|





- — Вы утверждаете, что человек может поднять себя за волосы?
— Обязательно! Мыслящий человек просто обязан время от времени это делать.
-
- — Господин барон уже три раза про вас спрашивал: «Не пришёл, говорит, господин пастор?» Нет, говорю, не пришёл… «Ну и слава богу», говорит. Очень вас ждёт…
-
- — Она сбежала от меня два года назад.
— По правде говоря, барон, на её месте я бы сделал то же самое.
— Поэтому я и женюсь не на вас, а на Марте…
-
- — Церковь должна благословлять любовь!
— Законную!
— Всякая любовь законна, если это — любовь!
-
- — А мне говорили — умный человек!
— Ну, мало ли что про человека наговорят…
-
- — Ну, не меняться же мне из-за каждого идиота?!
— Не насовсем — на время… Стать таким как все…
— Как все? Не летать на ядрах? Не охотиться на мамонтов? Не переписываться с Шекспиром?
-
- — Бросил жену с ребёнком!
— Какой ребёнок? Я — офицер!
— Бросил жену с офицером!
-
- — Вызовите отца на дуэль.
— Это невозможно!
— Почему?
— Во-первых, он меня убьёт, а во-вторых…
— Первого достаточно.
-
- В такой день трудно жить, но легко умирать.
-
- — Говорят, юмор — он полезный. Шутка, мол, жизнь продлевает.
— Не всем. Тому, кто смеётся — продлевает, а тому, кто острит — укорачивает.
-
- — Через полчаса начнётся бракоразводный процесс.
— Он начался давно. В тот день, когда я тебя увидел.
-
- — А разве ночь?
— Ночь.
— И давно?
— С вечера.
-
- Часы пробили 2, барон стрелял 3 раза, стало быть 5 часов!
-
- — Но это факт!
— Нет, это не факт.
— Это не факт?
— Нет, это не факт. Это гораздо больше, чем факт. Так оно и было на самом деле.
-
- — Стрелял он не черешней, а смородиной. Когда они пролетали над его домом.
— Медведи?
— Ну, не мамонты же.
-
- Мне уже 19 лет, а я всего—лишь корнет! И никаких перспектив! Меня даже на манёвры не допустили! … Полковник вообще заявил, что «не желает получать донесения от барона Мюнхгаузена»!
-
- Я сам служу, сударыня. Каждый день к девяти утра я должен идти в мой магистрат. Я не скажу, что это подвиг, но, вообще, что-то героическое в этом есть!
-
- Господи, ну чем ему Англия-то не угодила?!
-
- Война это не покер! Её нельзя объявлять когда вздумается! Война это… Война!
-
- — Приказано арестовать барона Мюнхгаузена! В случае сопротивления приказано применять силу!
— Кому приказано применять силу?
— Что?
— Кому применять силу — мне или вам?
— Н-н-не знаю…
— Может, послать вестового переспросить?
— Это невозможно!
— Хорошо. Тогда оба будем выполнять приказ. Логично?
— М-м-м…
И это хорошо! Это делается примерно так…
-
- В стороночку, пожалуйста. Вы вообще уйдите.
- — Где командующий?
— Командует!
- — А где же наша гвардия?
— Вероятно, обходит с флангов.
— Кого?…
— Всех!
-
- Барон Мюнхгаузен будет арестован с минуты на минуту! Просил передать чтоб не расходились.
-
- Сначала намечались торжества, потом аресты. Потом решили совместить.
-
- Господа офицеры, сверим наши часы. Сколько сейчас?
— 15:00!
— Пятнадцать с четвертью!
— А точнее?
— Плюс двадцать два!
-
- — Ваше Высочество, ну не идите против своей совести. Я знаю, вы благородный человек, и в душе тоже против Англии.
— Да, в душе против. Да, она мне не нравится. Но я сижу и помалкиваю!
-
- Почему продолжается война? Они что у вас — газет не читают?
-
- — Это не герцог, это тряпка!
— Сударыня, что вы от него хотите? Англия сдалась!
-
- Развод отвратителен… потому что мужчину при этом называют свободным, а женщину — брошенной.
- — О чём это она?
— Барона кроет.
— И что говорит?
— Ясно что: подлец говорит, псих ненормальный, врун несчастный…
— И чего хочет?
— Ясно чего: чтоб не бросал.
— Логично.
-
- — Карл, почему так поздно?
— По-моему рано: не все глупости ещё сказаны!
-
- — Объясните суду — почему 20 лет все было хорошо, и, вдруг, такая трагедия?
— Извините господин судья, двадцать лет длилась трагедия и только теперь всё должно быть хорошо!
-
- Некоторые пары созданы для любви, мы же были созданы для развода.
-
- Якобина с детства не любила меня и, нужно отдать ей должное, сумела вызвать во мне ответные чувства. В церкви, на вопрос священника, хотим ли мы стать мужем и женой, мы дружно ответили: «Нет!», — и нас тут же обвенчали! После венчания мы уехали с супругой в свадебное путешествие: я в Турцию, она в Швейцарию. И три года жили там, в любви и согласии.
-
- — Вы оскорбляете мою подзащитную!
— Правдой нельзя оскорбить, господин адвокат!
-
- Чтобы влюбиться, порой достаточно и минуты, чтобы развестись — иной раз приходится прожить двадцать лет вместе.
-
- В своё время Сократ мне сказал: «Женись. Попадётся хорошая жена — станешь счастливым. Плохая — станешь философом». Не знаю, что лучше.
-
- Да здравствует развод! Он устраняет ложь!
-
- Уступи, Господи! Ведь ты уже столько терпел — ну потерпи ещё немножко!
-
- Томас, ты рад, что у нас появилось 32 мая?
— Вообще-то, не очень… Первого июня мне платят жалование…
-
- — Вы рады новому дню?
— Смотря на что падает. Если на воскресенье — то это обидно. А если на понедельник — ну зачем нам два понедельника?
-
- — Но я же сказал правду!
— Да чёрт с ней, с правдой!
-
- — Не усложняй, барон… Втайне — ты можешь верить.
— Я не могу в тайне. Я могу только открыто.
-
- — Ну вот и славно… И не надо так трагично, дорогой мой… В конце концов, и Галилей отрекался!
— Поэтому я всегда больше любил Джордано Бруно…
-
- Я не боялся казаться смешным. Это не каждый может себе позволить.
-
- Из Мюнхгаузена, господа, воду лить не будем! Он нам дорог просто как Карл Фридрих Иероним, а уж пьёт его лошадь, или не пьёт — это нас не касается.
-
- — Барон, а где вы брали медведей для своих подвигов?
— Точно не помню, по-моему — в лесу.
— Это исключено! Они у нас давно не водятся!
-
- Делайте что хотите, но чтобы через полчаса в лесу было светло, сухо и медведь!
-
- — В полночь у памятника.
— Кому?
— Мне.
-
- В Германии иметь фамилию Мюллер — всё равно что не иметь никакой.
-
- Одни мои похороны принесли мне денег больше, чем вся предыдущая жизнь.
-
- Я собрал вас, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие… чёрт побери, отличное начало для пьесы.
-
- Это не мои приключения, не моя жизнь! Она причёсана, напудрена, и кастрирована!
-
- Ты ведь меня знаешь: когда меня режут — я терплю. Но когда начинают дополнять…
-
- — А вы очень изменились, господин бургомистр.
— А вы зря этого не сделали!
-
- Фрау Марта, у нас беда: барон воскрес! Будут неприятности!
-
- Господи, неужели вам нужно обязательно убить человека, чтобы понять что он живой?!
-
- — Я на службе… Если суд решит, что вы — барон, я упаду вам на грудь. Если суд решит, что вы — Мюллер, посажу в тюрьму.
-
- — Тебя ждёт тюрьма.
— Чудесное место… Здесь рядом со мной Овидий, Сервантес — мы будем перестукиваться.
-
- — Ну-с… будем исповедоваться
— Я делал это всю жизнь. Но мне никто не верил.
— Прошу вас, облегчите свою душу.
— Это случилось само собой. У меня был друг — он меня предал. У меня была любимая — она отреклась от меня. Я улетаю налегке.
-
- Дочь аптекаря — она и есть дочь аптекаря!
-
- — …Скажи мне что-нибудь на прощанье!
— Что?
— Подумай. Всегда найдется что-то важное для такой минуты…
— Я буду ждать тебя…
— Нет, нет, не то…
— Я очень люблю тебя!
— Не то!
— Я буду тебя верна!
— Не надо!
— Карл! Они положили сырой порох!
-
- Эх, до чего же умирать надоело…
-
- — Когда я вернусь, пусть будет шесть часов.
— Шесть утра или шесть вечера?
— Шесть дня!
-
- Барон Мюнхгаузен славен не тем что он летал или не летал, а тем, что никогда не врёт.
-
- Я понял, в чем ваша беда — вы слишком серьёзны. Умное лицо — ещё не признак ума, господа! Все глупости на земле совершались именно с этим выражением лица… Улыбайтесь, господа… Улыбайтесь…
|