Хорошо зарекомендовавшая себя в войне Гражданской, конница оказалась незаменима и в Великую Отечественную. Практически всю войну кавалерия обеспечивала необходимую маневренность частям Красной армии…

«Нас водила молодость в сабельный поход!»

Гражданская война на территории России носила высокомобильный характер, в силу чего и велась вдоль железных дорог и рек. Уйти в сторону было трудно, попросту говоря «ног не хватало», вот почему уже очень скоро красные комиссары выдвинули лозунг «Пролетарий, на коня!».

Были созданы сразу две конные армии – Первая – Семена Буденного и Вторая – Оки Городовикова, сыгравшие очень важную роль в разгроме Белой армии. Родилась даже новая тактика их применения: при атаке вражеской конницы впереди мчатся тачанки, затем они разворачиваются и косят врага пулеметным огнем. Всадники действуют парой: один рубит шашкой, другой расстреливает противников первого из пистолета или карабина.

«Двигаться не по шоссе, а лесами!»

Из Гражданской войны молодая советская конница вышла ослабленной. «Сработался» конский состав, причем настолько, что хороших лошадей в 20-х годах пришлось закупать в Канаде по линии Амторга.

В предвоенные годы количественный состав советской конницы сокращался прямо пропорционально росту ее механизации. Так, являвшийся с 1938 года инспектором кавалерии все тот же Ока Городовиков, выступая на совещании высшего руководящего состава РККА 23-31 декабря 1940 года, так и сказал, что главное в современной войне это воздушные силы.

«Крупные силы конницы при всем своем желании, хоть семь звезд во лбу, как говорят, ничего не могут сделать… Я считаю, что конница при таких условиях может двигаться не по шоссе, а лесами и другими путями. Поэтому, в современной обстановке… надо полагать, что превосходство будет на той стороне, которая имеет превосходство в воздухе.

При этом превосходстве может двигаться любой род войск, драться и выполнять задачу. Если же этого превосходства в воздухе нет, то любой род войск двигаться не сможет и не выполнит поставленных задач». (РГВА, ф. 4, оп. 18, д. 58, л. 60 – 65.)

То есть он вполне справедливо считал, что конница имеет полное право на существование, при условии надежной поддержки ее с воздуха. А передвигаться в ее отсутствие он предлагал не по шоссе, а лесами.

«Воевать строго по уставу!»

Специфическую роль конницы в новых условиях закреплял и Полевой устав 1939 года: «Наиболее целесообразно использование кавалерийских соединений совместно с танковыми соединениями, моторизованной пехотой и авиацией – впереди фронта (в случае отсутствия соприкосновения с противником), на заходящем фланге, в развитии прорыва, в тылу противника, в рейдах и преследовании.

Кавалерийские соединения способны закрепить свой успех и удержать местность. Однако при первой возможности их нужно освобождать от выполнения этой задачи, чтобы сохранить их для маневра. Действия кавалерийского соединения должны быть во всех случаях надежно прикрыты с воздуха». Ну, а поскольку военные должны воевать строго по уставу, то… так они по идее и должны были бы воевать в 41-ом, если бы не одно «но»…

«Гладко было на бумаге, да забыли про овраги!»

После всех сокращений кавалерия РККА встретила войну в составе четырех корпусов и 13 кавалерийских дивизий. По словам  Оки Городовикова, ставшего с июня 1941 года генерал-инспектором и командующим кавалерией Красной Армии, кавалерийский корпус трех дивизионного состава тогда состоял из 12 полков, и имел 172 танка БТ-7 и 48 бронемашин в трех танковых полках, 96 орудий дивизионных, 48 полевых и 60 орудий ПТО; станковых пулеметов – 192 и ручных – 384, и усиленной танковой бригады в составе 150 – 200 танков.

Но, как известно, Великая Отечественная война началась с разгрома советской авиации, из-за которого самолетов у нас стало не хватать настолько, что дальние бомбардировщики ДБ-4 отправляли на штурмовку вражеских танковых колонн без прикрытия истребителями.

Чего уж тут говорить о коннице, которая в этих тяжелых условиях, во-первых, стала едва ли не единственной по-настоящему мобильной силой Красной армии, не зависящей ни от состояния дорог, ни от поставок горючего, а во-вторых – лишилась обещанного уставом прикрытия с воздуха.

Немецкие «Штуки» с включенными сиренами пикировали на кавалеристов и нервы у лошадей не выдерживали, они кидались в стороны и попадали под пули и бомбы. Тем не менее, красные конники воевали даже в таких условиях.

«Казаки, казаки!»

Многие конники после войны вспоминали, что лошадей они использовали в качестве транспортного средства, а вот атаковали противника исключительно в пешем строю. Махать шашками большинству практически не приходилось.

Исключение составляли участники рейдов по тылам противника. Днем их части отстаивались в лесах, а ночью по наводке партизан наносили удары по оккупированным селам. При первых же звуках выстрелов немцы выбегали из домов и тут же, громко крича от ужаса «Казаки, казаки!», попадали под шашки. Потом конники опять отходили и днем, когда их разыскивала немецкая авиация, до времени прятались в лесах!

Об успехе действий тех же казачьих подразделений Красной Армии говорит и тот факт, что Гитлер разрешил создание в вермахте конных казачьих подразделений, объединенных в казачий корпус СС под командованием бывшего атамана, а теперь уже генерала Краснова, а самим донским казакам, перешедшим на свою сторону, создание на их землях (уж неизвестно насколько искренне) республики «Казакия».

Выведенный в Югославию для участия в действиях против партизан, этот корпус зарекомендовал себя так, что там потом еще долго матери пугали детей казаками: «Смотри, казак придет, заберет тебя!»

Война моторов и коней!

Следует отметить, что в Красной Армии на начальном этапе войны просто не было крупных подвижных соединений, кроме конных, танковые войска могли оперативно использоваться только как средство поддержки пехоты.

Таким образом, единственным средством, позволяющим осуществлять глубокие охваты, обходы и рейды в тыл врага, была именно конница. Даже в конце войны, когда характер боевых действий существенно изменился по сравнению с 1941– 1942 гг., в составе Красной Армии успешно действовали восемь кавалерийских корпусов, семь из которых носили почетное звание гвардейских.

Фактически кавалерия до появления в Красной Армии крупных самостоятельных механизированных соединений и, добавим, автомобилей из США и Англии, была единственным маневренным средством на оперативном уровне боевых действий. Понятно, что проблем с использованием конницы было много. Корм для лошадей, снабжение боеприпасами, громоздкость – все это были такие трудности, преодолеть которые должно было военное искусство, но которого тоже нередко не хватало. Но героизма нашим конникам было не занимать.

Вячеслав Шпаковский

http://ussrlife.blogspot.ru/2014/08/blog-post_94.html#more