
БЕЛАЯ ЗМЕЯ — олицетворение летнего, белоснежного, т.е. озаренного солнечными лучами, облака, и потому в преданиях стоит в близкой связи с другим олицетворением дождевого облака — белою женою: и та, и другая стерегут живую воду; и белые жены нередко принимают на себя змеиный образ. Вкусить мясо белой змеи — то же, что испить воды мудрости и услышать вещие глаголы грозовых птиц и животных.
БЕЛЫЕ ЖЕНЫ И ДЕВЫ — прекрасные нимфы вод (т.е. дождевых источников); являясь в летнюю пору в легких, белоснежных облачных тканях, озаренных яркими лучами солнца, в зимние месяцы они одеваются в черные, траурные покровы и подвергаются злому очарованию. Они осуждены пребывать в заколдованных (захваченных нечистою силою) или подземных замках, в недрах гор и в глубоких источниках, оберегают сокрытые там клады — несчетные богатства в золоте и драгоценных каменьях, и нетерпеливо ждут своего избавителя. На избавителя накладывается тяжелое испытание: он должен держать деву за руку и хранить строгое молчание, не устрашаясь дьявольских видений; поцелуем своим он уничтожает влияние колдовства. В известные дни года жены и девы эти показываются невдалеке от своих жилищ очам смертных, преимущественно невинным детям и бедным пастухам, показываются они обыкновенно весною, когда цветут майские цветы, в такое время, с которым соединяется мысль о грядущем или уже наступившем пробуждении природы от зимнего сна.
БЕРЕГИНЯ (баба-гормнинка, баба-алатырка, врегина, перегиня) — облачная дева. Древнейшее значение слова «брег» — «гора», а потому название «берегиня» могло употребляться в смысле горыни (горный дух), и вместе с тем служит для обозначения водяных дев, блуждающих по берегам рек и потоков (старославянское «прегыня» — «холм, поросший лесом», но вероятно смешение со словом оберег»; слово «врегина» известно в лужицком языке как название злого духа). Паисьевский сборник и рукописи новгородского Софийского собора упоминают о требах, поставляемых рекам, источникам и берегиням. Берегини охраняли человека — дома и в лесу, на суше и на воде. Позднее они получили собственные или собственные групповые имена (русалки, домовые и т.п.).
БОЛОТНИЦА (омутница, лопатница) — водяная дева. В зависимости от того, где живут водяные девы, они получают соответствующие названия. Водяную деву, живущую на болоте, называют болотницей. Любительницу омутов — омутницей. По поведению и характеру они сходны с русалками.
БРОДНИЦЫ — относятся к берегиням, охраняющим броды. Это водяные девы, предпочитающие селиться в тихих заводях. По преданиям, они мирно сосуществуют с бобрами. Бродницы строят из хвороста броды и содержат их в полном порядке. Если врага почуют, незаметно разрушат брод, запутают и заведут в омут. «...И водяные Бродницы, плавая тихо, волновали синие воды и, чаруя глубокие недра, призывали навое из темных могил» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
ВАЛЬКИРИИ – божественные девы, сопровождающие души погибших в бою воинов в чертог Создателя, где собирается воинство для Последней битвы со Злом.
ВЕЩИЕ ЛЕБЕДИНЫЕ ДЕВЫ — водяные девы, их можно узнать по мокрым краям платья и передника. Лебединые девы, по первоначальному своему значению — олицетворения весенних, дождевых облаков; вместе с низведением преданий о небесных источниках на землю, лебединые девы становятся дочерьми Океан-моря и обитательницами земных вод (морей, рек, озер и криниц). Они состоят под началом у дедушки-водяного. Лебединым девам придается вещий характер и мудрость; они исполняют трудные, сверхъестественные задачи и заставляют подчиняться себе самую природу. Птица лебедь — одно из древнейших олицетворении белого летнего облака. Вещие девы часто являются на водах белыми лебедушками: присвоенное им предвиденье есть дар бессмертного напитка, которым они обладают; пляска, музыка и пение (метафоры крутящихся вихрей и завывающей бури) составляют любимые занятия, утеху и веселье всех водяных духов; волнения рек и водовороты народ объясняет себе как последствие их танцев. Всеми этими признаками: вещею силою и наклонностью к пляскам, музыке и песням они сближаются с воздушными существами бурных гроз.
Читать далее...