Наконец то перестройка
добралась и в наш колхоз.
И пошла торговля бойко
с молотка ушел навоз.
Понаехали «крутые»,
лысый бубон, как яйцо.
Рожи, наглые такие
и в ноздрях торчит кольцо.
Всё, скупили не торгуясь,
чем богат был наш колхоз.
Председатель наш любуясь
вытирал довольно нос.
Он, продав добро народа
получил огромный куш.
Спрятал клад у огорода,
где стоял дырявый душ.
А народ шумел, ругался,
не досталось им гроша.
И глав бух, подлец, умчался,
не болит его душа.
А умчался на Канары,
зад свой греть, что жирным был.
Лучше б сел козел на нары,
Чтоб умерить жадный пыл.
Мы же с кумом, подсмотрели
куда клад зарыл наш пред.
В головах мыслишки зрели
На предмет, как сделать вред.
И нам пес его не страшен,
что он к душу привязал.
План наш смел и был безбашен,
ведь успех нас точно ждал.
Прежде, чем идти на дело
с кумом тяпнули сто грамм.
Но в мозгах не захмелело,
Повод был добавить нам.
В общем, литр усосали
Обмывали наш успех.
Полночь ждать с кумцом не стали
И пошли на этот грех.
Прихватили с собой кошку
Сало шмат и пирожок.
Валерьянки на дорожку
Весь разлили пузырек.
Кота бросил кум на землю
Тот, в блаженстве заорал.
Зло, конечно здесь, не дремлет
Полк кошачий набежал.
Здесь, такой дурдом начался,
Что смеялась и луна.
Пред, с ружьем в трусах примчался
Думал, что уже война.
Полк кошачий веселился
Распевая голоса.
А сосед, так матерился,
Что краснели небеса.
Мы, же с кумом, посмеялись
И пошли до кобеля.
По дороге передрались
Не считав ещё рубля.
Кум решил, что клад разделит
Без обид, по чесноку.
Мне, одна треть части светит,
А две треть должно ему.
В общем, в спор кобель вмешался,
На цепи он рвался в бой.
Снять ошейник всё пытался,
лапой шкрябал под собой.
Тут еще коты орали
И стреляли из ружья.
Лай собак и мат стояли
Не поймешь, что за резня.
Бросил псу кусок я сала
Пирожок, сожрал кумец.
Кобелине, сала мало
Знать, голодный был подлец.
Я, едва ли успеваю
Цепку выдернуть с кола.
Как вдруг быстро понимаю,
Что зверь смотрит на меня.
|
Я, с разбегу, влез на ветку
Высотою метров пять.
Кум, же мчался до соседки
Вспоминая мою мать.
А за ним, зверь разъяренный
Мчался рысью по пятам.
Кум успехом опьяненный
прыгал зайцем по кустам.
Он, штаниной зацепился
Когда прыгал чрез плетень.
Тот, под весом наклонился
Спрятав, кума в свою тень.
Пес, помчался с лаем дальше,
Где орал кошачий полк.
Это было счастье наше
Нас сожрал бы этот волк.
Я, три раз перекрестился
И спускаться с ветки стал.
Сам себе я удивился,
как же лихо я бежал.
А когда земли коснулся
Понял, что штаны порвал.
Зад мой миру улыбнулся
и от счастья крик издал.
Тут, гляжу кум, шкандыляет,
Волочит ногой плетень.
Меня с воплем проклинает
Хочет он на бюллетень.
Зад, ему кобель пометил
Сделав дырки в аккурат.
И мочой своей пометил
Так, что кум, ему стал брат.
Время было у нас мало,
Нужно быстро клад искать.
Нет в запасе больше сала
и нельзя нам отступать..
Под луной мы землю рыли
Благо, лунно словно, днем.
Увлеклись, про пса забыли,
Пожалели мы потом.
Вот, заветный узелочек
В нем, деньжаточки лежат.
Кум почёсывал пупочек
Руки, с жадности дрожат.
Мертвой хваткой уцепился
И готов бежать уж был.
Тут, полк кошек появился
Кум от ужаса застыл.
За ордой когтистых кошек
Мчались псы со всех дворов.
Люд, смотрел со всех окошек,
Как на загнанных воров.
С кумом мы метнулись к ветке,
Чтоб спасение найти.
Нам не нужно и монетки,
Лишь бы ноги унести.
Полк кошачий вдаль помчался,
А за ним и кобели.
Но за то народ примчался,
От позора нас спасли.
Мы, же с кумом, как герои
Узелок в село несли.
Ими, стали поневоле
богачами, не смогли.
Но видать судьба злодейка
Рассудила всё за нас.
Преда, ждет в суде скамейка,
Обвинительный указ.
Нас, же с кумом, наградили
лист похвальный на двоих,
За колхоз, что сохранили
Не взяв денежек чужих.
После, с кумом мы напились
От обиды, вдрыбадан.
До утра, ночь матерились
Наливая вновь в стакан.
Хоть теперь мы с ним герои
Знают нас и стар и млад.
Но герои – поневоле
Нам, урвать хотелось клад.
|
Рыжая кошка-осень.../ Фотограф Elizabeth E
