Знакомимся с творчеством кинорежиссера Олега Погодина:

Жесткая, криминально-эпическая драма Олега Погодина
фильм "Дом" (2011)

В большом доме, посреди донских степей, живет семейство Шамановых. Все есть в этом доме, все - кроме покоя, любви и взаимопонимания: отцы конфликтуют с детьми, дети с отцами и друг с другом. Старший сын Виктор возвращается в отчий дом после 25-летнего отсутствия. За это время он стал опасным криминальным авторитетом и нажил немало врагов. Он знает, что его хотят убить, но пока не подозревает, что киллеры выяснили, где он спрятался…

«Дом» — российский художественный фильм, криминальная драма режиссёра Олега Погодина, премьера которой состоялась 3 ноября 2011 года. Главную роль — преступника Виктора Шаманова — исполнил Сергей Гармаш, удостоившийся за неё главной национальной кинопремии «Ника».

В центре сюжета — семья Шамановых, живущая в российских степях, готовящаяся отпраздновать столетний юбилей главы семейства, ветерана Первой мировой войны Ивана Матвеевича. Внезапный приезд старшего сына Виктора, которого члены семьи не видели 25 лет, меняет все их планы. Картина была благосклонно принята большинством российских кинокритиков и стала обладательницей трёх премий «Золотой орёл» (номинировалась ещё на три) и одной «Ники» (номинировалась ещё на три).

Несмотря на успех фильма у кинокритиков, картина полностью провалилась в прокате, собрав 142 тысячи долларов при 4 миллионах бюджета.
Лента демонстрировалась в рамках внеконкурсной программы 47-го международного кинофестиваля в Карловых Варах. В сентябре 2012 года, согласно данным Российского института культурологии, «Дом» рассматривался в качестве кандидата от России на премию «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке»

В ролях: Богдан Ступка, Сергей Гармаш, Владимир Епифанцев, Екатерина Редникова, Иван Добронравов и др. Сценарий: Олег Погодин. Продюсеры: Рубен Дишдишян, Сергей Сельянов.
 

Режиссёр фильма Олег Погодин

о том, как возник сценарий

Когда-то, еще в 1990-е, ко мне в гости зашел один мой приятель, кинооператор. Мы с ним разговорились о том, у кого что болит по творчеству. Время было трудное, о кино тогда всем нам пришлось забыть: мы снимали или рекламу или музыкальные клипы. Так что поболтать о замыслах – это все что нам тогда оставалось. И тут он мне говорит: «А мне, знаешь, видится такой кадр – дом в степи». Я говорю: «Какой дом?». Он: «Ну, такой беленый, мазанка». Я, без особого интереса: «А дальше?». Он: «Дальше не знаю. Просто хочется снять фильм с домом в степи». Ну, поговорили и разошлись. Но мне этот дом в степи, вероятно, в подсознание врезался. Я, кстати, вспомнил об этом нашем разговоре только полгода назад, когда сам для себя попытался вычислить генеалогию замысла. Был только образ, как первотолчок, - и никакой истории. Потом, году в 1998-м, я попытался сам для себя вкратце набросать некий контур сюжета. Я ходил и предлагал его разным продюсерам, но безуспешно. Ну, а дальше, как в романе, - шли годы. Кино снова стало поднимать голову.

Мне встретился продюсер Рубен Дишдишян. Он первый, кто в меня, как в режиссера поверил. Дал мне, можно сказать, входной билет в профессию: я выступил с мини-сериалом «Родина ждет», у которого не сказать, чтобы все по художественной части сложилось, но зато прошел он заметно и меня профессионально признали. После «Родины…» я предложил Рубену «Дом». Он загорелся идеей, понимая при этом, что на таком проекте можно только репутацию укрепить, а денег не заработать. И он меня подцепил на такой крючок – давай, говорит, сначала «Родина ждет-2» сделаем, коммерцию, а потом уже «Дом». «Родина ждет-2» со временем превратилась в «Непобедимого», процесс работы над которым очень сильно затянулся. Было много пауз, иногда очень длинных, и вот в одну из таких длительных пауз я и написал «Дом». Это был 2006 год...

О том, что вдохновляло при создании картины

Меня вообще-то всегда вдохновляли вестерны. Я сам – человек степной, донской, родился и рос в степном городе. Мне это чувство открытых пространств, считайте, родное. «Дом», кстати, легко представить, как историю, которая разворачивается где-нибудь в Техасе или в Вирджинии. На эстетику фильма, думаю, сильно повлияли три фактора. И все три – американоцентристские. Литературный след – это Уильям Фолкнер. Живописный – Эндрю Уайет. Кинематографический – Сэм Пекинпа. Это мое скрытое признание в любви американской культуре. С одной стороны. А с другой – я хотел сделать фильм о том, что знаю и чувствую лучше всего. О своих родных местах. О людях, чьи голоса я слышу в своей памяти до сих пор. Их реплики, поведение, отношение друг к другу… Меня долгие годы доставала одна мысль: о разобщенности русских, о том, что среди русских слабеют семейные, родственные связи… Я думал о том, что жестокость и насилие в наших семьях, как средство воздействия друг на друга, почитаются больше всего. А любовь – она закопана где-то глубоко под всем этим. Под окриками, оплеухами, гнетом. Иной раз ее и раскопать-то не удается. Нужен такой специальный, очень сильный микроскоп, в который эту любовь можно рассмотреть. Или смерть, которая мгновенно обнажает истинность чувств людей. Эта мысль предопределила трагический финал картины. Смерть и беда – вот два колокола, способные разбудить в наших людях чувство родства. Почему так, - это отдельный разговор...

О главной идее фильма

Это фильм о том, как доведенная до первобытного примитива мужская система ценностей разрушает основу русского общества – семью.

Источники: