Одна из новых повестей Галины Щербаковой называется « Метка Лилит» .
Вещь философская, неоднозначная, возможно в чем-то спорная, местами шокирующая, но вряд ли оставит кого-то равнодушными. Реальные события чеченской войны переплетаются в ней с фантастикой и философскими рассуждениями о людях и Богах, о смысле жизни, мире и войне. Приведу только небольшие отрывки, кого заинтересует, можно прочитать и в интернете и в печатном виде.
« Метка Лилит» ( отрывки из повести)
Тамара уже понимала, что присутствие зла запрограммировано самой природой. Иначе что делать той же высокой чести и доброте, которая встает на защиту, не будь зла?
Одна из главных причин бедствий людей – ложное представление о том, что одни люди могут насилием – в смысле, кровью – улучшать, устраивать жизнь других людей.
Где-то…
И тут пришла пора рассказать о человеке, который взял да и выдернул свои корни.
Где-то в Шотландии, не в каком-то научном центре, а в простом университете, молодой ученый, глядя в электронный микроскоп, обнаружил странную клетку. Она нагло развалилась под окуляром и как бы даже подмигивала. Потом исчезла – показалась, мол, и хватит, но в голове ученого засела. Ученого звали Егор, был он русский…
Еще на первом курсе, на родине, будущий микробиолог Егор дни напролет просиживал в Щедринке или научной библиотеке университета. Увлекшись в качестве развлечения флорой и фауной оконечностей Европы, он прочел об этом все, что было, и делал чисто фантастические предположения, которые однажды вдруг, как пазл, сложились в цельную картину. Он записал свое открытие в тоненькие школьные тетрадки и всегда таскал их с собой в котомочке через плечо
И хотя в Эдинбурге чуть с ума не сошли, прочитав его тетради, главное в талантливом русском парне они не увидели. И никто не увидел. Егор был повернут на теме войны не менее, чем на микробиологии.
Он непрестанно думал об убийствах и войнах, об их бесконечности в мире, о неотвратимости их почти всегда необъяснимого начала. За землю? Глупости. Взял эту, хватаешь следующую, и все мало, мало, а счастья как не было, так и нет. Гневит чужая кровь? Но во время войны, как никогда, она перемешивалась, что вода в океане. И драгоценная голубая кровь арийца-воителя уже давно позеленела или покраснела, а дети войны несут в себе разноцветные крови, как радугу.
И тогда Егор понял, что в человеке искони, извечно живет не жажда быть, а восторг смерти….Откуда в людях это – от Македонского до Гитлера, от Гитлера до Бен Ладена, от Бен Ладена до мальчишки, который душит собственную мать? И чем больше убитых, чем больше на земле крови, тем сильнее страсть к смерти – своей ли, чужой…
Егор нашел то стеклышко, с которого на него смотрела странная клетка, пошел в тюрьму, и попросил разрешения сделать анализ крови убийц. У них это были не клетки – это были метки. Оказывается, достаточно взять у человека кровь на стеклышко – и все ясно: убийца. Как просто! Хочешь выбрать президента – проверь его кровь. В живой крови-метке особенно видно, как она меняет свою форму, свой цвет, у нее даже есть как бы выражение лица: отвратительно-насмешливое. Ибо знает, что нельзя не убить, если она в тебе есть. И умрет она только с тобой. А может, и не умрет, может, превратится в летающий атом смерти и поселится в чьем-то ухе или ноздре и пустит свой яд, и ты, еще вчера вполне милый человек, однажды сожмешь руками шею ребенка и почувствуешь, что наконец началась твоя настоящая жизнь.
Егора охватил ужас от мысли, что среди людей может не оказаться неубийц. Он неистово рассматривал кровь у всех, у кого мог. И потихоньку успокаивался. Людей без меток было достаточно много, дети были практически все чисты, но метка мгновенно появлялась, стоило им увидеть убийство – пусть даже котенка или собаки. Убийство на глазах детей было страшнее тифа, спида, проказы. Оно поселялось в человеке навсегда.
Егор искал выход.
Читать далее...
Серия сообщений "Читальный зал":Хорошая книга открывается с ожиданием и закрывается с прибылью.
(Амос Бронсон Олкотт.)
Часть 1 - "А душу оставить себе..." Тамара Петкевич.
Часть 2 - Командор "Каравеллы"
Часть 3 - "Метка Лилит"
Часть 4 - Ещё о Фаине Раневской
Часть 5 - Любите ли вы книги, как люблю их я?
...
Часть 36 - О книге Репина «Далёкое близкое»
Часть 37 - Пасха в произведениях русских писателей.
Часть 38 - Знакомство состоялось.
