Профсоюзы в России стали массово появляться в период первой русской революции 1905-1907 годов. Знаменитый ВЦСПС (Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов) советских времён был создан ещё до октябрьских событий — на профсоюзной конференции летом 1917 года. А первый съезд профсоюзов прошёл в Петрограде в январе 1918 года.

От кого защищать?

На съезде присутствовали 416 делегатов с решающим голосом. Они представляли 2,5 миллиона рабочих. Более 50% делегатов при анкетировании назвали себя большевиками, 22% — меньшевиками, 12% назвались беспартийными. За левыми эсерами шли 6,5% делегатов, за правыми — 3%.
Одним из важнейших вопросов повестки дня были задачи профсоюзов «в новых условиях». Тут проявилось три течения. Крайне левые заявили, что в руках профсоюзов должна концентрироваться вся власть, отраслевым союзам должно быть передано управление соответствующими отраслями экономики. Это рассматривалось как шаг к отмиранию государственной власти.
Меньшевики и правые эсеры настаивали на независимости профсоюзов от власти. Они поясняли: борьба между трудом и капиталом не исчезла, а лишь видоизменилась. Поэтому рабочим нужны независимые классовые организации. Большевики устами Григория Зиновьева возражали, что при власти рабочих и крестьян защищать трудящихся не от кого, поэтому профсоюзы должны влиться в государственные структуры. Как несложно догадаться по партийному составу делегатов, съезд поддержал линию большевиков, хотя и после острых дискуссий.
Принятая съездом резолюция гласила: «Профессиональные союзы, как классовые организации пролетариата, построенные по производственному принципу, должны взять на себя главную работу по организации производства и воссозданию подорванных производительных сил страны. Самое энергичное участие во всех центрах, регулирующих производство, организация рабочего контроля, регистрация и распределение рабочей силы, организация обмена между городом и деревней, деятельнейшее участие в демобилизации промышленности, борьба с саботажем, проведение всеобщей трудовой повинности и т.п. — таковы задачи дня».
Похожие задачи перед ВЦСПС ставила и принятая в марте 1919 года программа РКП(б): «Будучи уже, согласно законам Советской республики и установившейся практике, участниками всех местных и центральных органов управления промышленностью, профессиональные союзы должны притти (сохранена орфография оригинала, — прим. авт.) к фактическому сосредоточению в своих руках всего управления всем народным хозяйством, как единым хозяйственным целым».

Под "хозяином" пока ещё понималось не исключительно государство.
В следующем году партия большевиков пережила дискуссию о профсоюзах. Тогда в очередной раз было заявлено, что в Советской России пролетария защищать не от кого и профсоюзы нужно огосударствить. На это лидер партии Владимир Ленин возразил: «Товарищ Троцкий говорит о «рабочем государстве»… Не совсем рабочее, в том-то и штука». Как пояснил вождь большевиков, Советскую Россию нужно считать «рабоче-крестьянским государством», да ещё «с бюрократическим извращением». А рыночные отношения между рабочим и крестьянином, помноженные на произвол бюрократии, делают пролетариев не такими уж защищёнными…
После введения НЭПа Ленин даже отстаивал право профсоюзов проводить забастовки на государственных предприятиях. По его мнению, НЭП «означает в обстановке допущенной и развивающейся свободы торговли, перевод госпредприятий в значительной степени на коммерческие, капиталистические основания. Это обстоятельство… неминуемо порождает известную противоположность интересов между рабочей массой и директорами…». Впрочем, на деле забастовки жёстко подавлялись.

Явное противоречие

В конце Гражданской войны «Рабочая оппозиция» в РКП(б), ссылаясь на программу партии, отстаивала «синдикалистский уклон» — идею передачи всей хозяйственной власти профсоюзам. Звучали голоса и в пользу передачи хозяйственной власти близким родственникам профсоюзов — фабзавкомам. Но они вскоре были слиты с профсоюзами и разделили их участь.
В марте 1921 года на X съезде партия осудила «синдикалистский уклон» и показала, у кого должна быть власть: «… Коммунистическая партия в состоянии объединить, воспитать, организовать такой авангард пролетариата и всей трудящейся массы, который один в состоянии противостоять неизбежным мелкобуржуазным колебаниям этой массы, неизбежным традициям и рецидивам профессионалистской узости…».
Профсоюзам отводилась большая роль в планировании, подборе и воспитании кадров, но в вопросах организации производства они имели лишь совещательный голос. Весной 1922 года XI съезд партии констатировал, что необходимо «сосредоточение всей полноты власти в руках заводоуправления». А «всякое непосредственное вмешательство профсоюзов в управление предприятиями… должно быть признано безусловно вредным и недопустимым». На этом же съезде было отмечено явное противоречие в задачах советских профсоюзов: «С одной стороны, их главная задача — защита интересов трудящихся масс в самом непосредственном и ближайшем смысле слова. С другой — они не могут отказаться от нажима, как участники госвласти и строители всего нар. хозяйства в целом». 
Значительную роль в отстаивании хотя бы частичной независимости профсоюзов от государства сыграл руководивший ВЦСПС в 1920-х годах Михаил Томский. В 1921 году он ненадолго лишился своего поста из-за того, что не выступил с должным рвением против сторонников независимости. В 1929-м был обвинён в «правом уклоне» и спустя несколько лет покончил жизнь самоубийством.
Летом 1930 года XVI съезд партии дал такую оценку Томскому и его окружению: «Оппортунистическая руководящая группа старого состава ВЦСПС не только не оказалась способной понять задачи пролетарской диктатуры в реконструктивный период и вытекающие из них задачи профдвижения, но и оказала сопротивление партии в перестройке работы профсоюзов …». Вскоре лидером ВЦСПС стал Николай Шверник. Ему и выпало перестраивать профсоюзы по требованиям «реконструктивного периода».

«Лицом к производству»

В 1925 году XIV съезд ВКП(б) ещё признавал, что профсоюзы не должны во всём поддакивать директорам предприятий: «…следует безусловно бороться с уклоном, проявляющимся в формах уродливого блока отдельных органов и работников профсоюзов и хозорганов на почве некритического, огульного одобрения и огульной защиты профессиональными органами и их представителями всех мероприятий и предложений администрации хозорганов перед рабочими…» Если это, как правило, оставалось благим пожеланием, то следующее требование съезда неукоснительно выполнялось: «… профсоюзы и их представители должны в то же время энергично поддерживать начинания хозяйственников, направленные к повышению производительности труда…».

Перед профсоюзами ставилась задача стимулировать стахановское движение и ударничество, организовывать производственные соревнования, контролировать соблюдение трудовой дисциплины, инициировать товарищеские суды, бороться с текучестью кадров.
На XVI съезде ВКП(б) все это нашло законченное выражение в лозунге «Лицом к производству». Профсоюзы были обязаны «организовать массы вокруг задач строительства социалистического общества». ВЦСПС поручались, по сути, функции надсмотрщика.
Так из организаций наёмных работников профсоюзы превратились в государственные структуры. И это при том, что государство в СССР являлось почти монопольным работодателем. Вполне логично, что работа ВЦСПС начала строиться исходя из интересов работодателя, а не работника. В частности, следование лозунгу «Лицом к производству» со временем обернулось одобрением крайнего ужесточения трудового законодательства. Работники были ограничены в праве менять место работы. Опоздания рассматривались почти как уголовное преступление. А недовольство низкими заработками, тяжёлыми или вредными условиями труда расценивалось как «вредительство». Всё это власть оправдывала тяжёлым положением страны на международной арене…
Одобряя все инициативы работодателя, советские профсоюзы дожили до распада СССР и на территории РФ преобразовались в Федерацию независимых профсоюзов России. Она потеряла изрядную долю собственности, но сохранила традицию своего советского предшественника — полное подчинение государству.