Жизнь Замечательных Женщин Принцесса-художница
Александр III работал в своем простом, даже тесноватом кабинете — он не любил помпезных помещений. Царю нужно было подняться со стула и достать другую папку с документами, однако он продолжал сидеть над уже прочитанным докладом. Олюшка, младшая дочка, играла с куклой под столом и вдруг, прислонившись к отцовой ноге, заснула. Александр боялся пошевелиться, хотя от долгой неподвижности нога уже порядком затекла. Выручил адъютант, заглянувший в дверь. Он осторожно взял маленькую принцессу на руки и унес её к няне.

У Александра IIIбыло шестеро детей: четыре мальчика, среди которых и будущий последний император России Николай II, и две девочки. Младшую великую княжну звали Ольгой. Она родилась 1 июня 1882 года в Петергофе. Отец, как положено, тут же подарил царственному младенцу имение — село под Воронежем. И назвал его без затей — Ольгино. Великая княжна обожала отца. Словно чувствуя свою внутреннюю связь с ним, так же, как и он, она не любила многочисленные дворцовые празднества, роскошные балы — всё то, что привлекало её мать, императрицу Марию Федоровну, урожденную датскую принцессу. 

Александр был ласков и добр не только со своими детьми, но со всеми ребятишками, обитавшими в императорском дворце. Зимой играл с ними в снежки, лепил снеговиков, мальчиков учил своей любимой забаве — колоть дрова. Олюшке же, единственной, разрешалось играть под столом в его кабинете, пока отец работает. Иной раз, забравшись к нему на колени, девочка брала двумя руками большую императорскую печать и важно пришлепывала ее к тому месту на бумаге, куда указывал царь-отец. Когда он умер, Оля была еще совсем юной барышней.

С матерью, Марией Федоровной, отношения у нее с самого детства не заладились — в них недоставало теплоты и искренности. С первых дней жизни маленькая принцесса была на полном попечении няни — англичанки Элизабет Франклин. Эта женщина стала самым любимым и близким человеком для Ольги, она прожила у великой княжны 32 года и умерла на руках княжны глубокой старушкой. В последние месяцы няня уже не вставала с постели, и Оля сама ухаживала за ней в своем петербургском дворце, хотя в ту пору ещё не была опытной медсестрой. 

В своем воронежском имении, в Ольгино, она впервые близко соприкоснулась с жизнью простых людей. И нисколько тем не была шокирована. Надо сказать, Ольга сильно отличалась от других членов царской фамилии. «Она совершенно не придерживалась никакого этикета. Нередко гуляла одна пешком, заходила в лавки, бывала иногда по утрам в театральном училище. Когда какую-нибудь её просьбу исполняли — искренне и сердечно благодарила и извинялась за причиненное беспокойство», — писал один из её современников.

 
В Ольгино великая княжна взяла под свою опеку школу для крестьянских ребятишек, основала больницу для бедных. И не только снабдила её всем необходимым, но во время приема больных и разных медицинских процедур сама вставала рядом с доктором, чтобы освоить навыки сестры милосердия.

Мать выбрала для младшей дочери жениха — герцога Петра Ольденбургского. Свадьбу сыграли в 1901 году. Оле было 19 лет, герцогу — 33. Великая княжна не числилась среди первых красавиц двора, но была милой, живой и бойкой девушкой. Своим обаянием она покоряла сердца, вот только сердце мужа навсегда осталось холодно к ней. 

Первая брачная ночь стала для неё настоящим шоком. После напутствий своей дорогой няни Оля прождала мужа до утра. Он не пришел — всю ночь играл с приятелями-офицерами в карты.

Семейная жизнь принцессы не сложилась не только потому, что герцог Ольденбургский был игроком, его просто не тянуло к девушкам, как к таковым, герцог любил мужчин. Понятно, что любви между супругами не возникло, счастливой семейной жизни не получилось, детей — тоже.

Много лет спустя Ольга Александровна сама признавалась, что они прожили с Петром Александровичем под одной крышей пятнадцать лет и ни разу не были мужем и женой.

Приходится удивляться, как могла царствующая семья отдать молоденькую неопытную девушку в руки не способного её любить и составить её счастье человека. О нетрадиционной ориентации Петра могли не знать Мария Федоровна и мать герцога, бывшие близкими подругами, но семья Романовых состояла из нескольких десятков человек. Неужели никто об этом не догадывался?

 

Справедливости ради надо сказать, что Петр Ольденбургский был, в общем-то, незлой и неглупый человек. Увлекался литературой, сам писал рассказы, делал какие-то романтические попытки «уйти в народ», чтобы лучше познать Россию. Спустя много лет, в эмиграции, Ольга была с ним в хороших дружеских отношениях. Но тогда, в первые годы замужества, она очень страдала от его демонстративной нелюбви и впала от этого в черную меланхолию. Если бы не её любимые занятия, возможно, она бы и не выбралась из этой затяжной депрессии. 

Оля очень хорошо играла на скрипке, но больше всего на свете любила рисовать. Она неустанно писала свое Ольгино, длинную тенистую аллею, ведущую к усадьбе, роскошный сад, квадратики полей со стожками сена, зеленые рощицы, прорезанные свечами белых колоколен. С удовольствием рисовала крестьянок и сельскую детвору. Столь же неустанно великая княжна работала в Петербурге. Парки Гатчины и Павловска, Царского Села и Петергофа — рай для пейзажиста. Ольга исходила их вдоль и поперек. Всегда в сопровождении трёх своих друзей: этюдника и двух обожавших ее молодых борзых.

Надо сказать, что и до Ольги Александровны кое-кто из членов императорского дома занимался искусством. Талантливой художницей была жена Павла I, после принятия православия нареченная, как и мать Ольги, Марией Федоровной. Великолепно рисовала дочь Павла Екатерина, в замужестве ставшая королевой Вюртембергской. Но Ольга Александровна первой из Романовых стала профессиональной художницей. На следующий год после неудачного замужества она поступила в студию модного тогда в столице пейзажиста Константина Крыжицкого. И окончила её, подтвердив свое мастерство, как и положено, было каждому выпускнику, персональной выставкой своих работ.

 
Более того, свое пристрастие к живописи Ольга соединила с непривычным для слуха членов императорской семьи словом «работа». Она начала выпускать почтовые открытки с репродукциями своих картин. Сначала на них были изображены чудесные рождественские и пасхальные сценки, потом грянула русско-японская война и Ольга, горячая патриотка, засела за серию открыток на военную тему. Сюжеты были незатейливы, правдивы и душевны и потому находили отклик в сердцах простых людей. На одной — сестра милосердия склонилась над раненым, на другой — молоденький солдат, улыбаясь, читает письмо из дома. Сейчас изданные до революции открытки, автором которых была великая княжна Ольга Александровна, — большая коллекционная редкость. 

Больше всего за неё, жившую в одиночестве при живом муже, переживал любимый брат — великий князь Михаил. В историю он вошел тем, что до рождения цесаревича Алексея был наследником российского престола и одну ночь даже побыл императором.

Николай II— его и Ольгин старший брат — в 1917 году отрекся от престола сначала в пользу сына Алексея, а потом подписал за него отречение в пользу Михаила. Тот к утру, конечно, тоже отрекся, поскольку не представлял, какими вожжами можно было удержать несущуюся невесть куда страну.

 
Но тогда, в начале века, они еще не знали, что их ждет через полтора десятка лет. Михаил старался развеселить Ольгу, хотя бы отчасти спасти от одиночества. И однажды увёз с собой в Павловск на парад гвардейского кирасирского полка. Ольга была воспитана отцом в большом уважении к русской армии, любила парады, демонстрирующие мощь  родной империи. Кстати, каждый член царствующего дома был шефом одного из полков — в том числе великие княгини и княжны. Ольга Александровна была почетным полковником Ахтырского гусарского полка, имела полковничий мундир его цветов и никогда не обходила вниманием свое славное воинское подразделение. 

В Павловске среди нескольких офицеров ей представили ротмистра Николая Куликовского. И жизнь ее чудесным образом переменилась. Несмотря на свойственную Ольге строгость в вопросах нравственности, ей нравилось его внимание. Брат Михаил, видно, сразу уловил некий ток, пробежавший между молодыми людьми, и пригласил всю компанию в свой дворец в Павловске. Там, в зеленой гостиной у распахнутого в сад окна, они весь вечер говорили и смеялись, пили шампанское и никого не видели вокруг. Вся компания делала вид, что не замечает их увлеченности друг другом. 

Скоро Ольга потребовала у мужа развода. Её прямой натуре противна была ложь, тайные любовные утехи. Ей хотелось любви, детей, простого семейного счастья, которого она до сих пор не успела испытать. Но герцог Ольденбургский и слышать об этом не хотел. Решительно против был и Николай II«Помешались вы, что ли, на неравных браках!» — кричал он сестре.

Николая можно было понять. Сколько крови попортил ему тот же Михаил. Нарушив прямой запрет брата-императора, Михаил Александрович женился на некой Наталье Вульферт, прелестной изысканной женщине, не королевской крови. После венчания с Михаилом ей дали титул графини Брасовой, но несколько лет Николай не мог простить брату этот морганатический брак и не позволял ему появляться в России.

Тот же фортель выкинул родной дядя Николая — великий князь Павел Александрович. Также презрев запрет племянника-царя, он женился на простой дворянке Ольге Пистолькорс. Истории эта изумительная красавица известна под именем княгини Палей. Теперь вот сестра Ольга со своим ротмистром... 

Герцог Ольденбургский вдруг нашел неожиданный выход: развода жене не дал, но поехал к Куликовскому и предложил ему стать своим личным адъютантом. Может, признал, что должна же и у жены быть личная жизнь, так пусть лучше она протекает тихо, дома, а не где-то по чужим углам. То ли, наоборот, зная её безупречную порядочность, был уверен, что не унизится жена до измены ему тут же, у него под носом, в ответ на такое его доверие. А Куликовский на предложение герцога согласился: по крайней мере, он все время мог быть рядом со своей великой княжной.

Их любовь выдержала испытания долгими тринадцатью годами. В конце концов, с силой их чувства вынуждены были смириться все члены царской семьи. С началом Первой мировой войны Николай ушел на фронт. Ольга тоже решительно отложила мольберт и кисти, с которыми не расставалась все последние годы, и надела форму сестры милосердия. Она не мыслила себя отдельно от страны, которую горячо любила. Жена Николая IIАлександра Федоровна и четыре её дочери тоже пошли работать в госпиталь сестрами милосердия.

 

Ольга не ограничилась столичным госпиталем. Она поехала к линии фронта, поближе к своему Николаю, к ахтырцам, в одном полку с которыми воевал Куликовский. Поначалу, не имея большого медицинского опыта, она работала обычной медсестрой. Не гордячка по натуре и непритязательная в быту, она легко освоилась в новых условиях. Не имела слуг, отдельной комнаты — делила её с другой сестрой милосердия. Дежурила сутками, выносила судна, перевязывала и выхаживала самых тяжелых раненых. А любую свободную минуту посвящала писанию писем многочисленным родным. «У нас сейчас так много работы, — писала она летом 1916 года брату Николаю II, — что уже больше месяца я не выхожу и не выезжаю на прогулку. Так много у нас раненых — почти пятьсот коек». Солдаты отказывались верить, что эта скромная ласковая женщина — сестра императора.

Вполне освоившись с новой профессией, Ольга Александровна возглавила военный госпиталь. Не отказавшись от обязанностей сестры, прибавила к ним многочисленные обязанности начальницы. Знаменательным стал для нее 1916 год. Герцог Ольденбургский одумался, дал, наконец, Ольге развод, а Николай разрешил ей вступить в брак с Куликовским. Венчание состоялось в скромной Киево-Васильевской церкви. Разумеется, не было роскошного свадебного платья в лентах и кружевах, фаты и бриллиантов. Перед аналоем стояла женщина в форме сестры милосердия и мужчина в полевой офицерской форме — Куликовский к тому времени стал полковником. Зато гости были более чем представительные: вдовствующая императрица Мария Федоровна, великая княгиня Ксения, сестра Ольги, великий князь Александр Михайлович... 

Ровно через девять месяцев после свадьбы, в августе 17-го, у молодых родился первенец — Тихон. Только в тридцать пять лет Ольга Александровна стала матерью и обрела, наконец, простое человеческое счастье. Через два года у них появился второй сын — Гурий. На дворе стоял 1919 год.

 
Так случилось, что в это время великая княжна Ольга оказалась последней представительницей дома Романовых, оставшейся в России, — как жена «простолюдина» она не была арестована. Остальные были или убиты, или успели эмигрировать. Все знали её простоту, открытость, демократизм — поэтому неудивительно, что в определенных кругах родилась идея провозгласить её императрицей России. К Ольге была направлена офицерская делегация, но она категорически отвергла это предложение.

 
В 1920 году много дней маленький отряд — Куликовский, Ольга, двое маленьких детей, их няни и несколько преданных семье казаков — пробирался по западным областям России за кордон. Бог их уберег, и они добрались, наконец, до Копенгагена, куда годом раньше успели эмигрировать вдовствующая императрица, мать Ольги, и сестра Ксения с детьми.

С тех пор до самой смерти в 1960 году Ольга Александровна жила за границей. Сначала в Дании, на родине своей матери, после смерти, которой Ольге даже пришлось продать дворец. Датский королевский дом был не очень щедр к родственникам, оставшимся без своего русского царства. На вырученные от продажи дворца деньги Куликовские купили небольшую ферму, завели своё хозяйство и управлялись с ним без помощи слуг. Ольга очень тосковала по России.

В 1948 году Куликовские перебрались в Канаду, Ольга опасалась, что в Дании её достанет КГБ — после войны она помогала давно осевшим в Европе казакам спрятаться от насильственной депортации в СССР. Тогда бы их неминуемо ждал ГУЛАГ, а скорее всего – расстрел. В Канаде семья жила очень бедно и трудно. Николай часто болел, все заботы по хозяйству 
были на великой княжне, уже далеко не молодой женщине.

 После смерти мужа, больную и одинокую, её взял на свое попечение русский эмигрант, капитан царской армии. В его скромном домике она и умерла. Ей было 78 лет. 
Сыновья и внуки Ольги остались в Дании. Теперь в Копенгагене живут её правнуки — фактически уже датчане. Но они хорошо помнят, что их прабабушкой была сестра последнего русского императора, поэтому всячески поддерживают связи с Россией и часто устраивают выставки картин великой княжны. Все годы эмиграции Ольга Александровна постоянно рисовала.

 Жанровые сценки, портреты, пейзажи и цветы, целое море цветов — все это 
изображено на её бесчисленных рисунках и картинах. До войны выставки её работ в Копенгагене, Париже, Лондоне пользовались большой популярностью у любителей живописи, репродукции многих картин стали вновь печататься на открытках. А потом Ольга Александровна увлеклась созданием православных икон. Если свои картины она продавала и большую часть вырученных денег тратила на благотворительность, на помощь русским эмигрантам, то иконы — только дарила.

Выставки работ великой книгини проходят до сих пор, и неизменно пользуются успехом. А её работы украшают собой многие частные коллекции.