Рубрика подготовлена Diletant.media совместно с сообществом Факультатив по истории

Мало кто знает, что создатель Большой Императорской короны Жереми Позье был всего лишь нищим сиротой, пришедшим в Россию пешком.

О том, как женевский босяк сотворил любимое украшение российских императоров и чего ему это стоило, — в новом выпуске Факультатив по истории.

В далеком 1729 году бедный выходец из Женевы, господин Позье, поцеловал жену, взял подмышку двух своих сыновей и на последние гроши направился с ними в далекую страну Россию — искать денег и, как следствие, счастья. Поскольку господин знал толк в бюджетных путешествиях, самым логичным ему показалось отправиться в Санкт-Петербург из Швейцарии пешком.


Подумаешь, ерунда какая: сначала через Эльзас и Вестфалию в Амстердам, оттуда до Гамбурга рукой подать, а там, так уж и быть, садишься на корабль и через смешные шесть недель прибываешь в столицу Российской империи.

Весь путь, с болезнями, ожиданиями денежных переводов и прочими форсмажорами занял у Позье около полутора лет. Полтора года он и два маленьких мальчика спали где придется, ели что попало, мерзли под снегом и мокли под дождем.

В следующий раз на какой-нибудь пятичасовой пересадке в аэропорту сделайте лицо попроще.

Старик Позье издевался над детьми не просто так, у него был план: встретиться со своим богатеньким братом и выгодно устроиться на новом месте.

Однако еще в Гамбурге он понял, что одного из мальчишек лучше оставить в Германии, а добравшись до Петербурга, обнаружил, что брат, на которого возлагались большие надежды, перебрался в Москву, а денег на дорогу до Москвы, конечно же, нет.

Но разве это может остановить человека, прошедшего пешком пол-Европы? Подумаешь, еще шесть недель сын поспит на земле и поест хлеб. Хлебные диеты детям очень полезны.

Шесть недель трекинга по пересеченной местности, винный обоз в роли капсульного отеля на колесах — и вуаля, счастливые путники в Златоглавой.

Правда, на месте выяснилось, что Москва немножечко погорела, и дом брата со всем нажитым имуществом теперь не более, чем пепелище, но, в целом, идея марш-броска, согласитесь, была хорошая.

Предприняв еще несколько попыток оправдать двухгодичные скитания по земному шару, отец Позье все-таки не выдержал и умер. Его сын, Жереми Позье, пятнадцати лет от роду, поступил в ученики к ювелирных дел мастеру, а по совместительству тирану и выпивохе месье Граверо.

За семь лет, проведенных у месье, Жереми освоил профессию и натерпелся побоев достаточно, чтобы в один прекрасный день набраться мужества и уйти стартапить.


А стартапить в императорской России дело непростое. С одной стороны, хорошо быть ювелиром, ювелиров любят все. Ты переживешь всех императоров, все дворцовые перевороты, все заговоры и восстания, просто потому что твои бриллиантовые бирюльки нужны, кто бы там ни правил.

С другой стороны, абсолютизм несколько развязывает руки сидящим на троне и приближенным к нему.

Как на одесском привозе до сих пор отпускают полбуханки ржаного в долг, так и человек, собственноручно изготовивший Большую Императорскую корону, продавал колье и табакерки в кредит.

Он бы и рад этого не делать, но как отказать вельможе, которому завтра на прием к государыне-императрице? Никак. Бегая за своими должниками и стараясь при этом не впасть в немилость их высочеств,

Позье в конце концов измотал себе нервы настолько, что спустя более, чем тридцать лет, проведенных в России, решил-таки из нее бежать. Бежать — ну потому что кто бы его по-хорошему из страны выпустил? Нельзя просто так взять и уехать из России.