Без заголовка. Обсуждение на LiveInternet - Российский Сервис Онлайн-Дневников

Сегодня понедельник, а значит, пришла пора вдохновиться на новые начинания, поиск новых смыслов и идей. И чтобы мы с вами всю рабочую неделю созидали и активно действовали, нам нужна особая подзарядка. Такая, что дает цвет, и такая, что дарит искусство. Поэтому у нас сегодня сразу два в одном. Совсем недавно открыла для себя натюрморты Анны Сморыгиной и стремлюсь поделиться ими с вами. Они – особенные. Но об этом – ниже. Считается, что зеленый цвет успокаивает, оранжевый дарит тепло и заряжает энергией, красный побуждает совершать поступки. А живопись подобна витаминному чаю: она одновременно бодрит и восстанавливает силы, восполняет недостаток и нормализует. И важным компонентом этого витаминного чая является гармония цвета.

Художник Анна Львовна Сморыгина родилась в 1977 году в городе Ленинграде (ныне Санкт-Петербург). В 2006 году окончила художественно-графический факультет Российского государственного педагогического университета имени Герцена (г. Санкт-Петербург). Входит в Союз профессиональных художников России. Работы Анны Сморыгиной находятся в частных коллекциях России, Канады, Китая и ряда стран Западной Европы. Художник пишет натюрморты, цветы, пейзажи – особую популярность получила серия работ «Чёрный город».

Какая разная манера письма бывает у художников! И как она часто зависит от материала. Смотришь на работы пастелиста, и возникает ассоциация перламутровой пыльцы бабочки. Краски на холсте легкие, изящные, едва уловимые. Вот есть цвет, а фактуры материала почти не ощущаешь. Кажется, еще мгновение – и картина растворится в воздухе. Или друга манера, неброская, даже стеснительная. Из едва заметных штрихов и точек. Почему-то сейчас вспоминается графика. Легкое дуновение, и все эти штрихи и точечки сыплются вниз. Акварель напоминает шелк или атлас. Но масло, оно особенное. У одного художника подобно акварели, у другого – пастели, у третьего превращается в графику. Улавливаю в работах Анны Сморыгиной то черты акварели, то пастели. Но чаще манера ее письма иная. Плотная.

Кажется, что художница не пишет, а будто скульптор, наносит мазки глиной. И эта плотность, активно выражаемая материальность предметов оказывается важнее других свойств. Даже стекло прежде всего обладает твердостью, и уже затем зритель обнаруживает его прозрачность. Лишены прозрачности лепестки цветов и фрукты. Но талант Анны Сморыгиной пускать свет по глазурованной керамике или созревшему бочку яблока все-таки помогает отличить живое от неживого. В числе ее натюрмортов есть классические цветочные: вот ваза, в ней – букет из и пионов (16). Здесь доминирует живое. А вот натюрморт, где так много предметов из сферы неживого: на фоне кирпичной кладки аппарат, дверной замок, плоскогубцы. И вдруг этот натюрморт оживает. Живым его делают фрукты гранатового дерева, которые по цвету не отличаются от неживого (19). Эти приземленные, земляные цвета будто говорят: мы настоящие и постоянные. Мы не исчезнем и не растворимся. Мы дадим устойчивость тем, кто нуждается в ней. Мы дадим устойчивость жизни.