За 30 лет после ее падения в мире возникли иные стены, даже более прочные...
В минувший уик-энд отмечалась 30-я годовщина падения Берлинской стены. Не обошли эту дату, естественно, и российские СМИ. При этом тональность обсуждения была неоднозначной: где-то одобряли, где-то сожалели. Торжества растянулись на несколько дней и перенеслись на текущую неделю. Порассуждать действительно есть о чем. Ведь Берлинская стена подавалась некогда как символ холодной войны, мрачное наследие противостояния между Востоком и Западом, барьер, разделивший Европу.
Итак, чему научила Берлинская стена? Каковы нынешние итоги ее падения?
Очень многие не только на Западе, но и в СССР, были уверены, что после того, как стена рухнула, в Европе и в мире в целом наступят кардинальные перемены: «Темницы рухнут, и свобода нас встретит радостно у входа…».
Действительно, 30 лет назад, после событий в Берлине и последовавшими за ними «бархатными революциями» в странах Восточной Европы, мир серьезно изменился. И изменения эти тогда, в 1989 году, были встречены весьма одобрительно почти всеми, и, прежде всего, жителями Восточной Европы.
В целом положительно отнеслись к прекращению существования стены тогда и в бывшем СССР. Недовольные и даже сомневавшиеся были в меньшинстве. Мало кто тогда представлял последствия и полный объем предстоявших изменений. Например, что спустя два года последует и разрушение СССР. И вообще, рухнет вся многополярная система международных отношений.
Теперь, говорили многие, все люди в Европе объединились. Мы вместе будем строить счастливую жизнь. На смену риторике холодной войны и гонке вооружений придут мир, открытость и сотрудничество между Востоком и Западом.
Похмелье пришло позже. Как скоро выяснилось, Запад вовсе не собирался ставить Россию вровень с собой. Сначала отнесся к нашей стране, как к проигравшей холодную войну. А потом, осознав, что в Москве на такое отношение не соглашаются, начал оказывать давление.
И противостояние продолжилось. «Стена непонимания» никуда не делась, возможно даже, стала выше и прочнее.
Такую реальность четко подтвердил прибывший на торжества в Берлин глава Госдепартамента США Майкл Помпео. Выступая в минувшую пятницу вечером в фонде Koerberstiftung, неподалеку от Бранденбургских ворот, он прежде всего подчеркнул, что падение стены – это огромная совместная победа немцев и американцев, но все же высказал нынешнюю западную оценку ситуации, добавив, что «надежды на установление свободного демократического порядка во всем мире не реализовались, и авторитаризм вернулся». Помпео, как все поняли, имел в виду, прежде всего, политический курс нынешних России и Китая.
Ну не хотят США мириться с существованием многополярного мира! Им по душе была ситуация, когда в конце XX века они остались единственной реальной силой в мире. И могли, как уверены многие американцы, спокойно осуществлять придуманную ими самими же свою, почти божественную миссию – нести народам свет идей демократии. Америка, дескать, это сияющий град на холме, откуда исходят лучи свободы.
Тем не менее за прошедшие 30 лет лучи эти несколько поблекли, а сама такая идея поизносилась. Например в результате событий, происходивших в последние десятилетия в Ираке, Ливии и Афганистане, в которых самое активное участие принимали США. Они четко показали, что американцы руководствуются идеалами свободы и демократии далеко не всегда. Они, например, создали закрытые тюрьмы с камерами пыток в Ираке, причастны к жестокому убийству лидера Ливии Каддафи, проводили бомбардировки мирных кишлаков в Афганистане. Последним доказательством полного эгоизма США и однозначного стремления к выгоде и наплевательского отношения ко всем окружающим стало решение Белого дома оставить под собственным контролем нефтяные поля в Сирии.
Народ этой страны остро нуждается в средствах для восстановления разрушенной инфраструктуры, а американцы самым что ни на есть наглым образом захватывают и присваивают себе его природные богатства. То есть думают не о «притесненных и угнетенных», как официально заявляется, а исключительно о себе.
Такое во времена Берлинской стены, а следовательно, существования и влиятельного и сильного военного блока стран Варшавского Договора все-таки было маловероятно.
Так что получается стена не только «разделяла народы», как указывали на Западе, но и все же успокаивала агрессивные страсти…
Впервые я лично увидел Берлинскую стену во время фестиваля молодежи в 1973 году. Помню, работавший корреспондентом в ГДР коллега даже специально возил меня на метро, чьи поезда проходили в так называемом «межстенном пространстве». Из окон видны были улицы Западного Берлина, дома и даже, как казалось, лица прохожих «с той стороны».
Совсем близким казался Западный Берлин и с высоты ресторана на вершине телевизионной башни, куда нас пригласили пообедать знакомые немецкие журналисты. Внизу хорошо была видна сама стена. А за ней, почти впритык, сияло огнями здание издательского концерна Шпрингера. Видно было, как заходят на посадку самолеты в аэропорту Темпельхоф. Но все это смотрелось не как в реальной жизни, а скорее, напоминало кино. Без ответа на вопрос: как же все-таки там живут, за стеной?
«Хорошо живут, – говорили нам восточные немцы, – но не намного лучше нас». Действительно, жизнь в ГДР, тогда показалась нам просто прекрасной, во всяком случае, намного богаче, чем в СССР. В определенной степени, это было почти что настоящее «общество потребления». Поражало наличие в продовольственных магазинах сразу нескольких сортов колбасы и сыра. А в магазинах обуви и одежды красовались самые модные по тем временам американские джинсы и западногерманские женские туфли на высокой платформе. Повсюду были низкие цены и отсутствие очередей. Нет, очень неплохо тогда жили восточные немцы.
В этом я убеждался каждый фестивальный день, еще и тогда, когда пил на улицах Восточного Берлина известное своим качеством немецкое пиво и ел вкуснейшие огромные сосиски со сладкой горчицей. В отличие от тогдашней Москвы пиво было не разбавлено, а сосиски сделаны из хорошего мяса.
Германская Демократическая Республика считалась в те годы некой «витриной социализма». Как полагали наши тогдашние идеологические вожди, высокий уровень жизни там четко доказывал, каких немалых успехов может достичь социалистическое государство. Если к этому правильно подойти.
И в целом, надо сказать, восточные немцы были в основном удовлетворены уровнем своей жизни. Нет, они, конечно же, отдавали себе отчет, что западный «Мерседес» на много порядков предпочтительнее восточного «Трабанта», но в массе своей не капризничали. Так, во время встреч с советскими журналистами многие с пеной у рта искренне доказывали, как они довольны низкими ценами на ЖКХ, бесплатными медициной и образованием, и вообще всеми социальными благами, которые, а они это точно знали, отсутствовали у их западных сородичей. Все это было правдой.
Когда я покидал ГДР, у меня четко сформировалось ощущение большой жизнеспособности этого государства, равно как и прочности Берлинской стены. Естественно. ощущение это подкреплялось военной мощью расквартированной в Восточной Германии группы советских войск. По оценкам российских экспертов, на тот момент там находилось более 300 тысяч наших военных, более 12 тысяч танков и другой бронетехники. Это был самый крупный контингент советских войск, когда-либо находившийся в странах восточного блока. То есть все вокруг были убеждены, что «в случае чего» советские солдаты могли бы полностью закрыть границу и предотвратить любые провокации, как с внешней стороны, так и изнутри.
Но тогда, 30 лет назад, в ноябре 1989 года, когда «зашаталась стена», наши солдаты остались в казармах. А к Бранденбургским воротам вышел другой представитель тогдашнего СССР – музыкант Мстислав Рострапович. Мне навсегда запомнились кадры по телевидению, когда он играл на виолончели, а вокруг шло всенародное ликование...
Да, непрочной оказалась власть в ГДР. И тогда, 30 лет назад, очень многие восточные немцы радовались происходившему. Зато сегодня, по многим данным, многие испытывают ностальгию по прошлому.
Ведь тогда, как многие уверены, они были хозяевами своей страны. И еще сейчас, спустя годы, далеко не ко всем бывшим гражданам ГДР пришло убеждение, что потребительский рай и свобода перемещения важнее, чем бесплатное образование и медицина.
К тому же экономическое развитие западных земель осталось гораздо выше, чем на востоке. Безработица на востоке также выше. А руководящие посты в восточных землях Германии часто занимают выходцы из западной части страны.
К тому же многие сегодняшние «осси», как называют выходцев из Восточной Германии, в отличие от «весси» – выходцев из Западной – также уверены, что в стране их воспринимают как граждан «второго сорта». Они проявляют недовольство.
Доказательство тому – недавние голосования на земельных выборах на востоке. В Бранденбурге, Саксонии и Тюрингии традиционные немецкие партии ХДС и СДПГ заметно уступили другим силам. Прежде всего, партиям «Левые» и «Альтернатива для Германии». Первая является преемницей гэдээровской Социалистической единой партии Германии, а вторая резко критикует политику властей, выступает, например, против иммигрантской политики Ангелы Меркель.
Обе эти партии также ратуют за улучшение отношений с Москвой. И такие настроения в стране все более популярны. Причем не только на востоке, но и на западе. Многие немцы, например, искренне считают, что под нажимом американцев их бизнес несет серьезные убытки, недостаточно широко сотрудничая с русскими.
В России также уверены, что Германия является одним из наших самых доверительных партнеров на Западе. И здесь никаких стен, старых или новых, возводиться не должно.
В России к тем, давним, событиям, когда пала Берлинская стена, сегодня относятся уже более взвешенно. Прежде всего, в обществе высказывается немало упреков к руководству нашей страны того времени. Руководство это, по многим оценкам, попросту, по каким-то «неведомым соображениям» отказалось от многих выгод, которые можно было получить от Запада, и прежде всего, от ФРГ, за согласие на прекращение существования стены и выводом из Германии группы советских войск.
Но, во-первых, страна под названием ГДР совершенно не обязательно должна была исчезнуть с карты Европы. По многим данным, 30 лет назад в правильности идеи объединения Германии были уверены далеко не все европейские политики. Например, власти Великобритании и Франции, как об этом позже говорилось в некоторых мемуарах политиков, опасались серьезного укрепления Германии.
И все же уроки Берлинской стены, полученные нашей страной 30 лет назад, на мой взгляд, не прошли даром. Например, сейчас всем ясно, что желание свободы, мира и счастья для всех вовсе не обязательно должно сопровождаться предательством своих бывших союзников и друзей.
Но в любом случае за согласие «уйти» Москва могла бы потребовать куда большей компенсации, чем это было сделано. Прежде всего, потребовать финансирования для решений множества возникших в те годы наших экономических трудностей. И власти ФРГ, скорее всего, согласились бы здесь на очень многое.
По многим оценкам, идя в те годы на роспуск блока Варшавского Договора и согласившись на объединение Германии, Москва также была просто обязана потребовать, чтобы объединенная страна не стала членом НАТО, с предоставлением письменных гарантий нерасширения НАТО на Восток. Причем через внедрение блока в страны, находившиеся в зоне влияния тогдашнего советского государства. Многие сейчас считают, что необходимо было настоять, чтобы вслед за советскими солдатами Западную Германию покинули бы и американские военные. Ведь они находились и продолжают оставаться там на том же основании, что и наша группа войск – в результате победы над фашизмом в 1945 году.
Всего этого не было сделано. Наши войска из Германии часто выводились буквально в чистое поле. Тогда как немцы должны были оплатить строительство домов для наших офицеров и казарм для солдат.
Блок НАТО за прошедшие годы серьезно расширился, в том числе и за счет некогда входивших в состав СССР государств. То есть Запад добился того, чего давно хотел, а именно, ухода советских войск из Центральной Европы. А позиции Москвы здесь были ослаблены.
Ко всему прочему, некоторые восточноевропейские страны с удивительной быстротой превратились из наших союзников в противников, а то и настоящих американских сателлитов. Мне даже кажется, что сегодня США дают им свободы и суверенитета намного меньше, чем во «времена застоя» это делал СССР.
Время идет, ситуации меняются. Но, как отмечают сейчас довольно многие наблюдатели, взамен Берлинской стены в мире появляются другие стены. Причем это не только подобные ей бетонные заборы, которыми, например, ограждаются израильтяне от палестинцев или американцы от мексиканцев.
На мой взгляд, настоящей стеной, например, является политика ряда европейских властей и США по ограничению трансляции на их аудиторию российских телеканалов. И экономические санкции, которые американцы и европейцы вводят против России – тоже стена.
Подобные стены сегодня разделяют страны и людей так же реально, как это в свое время делала стена Берлинская...
Специально для «Столетия»
