушли.
Последние отблески солнца осветили чистое, голубое небо. Народ принялся пить пиво.
А. Трушкин.